Космические Отморозки. Том 1
- -
- 100%
- +
И хотя он чувствовал, что на этом "следственныйэксперимент" завершён окончательно, полной уверенности в этом,конечно, не было. Офицер была неугомонной!
– Ну, может какая химия… или феромоны… я в этом неразбираюсь, но наверняка существуют какие-то средства, да? – продолжаяпристально смотреть на Фила, спросила офицер.
– Странно, про феромоны меня за последнее время второйраз спрашивают, а раньше вообще такого не помню… – сказал удивлённо Фил.
– Так что ты ответил, когда тебя спросили в первый раз? –улыбнулась офицер, но глаза у неё по-прежнему были очень внимательными.
– То же что и сейчас скажу, – пожал плечами Фил, – есликакие феромоны и есть, то только естественного происхождения. Может быть,организм у меня что-то такое выделяет… не знаю. Но могу вас уверить, что ничемискусственным я не пользуюсь, не пользовался и пользоваться не собираюсь. Мне иестественного хватает… – и, закончив фразу, Фил смутился.
– Да, с этим не поспоришь, естественного тебе хватает! –задумчиво сказала офицер, разглядывая его ниже пояса, – так, ладно, всё! –вдруг резко сказала она и встала с кресла, – одевайся!
Фил с нескрываемым облегчением ухватился за одежду,офицер тоже принялась приводить себя в порядок.
– Мы так и не познакомились, – слегка неуверенно сказалФил, – как-то это неправильно…
– Нормально, – отмахнулась офицер, – я твоё имя знаю, амоё тебе знать необязательно. Даже лучше, если ты его знать не будешь.Повредить ты моей репутации вряд ли сможешь, но зачем создавать даже такуютеоретическую возможность, верно?
– Я никогда не использую свои отношения с женщинами им вовред. И никогда никому ничего не рассказываю. Та история, из-за которой я здесьоказался, всплыла не по моей вине. Я бережно отношусь к тайне своих связей сженщинами. Для женщин репутация гораздо важнее, чем для мужчин, а испортить еёочень легко. Я никогда так не поступаю… не поступал… до сегодняшнего дня.Вам-то я всё рассказал… – вдруг смутился Фил, поняв, что его слегка пафоснаяречь, споткнулась на ровном месте.
– Очень похвальная позиция, – улыбнулась офицер,застёгивая форменную рубашку, – а то, что ты мне рассказал, это ведь вопроствоего выживания, ни больше ни меньше. И как ты справедливо заметил, каша былазаварена не тобой. К тому же я тоже женщина и не побегу рассказывать об этомвсем подряд. Узнают только те, кому необходимо знать. Отцы этих девочек самивиноваты. В конце концов, то, что случилось, это не преступление. Не было нинасилия, ни шантажа, ни обмана. Теперь я в этом абсолютно уверена, – сказалаофицер и подмигнула Филу.
Фил к этому моменту был уже полностью одет. Он сделал этостремительно, потому что находиться голышом в служебном кабинете космопорта емубыло неуютно. Его всё время не отпускала мысль, что кто-то может сюда войти. Норешения здесь принимал не он, и приходилось принимать участие в этом"следственном эксперименте" до самого конца.
– Ну да, – вздохнул Фил, – в последние дни многое шлонаперекосяк. Многое было так, как быть не должно. Да и дальше тоже… – он усталомахнул рукой.
– Да, твоя жизнь разрушена и прежней уже никогда небудет, – сказала офицер, стоя перед зеркалом, поправляя мельчайшие складки наодежде и приводя причёску в окончательный порядок. Ведь никому даже в голову недолжно прийти по её виду, что она делала что-то кроме того, как просто стояла иразговаривала с подозреваемым. Всё должно быть безупречно!
Наконец, офицер закончила марафет и повернулась к Филу.Он стоял и терпеливо ждал её окончательный вердикт.
