Профессиональные иностранцы. Часть 1. Легенда о нити судьбы

Глава 2

Ещё до отъезда в Москву, на следующий после этого самого важного с нашей жизни разговора день, началось наше с мужем легендирование, а мне сообщили, что в ГРУ на меня заведено личное дело. После того как я перееду в Москву и буду зачислена слушателем ВДА, мне присвоят моё первое воинское звание, не уточнив, какое именно.

Как и водится в таких случаях, началось всё с теории, которую начал нам медленно, спокойно разъяснять подполковник из контрразведки ГРУ.

Этнические немцы, прошедшие процедуру приёма в соответствии с федеральным законом Германии «О делах перемещённых лиц и беженцев» в стране своего происхождения и доказавшие своё немецкое происхождение, назывались тогда немецкими переселенцами (Aussiedler – «переселенцы»; с 1993 года – Spätaussiedler – «поздние переселенцы»). Все они получают немецкое гражданство по прибытии в Германию. На совместное переселение имеют право также и их супруги не немецкой национальности, однако, в зависимости от выполнения определённых условий закона, они получают либо немецкое гражданство, либо только вид на жительство.

В те года многие наши соотечественники – этнические немцы – изъявили желание стать переселенцами и выехать на постоянное место жительства в Германию.

Для справки:

Всего в период 1990–2011 годов в Германию прибыло около полутора миллионов этнических немцев из стран бывшего СССР, в первую очередь из России и Казахстана.

Мы с мужем с детства владели немецким языком как родным, наряду с русским. Самое главное, что по закону мы оба имели право на безусловное получение гражданства Германии. Все мы именовались так называемыми русскими немцами.

Кстати, Рихард Зорге (Рамзай) тоже русский немец. Родился Рихард Зорге на территории Российской империи, но уже в 1898 году семья трёхлетнего Рихарда уехала из России в Германию. Сам он впоследствии вспоминал:

«Вплоть до начала войны моё детство проходило в сравнительно спокойном окружении обеспеченной буржуазной германской семьи. В нашем доме не слыхали о финансовых трудностях».

Интеллектуалы Германии перед Первой мировой войной проповедовали идеи Немецкой революции 1914 года, которая:

«Уничтожит либерально-эгоистическое западное общество, сформирует общество без классовых противоречий и партийной борьбы».

Молодой Рихард Зорге всецело разделял в своё время эти взгляды.

4 октября 1914 года в крупных немецких газетах был опубликован манифест «К культурному миру», подписанный 93 немецкими интеллектуалами. В этом манифесте говорилось, что:

«Германия не несёт ответственности за развязывание войны, и давно подстерегавшие на границах враждебные силы с трёх сторон накинулись на наш народ».

Рихард Зорге считал себя истинным патриотом Германии и готов был защищать свою страну с оружием в руках.

В октябре 1914 года Зорге добровольцем вступил в Германскую армию, участвовал в боях Первой мировой войны. Впоследствии участвовал в боях на Восточном фронте против Русской императорской армии, там был тяжело ранен, впоследствии комиссован по состоянию здоровья.

А что было после войны, после мук, связанных с ранением, и всех иных ужасов, которые он пережил?

Сам Рихард Зорге писал:

«Мировая война… оказала глубочайшее влияние на всю мою жизнь. Думаю, что, какое бы влияние я ни испытал со стороны других различных факторов, только из-за этой войны я стал коммунистом».

Рихард Зорге стал нашим разведчиком благодаря убеждениям, которые имели глобальный, но не национальный характер.

В нашем случае всё было по-другому. Мы постоянно обдумывали принятое решение и волей или неволей всё глубже задумывались над происходящим, всё точнее и жёстче формулируя обоснование уже принятому решению, тем самым оправдывая его в очередной раз.

Коммунистическая мифология, лицемерие которой постепенно нарастало и стало вопиющим, вызвала социальный протест. К концу 80-х годов деградировала как сама коммунистическая идея, так и обленившаяся коммунистическая элита, променявшая нелёгкую работу по обновлению системы на извлечение личных выгод. Экономика «развитого социализма», лишённая рыночных механизмов саморегулирования, не выдержала конкуренции.

Для меня развал СССР стал вероятным и даже очевидным 20 января 1991 года. Тогда во многих крупных городах СССР прошли митинги протеста, поводом к которым стало силовое подавление выступлений сторонников независимости Литвы (так называемые Вильнюсские события 13 января). В Москве, по неофициальным данным, в акции протеста и солидарности с Литвой приняли участие около 800 000 человек. Среди требований митингующих:

– вывод воинских частей Советской армии с территорий союзных республик, заявивших о своём выходе из состава СССР;

– деполитизация армии;

– отставка Михаила Сергеевича Горбачёва.

