Беглянки

Надо было запастись провиантом, в лесу лавок нет. Рид решила не будить спутницу и быстро сбегать в деревню. Местные явно уже встали — самое время кормить скотину.

Ее надежды оправдались: за разумную плату удалось купить немного молока (благо с собой была «нетленка»), а также кусок сыра и небольшой мешок картошки, чеснок, зелень — на первое время хватит. Помимо этого, Рид продала лошадь. Пусть и за смешные деньги — все равно они не могут взять скакуна с собой. Местные посоветовали ей обратиться к мельнику, живущему на другом конце деревни. Жуликоватого вида старичок предложил деньги, на которые и нормальное седло не купишь, однако Рид не стала торговаться: не хотелось терять драгоценные минуты.

Девушка успела вернуться до пробуждения спутницы. У нее было время обдумать маршрут. В принципе, идея с Керийскими порогами не так уж плоха, учитывая, что Рид знала тропинки в обход самых опасных холмов. Если они продвинутся чуть западнее, то смогут выйти на Тракт, а там полно мелких городков. Все не обыщешь!

Лисаветте снились родители. Их черты ускользали от ее взгляда, но она чувствовала — это они. Родные, любящие. Словно окутанная теплым облаком, Лисаветта ощущала себя в безопасности. Давно ей не снились столь светлые сны. Хотелось бы удержать его подольше, но солнечные блики и улыбки родителей растаяли в утренней дымке.

— Доброе утро, — графиня отчаянно пыталась расчесать волосы ладошкой. Ночь, проведенная на сеновале, заметно попортила прическу девушки.

— Доброе, — сухо отозвалась полукровка. — Поднимайся, нам пора выдвигаться в путь. Люди здесь вроде бы нелюбопытные, но мы слишком близко от твоего поместья. Не хочется, чтобы тебя заметили, поэтому вот бутерброд, полноценный завтрак пока отложим.

Ее спутница явно не была расположена к светской болтовне за завтраком. Графиня потянулась и чуть не застонала — все тело ныло, очевидно, после вчерашней скачки.

— А где лошадь? — Лисаветта принялась за бутерброд, одновременно пытаясь поправить кофту.

— Я ее продала, она все равно не пройдет по холмам.

Лисаветта вздохнула. Суховатый бутерброд и кружка молока. А ведь еще вчера графиня завтракала теплыми булочками с маслом и нежнейшим паштетом. Вот она — цена свободы! Проведя ночь без крыши над головой, Лисаветта решила про себя, что не отступит. Она вытерпит все испытания, которые сулит это путешествие: суровую спутницу, тяжелую дорогу и все, что встретится им на пути — но она не выйдет за шерифа. И больше не будет слушать нотации Зарины. Сама будет решать, что ей носить, когда танцевать, и больше никто не будет отменять ее заказы на книги. Надо лишь добраться до тети в Лерон.

С первыми лучами солнца девушки двинулись в путь. Лисаветта сильно отставала от своей спутницы: неудобные сапоги (одолженные у Мередит), сползающие штаны, да и просто отсутствие опыта долгих пеших переходов мешали девушке поспевать за Тунридой. Рид понимала трудности Лисаветты. Подстраиваясь под шаг графини, она шла медленно, стараясь выбрать наиболее удобную тропу. Они были недалеко от деревни — местные часто ходили по опушке, собирая ягоды да грибы, так что на выбор полукровки была целая сеть тропинок.

Лисаветта, несмотря на старания Рид идти помедленнее, вскоре начала отставать. Она еще никогда не забиралась так далеко в лес (по ее представлениям, они уже забрели в настоящую лесную чащу). Лес был гигантской живой ловушкой с множеством препятствий. Сапоги соскальзывали и нещадно натирали ноги. Комары, мошки и еще Падшая знает кто кружились вокруг спутниц жужжащим облаком. Правда, Тунриду они не особо беспокоили. Во всяком случае, она не морщилась и не махала руками, как графиня.

Лес вокруг них был преимущественно хвойный. Высокие, хоть и не очень густые, ели не давали лучам солнца добраться до желтоватого подлеска. Тунрида ловко огибала густой кустарник. Лапы ельника не мешали низенькой полукровке, графине же приходилось постоянно отодвигать хлесткие ветки. И паутина! Чуть ли не на каждой второй ветке висели белые полупрозрачные нити. Лисаветта боялась пауков, но отстать от полукровки и заблудиться в лесу было куда страшнее. Через час-полтора графиня начала все чаще спотыкаться и уже не могла поспеть за своей спутницей.