– Причёска у тебя, конечно, слишком приметная. В бегах стакой трудно спрятаться, – сказала офицер глядя на Фила и усмехнулась.
Он спохватился и начал озираться в поисках своей шапки.Она упала на пол рядом со стулом, и он её поэтому не заметил. Натянув шапку досамых ушей, он снова вытянулся по стойке смирно.
– Что дальше? – спросил он.
– Всё! – пожала плечами офицер, – я позволю тебе улететь,а руководство космопорта будет разбираться с местными зарвавшимися царьками.
– А как же ты объяснишь, что случилось? – удивился Фил,окидывая взглядом комнату, в которой они сегодня использовали практически вседоступные поверхности.
– Моё слово имеет определённый вес, – сказала офицер, – япросто доложу ситуацию по существу. Думаю, зная, что именно нужно искать, убедитьсяв правдивости твоих слов из других источников труда не составит. Твоя личностьздесь уже никакой роли не играет. Это будут уже разборки более высокого уровня.
– Спасибо! – сказал Фил.
– Это тебе спасибо! – многозначительно улыбнулась офицер,– но на планету тебе, конечно, лучше никогда не возвращаться. Можешь это себепозволить? Многое тебя здесь держит?
– Нет, – покачал головой Фил, – почти ничего. Имуществанажить не успел, родни нет, да и с друзьями тоже не ахти.
– А женщины? – хитро прищурилась офицер.
– Я обычно никогда не возвращаюсь, – сказал серьёзно Фил,– и ничего с этим не могу поделать.
– Ходок, значит! – усмехнулась офицер.
– Выходит, что так! – Фил развёл руками.
– Ну ладно! Так ведь тем проще! Найди новое место, начнидругую жизнь! Как говорится, с чистого листа! – сказала офицер, – этомукапитану, который тебя сюда привёл, ты доверяешь?
– Не знаю, – честно признался Фил, – мы толькопознакомились, но вроде бы нормальный парень. Он меня очень выручил… да ивыбора никакого, честно говоря, нет.
– Это ты верно подметил, – кивнула офицер, – выбора утебя нет! А для человека это самое мучительное, когда нет выбора. Мы любим,чтобы у нас всегда была хотя бы иллюзия свободы воли… ладно, чего это я? –махнула она рукой, – что-то потянуло на философию! Хотя это не удивительнопосле всего, что было. В нормальной обстановке сейчас нужно было бы повалятьсяв постели часок-другой, понежиться, поговорить… но нельзя! Всё, хватит мозолитьмне глаза, уходи! – добродушно махнула она рукой.
Но Фил не ушёл! Наоборот, он подошёл к офицеру вплотную исказал:
– Ты потрясающая! Я могу сейчас просто уйти, и всё, но немогу не сказать тебе то, что думаю. Ты фантастическая женщина, и мне оченьжаль, что мы вряд ли когда-нибудь встретимся. Я видел тебя! Видел настоящую!Видел твою суть, и ты прекрасна! Никогда об этом не забывай! – голос у Филаснова стал низким и очень уверенным.
– Что ты делаешь? – медленно спросила офицер, – ты ведьпонимаешь, что у меня могут появиться к тебе новые вопросы, я посчитаюпрошедший следственный эксперимент недостаточно убедительным и могу захотетьего повторить?
– Я… начал было Фил, но офицер не дала ему продолжить.
– Уходи! – глубоко дыша сказала она, – быс-тре-е!
Фил быстро пошёл к двери, взялся за ручку и толькособрался открыть, как офицер произнесла:
– Удачи тебе! Я рада, что мы встретились! И спасибо зато, что ты сказал.
Фил повернулся к ней, приложил руку к груди, а потом какбудто послал ей своё сердце. После чего он, наконец, вышел.
И дело в том, что в этот момент Фил был абсолютноискренен. Впрочем, как и всегда!
