Чарли Чан идет по следу
- -
- 100%
- +
– Я живу на первом этаже, сказал он.
– Ну и хорошо, – кивнула Памела, – пойдем по лестнице.
Передав девушке письмо Хонивуда, инспектор спросил:
– В котором часу мы встретимся завтра?
С минуту Памела размышляла.
– Давайте в восемь часов в вестибюле.
Прижимая к себе конверт, она торопливо ушла.
Чуть позже у Даффа состоялся разговор с полицейским, который застал его в номере Сибиллы. Инспектор сказал, что Скотланд-Ярд готов прийти на помощь итальянской полиции и взять расследование убийства на себя. После этих слов полицейский немного повеселел.
Утро порадовало Даффа голубым небом, сверкающим морем и ярким солнцем. В восемь часов он встретился в вестибюле с Памелой. Было видно, что она плакала.
– Я хотел подготовить вас, – сказал Дафф, – но не нашел слов. Наверное, я довольно неуклюж. Простите меня.
– Не надо, – тихо ответила девушка. – Бедный дедушка! Он умер совсем не по той причине, что я думала. Он умер из-за своей доброты.
– Кто может желать лучшей эпитафии? – мягко заметил Дафф.
– Но это не меняет дела. Я хочу знать, кто убил его. Я не успокоюсь, пока не узнаю правды.
– Я тоже, – сказал Дафф. – Я поймаю Джима Эверхарта, обещаю вам. А теперь скажите, у вас есть какие-нибудь соображения?
Памела покачала головой.
– Я всю ночь думала об этом Кто может быть убийцей? Ни один из мужчин в нашей группе не способен на такое. Даже Макс Минчин. Кто же? Кто? Мистер Вивьен? Он интересуется только миссис Спайсер. Капитан Кин? Странный тип, он не нравится мне, но этого, конечно, недостаточно. Мистер Тайт? Он очень неприветливый. Но он старый и больной. Мистер Росс? Меньше всего он похож на убийцу. Мистер Бенбоу? Этот занят лишь своей кинокамерой. Остаются доктор Лофтон и этот Фенвик. Но абсурдно думать, что…
– В таком деле ничего не может быть абсурдным. И, кстати, вы забыли назвать еще одного человека.
– Да? Кого же?
– Марка Кеннуэя.
Она засмеялась.
– Марк? Не смешите меня, инспектор!
– Помните, мисс Памела, личные симпатии могут только помешать в таких делах, – спокойно заметил инспектор. – После того, как я выбрал вас своим заместителем…
– Не понимаю, о чем это вы?
– Я хочу сказать, что, возможно, покину вашу группу на время. Повторяю: мы наткнулись на каменную стену, и я должен найти другую тропинку. Пока меня не будет с вами, прошу вас, мисс Памела, не спускайте глаз с вашей группы и пишите мне обо всем, что происходит. Если вы столкнетесь с чем-то, что может послужить ключом к разоблачению убийцы, немедленно дайте мне знать телеграммой. Обещаете?
– Конечно, – кивнула девушка. – Ой, смотрите, вот и моя дуэнья!
К ним подошла миссис Льюс.
– Вот вы где, Памела! Я рада, что вы в таком безопасном обществе. О, не смотрите на меня так, инспектор. Я имела в виду совсем не сердечные дела. Полагаю, что как мужчина вы гораздо опаснее многих.
Дафф засмеялся.
– Великолепное утро, да?
– Разве? Я и не заметила.
– Надеюсь, вы хорошо спали? – спросила Памела.
– Я всегда хорошо сплю. Даже убийство не может лишить меня сна. Помню, в Дели я была свидетелем смерти мальчика. Но я не хочу вспоминать о прошлом. Есть какие-нибудь новости, инспектор?
Дафф помрачнел.
– Как обычно, ничего.
– И неудивительно. Вы же не супермен, а этот наш приятель не похож на обычного убийцу. Странно только, что он начал действовать вне группы. Видимо, нас ему недостаточно. Вы завтракали, Памела?