В итоге Рид решила сделать небольшой привал. Ноги Лисаветты гудели от перенапряжения. Полюбовавшись на гримасы графини, Тунрида достала из-за пазухи припасенный пакетик:

— Вот, возьми: разотри с водой и приложи к ступням.

— Что это? — графиня заглянула в пакет; в нем оказались мятые водянистые листья какого-то растения.

— Это листья быстрохода. Такой невысокий куст с темно-зелеными листочками, крестьяне делают из него мази для ног. Проверено на личном опыте — прекрасное средство от мозолей.

— И что, мне просто приложить листья к ногам? — Лисаветта никогда не сталкивалась с такой проблемой, как мозоли. Ей всегда шили обувь на заказ из кожи самого лучшего качества. Сапоги Мередит мало того что были на несколько размеров больше, так еще и сшиты из грубой, окаменевшей кожи.

— Смочи ладонь водой и разотри пару листочков, эту кашицу натолкай в носки — потом их постираешь. Сейчас главное — не заработать кровавые мозоли.

«Поздновато спохватилась», — подумала про себя графиня.

Растирать листья было легко: они были полны сока. Намазав полученную субстанцию на ступни, Лисаветта тотчас ощутила благоприятное действие — боль в ногах поутихла. Продолжать путь не хотелось. Лучше сидеть вот так, под елочкой, с целебной мазью на ногах и не шевелиться. Если бы еще не эти комары!

Пока графиня занималась лечением ног, Тунрида успела набить трубку и сейчас наслаждалась ароматным дымом. Лисаветта принюхалась.

«Вроде ничего».

Обычно она начинала кашлять лишь при приближении к курящим. Зарина, кстати, тоже терпеть не могла запах табака. Отец Ветты любил выкурить сигару после ужина (как и большинство джентльменов), однако после переезда мачехи ему пришлось отказаться от этой привычки. А уж после смерти графа в их доме табак попал под строжайший запрет для всех: Великая Злюка, доверенное лицо Зарины, зорко следила за этим. Кухарка Энн тоже не одобряла курение, называла его «сухим пьянством». Она ругалась на лакеев, тайком смоливших на задворках. А уж представить, чтобы девушка курила… Лисаветта не представляла, чтобы Энн сказала на такое. Когда очередная струйка дыма долетела до девушки, та все же закашлялась:

— А вот Энн говорит, что курение ведет к медленной и болезненной смерти!

— То есть некурящие умрут быстро и весело?

Полукровка явно не собиралась следить за здоровьем. Впрочем, наверное, у таких, как она, не бывает болезней легких. Или вообще каких-нибудь.

— Поднимайся! Теперь будет не так больно идти. Давай-давай, — добавила Рид, заметив недовольный взгляд Лисаветты. — Нам надо хотя бы пару миль пройти. Или ты хочешь встретиться со своим женихом?

Делать нечего, Лисаветта с протяжным вздохом принялась обуваться. Может, смесь и спасала от кровавых мозолей, но ноги все равно сильно болели. Быстро идти графиня была не в состоянии, поэтому оставалось надеяться, что преследователи не станут соваться в лес, а проедут по тракту.

Постепенно в ходьбе графини начал вырабатываться некий ритм. Стало легче дышать, хотя, по мнению полукровки, Лисаветта пыхтела как стадо коров. Их преследователям ничего не стоило подкрасться под этот шум. Зато графиня начала замечать, что творится подле нее. Лес был полон жизни. Из-под веток выбегали юркие ящерки. Тут и там раздавались голоса птиц. Э-э… следы жизнедеятельности показывали, что здесь проходили и крупные животные. Графиня задумалась, как они будут ночевать в лесу среди диких животных? Или полукровка знает, как обезопасить себя от нападения хищников? Словно подслушав мысли девушки, Рид остановилась около ручья.

— Переночуем здесь, недалеко от воды, — полукровка бросила рюкзак на землю. — Ты когда-нибудь разжигала костер?

Лисаветта сделала вид, будто задумалась: «Знаешь, нет, как-то не доводилось жить в лесу!».

