Сокровища Призрачных островов. Карта и компас

Но над пропастью карие глаза королевы ярились бурей сильнее взбешенного моря…

Ночевать мужчины остались в таверне, но утром Ярош решил не ждать, а попробовать самому поискать в городе тех, кто был ему нужен. Если этот берег такой необычный, он может подарить еще не одну интересную встречу, и тогда, возможно, карта появится снова. Только сначала пират хотел посетить кузницу: местный кузнец славился своим мастерством далеко за пределами Элигерского побережья. Это и была причина, почему Ярош направил свой корабль к этому порту.

В пустом зале таверны две девчонки обсуждали план абордажа торгового судна. Они слишком много выпили, и над их глупыми замыслами уже и чайки бы посмеялись. Если б этих мечтательниц на Тортугу, они бы стали настоящими морскими воительницами, но делать им такой подарок Ярош не собирался. К девушкам подсел немолодой мужчина, тот самый, что несколько ночей назад спьяну тоже похвалялся своими выдуманными подвигами. Девчонки приняли товарища в компанию с глуповатым хихиканьем. Но Соколу были безразличны подобные компании.

Окна кузницы оказались забиты, а дом оставлен на произвол судьбы. Соседи сказали, что мастер съехал неизвестно куда, отправился в путешествие за собственными приключениями.

Жаль…

Ярош достал свой компас, стрелка затрепетала, но не пошевелилась. Что ж, это даже не странно – отголоски промолвленных здесь заклинаний чувствуются и сейчас, почти неуловимые, если не вслушиваться, но компасу достаточно.

Пиратский капитан осмотрелся, решая, куда ему идти. Городок проснулся, и по улицам ходили занятые своими делами люди – ремесленники, неприхотливо одетые женщины и дети, которых приучают к тяжелой работе с малых лет. Но от людей Ярошу сейчас хотелось держаться подальше, подмывало остаться наедине со своими мыслями.

Он шел пологой горой, минуя каменные дома и аккуратные дворики. Дорога расходилась надвое и, подумав, Ярош решил отойти от человеческого жилья и повернуть к высоким деревьям, оставшимся от леса, который, вероятно, когда-то рос на этом берегу едва не до самого моря.

Хотя гору следовало бы назвать высоким холмом, но вид с нее открывался необыкновенный: довольно широкие улочки городка, часть из которых уже выложена брусчаткой, небольшой порт в заливе, где пришвартовались две рыболовецкие шхуны, на другом крае поблескивает куполами приземистая церковь. Словно почувствовав на себе взгляд пирата, в церковной звоннице трижды ударили в колокола, и гулкое эхо разлилось над городком.

Тихо, мирно, и совсем не чувствуется дух Империи, хотя имперские солдаты здесь были, а помост на площади еще не полностью разобрали. Вот только как долго горожане будут помнить казнь, свидетелями которой невольно стали? Или будничные дела уже заслонили собой увиденное? И кому достанутся доски с помоста? Их сожгут, сохранят для следующей казни или используют для постройки чего-то вполне мирного?..

Ярош сел на траву и засмотрелся на сверкающее солнечными бликами море. День выдался погожий и безветренный, морская гладь лежала не потревоженной, и казалось странным, что лишь несколько дней назад штормовой ветер пролетел над городом. Море тоже откликнулось на чары, защитив себя и людей тем ветром, так и не поднявшим бурю.

Пират снова поглядел на компас, стрелка качнулась, но полный круг не сделала. Если так, то придется полагаться исключительно на свои собственные предчувствия, а несколько ответов сейчас совсем не помешали бы.

Ярош спрятал компас и посмотрел на горизонт, где чистое небо соединялось с необыкновенно спокойным морем.

Он привел пиратский корабль к этому берегу, чтобы встретиться с кузнецом, который последнее время жил в этом городке. Смеркалось, особо времени на поиски не было, капитана ждала лодка, но в воздухе витал отзвук стольких не промолвленных и не воплощенных чар, что Ярош мешкал с возвращением. Лодка отплыла, а через четыре дня, на рассвете, как и было условленно с пиратской командой, корабль должен был ждать своего капитана в далекой Восточной бухте. Бухта была защищена скалами от ветров и чужих взглядов, вход в нее преграждали три рифовые гряды, проходимые только в том случае, если знаешь дно, или если твой корабль благословляет само Море.

А что-то таки неимоверно важное происходило здесь, когда Ярош Сокол оказался на берегу, и дело даже не в подаренной ему зачарованной карте. Здесь встретились давние, много давних, если учесть, что трое из них нашли его сами. И что же здесь случилось, если одну из давнего народа тяжело ранили? Что натворили те чародеи, которых поспешно казнили, не решившись везти в столицу? Кто они? Да и молодой колдун может только внешне казаться юным, а на самом деле немалая сила и умение нужны, чтобы держать в руках снятую с небосвода звезду… И почему сюда приехал имперский министр?..

Вопросы, вопросы, вопросы, на которые нет ответов. Только растревоженные воспоминания и очень много чародейства, потому и молчит компас, ведь еще не все заклятия полностью ушли в землю, а некоторые, самые сильные, отзвуки, воплотились в другие сущности, как та белая птица с льдистыми перьями.

Яроша передернуло при воспоминании о прикосновении к белому перу. Не стоило его поднимать, и, возможно, давняя не напрасно запретила будить его ото сна, навеянного прикосновением к заклятью. Хотя могло быть иначе: в пытках Марен знала толк… Он рискнул, поднимаясь на помост, охраняемый имперскими солдатами, но давняя не отдала приказ арестовать пирата, хотя это было бы проще всего, учитывая, кем она в действительности является.

Давние хотели удрать отсюда по морю, просились на его корабль, все, кроме той, что подарила пиратскому капитану карту. Молодой колдун Хедин тоже стремился попасть на пиратский корабль, будто знал значительно больше о той ночи, чем захотел бы рассказать, и, похоже, что ночь тоже открывала ему Имена и отвечала на вопросы.

Тогда в городке чар было столько, что их почувствовали все, у кого была к этому хоть малейшая склонность: пришли на пляж Виктор и Ольга, рисовал на песке, почти творя чародейство, странный парень, не спала гадалка Итана, да и вообще мало людей поддалось усталости и заснуло. Но и люди, живущие здесь, оказались весьма необычными: в жилах Берна и Дельфина только наполовину текла человеческая кровь, скрытое чародейство чувствовалось в Тайре, и откуда в действительности родом Зорин, даже пиратскому капитану было трудно представить.

Сильные чары манили и тайно указывали путь, как тому симпатичному существу с белыми крылышками, прилетевшему к ним вчера вечером. Как приманили они молодого дракона, который сейчас кружит над морем, нежась в ласковых солнечных лучах. Драконы всегда льнут к чародейству, но не все научены чувствовать чары, как и видеть самих драконов, когда они того не хотят.

Возможно, привели сюда чары и королеву Аталя. Хотя высокомерную Герду таки стоит еще расспросить, что же она забыла в чужой провинции?.. И, может так случиться, что и давний народ что-то расскажет пиратскому капитану в благодарность за путешествие на корабле с черными парусами.

Ярош улыбнулся собственной мысли: когда же это давний народ был благодарен людям за помощь?.. Но больше всего сейчас пирата тревожил мужчина, явившийся ему во сне, навеянном отзвуком заклинаний. Он тоже был полувоспоминанием, тот почтальон, доставляющий письма в синих конвертах… Такое далекое прошлое, которое так и не удалось утопить в выпивке. А теперь… теперь хочется жить: искать сокровища на далеких островах, разгадывать тайны тех, кто хочет стать частью команды на пиратском корабле, и вслушиваться в шепот моря, чей голос иногда так легко позабыть…

Сверкнули золотые крылья дракона, когда тот нырнул под воду, и через несколько секунд взлетел снова, рассыпая брызги. Дракон рыбачил достаточно близко от берега, а это значит, что там для него опасности нет.

Что ж… можно и пирату поглядеть на дракона поближе. Ярош отыскал едва заметную тропку среди трав, ведущую вниз в нужном направлении.

Тем временем в таверне друзья совсем заскучали. Прошло полдня, а с ними почти никто не поздоровался. Сегодня люди тоже обходили искателей сокровищ стороной.

Дельфин и Берн как раз убеждали Макса, что сидеть тут – напрасный труд, когда послышались крики и громкое обиженное мяуканье.

По таверне несся большой черный котяра, такой упитанный, что пузо мешало ему бежать.

– Сириус!

Кот оглянулся и попробовал запрыгнуть на стол, но живот перевесил, и он лишь ухватился когтями за край. Дельфин и Берн захохотали. Макс поймал кота, чуть не шлепнувшегося на пол.

– Отдай! – возле него остановилась запыхавшаяся девочка.

Она тяжело дышала, темные русые волосы до плеч запутались, самые короткие пряди падали на глаза, и девочка недовольно сдувала их.

– Ты кто? – Макс приласкал кота, который хоть и весил достаточно много, но эта тяжесть не оттягивала рук.

Кот замурлыкал.

– Роксана. Отдай моего кота! – топнув ножкой, пожелала девочка, и уже к коту: – Мой маленький. Сириус, иди ко мне.

Она потянулась к любимцу, но Сириус крепче всадил когти в Макса. Парень лишь вздохнул, а глаза Роксаны блеснули уважением. Она тряхнула волосами, укладывая их на место, – стало немного лучше.

– Ты его не знаешь. Он бешеный. Носится, как очумелый.

– Роксана, а что мы здесь делаем? – девочку за плечи обняла молодая женщина, Роксана была на нее очень похожа.

– Действительно, доченька, что мы здесь забыли? – послышался голос отца, и дочка совсем растерялась. – И где мы взяли эти лохмотья?

Если бы Макс был вместе с Ярошем той ночью, когда пират получил карту, то узнал бы в этих людях Виктора и Ольгу, а так они для него просто были родителями девочки с непослушными волосами. Парень опустил черного кота на пол, и Роксана сразу взяла любимца на руки, хоть так избавляясь от материнских объятий.

– Я ничего не сделала, – попробовала оправдаться она.

– Да? Ну конечно, – брови отца насмешливо взлетели. – А не должна ли ты сейчас ехать к тетке?

– Я ее не люблю, – девочка отвернулась.

Макса семейная размолвка не касалась, но ему почему-то было жаль этого ребенка, он и сам был таким взбалмошным в свои четырнадцать.

– Пойдем, Роксана, ты еще успеешь уехать сегодня, – Ольга старалась договориться с дочерью.

– А вы? – она неожиданно резко повернулась к родителям, и глаза девочки снова вспыхнули, но уже гневно. – Что будете делать вы?

Тут уже родители стушевались.

– Поговорим дома! – отрезал Виктор, подтолкнув дочку к выходу.

– Я все равно убегу, – пробурчала Роксана, Сириус спрыгнул с ее рук.

Семья вышла на улицу, а Макс неожиданно для себя подумал: "Что там о море говорил Ярош? Не о таких ли глазах?"

– Эй, подождите!

Ольга, Виктор и Роксана остановилась. Макс догнал их.

– Можно мне кое-что спросить у вашей дочери?

Виктор и Ольга переглянулись.

– Спрашивай, – нехотя согласилась Ольга.

Макс и Роксана отошли на несколько шагов. Кот обогнал их и легко оказался на заборе. В зеленых глазах животного сияли звезды, словно там действительно поселилась пара жительниц ночного небосклона.

Макс усмехнулся и, убедившись, что родители не пошли за ними, смерил девочку заинтересованным взглядом. Роксана потупилась.

– Что?

Макс погладил кота.

– Странный он у тебя. Такие штуки вытворяет. То боится тебя, то не отходит.

– Корабль с черными парусами, – бросив взгляд на родителей, сразу перешла к делу девочка. – Они проговорились, что Ярош возьмет их в путешествие.

– Капитан Ярош, – неосознанно исправил ее Макс, но Роксана не обратила внимания.

– Плевать, что они об этом мечтали. Но это я увидела корабль! Я! – она стукнула кулаком по забору, кот зашипел от неожиданного землетрясения, вогнав когти в дерево. – Перестань, Сириус, не до тебя, – и кот замолчал, поняв ее слова.