К полудню стало ясно, что полиция не станет задерживать группу Лофтона. После звонка в Рим власти решили предоставить Скотланд-Ярду вести дело об убийстве Сибиллы Конвей.
Двухчасовым поездом туристы должны были отправиться в Геную. Настроение Лофтона заметно поднялось.
Снова, как и в то утро в Лондоне, инспектор Дафф выступал в роли провожающего. В прошлый раз в числе отъезжающих находился не только убийца, но и его очередная жертва. Теперь жертвой Даффа должен был стать убийца.
Группе предстояло еще долгое путешествие. Генуя, Неаполь, Каир, Калькутта, Бомбей и другие города Востока. Но теперь, надеялся инспектор, убийств не будет. С веселым видом он отправился на вокзал.
В ожидании поезда все толпились на платформе. Внезапно миссис Спайсер громко вскрикнула.
– Боже мой, я никогда не думала об этом раньше!
– В чем дело? – озабоченно спросил Лофтон.
– Нас тринадцать человек, – ответила она. – Дурная примета!
– Не обращайте на это внимания, – успокоил женщину Минчин.
Лофтон рассмеялся.
– В группе двенадцать человек, – заметил он. – Я не в счет.
– Вот уж не думал, Ирена, что вы суеверны, – сказал Вивьен.
– А почему бы и нет? Все суеверны.
– Только не подозревают об этом, – ответил он. – Простите.
Миссис Спайсер бросила на него злобный взгляд.
– Я тоже суеверна, – сказала миссис Льюс. – Число тринадцать всегда было счастливым для меня. Но когда черная кошка перебежала дорогу рикше, на котором я ехала по Баблинг-Велл-роуд десять лет назад, а через полчаса на нас наехал автомобиль, я поверила в приметы. А тринадцать, как я уже сказала, миссис Спайсер…
Но та с надменным видом уже отошла в сторону.
Подошел экспресс, и пассажиры, толкаясь, полезли в вагон. Дафф помог Памеле и миссис Лъюс занять места. На прощанье он напомнил девушке о своей просьбе.
– Не беспокойтесь, – улыбнулась она. – Я неплохо владею авторучкой.
Дафф спустился на перрон. Двери экспресса закрылись. Инспектор увидел Бенбоу с камерой, который сидел рядом со своей женой. Росс со своей тростью шел по вагону. Капитан Кин улыбался. Последним Дафф увидел Тайта. Он показался инспектору очень бледным.
На следующий день Дафф уже сидел в кабинете своего шефа в Скотланд-Ярде.
– Не расстраивайтесь так, дорогой мой, – сказал Берт, когда инспектор закончил рассказывать о событиях последних дней. – Кто мог это предвидеть?
– Обидно, сэр. Но я буду продолжать поиски Джима Эверхарта, даже если на это уйдет несколько месяцев.
– Естественно, – кивнул Берт. – Но не забывайте о другом. Доказательства по делу об убийстве Хонивуда и его жены не так важны для нас, поскольку это произошло не в Лондоне. А убийство Мориса Дрейка – дело чести Скотланд-Ярда.
– Понимаю, сэр. Поэтому я и поспешил вернуться в Лондон.
– У вас есть план дальнейших действий?
– Нет. Я как раз хотел посоветоваться с вами.
– Хорошо, оставьте мне свои записи по этому делу. Я покажу их кое-кому в течение дня. Зайдите ко мне в пять часов, и мы решим, что следует предпринять дальше.
– Благодарю вас, сэр.
Чувствуя, что у него гора свалилась с плеч, Дафф отправился к себе. Время пролетело незаметно. Он даже успел выпить пива с Хейли, а в пять часов был в кабинете шефа.
– Я прочел ваши записи, Дафф, – сказал Берт. – Кое-что мне кажется странным.
– Что же, сэр?
– Я имею в виду Тайта.
– А! – протянул инспектор.
– Да, очень странно. Его рассказ может быть абсолютно правдив, но кое-какие сомнения у меня появились. Посудите сами: Тайт считал, что Хонивуд убит, зашел в холл, увидел Хонивуда и упал в обморок. Почему это произвело на него такое сильное впечатление? Если он…
– Я понял вас, сэр, – быстро сказал Дафф. – Он считал Хонивуда мертвым, потому что ночью сам убил его. Другими словами. Тайт – это Джим Эверхарт.
– Да, примерно так я и подумал. Теперь насчет Лофтона. Пока группа путешествует, мне кажется, ваше участие в этом деле закончено. – Дафф побледнел. – Не поймите меня неправильно. Я хочу сказать, что вас его туристы хорошо знают. Я просмотрел маршрут, который нам оставил Лофтон. Из Порт-Саида они плывут в Бомбей, из Калькутты – в Рангун и Сингапур, из Сайгона, – в Гонконг, из Гонконга – в Сан-Франциско. Так вот, я предлагаю оставить группу в покое на некоторое время. Пусть убийца почувствует себя в безопасности. Через несколько дней мы отправим в Калькутту человека с поручением сопровождать группу. Определенно я еще не решил, но думаю, что сержант Велби подойдет.
– Он один из лучших работников, сэр.
– Да, и человек, который вполне может сойти за стюарда или что-нибудь вроде этого… Выше голову, мой мальчик! Если Велби узнает что-нибудь дельное, он сразу даст вам знать. Тем временем необходимо проделать кое-какую работу в Штатах. Надо поинтересоваться прошлым Хонивудов, а также найти сейф с номером 3260. Но вам нет надобности сейчас же ехать туда. Вы должны быть в Сан-Франциско к моменту возвращения группы Лофтона.
Дафф улыбнулся.
– Вы отлично все продумали, сэр! Но могу я высказать одно предложение?
– Конечно. Я слушаю вас.
– Я хотел бы встретить группу в Гонолулу, сэр.
– Почему именно в Гонолулу?
– Это даст мне возможность прибыть с ними в Сан-Франциско. Кроме того, кто-нибудь из туристов может оставить группу. И еще…
– Да?
– У меня есть друг в Гонолулу. Я, кажется, рассказывал вам о нем, сэр. Это инспектор Чан из полиции Гонолулу.
– Ну да, Чарли Чан. Дело Брюса… Хотите повидаться с ним, инспектор?
– Да сэр, он очень обрадуется.
Шеф улыбнулся.
– Я тоже расположен к мистеру Чану. Не беспокойтесь, Дафф. Гонолулу никуда от вас не денется.
Глава 12
ЮВЕЛИР НА ЧАУРИНГХИ-РОУД
Три следующие недели для Даффа были неспокойными. Он занимался обычными делами, но мысли его были заняты совсем другим. Сержант Велби плыл в Калькутту. Дафф многое рассказал ему о деле, описал состав группы и характер каждого человека. У Велби, довольно умного и расторопного парня, хватка была деловая. Он снова и снова рассматривал камни, найденные в кожаном мешочке. Казалось, они очаровали его.
– Эта галька, сэр, – ключ к разгадке убийства, – сказал он инспектору.
Потом Дафф проводил сержанта в порт и долго смотрел вслед кораблю. На обратном пути он думал об этом веселом парне. Разгадает ли Велби мучившую его загадку?
Примерно через две недели поступило первое сообщение о группе Лофтона. Это было письмо Памелы Поттер, отправленное из Адена. Девушка писала:
«Дорогой инспектор Дафф!
Не сердитесь на меня, я собиралась отправить письмо еще из Порт-Саида. Но все дни были так наполнены впечатлениями, а ночи настолько чудесны… В общем, мы двигаемся дальше. Боюсь, что вы чувствовали бы нетерпение, если бы находились с нами. Убийца среди нас, однако я все еще не могу разгадать его.
В Египте мы посетили пирамиды. Впечатляющее зрелище! Я даже задала сфинксу вопрос, на который мы все ждем ответа, но он промолчал и ничего не ответил.