Глава 7. Парковка
Ноэль сидел на полу, подпирая спиной стену. Как толькодверь открылась, он тут же вскочил и бросился к Филу.
– Ну что? Тяжело пришлось? – спросил капитан, – я уждумал, что тебя там пытают! Всё в порядке?
– Нормально, – сказал Фил, думая, как объяснить своёдлительное отсутствие, – я, конечно, не ожидал, что меня так плотно возьмут воборот…
– Так что было-то? Расскажи! – спросил Ноэль.
– Служба безопасности знает, что это меня ищут, и хотелавыяснить почему, – сказал Фил.
– Это я понял, – кивнул капитан, – так почему тебя такдолго мучили?
– Ну, не то чтобы мучили… – слегка смутился Фил, – ярешил пойти по пути полного «обнажения». В смысле, рассказал всё какесть!
– А она? – спросил капитан.
– Осталась довольна, – сказал Фил, – но ты не волнуйся,всё, что касается тебя и найма на корабль, я постарался не затрагивать.Старался давать больше фактуры о себе. Решил ничего не скрывать, раз уж менявзяли за… – Фил кашлянул, – за горло…
– Блин, больше часа! – покачал головой капитан, – некаждый такое выдержит!
– Ну, у меня просто есть некоторый опыт, – пожал плечамиФил.
– Ты мне не говори! Я знаю, как офицеры службыбезопасности умеют брать за яйца! – на этих словах Ноэля Фил вздрогнул, акапитан продолжил, – и то, что это была женщина, не должно вводить взаблуждение! Женщины ещё опаснее! С мужиком могло бы быть проще!
– Не думаю! – брезгливо передёрнул плечами Фил, –вообще-то, я наоборот считаю, что мне повезло, что прислали женщину! Мы сумелинайти общий язык!
– А-а-а-а-а, точно! – вдруг, пристально на него глядя,улыбнулся Фил, – ты же у нас этот, как его…
– Ловелас? – подсказал Фил.
– Да, бабник! – хохотнул Ноэль, – так что да, в твоёмслучае, может быть, и повезло! Ну так что, вопрос закрыт?
– Да, можем идти, – сказал Фил, и с грустью посмотрел накабинет. Он всегда испытывал щемящее чувство при расставании с женщинами, но иоставаться никогда не умел. Это мучительное, но в то же время сладостноепротиворечие постоянно его терзало. Грусть расставания и следующее за нейожидание новой встречи. Так, он и прыгал всю жизнь с одного цветка на другой,как шмель, стараясь опылять самые красивые, но не брезгуя и невзрачными.
– Ну так идём быстрее, пока к нам ещё какие-нибудьвопросы не появились! – сказал Ноэль, увлекая Фила по коридору.
– Только вот, – остановился Фил, – инструктаж-то со мнойтак и не провели!
– Да шут с ним, с инструктажем, – махнул рукой капитан, –я тебе сам всё объясню. К тому же ты ведь не один через взлётку поедешь!
Они быстро зашагали по коридору.
– Как ты здесь ориентируешься? – вдруг сказал Фил послетого, как они миновали очередной перекрёсток, – я вот вообще не понимаю, гденахожусь, уже давно потерял чувство направления. Часто здесь бывал, да?
– Я здесь впервые, – сказал Ноэль, – но, чтобы такие какмы, не блуждали часами по километрам коридоров космопортов, везде естьстандартная навигация. Ты, возможно, её даже не замечаешь, а я ориентируюсь поней уже просто на автопилоте. Разноцветные полоски на полу, символы наперекрёстках, буквы и цифры на стенах. Сразу кажется, что всё сложно инепонятно, но надо сказать, что разобраться в этом несложно. Любой дураксможет. Когда понимаешь логику обозначений, то всё становится легко и просто.Ошибиться, конечно, всё равно можно, но обычно я хорошо понимаю, куда иду. Вотсейчас через минуту мы дойдём до лифтового холла.