– Он тебя слушается? – Макс даже не удивлялся.

– А как бы иначе я убежала от родителей? – лицо Роксаны осветилось улыбкой победительницы. – Это все мой маленький Сириус – не могла же я ехать без него.

Макс тоже улыбнулся. Он бы и сам так хитро поступил, если бы у него был такой умный кот.

– Короче, я хочу быть на этом корабле. Уговори капитана, пожалуйста, – ее голос дрогнул, гордость не позволяла просить, но ей так хотелось попасть на корабль с черными парусами, что она даже попробовала бы поступиться гордостью.

Почувствовав, что происходит что-то не то, Ольга и Виктор приблизились к ним. Макс не знал, как ему поступить. Пообещать взять ее в команду без согласия капитана он не мог, а посоветоваться было не с кем. Но если в этой бестии нет моря, то в нем самом моря тогда и подавно не было.

– Спросили, что хотели? – Виктор строго глянул на Роксану: взгляд отца обещал если не угощение ремнем, то отказ в сладостях по меньшей мере на год.

– Спросил. У вас замечательная дочь, – почтительно начал Макс. – Но я узнал, что мы теперь в одной команде.

– Правда? – немного наигранно удивился Виктор: два года дочери жить без сладостей.

А Макс продолжал:

– Я знаю, на корабле не место для детей, особенно для таких маленьких девочек…

– Сам маленький! – сквозь зубы процедила Роксана.

– Но рассудительно ли будет оставлять вашу дочь одну в такое опасное время? Не будет ли вам спокойнее, если она будет у вас на виду?

Родители Роксаны задумались, наверное, они вспоминали прошлые выходки дочери и пробовали предугадать, что она еще может натворить. Фантазия превосходила воспоминания.

– Вы правы, юноша, – наконец сказал Виктор, Ольга кивнула. – Роксана.

– Да, – обрадовалась девочка, уже успевшая поковырять краску на заборе, пока они молча советовались.

– Роксана, обещай слушаться нас во всем.

– Я обещаю во всем слушаться капитана, – выкрутилась новоиспеченная пиратка. – Котом своим клянусь!

И с радостным криком девочка понеслась по улице наперегонки с Сириусом. Кот бежал так быстро и легко, будто не касался земли, но Роксана поднимала пыль за них обоих.

Тропка привела пиратского капитана к старой пристани.

Городок не считался торговым, но благодаря близости большого порта, самого крупного на Элигерском побережье, и его новая пристань в большом заливе часто была достаточно оживленной. Правда, сейчас здесь, на старых заброшенных пирсах, не было никого.

Никого, кроме чернявого юноши, одетого в темную одежду ремесленника. Юноша стоял близко к воде, немного склонив голову, прислушиваясь.

Что-то в его неподвижной фигуре заставило Яроша замереть. Юноша говорил с Морем, как умеют только пираты. И то не все. Но вмешаться или подслушать такой разговор никто не в силах.

Парень подошел к нему сам.

– Приветствую капитана Яроша Сокола, – голос его был также глубок, как и море.

– Оно тебе мое имя сказало? – спросил пират, хотя и знал ответ.

– Море сказало, чтобы я ждал тебя здесь сегодня. Море никогда не врет, – в серо-зеленых глазах притаилась страшная тайна, но они сияли так ярко, что Ярош поневоле сравнил его с собой в том же возрасте. – Меня Дэниэлом зовут, – будто советуясь с морем, представился парень.

– Море не врет, – согласился пират. – Ты тоже увидел корабль с черными парусами?

– Нет. Но я знаю о нем все, что можно узнать. Я мечтал быть в твоей команде. Моя воля так же свободна, как и твоя. Свободнее только Море.

Неизвестно, как Дэниэл угадал, что Ярош говорил другому пирату, просясь в юности юнгой к знаменитому капитану, мечтая превзойти его славу. Но и без этих слов Сокол с радостью взял бы этого парня с собой.

Ближе к горизонту хлюпнуло. Это молодой дракон купался в море, поднимая волны, в которых к берегу спешили огоньки. Чистые розовые и голубые искры облепляли опоры старой пристани, словно прорастали странными изменчивыми растениями, излечивая постаревшую древесину.