Мне очень понравился Порт-Саид. Я хотела бы еще раз его осмотреть, но миссис Льюс не позволила. Она сама рассказала мне о городе. Где только моя дуэнья не побывала!
Теперь мы плывем по Суэцкому каналу. Пустыня меня очаровала. А Красное море! Боже, какая это красота! На палубу запрыгивают летучие рыбы, а по ночам вода фосфорицирует. Корабль плавно рассекает мелкие волны, и звук, который я слышу, напоминает шипение яиц на сковородке.
По вашей просьбе я изучаю мужчин нашей группы. В результате все женщины меня уже ненавидят. Миссис Минчин думает, что я собираюсь отбить ее Макса. Может быть, с Максом я действительно немного переиграла, но он очень забавный. Что касается Бенбоу, то я все жду, когда его жена отнимет у него камеру. Из остальных наибольшие подозрения вызывает Стюарт Вивьен.
Вы помните, какой взгляд бросила на него миссис Спайсер, когда он на вокзале в Сан-Ремо прошелся относительно суеверий? С тех пор она с ним не разговаривала. А когда Ирена Спайсер увидела, с какой скоростью развиваются наши отношения, она пришла в ярость и простила Вивьена. Он скользкий, как червяк. Скользкий человек. И меня очень интересует его прошлое.
Как-то, возвращаясь в свою каюту – это было часов в двенадцать ночи, – я увидела, что возле двери каюты Вивьена околачивается капитан Кин. Он пробормотал что-то и исчез. Боюсь, инспектор, у него что-то на уме.
Лофтон долго препирался с мистером Россом из-за западного побережья. С мистером Тайтом у меня контакта не получилось. Мои чары на него не действуют. Как вы объясните это? Может быть, он дуется из-за того, что я провожу время с Марком Кеннуэем?
Как видите, дорогой инспектор, ключ к разгадке я пока не нашла. Нельзя же назвать ключом то, что я написала о Кине.
Да, чуть не забыла. В Адене миссис Льюс водила меня в свой любимый ресторан. Представляете, она помнит по имени всех официантов! Здесь очень жарко, но ей нравится. Я же не могла дождаться, когда мы уедем, чтобы глотнуть прохладного воздуха.
Жена Минчина, Санда, только что остановилась возле меня. Она очень интересуется ювелирными магазинами Адена. Максу придется нанять в Сан-Франциско грузовик, чтобы перевезти ее покупки. Оказывается, у него есть лимузин с пуленепробиваемыми стеклами.
Простите, мистер Дафф, что я неважный детектив. Надеюсь, в следующем письме я сообщу вам больше интересных новостей.
Искренне ваша
Памела Поттер».
В отделении полиции на Вайн-стрит Дафф обсудил это письмо с Хейли, хотя обсуждать, по сути дела, было нечего.
– Впервые в своей жизни, – сказал Дафф, – мое расследование зависит от девушки.
– Хорошо хоть, что девушка очаровательная, – улыбнулся Хейли.
– Она не настолько очаровательна, что один из этих типов подойдет к ней и скажет: – «Да, кстати, это я убил вашего деда». А мне только это и нужно.
– Когда Велби присоединится к ним?
– Не скоро, – вздохнул Дафф. – Они только собираются отправиться дальше. И кроме Памелы, за ними некому следить.
– Ничего, наберись терпения, старина. Осталось недолго.
– Ты бы поговорил со мной о чем-нибудь другом, что ли, а то у меня закипят мозги.
Да, инспектору необходимо было отвлечься. Каждую ночь он изучал маршрут Лофтона, мысленно следовал за туристами по Индийскому океану. Бомбей, Дели, Калькутта.
Через неделю от Памелы Поттер пришла телеграмма:
«Если поблизости есть кто-либо из ваших людей, пришлите его для встречи со мной в отель «Грейт», Калькутта, до вечера. Утром мы отплываем в Рангун».