И Ноэль оказался прав. Вскоре они остановились переддлинной вереницей лифтов. И людей здесь было значительно больше, чем во всехдругих местах. Как-никак внутренняя транспортная инфраструктура, вертикальнаятранспортная артерия.
Чтобы не привлекать к себе внимания, ребята замолчали истали со скучающим видом ждать лифт, так же как и все остальные. Хотя скучноим, конечно же, не было. У каждого был тянущийся сзади шлейф проблем, которыйделал скуку сейчас просто невозможной.
Фил не знал толком, почему торопится Ноэль, но у тоготоже были очень серьёзные причины стараться как можно быстрее покинуть планету.И сейчас, когда они, можно сказать, находились на финишной прямой, капитаномовладело возбуждение оттого, что скоро они сумеют вырваться отсюда и всёостанется в прошлом.
Лифт принёс их на подземную парковку, где стоял личныйтранспорт членов экипажей кораблей. Многие предпочитали пользоваться своимичелноками, как назывался этот вид техники, предназначенный для перемещенияисключительно по взлёткам разных планет. Но в порту был и казённый парк, гдеможно было за небольшую денюжку нанять извозчика.
У Ноэля был свой челнок. Что-то вроде левитирующегобайка… двух байков. Агрегат был похож на байк-катамаран. Спаренный аппарат начетверых человек и с кузовом позади.
Когда они подходили, в кузов сразу полетела сумка Ноэля,а сам он ловко запрыгнул на место водителя.
– Садись на второй! – кивнул он Филу.
Тот, видя оживление, овладевшее капитаном, постаралсясделать это как можно быстрее, но так же ловко, как у Ноэля, у него неполучилось. Вскарабкаться на покачивающийся в воздухе байк без привычкиоказалось не так-то и легко, пусть и высота была небольшой.
Не успели они занять места, как из-за соседнегомассивного челнока вышло двое крепких ребят со стаканами кофе из автомата,какие были расставлены по всему космопорту, включая парковки. На стаканах былиизображены стартующие космические корабли.
– Оп-па! – удивлённо сказал один из парней, увидев сидящихна байке Ноэля и Фила, – говорил же тебе, нельзя двоим уходить!
– Да ладно тебе, успели же! – раздражённо сказал второй,видимо, потому что первый был прав.
– И куда же это вы успели, парни? – спросил улыбаясьНоэль, но Фил почувствовал в его голосе напряжение. Похоже, ситуацияскладывалась не очень хорошая.
– Перехватить тебя, – сказал первый парень, – чтобы ты неулетел ненароком, не закончив здесь все дела.
– Я все дела закончил, – сказал Ноэль, – а вы кто,вообще, такие?
– Этого тебе знать не обязательно! – сказал второй.
– Согласен, – усмехнулся Ноэль, – мне вообще на этоплевать. Так что, парни, отойдите с дороги, мы торопимся.
Незнакомцы переглянулись, поняв, что разговор заходиткуда-то не туда.
– А кто сказал, что тебе можно куда-то ехать? – удивилсяпервый.
– А кто мне может запретить? – спросил Ноэль,облокачиваясь на вилку руля.
– Мы! – сказал один из парней.
– Да? И как же вы будете меня останавливать, если янаплюю на ваши запреты? А я наплюю, можете не сомневаться, – сказал Ноэль.
– Есть способы, – усмехнулся первый, погладив при этомсвободной рукой свою куртку сбоку, что как бы намекало на скрытое оружие иличто-то подобное.
– Серьёзно? Прямо здесь? На парковке космопорта? –усмехнулся Ноэль, – вам что, надоела жизнь и свобода?
– Ты за нас не переживай, – сказал второй, – о себе лучшедумай! Есть проблема, и её нужно решать. Так что, пойдём с нами… а твойприятель может проваливать, он нам не нужен.
– Ты сказал "проваливай" в мой адрес,говна кусок? – медленно произнёс Фил, положив руки на переднюю панель байка.