— Всякое бывает, — пожала плечами Рид. — Ну да ладно, я тебя научу. Сегодня я соберу хворост, а с завтрашнего дня это станет твоей обязанностью.

— Хорошо.

«Хорошо, что завтра, а не сегодня».

— Глупый вопрос, но вдруг ты разбираешься в грибах?

— Я умею собирать грибы, — с достоинством ответила Лисаветта. Тунрида была впечатлена.

— Да ладно?!

— Энн — наша кухарка — часто брала меня в лес за грибами.

— Чудно, значит, сегодня на ужин грибы. Ну, заядлый грибник, вперед на охоту!

Рид следила за действиями юной графини: та внимательно смотрела под ноги с видом первоклассной ищейки. При этом не смотрела по сторонам и пару раз прошла мимо довольно крупных боровичков. Дождя давно не было, так что сухих веток было полно. Минут за двадцать Тунрида набрала внушительную охапку.

У Лисаветты тоже дело спорилось: она нашла пять небольших белых и один подосиновик — в принципе, на ужин достаточно.

— Хватит, нам еще готовить. Лисаветта-а-а, все, закругляйся. Кстати может как-нибудь сократить твое имя? А то пока выговоришь...

— Мне это Тунрида говорит?

— Можешь звать меня Рид.

— Ладно, тогда ты можешь звать меня … звать меня … хм...

— Может, Лиза?

— Нет, только не Лиза!

— Хорошо, может, Лиз?

— Слишком похоже на Лизу.

— Тогда, ну … Иветта?

— Как продажную женщину?!

— И много ты знаешь продажных женщин с таким именем?

— Ты поняла, о чем я.

— Слушай, я не знаю, остается Ветта.

— Хорошо.

— Что?

— Мне нравится Ветта.

— Ммм, ладно, как скажешь.

Они добрались до поляны, Рид принялась готовить место для костра.

— Смотри внимательно, да брось ты эти грибы, позже почистишь. Для костра мы берем сухие ветки, после долгого дождя будем использовать магический огонь. Костер делаем небольшой, чтобы не привлекать лишнего внимания. Вот, копаешь ямку размером… хм… чуть больше нашего котелка, обкладываешь ямку землей, и самое главное — делаешь боковой тоннель.

— И зачем это?

— Для поддува, да и прогорает быстрее. Ночи достаточно теплые, попробуем спать без костра.

Ветта внимательно следила за ровными, уверенными движениями спутницы.

— Если смотреть со стороны, то ничего сложного, но все равно нужно попробовать самой.

Рид одобрительно кивнула:

— Завтра попробуешь сама, давай чисти грибы, я займусь сливочным соусом.

«Однако, какие изыски в походной кухне!» — удивилась про себя Лисаветта.

Тем временем Тунрида разожгла костер с помощью огнива и принялась за готовку. Готовить девушке нравилось: когда-то она даже мечтала открыть собственную харчевню в приморском городке. Такое небольшое заведение, где собираются друзья, куда ходят с детьми по праздникам, где подается много разных вкусностей. В общем, не обычную забегаловку с кучей алкоголя, а нечто семейное. Однако полукровки, при всех своих привилегиях, не могли владеть каким-либо общественным заведением: будь то таверна или лавка. Считалось, что дети Магов всегда будут использовать магию, чем бы они ни занимались. Учитывая обстоятельства, это было жутко несправедливо.

Подвесив котелок, Рид добавила в него немного воды, затем вылила туда половину молока. Дав смеси нагреться, она порезала чеснок и отсыпала свою любимую заготовку из соли и специй.

— Я почистила грибы.

— Хорошо, — Тунрида достала из рюкзака небольшую дощечку и что-то вроде плоской металлической чаши. — Порежь их сюда, пожалуйста.

Ветта принялась резать грибы; получалось довольно коряво — готовить графине еще не доводилось.

— Ты много путешествуешь.

Это был не вопрос, но Рид ответила:

— Мне нравится странствовать, встречать разных людей, искать новые тропы. Не представляю, как можно прожить всю жизнь на одном месте. Конечно, таким, как я, проще путешествовать.

— Я давно хотела спросить, — Ветта замялась, не зная, как тактичнее начать разговор о сущности своей спутницы.

— Почему я больше не использую магию, раз уж я — полукровка?