Чувствуя что-то неладное, Дафф отправил Велби телеграмму через английских агентов в Калькутте. Потом наступило молчание.
Следующие дни ничего не принесли. Даффу уже рисовались всякие ужасы, когда наконец пришло долгожданное письмо со штемпелем Рангуна.
«Дорогой инспектор Дафф!
Я довольно неудачный корреспондент, да? Не сомневаюсь, что моя телеграмма вызвала у вас жар. Но это все почта, инспектор. Я не сумела хорошо составить текст телеграммы. Сейчас вы все поймете.
Итак, мы отплыли из Адена в Бомбей. По мере того как усиливалась жара, настроение в группе падало. Из кают почти никто не выходил.
В Бомбее нас повезли в отель «Тадж-Махал». И кого, вы думаете, мы там увидели? Мистера Фенвика с сестрой. Я забыла вам сказать, что в Генуе Фенвик опять отказался ехать с группой. В Неаполе я несколько раз видела его, но с нами он не общался.
Знаете, инспектор, этот Фенвик – совершенно нестерпимый человек. Он спросил, были ли еще у нас убийства, и стал распространяться о преимуществах путешествия в одиночку. Кажется, его разглагольствования вывели из себя даже невозмутимого доктора Лофтона.
В Бомбее мы пробыли пару дней и отправились в Калькутту. Там-то и случилось то, что заставило меня дать вам телеграмму.
Утром последнего дня пребывания в Калькутте доктор Лофтон повел нас в ювелирный магазин на Чаурингхи-роуд. Я думаю, что он получает за это комиссионные, потому что страстно убеждал нас туда поехать. Имя владельца, кажется, Ирми Исмаил.
Это действительно превосходный ювелирный магазин. На витринах груды рубинов, сапфиров, бриллиантов. Впрочем, вас это не интересует. У миссис Минчин разбежались глаза, а Макса чуть не хватил удар, когда он оплачивал чек.
Большинство из нас ничего не купили. Но я случайно увидела прелестное бриллиантовое ожерелье, и сила воли отказала мне. Маленький вертлявый продавец с глубоко посаженными глазами и подлым выражением лица, заметив мое состояние, предложил примерить ожерелье. Пока я крутилась перед зеркалом, подошел Стюарт Вивьен. Он сказал, что немного разбирается в камнях, что бриллианты действительно хорошие, но цену за них запросили пиратскую. После этого началась торговля. И тут появилась миссис Спайсер и увела Вивьена. В этот момент случилось самое интересное. Пока мой продавец возился с ожерельем, к нему подошел другой. Они о чем-то заговорили на своем языке. Я, конечно, ничего не поняла, но два слова потрясли меня. Продавец назвал Джима Эверхарта.
Сердце у меня упало. Я достала чек и спросила: «Вы тоже знаете Джима Эверхарта?» Это была большая ошибка. Он, коверкая слова, ответил, что по-английски не понимает.
Что мне было делать? Сначала я хотела отправить вам открытку и написать: «Хочу вас срочно видеть». Но сочла за лучшее послать телеграмму.
Потом мы с Марком побродили по городу и отправились в порт. Вся группа уже была на борту. Я же думала только о том, что услышала в магазине.
Поздно вечером на палубе меня остановил стюард. Он сказал, что со мной хочет поговорить какой-то мужчина. Сперва я была изумлена, но потом вспомнила о телеграмме. Мы спустились на нижнюю палубу. Там меня ждал ваш друг сержант Велби, очень приятный молодой человек. Я рассказала ему о случае в ювелирном магазине и он, естественно, заинтересовался этим. И еще. Как только мы с Марком поднялись на борт судна, на берег сошел тот самый продавец с глубоко посаженными глазами. Что он там делал? Хотел повидать Джима Эверхарта? Или продать что-нибудь, пока корабль не отплыл? Велби сказал, что его внимание тоже привлек этот человек, он последовал за ним и заметил каюту, в которую тот заходил. «Эту каюту занимают два члена вашей группы, мисс Поттер», – прибавил Велби.
Конечно же, я захотела узнать, кто эти двое. Однако сержант только поблагодарил меня за информацию. «Вы можете значительно облегчить мою работу», – сказал он и поинтересовался, хорошо ли Стюарт Вивьен разбирается в драгоценных камнях. Я ответила, что не знаю, но он достаточно много знает о них. Напоследок Велби сообщил, что надеется попасть стюардом на корабль, направляющийся в Гонолулу. А пока он будет поблизости. Сержант попросил, чтобы я ни с кем, кроме него, не говорила о своих подозрениях. Я обещала. С тех пор я его не видела.
Как вы там, инспектор? В такой ситуации очень не хватает вас.
В Рангуне жарко. Пахнет Востоком.
Возможно, я напишу вам из Сингапура. Все будет зависеть от того, что произойдет дальше. Простите за такое сумбурное письмо.
С горячим приветом, Памела Поттер».
Прочитав письмо, Дафф направился с ним к шефу.
– Значит, Велби собирается вступить в игру, – заметил Берт. – Но почему он не дает о себе знать?
Дафф вздохнул.
– Возможно, у него нет ничего определенного. Но теперь, когда Памела сориентировала его в поисках, Велби должен подать весточку. Конечно, девушка могла ошибиться, приняв какие-то слова за имя.
– Почему Велби спросил ее, хорошо ли Вивьен разбирается в камнях?
– Трудно сказать, сэр. Несомненно, у него есть своя версия. Я предлагаю послать телеграмму в Калькутту, чтобы допросили продавца ювелирного магазина насчет Джима Эверхарта.
Берт покачал головой.
– Нет. То, что вы предлагаете, может спутать Велби карты. К тому же продавец испугается, предупредит Эверхарта, и тот исчезнет из группы. Кроме того, я не уверен в человеке с глубоко посаженными глазами, о котором пишет мисс Поттер. Вряд ли он с готовностью станет сотрудничать со Скотланд-Ярдом.
Дафф посмотрел на календарь.
– Группа Лофтона прибывает сегодня в Гонконг, сэр. Они пробудут там неделю. Если я не приму участия в расследовании, как вы предлагали, то в Гонолулу…
– Хотите подключиться? – спросил шеф. – Как скоро вы сможете выехать?
– Хоть сейчас, сэр.
Утром Дафф отплыл из Саутхемптона в Нью-Йорк. Хейли проводил его, пожелав удачи.
На душе у инспектора было легко. С каждым часом он приближался к разгадке тайны, которая заставила его предпринять путешествие.
Прибыв в Штаты, Дафф первым делом навел справки относительно прошлого Хонивудов. Оказалось, что они приехали в Нью-Йорк пятнадцать лет назад. Но никто из их друзей, чьи имена сообщила горничная миссис Хонивуд, не знали, где они жили раньше. Ничего не удалось узнать и о кожаных мешочках.
Насчет сейфа с номером 3260 тоже не повезло. С помощью нью-йоркской полиции Даффу удалось установить номера сейфов Тайта и Лофтона, но это ничего не дало. Как сказали инспектору, любой человек может иметь в банке секретный сейф, и служащие держат эти сведения в тайне даже от полиции.
Затем Дафф отправился в Бостон, где жила семья Марка Кеннуэя. Отзывы о молодом человеке были самые хорошие. В Акроне он разыскал компаньона Бенбоу, но кроме того, что одно время их дело было на грани краха, ничего интересного не узнал. Поездку в Питсбург, где жил Фенвик, тоже можно было считать безрезультатной.
В Чикаго инспектор с помощью местной полиции встретился с друзьями Макса Минчина, хотя прекрасно понимал, что эти люди вряд ли развяжут языки. В Такоме сведения о том, что Росс был важной фигурой в лесопромышленном деле, подтвердились.
Под конец Дафф навел справки о Стюарте Вивьене. Этот человек был хорошо известен в Сан-Франциско. Все хорошо отзывались о нем. Что касается мужа миссис Спайсер, то он находился в Голливуде и должен был вернуться еще не скоро.
Сидя в своем номере в отеле «Фермонт», Дафф подводил итоги поездки. Практически они были равны нулю. Правда, инспектор не нашел следов пребывания капитана Кина в Нью-Йорке. Но Дафф не особенно задумывался об этом. С самого начала по причинам, которые не смог бы объяснить и себе, он отказался подозревать Кина. Тем не менее, убийца в группе Лофтона, если только письмо Хонивуда правдиво.
Дафф подошел к окну, из которого открывался вид на порт. Он вспомнил о Чарли Чане.
В дверь постучали. Это слуга принес телеграмму из Скотланд-Ярда. Она гласила:
«Велби предвидит успех. Отправляйтесь в Гонолулу. Берт»
Всего несколько слов, но Дафф сразу повеселел. Наконец-то в руках у Велби появилась ниточка! Может быть, сержант уже распознал убийцу?
На следующее утро Дафф отплыл в Гонолулу. Инспектор знал, что прибудет на Гавайи на двадцать часов раньше группы Лофтона. За это время он успеет повидаться с Чарли Чаном и рассказать ему о деле, которое расследует. Возможно, дальше все пойдет быстрее. Дафф решил не сообщать Чарли о своем приезде. Почему бы не сделать ему приятный сюрприз?
Во время плавания инспектор изнывал от безделья. Он то и дело выходил на палубу, с нетерпением ожидая, когда же наконец на горизонте появятся очертания острова.
В порту его поджидал рассыльный с телеграммой. Дафф взглянул на подпись. От шефа.
«Велби найден убитым в порту в Иокогаме вскоре после отхода корабля с группой Лофтона. Схватите Эверхарта живым или мертвым».
Бумага дрогнула в руке Даффа. Перед его глазами возник Велби, каким он видел его последний раз в Лондоне.
– Живым или мертвым, – повторил инспектор. – Мертвым, если это будет зависеть от меня.
Глава 13
СТУК В ДВЕРЬ ЧАРЛИ
Некоторое время спустя на Бетель-стрит в Гонолулу судили трех мужчин – португальца, корейца и филлипинца. Они обвинялись в азартных играх на улице. На свидетельской скамье сидел толстый китаец с безмятежным выражением лица.
– Инспектор Чан, – обратился к нему судья, – расскажите, пожалуйста, как было дело.
Свидетель, оставаясь неподвижным, как Будда, прищурил и без того узкие черные глаза и начал говорить.
– Я шел по Папуа-стрит. Со мной был детектив Кашимо. У двери рыбного магазина Тимо я заметил огромную толпу. Когда мы приблизились, толпа расступилась, и мы увидели трех человек, которые теперь сидят перед вами. Они, стоя на коленях, играли в кости.
– Вам известна эта игра? – спросил судья.
– Так же, как ребенок знает лицо матери.
– И вы опознали этих мужчин?
– Нет никакого сомнения, – кивнул Чан. – К несчастью для них.
Адвокат обвиняемых, маленьких юркий японец, вскочил на ноги.
– Я протестую, ваша честь! – закричал он. – Я протестую против слов «к несчастью». Свидетель говорит так, будто мои подзащитные уже признаны виновными. Мистер Чан, воздержитесь от подобных комментариев, если можете!
Чан наклонил голову.
– Я переполнен огорчением, – сказал он. – Простите меня. – Адвокат бросил на Чана взгляд, полный упрека.
Тот продолжал:
– В следующий момент эти трое подняли головы. Увидев меня и Кашимо, они бросились бежать. Я настиг их в конце улицы.
Адвокат посмотрел на Чана.
– Вы хотите уверить суд, что ваша тучность не мешает быстрому бегу?
Чан улыбнулся.
– Тот, кто бежит с чистой совестью, развивает большую скорость, господин адвокат.