К нему удивлённо повернулись все, включая Ноэля, нокапитан тут же взял себя в руки и сделал вид, что ничего странного непроисходит.
– Чё? – поперхнулся кофе первый парень, который как раз вэтот момент решил отхлебнуть из своего стакана.
– Гранатомёт через плечо! – всё так же медленно и весомопроизнёс Фил, – я вот сейчас только об одном думаю, мне сначала договориться сослужбой безопасности, а потом вас выпотрошить, или сначала выпотрошить, а потомдоговориться?
– Чё? – снова повторил первый, таращась на Фила.
– Как же я не люблю дебилов! – сказал Фил, приподнимаясьв седле.
– Погоди, не надо, – схватил его за руку Ноэль, – мы жетолько что замяли прошлую твою… неприятность.
Капитан не знал, насколько серьёзно сейчас говорит Фил,но решил ему на всякий случай подыграть.
– Наоборот, хорошо! – повернулся к нему Фил, – и эти дватрупа в ту же историю запишем по горячим следам, пока ещё дело не закрыли! Онана это легко согласится!
Парни растерянно стояли со стаканами кофе в руках ивыглядели чем далее, тем более глупо.
– Давай хотя бы без трупов! – сказал Ноэль, – так,увечья, членовредительство… но без убийств.
– Не люблю увечья, – поморщился Фил, – покалеченный потомможет захотеть отомстить. А так, нет человека, и нет проблемы. Люблю, когда заспиной всё чисто!
– Мы просто на работе! – вдруг неожиданно сказал первыйпарень, сдав все позиции, – нам сказали привести тебя для разговора к боссу!
– Мой вам совет! – сказал Ноэль, – скажите ему, что выждали меня, но из-за того, что долго тёрлись на одном месте, вамизаинтересовалась служба безопасности. Вас увели на проверку, а когда вывернулись, моего челнока уже не было.
– Нас всё равно накажут, причины боссу неинтересны, емунужен результат, – сказал второй.
– Но это же всё равно лучше, чем ваши кишки, разбросанныепо парковке! – сквозь зубы процедил Фил, и его изумрудные глаза как будто дажестали светиться.
Парни попятились в сторону, и как только пространство дляпроезда освободилось, Ноэль крутанул ручку, байк сорвался с места, и онипомчались между рядами разнокалиберных челноков.
Пока они не скрылись за поворотом, Фил сверкающими отярости глазами смотрел через плечо на ошарашенных ребят.
Когда они выскочили на открытое пространство взлётки ипомчались по отрисованным на ней линиям разметки, Ноэль спросил:
– Ты сейчас играл, или я должен ещё что-то о тебе узнать?
– Играл, – спокойно сказал Фил.
– Хорошо! – расплылся в улыбке Ноэль, – тогда, думаю, чтомы подружимся!
Глава 8. Корабль
Ноэль уверенно мчался по взлётке.
Ехали они быстро, но строго по правилам. Капитану былосовсем ни к чему находить новые проблемы на ровном месте. Скорость челнока былаограничена программным методом, при всём желании разогнать его быстрее былоневозможно, компьютер космопорта задавал ограничения в режиме онлайн, на разныхучастках пути разные. А вот управлял байком Ноэль вручную и, видимо, получал отэтого удовольствие. Однако за линии разметки нигде не вываливался и правиласоблюдал безукоризненно.
Пару раз они проехали мимо громадных взлетающих кораблей,и Филу казалось, что сейчас их испепелит выхлопом из дюз. Но это была иллюзия,здесь всё было точно рассчитано, и корабли находились на достаточном расстоянииот путевых артерий взлётки.
Транспорта по этим самым артериям сновало туда-сюдавеликое множество. От небольших байков вроде того, что у них, до громадныхгрузовых фур и пятиэтажных автобусов, перевозящих пассажиров.
– Далеко нам ещё? – прокричал Фил, стараясь перекрытьокружающий их шум. Как только они отъехали от здания космопорта, так вокругначался просто звуковой ад. Грохот, лязг, шум двигателей, рёв взлетающихкораблей… из окна кабинета инструктажа картинка выглядела более спокойной имирной. Всё движение воспринимало мелкой муравьиной суетой. И вот теперь онисами были муравьями, среди исполинских агрегатов.
– Да! – ответил Ноэль, – наш размер и статус не позволяетрасполагаться так близко. Мы на отшибе, но это и лучше.
– Почему? – крикнул Фил.
– Спокойнее, да и от внимательных глаз подальше, –ответил Ноэль, поворачивая на перекрёстке возле огромного грузового челнока, свыстроившейся к нему вереницей грузовиков.
Даже с приличной скоростью, их путь занял более получаса.Фил обернулся и с удивлением обнаружил, что здание космопорта уже скрылось загоризонтом. Возможно, если бы не было множество заслоняющих обзор кораблей, егобы ещё было видно, но всё равно они уехали очень далеко.
Здесь уже и шума было поменьше, и корабли были не такиебольшие вокруг, однако конца и края взлётки по-прежнему видно не было. Полебыло поистине бесконечным.
Впрочем, оно и понятно. На этой планете космодром былвсего один, новый строить всё никак не могли собраться, поэтому старыйпостоянно расширяли и расширяли.
Инфраструктура была, конечно, гигантская, и здесь человекособенно явственно ощущал, какой он маленький и беззащитный. Даже в космосе,когда сидишь в уютной каюте, это не так ощущается. А здесь, среди всего этогонагромождения огромных аппаратов, суеты и шума, собственная ничтожностьощущалась особенно остро.
Наконец, они прибыли на место.
– М-да уж! – протянул Фил, глядя на открывшуюся его взорукартину.
– Ты о чём? О месте или о корабле? – заинтересовалсяНоэль.
– Обо всём сразу, – усмехнулся Фил, – я сначала подумал,что это место крушения. Как будто кто-то неудачно приземлился! Когда ты сюдасвернул, я, мягко говоря, удивился.
– Всё не так плохо, как выглядит! – пожал плечами Ноэль,– не суди по обёртке.
Вообще-то, удивляться было чему! Здесь, похоже, в самомделе произошло крушение. Только не сейчас, а уже давно. Только вот починить искорёженнуюповерхность взлётного поля руки у администрации, видимо, так и не дошли. Местобыло похоже на воронку от взрыва, по краям от которой топорщились бетонныеплиты, как ледяные торосы.
И вот среди этого нагромождения стоял на опорахкосмический корабль, который выглядел ненамного лучше.
– Теперь я окончательно убедился, что платить вы мне небудете! – сказал Фил.
– А что, до этого были сомнения? – удивился Ноэль, – тыдумал, что я шучу, что ли?
– Да нет, это я так! – вздохнул Фил, – а лететь на нём неопасно?
– Слушай, я думаю, что тебе опасно оставаться здесь, непривередничай. И лучше не говори ничего плохого о корабле при нашем технике.Можешь отхватить, а я за тебя заступаться не буду. Нормальный аппарат, мы емужизнью обязаны… а теперь и ты тоже. Внешний вид вообще не главное. Будутденьги, мы, естественно, вложимся и подправим ему «лицо». Но пока что и таксойдёт. Главное, что летает! – сказал Ноэль.
Корабль был по меркам окружающей обстановки небольшим, новсё равно, это был аппарат для межзвёздных перелётов и потому размерамипревосходил средний пятиэтажный дом. Всё, как говорится, относительно.
Внешний вид у корабля тоже был сильно устаревший. Фил небыл знатоком, но даже его знаний хватало, чтобы понять, перед ними стоит едвали не музейный экспонат. Очень древняя модель. Об этом свидетельствовало хотябы то, что корпус был "самолётного" типа. Он походил наатмосферный самолёт, дизайн которых сильно не менялся уже тысячелетия. И этобыло логично, ведь законы аэродинамики тоже не менялись.
Технологии, которые использовались космическимикораблями, в "атмосферниках" не применялись, потому что это былонеоправданно дорого. Так что, человек из далёкого прошлого, если вдруг смогпопасть в настоящее, удивился бы, насколько самолёты сохранили и внешний вид, ивнутреннее устройство. Единственное существенное отличие было в том, что усовременных атмосферников отсутствовало шасси. Ограниченная левитация,технология, которая позволила отказаться от колеса практически на всех видахтранспорта, применялась и здесь. Так что самолёты стояли на опорах в моментпосадки и высадки пассажиров. В остальном же внешних отличий было мало.
Корабль Ноэля, конечно, был не совсем таким. Он былдлинненьким, толстеньким, с коротенькими крыльями и небольшим хвостовым оперением.На концах крыльев находились дополнительные маневровые двигатели, как и нахвосте.
На корпусе было навешано много каких-то непонятныхустройств и агрегатов, очевидно, не предусмотренных изначальной конструкцией.Большинство из них было искорёжено, некоторые даже пережили пожар.
Да и весь корпус был во многих местах помят и закопчён.Где-то торчали отошедшие куски обшивки, и пока Фил рассматривал корабль, отнего что-то отвалилось и с металлическим лязгом грохнулось на землю.
– Это нормально? – повернулся к Ноэлю Фил.
Тот упрямо жал на кнопки пульта, видимо, желая опуститьрампу, чтобы загнать байк внутрь, но ничего не происходило.
– На скорость не влияет! – отмахнулся капитан.
Наконец, что-то захрустело, вздрогнуло, и в хвостесамолёта часть корпуса начала опускаться вниз.
– Заработало! – улыбнулся Фил.
– Пульт зарядить просто надо, – слегка смутился Ноэль.
Как бы он ни пытался делать вид, будто всё в порядке,некую неловкость за корабль всё равно испытывал. Когда никого нет, всё можетвосприниматься привычно. Но когда рядом появляется новый человек, товолей-неволей приходится смотреть на всё и его глазами. И тогда все недостаткивылезают наружу и воспринимаются более остро.
В общем, на месте давнишнего крушения, этот корабльсмотрелся очень органично. Как родной!
– А почему вам такое плохое место выделили? – неудержался и спросил Фил, пока Ноэль маневрировал между торчащими обломкамиплит, подъезжая к рампе.
– За стоянку нужно платить. Это место самое дешёвое, –сказал Ноэль, – а какая разница, где корабль стоит на опорах? Главное, чтобыприземлиться можно было! Я же тебе говорил, что с финансами у нас проблема, такчто, экономим на чём можем. Да и зачем платить больше, если можно заплатитьменьше?
– Ну так-то и не поспоришь! – сказал Фил, – но выглядит,конечно… опасно!
– Ты всё равно уже в деле! – сказал Ноэль, – так чтопоменьше скепсиса! Если совсем не понравится, при первой же возможности уйдёшь,как и договаривались. Найдём ещё кого-нибудь, это не проблема, если есть время.Сейчас именно со временем у нас беда.
– Я заметил, – усмехнулся Фил, – и не только со временем!
– Да, – сказал Ноэль, – не только! Взяли стрёмный заказ,немного влипли. Потом расскажу, если интересно будет. В общем, не ты одинхочешь смыться отсюда поскорее.
Они въехали внутрь корабля. Трюм, где они оказались, былудивительно большим. Удивительно, это, если сравнивать с размерами корабля.Похоже, эту "малышку" использовали как грузовик. Хотя изначальноэто было что-то разведывательно-экспедиционное. Хотя о тех временах здесь уженичего не напоминало.
Рампа за их спиной начала медленно и со скрежетомподниматься.