— Ну, в общем, да.

Тунрида на мгновение замерла: она ожидала этого вопроса. Рано или поздно все ее об этом спрашивали, и каждый раз... Глупо, давно пора привыкнуть.

— Я не могу управлять своими способностями, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Лишь изредка магия вырывается вспышками, я не могу предугадать, когда и в какой форме это произойдет. Так что на мою магию мы рассчитывать не можем.

На лице юной графини промелькнуло до боли знакомое выражение жалости.

— Хватит об этом. Грибы готовы?

Сняв котелок, девушка поставила на огонь чашу. Кусочки грибов с оставшимся чесноком зашипели на импровизированной сковороде. Быстро почистив несколько картофелин, Тунрида покрошила их в чашу. Осталось лишь немного подождать.

— Помой это в ручье.

Ветта, забрав из рук спутницы горсть листьев мяты, отправилась к источнику. Значит, Тунрида владеет магией, но не может ею пользоваться. Да уж, такому не позавидуешь, учитывая отношение к полукровкам…

Когда девушка вернулась к костру, Рид уже добавила молочный соус к картошке и грибам — пахло изумительно.

— Вот мята.

— Чудно, положи ее здесь.

На свет из рюкзака были извлечены две миски, которые наполнило жаркое. Помыв котелок, Тунрида наполнила его родниковой водой.

— Приготовим мятный настой.

После ужина спутницы начали готовиться ко сну. Нарвав ельника, Рид показала Ветте, как лучше соорудить лежанку. Без костра стало ощутимо прохладнее. Тунрида протянула графине тоненький плед.

— Держи, с ним не замерзнешь. Он из шерсти белого зубра.

Ветта никогда не слышала ни про белых зубров, ни о волшебных свойствах их шерсти, но ткань послушно взяла. Плед был очень колючим. Тем не менее стоило закутаться в него с головой — сразу стало тепло. С таким одеялом холодные ночи не страшны.

Лисаветта, вымотанная дорогой, моментально заснула. Рид еще долго лежала, прислушиваясь к звукам ночного леса. Крупных хищников, нападающих на людей, здесь было немного, да и вряд ли они нападут. Простые животные чувствовали полукровок и старались обходить их стороной. Тунриду больше беспокоили двуногие. В замке графини ощущалась темная магия: кто бы ее ни использовал, ему нужна девушка. Рид не могла сказать, откуда она это знает, но была уверена, что так просто Лисаветту не отпустят. Сердце сжалось от дурного предчувствия. Все-таки надо было дождаться пробуждения Мередит.

***

Мередит Бинош родилась в семье зажиточного бакалейщика. Ее отец очень гордился тем, что смог выбраться из самых низов и дать приличное образование своим детям. Мать гордилась даже больше отца. Как же, она — Сью Норби, дочь всем известного пьяницы, — смогла стать важной матроной, с которой все местные кумушки здороваются в церкви. И лишь одно обстоятельство мешало полному счастью четы Бинош — старшая дочь Мередит. Девушка не понимала, сколько труда приложили родители, чтобы дать ей воспитание «как у леди». Она росла слишком громкой, грубой, вечно впутывалась в неприятности. А еще она хотела путешествовать! И не как полагается благовоспитанной девице, а по дорогам, как побирушка или… прости, Божиня. Родители не могли утихомирить своенравную девчонку. Когда Мередит исполнилось пятнадцать, Сью решила выдать ее замуж за сына знакомого торговца, весьма уважаемого человека. Мередит стала бы хозяйкой собственной лавки — о чем еще может мечтать девушка? Но неблагодарная дочь сбежала накануне свадьбы, чуть не загубив репутацию семьи.

Так уж вышло. Мередит всегда хотелось путешествовать: в детстве она взахлеб читала о странствиях великих Магов, о подвигах рыцарей, об их победах над нечистью. И вот она ушла в вольные странствия в пятнадцать лет. Ее история закончилась бы очень быстро и печально, если бы она не встретила Тунриду. Девушки быстро сдружились — они были похожи как внешне, так и по характеру. С такой подругой, как Рид, Мэри быстро познала всю горькую сладость тех приключений, о которых грезила раньше.