Кроме того, манифестанты выразили одобрение деятельности председателя Верховного Совета РСФСР Бориса Николаевича Ельцина.

Тогда я смотрела на всё оптимистично. Не понимала многое.

В итоге…

На наших глазах не стало огромной советской империи. Оставшаяся на осколках империи Российская Федерация сразу же с самого своего учреждения начала качаться из стороны в сторону, и у нас с Сашей, у всех его сослуживцев, у всех моих знакомых мгновенно появился страх за то, что Россия не устоит. Подтверждения нашим страхам приходили в ежедневных новостях со всей территории России, и особенно с Северного Кавказа. А Саша ужасался от всего, что происходило прямо на его глазах в частях и соединениях Тихоокеанского флота, расположенных в том числе в нашем Вилючинске.

Мы с Сашей однажды выяснили, что после развала СССР стали ещё большими патриотами, теперь уже России и только России. Нас не интересовали никакие глобальные новые проекты. Тогда для нас не было никаких других идей, кроме России и нашего многонационального государства. Но в публичной сфере мы не находили особой поддержки своим размышлениям, поэтому проделывали работу над собой самостоятельно, и только этот подполковник очень сдержанно, но жёстко постоянно нам говорил о вечном, и мы видели в нём нашего единомышленника.

Только намного позже наше государство, наконец, всё-таки соберётся с мыслями.

Президент РФ Владимир Путин очень хорошо и кратко сформулирует то, что мы тогда думали, но не смогли в своё время так точно и красиво сформулировать.

Владимир Путин в 2014 году скажет:

«Отношение Запада к России похоже на стремление посадить медведя на цепь. По любому вопросу, вот чего бы мы ни делали, всегда мы встречаем проблемы, оппонирование и борьбу с нами.

Я приводил на Валдайском клубе так называемом пример и вспомнил наш наиболее узнаваемый символ – медведя, который охраняет свою тайгу. Знаете, в чём дело? Если продолжить такие аналогии, мне самому иногда приходит в голову мысль: может, мишке нашему надо посидеть спокойненько так, не гонять поросяток по тайге, а питаться ягодками, медком, может, его в покое оставят? Не оставят. Потому что будут всегда стремиться к тому, чтобы посадить его на цепь. Как только это удастся, пресловутому медведю вырвут и зубы, и когти. В сегодняшнем понимании это силы ядерного сдерживания. Как только, не дай бог, это произойдёт, то и мишка не нужен, тайгу будут сразу прибирать».

Но тогда, в 1992 году …

Многие уже забыли, многие не знают. Но чтобы понять наше с Сашей смелое и рискованное решение, которое определит всю нашу жизнь, необходимо напомнить, почему у нас, как и у многих нормальных русских людей, в то время возникло острое желание стоять за Россию и помогать чем сможешь.

Из выступления Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина на совместном заседании палат Конгресса США о перспективах развития сотрудничества между Россией и США, 17 июня 1992 года:

«Заявляю вам: у нас есть твёрдая решимость и политическая воля идти вперёд. И мы доказали это на деле. И именно Россия покончила с имперской политикой и признала первыми независимость республик Прибалтики…

Россия предоставила реальные права своим автономиям…

Именно Россия существенно замедлила скорость маховика милитаризации и делает всё, чтобы остановить его. Я ответственно заявляю: мы, не дожидаясь подписания договора или соглашения, приступили уже – и подтвердит здесь министр обороны России присутствующий – к снятию с боевого дежурства тяжёлых ракет СС-18, нацеленных на Соединённые Штаты Америки!»

(Бурные, продолжительные аплодисменты американцев. Все встают. В зале улыбаются, вертят головой: «Вот это да!..»).

Саша мне рассказывал, как отнеслись к этим словам Верховного Главнокомандующего офицеры экипажа его боевого корабля, по американской классификации – эсминца: проклятия и мат – больше ничего. Тогда уже никто не боялся называть такими словами даже Верховного Главнокомандующего.

Хотелось что-то делать для Родины, и каждый прожитый день только усиливал это желание.

Итак, учитывая, что мы с Сашей в полной мере и безусловно относимся к категории русских немцев, выбранное для нас с ним направление легендирования выглядело полностью обоснованным, понятным, и для нас оно было естественным, ну почти.

Я по образованию инженер-электрик, то есть специалист в области проектирования, эксплуатации, установки и технического обслуживания процессов, связанных с распределением электрической энергии. Работала инженером в одной из районных электрических сетей городской электросети в Петропавловске-Камчатском.

Мой муж закончил одно из высших военно-морских училищ в Ленинграде и имел гражданскую специальность инженер-электромеханик – это специалист, который обеспечивает эксплуатацию и ремонт электромеханических систем, который организует и производит монтажные и ремонтные работы, выполняет функции оператора, осуществляет техническое обслуживание и диагностику электротехнических устройств, а также может заниматься проектированием соответствующих систем и оборудования.

Первой фундаментальной точкой опоры в направлении нашего дальнейшего легендирования была наша неоспоримая национальность.

Второй такой точкой должно стать наше высшее образование, информация о нём тоже не подвергалась никакой корректировке.

Третья опорная точка – это наша реальная и проверяемая биография, но… до той самой встречи с двумя подполковниками.

В те годы очень многие офицеры увольнялись с флота и уезжали кто куда мог.

Однажды все, кто был знаком с моим мужем, узнали, что он написал рапорт на увольнение и ждёт приказа.

Это был первый реальный шаг на пути легендирования Саши.

Командиры не знали правду и вызывали Сашу на беседы, искренне пытались его отговорить и не увольняться. Однажды даже прибегли к таким аргументам, как то, что Саша не сможет устроиться никуда на гражданке и его ждёт лишь карьера охранника, грузчика или что-то подобное. Саша рассказывал, что он даже возмутился однажды такой низкой оценке его способностей и амбиций.

Однажды кадровик их флотилии разнородных сил пригласил Сашу к себе и предложил ему сходить на собеседование к кадровику краевого главного управления внутренних дел. Видимо, между флотом и МВД было налажено некое информационное взаимодействие. Ведь МВД с удовольствием брало на службу бывших офицеров армии и флота.

Саша доложил о таком предложении курировавшему нас подполковнику из разведывательного центра ГРУ, скрытно расположенного в здании судоверфи. Куратор приказал Саше посетить краевое главное управление МВД, поставив ему задачу создать о себе впечатление как о стороннике идеи мирового гражданства, то есть человека, который считает весь мир своим отечеством, ставит общечеловеческие интересы и ценности выше интересов отдельной нации или отдельного государства. Первая и несложная задачка, которую должен был решить Саша самостоятельно.

Саша рассказал, что успешно справился с первой поставленной ему задачей. Отказываясь от предложений перехода в МВД и карьеры в милиции, Саша оформил свой отказ в виде общих утверждений типа:

– Я задолбался работать на дядю, пришло время работать на себя;

– Если государство думает, что оно платит, я буду делать вид, что служу, но не желаю этим более заниматься;

– Меня интересуют впредь только деньги. Много денег и больше ничего.

Со слов Саши, милицейский полковник долго не сдавался, и Саше пришлось перейти к таким высказываниям, как:

– Весь этот мир – единая общая страна для всех людей.

Со слов Саши, этот полковник милиции настолько был шокирован услышанным, что в отчаянии сказал:

– Да что же это такое с нами всеми произошло?! Никогда не думал, что когда-то услышу подобные слова от офицера нашего флота!

Саша рассказывал, что ему стало даже жаль этого пожилого и, без сомнений, очень правильного милиционера. Саша мне говорил, что видел, как больно было слышать такие слова этому человеку из старой системы.

Установка от нашего куратора была выполнена.

МВД даже в те времена ни за что не захотело бы брать в свою систему такого «гражданина мира». Но не это было главным.

Основным был расчёт на то, что в МВД никакая информация нормально не держится, и если кто-то когда-то по заданию врага поинтересуется тем, как Саша посещал отдел кадров ГУВД по Камчатскому краю, то никто не сможет по полученной информации сказать, что Саша на самом деле патриот своей Родины. Милицейские кадровики надолго запомнят визит Саши в их ГУВД.

Это первое задание нас с Сашей повеселило, было смешно и легко, даже забавно, ведь Саша всегда, мягко выражаясь, очень недолюбливал любых кадровиков. Тем более Саша не чувствовал никакого риска и даже, напротив, точно знал, что рисков нет никаких и его очень надёжно прикрывают.

Тем временем и я получила своё первое задание.

После возвращения в город, как и планировал мой отец, я устроилась инженером в городскую электросеть. Точнее, в оперативно-диспетчерское управление городской электросети. И занималась управлением технологическими режимами работы объектов электроэнергетики и энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии.

На работе меня уже многие знали, и со всеми сложились очень хорошие отношения, но особенно с главным инженером, который ко мне относился очень по-отечески.

От нашего куратора мы знали, что уже на следующей неделе выписка из приказа об увольнении Саши поступит в штаб его дивизии. После этого ему дадут трое суток для сдачи дел и должности. После чего он станет гражданским человеком, а его личное дело офицера по его просьбе отправят в городской военный комиссариат Петропавловска-Камчатского, и оно будет там храниться всю оставшуюся жизнь. Вместе с тем будет изготовлен дубликат первого экземпляра его личного дела, и он впредь будет храниться и вестись где-то в недрах ГРУ.

Сейчас мне нужно суметь договориться о том, чтобы моего мужа взяли на работу в городскую электросеть сразу после его увольнения с военной службы.

Для легенды было важным, чтобы именно я решила этот вопрос, чтобы любой и каждый знал, что Саша устроен на работу благодаря мне, а не звонку сверху. Потому что если его взяли по звонку сверху, то тут же возникнут вопросы о том, кто звонил, какая у звонившего была мотивация, откуда у Саши вдруг появились такие знакомства, и много других вопросов.

В те годы устроиться в электроэнергетику было не так просто. Повсеместно в полной мере уже проявил себя так называемый в то время «разрыв хозяйственных связей» бывшего СССР, вслед за ним разразился кризис неплатежей.

В общем, в нашем городе мало где платили зарплату, тем более вовремя. Но в городской электросети зарплату платили, ещё и строго по графику. Поэтому от желающих работать в городской электросети не было отбоя.

Я позвонила главному инженеру – он всегда снимал трубку, если ему звонил прямой телефон оперативно-диспетчерского управления. Попросила его принять меня, сообщив, что у меня есть сообщение не для телефонного разговора. Главный инженер сразу же согласился выслушать меня, и я направилась к нему в кабинет.

В общем…. Полный провал. Он ещё и отчитал меня за такую наглость. Сказал, что он сам лично никогда не пользовался блатом, всегда честно трудился и никогда не пытался хитрить. После этого и уже спокойнее заключил, что сейчас все инженерные должности полностью укомплектованы и никто не собирается увольняться.

Я доложила куратору о результатах. Он мне очень жёстко сообщил, что моя задача остаётся прежней и сроки неизменными, потребовал о выполнении задачи доложить в течение трёх суток.

Впервые в жизни со мной так жёстко и категорично разговаривали. Я едва прямо там не расплакалась, но подполковник меня опередил:

– Не сметь ныть! Встала и пошла выполнять задачу. Ты сама ещё не понимаешь, насколько огромные у тебя возможности и силы. Иди думай!

После этого события мне стало совсем не смешно.

Обратилась за помощью к отцу, но он сказал, что ему удалось меня устроить на работу благодаря чрезвычайно большим усилиям и он не сможет повторить такой путь в отношении Саши.

Поговорила с мамой, но она только развела руками и сказала, что даже не представляет, к кому можно обратиться с такой просьбой.

После этого начала звонить одноклассникам и встречаться с ними и вдруг обнаружила, что одна из одноклассниц может попытаться мне помочь. К этому времени она, закончив педагогический институт, работала в школе, а в свободное время занималась в арендованном в доме культуры помещении английским языком со взрослыми.

В то время у нас в стране возник огромный спрос на изучение иностранных языков в связи с тем, что появилась возможность выезжать за границу.

Через два дня мне была назначена встреча с женой одного, как тогда говорили, «очень авторитетного человека». Весь город знал его как очень авторитетного человека, способного неформально разрешить любые конфликты.

Я доложила о результатах своей работы куратору.

Он не сдержался и сильно меня отругал, но на сей раз как-то беззлобно. Любой контакт с криминалом полностью под запретом. Он объяснил, что использование криминала как инструмента иногда возможно, но только как инструмента, оружия, но не партнёра. Криминал не может быть наравне с военной разведкой – это исключено. Таким образом, чтобы мягко выйти из этой глупой ситуации, мне нужно сделать контакт с криминалом просто неактуальным.

Таким образом, срок выполнения задания сократился фактически до одних суток.

В сложившейся ситуации мы с Сашей посовещались и приняли решение, что он пойдёт к своему командованию и обратится с просьбой о помощи.

Саша направился к начальнику Технического управления флотилии разнородных сил Тихоокеанского флота. Тот выслушал Сашу, пожурил его за решение об увольнении, но снял трубку телефона, переговорил с главным энергетиком военно-морской базы в Вилючинске, и тот сообщил, что быстро решит Сашин вопрос.

Через пару часов Саша уже беседовал с главным энергетиком морского порта Петропавловска-Камчатский, а тот с удовольствием предложил ему должность сменного (дежурного) инженера ОРУ (устройства распределительные открытые) с перспективой работы по факту на всех РУ (устройства распределительные), то есть на всех электроустановках, служащих для приёма и распределения электроэнергии и содержащих коммутационные аппараты, сборные и соединительные шины, вспомогательные устройства (компрессорные, аккумуляторные и др.), а также устройства защиты, автоматики, телемеханики, связи и измерений.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.