Дэниэл присел, попробовав коснуться чуда, и искры истаяли дымом, а пугливый дракон покинул море, растаяв в небе. Нельзя трогать чудо.

Окрыленный знакомством с Дэниэлом, Ярош с надеждой заглядывал в глаза прохожих, но видел в них только серость. Уже поздним вечером Сокол пришел в таверну, все его поиски не увенчались успехом: в этом городке не осталось пиратов, похоже, что кузнец был последним, кто покинул этот берег. Другие же состарились, погибли или сбежали от мирной жизни. Но большинство тех, кого тайком ждал в таверне Ярош весь прошедший день, упокоились на городском кладбище, прожив весьма счастливую жизнь. Могилы отказавшихся от своего прошлого ради покоя и созданных семей ничем не отличались от мест упокоения добропорядочных горожан.

Как только капитан вошел во двор, его увидела Роксана, хотела выбежать навстречу, но почему-то замешкалась и осталась у окна.

Низенькая тень отделилась от стены, встав у пирата на пути.

На вид ребенок лет двенадцати, но в изменчивых глазах нет детства. Этому древнему существу много лет, слишком много, чтобы их считать. Но и зла в них нет, как в полупустом взгляде Хедина. В его глазах бушуют высокомерие и море. Много моря, много свободы, ибо у давнего есть крылья, хотя сейчас их и не видно.

– Ты тоже хочешь быть в команде на корабле с черными парусами, – Ярош не спрашивал, ведь глаза мальчишки вспыхнули жаждой приключений так ярко, что другой отшатнулся бы, но не пиратский капитан.

– Да, пират, да. Я присоединюсь к вам позже. И можно моего товарища крылатого позвать? Можно? – сейчас давний казался обычным кудрявым мальчишкой, мечтающим о приключениях.

– Где товарищ?

Мальчик свистнул. Из темноты к ним опустился ангел, чьи крылья отливали чернотой. Глаза его тоже сияли, но не так ярко, как у младшего крылатого.

– Вы в команде, – согласился Ярош, хотя его немного проняло холодом от ветра, поднятого ангелом.

– Благодарю, капитан.

Ярош вошел в таверну, но Роксана видела, как мальчишка искоса посмотрел на черноперую фигуру, и иллюзия растаяла. Но, возможно, ей привиделось, ведь ночь была темная и облачная.

Ярош тоже увидел море в глазах Роксаны, обрадовался, что она дочь Виктора и Ольги, которых он встретил первыми. Да и сама девочка очаровала всех своим веселым нравом.

На этом хорошие новости закончились, и капитан ушел спать.

Под полом скреблись мыши, за стеной, в соседней комнате, ругались картежники. Едкий дым от их сигарет заполнил коридоры. После полуночи товарищи по игре подрались, разбив друг об друга пустые бутылки.

Но когда в его комнату постучали, Ярош не на шутку разозлился.

За дверью стоял высокий красивый мужчина, роскошно одетый, только золотых или серебряных украшений на нем не было, верно, в свое время подчеркивающих его состоятельность.

– Увезите меня из Элигера. Я заплачу любую цену.

– Шел бы ты отсюда, – зевнул Ярош. – Утром придешь.

Пират знал, что утром они уже будут в открытом море, поэтому не волновался, что франт найдет вместо него пустую комнату.

– Нет, вы не понимаете. Мне, правда, нужно уехать, – незнакомец просил даже не голосом, а как-то странно, словно привораживал.

Ярош окончательно проснулся.

– Ты кто?

– Принц Юран, – честно сознался мужчина. – Меня казнят, если я останусь.

Ярошу сразу вспомнилась площадь с осужденными. Нет, бросить человека здесь он не мог, даже если бы в его глазах не было моря.

– Королева у нас уже есть. Теперь и принц в придачу, – пробурчал он. – Юран, приходи в Восточную бухту на рассвете.

Ярош провалился в сон без сновидений, чувство ожидания новой встречи тоже пропало. Пока не рассвело, пирата никто не будил.