Они скитались по всей стране, влипали в различные, подчас весьма нехорошие истории. Это было захватывающе, это было весело, это было жутко. Однако время шло, и однажды Мередит поняла, что ее больше не тянет на приключения, она устала от вечных дорог. Захотелось спокойной сытости и тепла, семейного тепла. В одном из северных городов она встретила молодого подмастерья. Тунрида все поняла и была рада за подругу, но ее мятежная натура не могла находиться долго на одном месте, и вскоре она ушла, оставив Мередит с женихом.

Свадьба так и не состоялась: молодые успели жутко разругаться накануне торжества. Однако молодая женщина не стала искать подругу, а отправилась в соседний город, где жила ее младшая сестра.

На новом месте Мередит чувствовала себя вполне счастливой. Она жила спокойной, размеренной жизнью. У нее была парочка легких романов — так, ничего серьезного, чисто для души. Спустя несколько лет Тунрида наконец-то пришла ее проведать. Сколько воспоминаний об их странствиях хранила память Мэри!

До того как всех накрыло волной магии, Мередит пыталась доползти до ванной комнаты, чтобы хоть как-то привести себя в порядок. Очнувшись, она сразу поняла, что произошло. Нечто похожее случалось во времена их странствий с Рид, и девушка знала, что из себя представляет всплеск магии. Адреналин быстро помог справиться с остатками похмелья; Мередит, наскоро умывшись, добралась до своей спальни. Вещи Рид пропали, а на столе лежала записка. Еще не прочитав послание, Мэри поняла: это не к добру. Быстро одевшись и прихватив деньги, она хотела бежать за сестрой, но на пороге столкнулась с незнакомым мужчиной.

— Куда-то торопишься, милая?

«Как они нашли меня так быстро?! Даже зная, кто я и где меня искать, они бы не успели добраться до моего дома за такой короткий срок».

Мужчина медленно улыбнулся, и Мередит поняла, откуда такая скорость…

***

— Мы поймали подругу толстухи. Она, конечно, не знает, куда та запропастилась, зато назвала ее имя — Тунрида Ридвегейл.

Лорд Смайгон резко повернулся к говорящему.

— Ридвегейл? Ты уверен?

— Она так сказала. Может, врет?

— Хм, — шериф погрузился в раздумье. — Тунрида, значит. Та самая паршивая овечка…

— Овечка? — переспросил озадаченный подручный.

— Ну да, овечка. Из тех, что портят все стадо, — Смайгон усмехнулся. — Не хотелось бы связываться с Магом.

— Можем пустить магический след за одной графиней…

— Он не сработает, и ты знаешь почему!

— Хорошо-хорошо. Что прикажете, милорд?

Смайгон на мгновение задумался. Если не использовать магию при поиске, то Маг не почувствует, что его полукровку преследуют.

— Пошлите погоню, но пусть магией не пользуются.

— Официальную погоню?

— Ее тоже. Лишним не будет.

***

— Доброе утро!

— Где? — Ветта не могла открыть глаза. Спину ломило, словно она не отдыхала, а всю ночь таскала тяжести: какой-нибудь уголь или тележки с золотом. Да, определенно золото — тяжелейший из металлов.

— Не могу встать, — простонала девушка.

— Могу холодной воды плеснуть, — с готовностью предложила помощь Рид.

— Давай, — страдальчески согласилась Ветта, наивно полагая, что полукровка имела в виду стакан воды ...

— Падшая! Что ты творишь?! — Ветта подскочила, как ошпаренная, вся мокрая, с прилипшей к лицу прядью волос.

— Зато смотри, как ты быстро проснулась! Водные процедуры творят чудеса.

— Ты ненормальная!

— Об этом стоило побеспокоиться прежде, чем нанимать меня, — Рид подмигнула графине. — Вставай, нас ждет адски трудный день.

— Ты просто воплощение мотивации, — пробурчала Ветта, пытаясь подавить зевок. Утро выдалось промозглое. Трава, покрытая росой, поблескивала и обдавала прохладой. И хотя спать было холодно, вставать Ветте также не хотелось.

— Сколько можно глаза протирать? Давай обувайся, — полукровка, до противного бодрая, уже «колдовала» около костра.

Графиня дотянулась до ближайшего сапога — скользкий от росы, он никак не хотел налезать на ногу. Справившись с одним сапогом, Ветта потянулась ко второму, и он почему-то показался тяжелее первого. Девушка попыталась просунуть ногу внутрь, но она уперлась в нечто мягкое… и, кажется, живое! Ветта отбросила сапог.

— У меня в сапоге кто-то есть!

— Вытряхни и надевай, в чем проблема? — отмахнулась Рид.

— А вдруг это змея, или ядовитый паук, или…

— Нет здесь ядовитых пауков, а змея тебя бы уже ужалила.

Ветта с опаской проскакала на одной ноге подальше от лежанки и вытряхнула из сапога довольно увесистую жабу. Сложно сказать, кто из них двоих был более изумлен встречей. Тунрида расхохоталась. Ветте было не до смеха.

— Не буду снимать сапоги по ночам. Сегодня заползла жаба — завтра что-нибудь ядовитое.

— Будешь спать в обуви — я сама тебя укушу, — предупредила Рид. — Ладно, просто ставь сапоги друг на друга или накрывай чем-нибудь перед сном. Нет, ну это надо же — жаба в сапоге!

Ветта долго стояла в одном сапоге — надевать второй после того, как в нем ночевала жаба, не особо хотелось.

— Ты еще долго на него любоваться будешь?

— Там была жаба, не хочу надевать склизкий, грязный сапог.

— Может, она только утром туда забралась. Ну хочешь, сполосну сапог водой, только тебе придется идти наполовину босиком. Нам некогда ждать, пока твой сапог высохнет.

— Почему некогда? Еще только рассвело, полчаса ничего не изменят.

— Нам нужно дойти до Холмов к полудню, чтобы успеть пересечь их до темноты.

Смирившись, Ветта натянула сапог. Вроде бы никаких изменений. Девушка подошла к костру.

— Держи, — полукровка протянула графине щербатую кружку с ароматным чаем. То, что нужно в такое промозглое утро.

Было и вправду слишком рано, солнце только показалось из-за холмов.

Холмы.

Вечером, когда они разбивали лагерь, было слишком темно, и девушка не заметила эту груду камней. И пусть холмы были далеки по размеру от горных ледников, но для Ветты, в жизни не взбиравшейся куда-нибудь выше чердака, это были Эверест, Килиманджаро и пик Коммунизма вместе взятые (разумеется, если бы графиня знала о существовании этих вершин).

— Мы будем лазить по НИМ?

— Расслабься, они только выглядят опасными. На самом деле они жутко опасные, — Рид заметила панику на лице Ветты. — К счастью, я по ним уже взбиралась. Трудно, но выполнимо.

— Но я-то никогда не лазила по горам!

— Слушай, даже если бы ты всю жизнь карабкалась по скалам, в случае с этими холмами тебе бы это не помогло. Они особенные — появились после Войны Магов, слышала о такой?

Ветта выглядела оскорбленной.

— Знаешь, я получила прекрасное воспитание и уроки истории посещала исправно! Война Магов была десять тысяч лет назад, когда нашего государства еще не существовало. В результате неудачного заклятия образовался гигантский ураган, который снес кучу городов… ну, из тех, что тогда существовали.

— Браво! Лаконично и не совсем верно. Однако про ураган ты угадала. Здесь, — Тунрида обвела рукой холмы, — он и зародился.

— На этих холмах?!

— Тогда это были высочайшие горы, но ураган буквально смел их в порошок.

Ветта с подозрением уставилась на темный силуэт холмов.

— А по ним вообще кто-то ходит?

— Если и ходит, то недолго. Не зная тропок, соваться туда — путешествие в один конец.

— Но ты знаешь?

— Ну да.

Тунрида не особо беспокоилась. Она взбиралась в места не менее опасные, да еще кишащие хищниками, тогда как в этом проклятом месте не было ни одной зверушки.

Позавтракав, спутницы отправились покорять холмы, до которых еще надо было дойти...

***

— Я устала, давай сделаем привал?

— Мы идем всего час.

— Ноги снова болят. И есть хочется.

— Неужели?! Какая жалость, что нам еще полдня идти до обеда.

Ветта обиделась, но воспоминания о лорде Смайгоне придали девушке сил. Чтобы избежать замужества с ним, она готова залезть на действующий вулкан, не то что на эти холмы. И пройти пешком до моря. И сразиться с парочкой… хм, кого-нибудь из нечисти, может, вампиров или… Тут графиня споткнулась, и Тунрида прикрикнула на нее: