Цветок под куполом. Возвращение

Глава 11. Обещать – не значит жениться.

Если б я был царь,

я бы издал такой закон,

чтоб богатый женился на бедной,

а бедный – на богатой;

а кто не послушается, тому смертная казнь.

Островский А.Н. «Женитьба Бальзаминова»

картина 1, явление 4.

Милстоун встретил нас проливным дождем. Это было особенно ощутимо после жара Белого огня и пролетающей над головой Птицы Рурк. Дождь стоял огромной, мокрой стеной. И просвета в нем не было. Едва выйдя из ратуши, мы все оказались мокрыми с головы до ног. Промокли все, хотя, казалось бы, плащи должны были защищать от дождя. Но этот дождь, который называют Дождь Стена или Дождь Рыси и Волчара или Дождь как из Тролльева Котла. Против него не спасала зачарованная одежда, ты все равно оказывался мокрым. Да еще и молнии били, казалось, отовсюду и прямо тебе под ноги. И гром грохотал так, что я вздрагивала и еще теснее прижималась к не на минуту не выпускавшему меня из рук Иву. Мне показалось, что после того, как он поймал меня у стены дома Ульриха, он ни на минуту не выпускал меня из рук. Как будто боялся, что я снова куда-то денусь. Ну, куда я могу деться? Хотя нет, могу… Куда угодно могу.

Я очень не люблю дождь. Не люблю оказываться сырой и мокрой. Потому что за этим может последовать все, что угодно. И простуда – наименьшее из зол. Учитывая жуткие сквозняки в наших храмах и мое истощение оковами, дождь казался мне не водой, льющейся с неба, а смертельной отравой, уничтожающей все на своем пути. И я очень плохо его переношу. Вот, казалось бы, мы только что с пожара, но там мое сознание четко работало. Я мыслила здраво и четко. Смогла опознать Белый огонь, сообразить, что нам грозит и даже, как мне показалось, вела себя мужественно. Ну, мне так кажется.

Но сейчас в этой вязкой, мокрой жиже я будто сама начала растворяться, как растворяется варенье в стакане с водой. И все мои мысли были направлены только на то, чтобы попасть, наконец, в сухое помещение.

Но не тут то было. Вывалившись из портала, мы привычно сгруппировались еще в портальной комнате. Мужчины с тревогой вглядывались в наши лица, проверяя, как мы перенесли переход. Мой взгляд блуждал по комнате, и я поняла, что их так беспокоит. Переход был большим. От столицы городок располагался далеко. Это была почти граница империи. Дальше шли Тролли степи. Официально они тоже входили в состав Светлой империи. Но это официально. А на деле троллями не брались управлять. Да и связываться с ними особого желания ни у кого не было. Это как в темной империи были орки. Только вот орки на порядок умнее, сильнее и цивилизованнее троллей. И они признавали власть императора. Тролли же были разрознены, и пойди разбери, что они там признают.

Поэтому тревога мужчин о нашем самочувствии была понятна. Я была почти без магии после всех событий. У Лид магии в принципе было немного, а Майка так и не оправилась после тюрьмы и приговора. И надо сказать их тревога была не напрасной. Майка держалась с трудом. Лид тоже была притихшая. А на меня, наверное, все же все факторы повлияли: и портал, и бессонная ночь, и этот противный дождь.

Поэтому когда при выходе из ратуши нас обступили со всех сторон гномы, и что-то заголосили про женитьбу, я и в самом деле плохо поняла, о чем это они. Хотелось к жаркому огню, высушить одежду и лечь уже в кровать, чтобы заснуть, наконец.

Но гномы упорно нас тянули к разрисованным шатрам, стоявшим тут же на главной площади городка. Шатры были очень яркие и красочные, это я разглядела даже сквозь дождь и навалившуюся дикую усталость.

В шатре было относительно сухо. Вот именно, что относительно. Потому что он был явно сооружением временным и отчаянно протекал. В центре шатра стоял импровизированный алтарь Праматери. Сильно импровизированный. Потому что из предметов культа я увидела только маленькую статую Праматери, не больше ладони, чашу для брачных браслетов и чашу для подношений богине. Что характерно самым большим предметом на этом «священном алтаре» занимала как раз чаша для подношений.

– Так. Кто из вас женится? Вы же не на прогулке тут. Давайте не задерживать друг друга. Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим.

В центре шатра у алтаря стоял жрец, в противной, грязной хламиде и зло рассматривал нас всех. Это его скрипучий голос заставил меня вздрогнуть и недоуменно уставится на Ива.

– Э-э-э… Как бы мы тут… – Даже у Ната запас слов закончился. Вот небывалое дело.

Мы продолжали стоять внутри шатра, окруженные толпой гномов и тупо пялились на жреца.

– Я не понял вас, уважаемые ланы. Кто из вас женится? Я тут вижу трех девушек, пригодных для этого. Кто из вас женихи? Учтите, я долго с вами сидеть не намерен. Мне уже все это кажется странным.

– Нет, нет. Премудрый лан жрец. Мы готовы жениться. Вот я, например, готов. И мой брат тоже. Мы вот как раз эти самые женихи и есть. Просто мы немного растерялись и перенапряглись после портального перехода. Сами понимаете. Мы ж простые наемники. Не Вам чета. Пресветлый жрец. – Ян решительно выдвинулся вперед и вытащил за собой заторможенную Лид. Как-то она больно тихо на все реагирует.

При этих словах Яна и жрец, и присутствующие в шатре гномы заметно расслабились, а при следующих словах Яна, кажется, еще и подобрели.

– И подношение храму у нас достойное.

– Так бы сразу и сказали. А то стоят тут. Не понятно, зачем пожаловали. Я уж подумал не шпионы, какие или упаси Пресветлая тёмные, – после откровенно грубой лести и словах о пожертвовании жрец, кажется, растаял.

А я прибывала в по-прежнему заторможенном состоянии. Женятся Лид и Ян. Ну и ладно. Пусть себе женятся. Большое дело. Темный император женится по светлым ритуалам на дочери белых троллей. Да ерунда.

Но жрец почему-то всё не унимался.

– Только одна пара брачующихся? А остальные тогда что тут делают? И вы кто?

– Нет. Как можно, глубокоуважаемый жрец. Еще мы женимся, – и вперед вышел Ив.

Вот здорово. Ив, оказывается, женится. Да он совсем с ума сошел. Ему же нельзя. Только после рождения законного наследника. И Яну, кстати, тоже нельзя. Что тут происходит? И на ком он кстати женится? На мне? Серьезно? А. Всё. Я поняла. Это я сплю уже. Это же сон такой, где мы с Ивом можем пожениться. Хороший сон такой. Ничем другим я это объяснить не могу.

– Марк? Не хочешь жениться на ком-нибудь? Вон на Нате, например? Ритуал все равно не действителен, ты темный император. Это Светлая империя, – приглушенно, так, чтобы слышал только он, прошептал Марку Ив. Ну, и я тоже. Потому как Ив, по прежнему, крепко прижимал меня к себе.

– Нет. Этого не будет. Я даже и фиктивно, и понарошку или в шутку не собираюсь жениться. Я лучше разнесу этот городок по кирпичику, – чересчур зло и эмоционально произнес Марк.

– Марк, успокойся. Я пошутил. Расслабься.

– Пресветлый жрец. У нас всего две пары брачующихся. Я брат невесты. Это вот брат жениха. А это двоюродные сестра второго жениха, она же одновременно приходится троюродной племянницей мне. В общем, мы все тут родня. Мы прибыли поддержать их в этом нелегком решении. Согласитесь, ведь брак это такая ответственность. Не вам ли с вашим опытом знать об этом.

Это Нат наконец отмер и пустил вход свое красноречие. Все-таки мы все немного заторможенные. В связи с чем это, интересно? Мы вроде бы и не пили ничего. И не ели. Странно. А симптомы как при отравлении или скорее, как при опьянении. И когда это мы пили? Вроде и не наливали, и в трактире не были. Да, давненько я так не напивалась. Я даже сейчас икать начну. Пока, правда, мысленно.

– Это и понятно. Молодёжь. Что с вас взять? Не пойми что на уме. Ни собраться толком не можете, ни добраться. Да некоторые и шатры не находят. И внутрь не заходят. А потом бывает и согласие дать толком не могут. Я тут такого насмотрелся.

– Да что вы говорите?

– Да. Поэтому мы и распыляем в портальной комнате траву коноплисты остроухой. Она безвредна, зато придает женихам и невестам дополнительную храбрость. Травка проходит сквозь все щиты и артефакты. Не распознают они её как яд или еще что. Безвредная. На что только не пойдешь во имя благой цели, – посокрушался жрец.

– Коноплиста остроухая?

– Да. У троллей закупаем. Они ее в костер любят кидать, а потом плясать до утра. Правда это любят делать только синие и бирюзовые тролли. У белых троллей эта трава почему-то под запретом.

А-а-а. Так это я не напилась, а обкурилась. А наши мужчины более закалённые в этом вопросе. Они один трактир три раза переименовывали. А вот мы втроём совсем раскисли.

– Я так вам сочувствую. Вы на такой ответственной должности. А ведь наверняка начальство поди и не ценит? – продолжал лить благость на уши жреца Нат.

– И не говорите, лан. Вот ни капельки не ценят. Но что-то мы отвлеклись. Прошу первую пару положить ваши брачные браслеты в чашу пресветлой Праматери для благословления.

И тут всё опять застопорилось.

Сейчас нас обвинят, что мы темные шпионы, начнут разбираться, что мы тут делаем, пошлют запрос в столицу. Там сопоставят с убийством Ульриха, и как мы будем уносить ноги не понятно.

– Они у меня, – вдруг произнесла я.

Вся наша компания недоуменно уставились на меня. А я, отлепившись от Ива, сбросила с плеч на пол рюкзак. Присев над ним, полезла в декоративную наволочку, которая как раз там была. Точно помню, когда я сгребала из сейфа дражайшего дядюшки драгоценности и артефакты, там было что–то подобное. Ну, точно. Порывшись в куче золота и драгоценных камней, я с облегчением нашла первую пару. Никогда я еще так не радовалась блестящей безделушке. Хотя в данном случае эта безделушка весила прилично. И столько же, наверное, и стоит. Самое смешное, что она вся усыпана крупными красными рубинами. Красный рубин – цвет воина. Ян должен оценить. Да и металл – ярко-желтое золото. Вот сейчас не помню, но, кажется, Зима говорил, что чем насыщенней желтый цвет, тем выше проводимость магии. Да еще рубины до кучи. Неслабый артефакт, готова поспорить. И узор между камнями говорит о сложной работе настоящего мастера. И я протянула браслет Яну, глядя на него снизу вверх, было весьма забавно наблюдать за его изумленной физиономией. Хотя о чем это я. Тролли вон всю ночь вокруг костра пляшут. Мне сейчас все будет забавно. Он взял браслет, а я полезла рыться дальше.

Следующим был очень похожий по узору браслет из белого металла, украшенный изумрудами и сапфирами. Причем это, наверное, была платина, и достаточно чистая. Без серых вкраплений. Ровный серебристый цвет. Узор был, вот к гному не ходи, такой же, как на красном браслете. Но этот браслет был на порядок дороже. Металл и камни были редкими, а соответственно и стоимость была выше. Не говоря уже о магических свойствах камней и платины. И я протянула его Иву. Но тот, покрутив, взял и протянул его Марку. А тот взял и надел. И резким движением спрятал браслет за рукавами рубашки. Ив уставился на меня, а я, пожав плечами, стала снова рыться в наволочке.

Ух, слава Праматери, нашла. Я нащупала что-то на самом дне и когда, наконец, вытащила, не поверила своим глазам. Как же я когда выгребала это из сейфа, не заметила такое? Хотя я была в таком состоянии, что не заметила бы и императорскую корону. Серебро. Распространенный металл в обеих империях, но это нисколько не отражается на его магических свойствах. Да, он был дешёвый, и даже бедняки могли позволить себе артефакты из него. Но магические свойства были выше всяких похвал. Он не только прекрасно сохранял магию, которую заряжал в него маг и артефактор. Но умудрялся подзаряжаться сам. Брал магию из воздуха, воды и огня. Да практически из всего. Поэтому так ценились артефакты из него. Ведь они не так часто как другие требовали подзарядки у мага.

Но, пожалуй, из всех трех он был самым дорогим. Нет, работа мастера и узор были такие же, как и на предыдущих браслетах. Дело было в камнях. Большие карбонадо, или черные бриллианты чередовались на нем с белыми бриллиантами. Огранка бриллиантов носила название роза, и была одна из старейших известных огранок. Что, скорее всего, говорило о древности всех трех браслетов. Зима любил вечерами подсесть на своего любимого конька и рассказывать о формах и свойствах огранки.

Увидев, что я держу в руках, Нат удивленно присвистнул и кивнул Марку. Тот понимающе прикрыл глаза и вот уже я протягиваю Иву грубую поделку. Скорее даже кустарщину, как любил называть подобные вещицы Зима. В моих глазах вдруг все задвоилось и мне стало казаться, что все это мне просто померещилось. Да ладно. Не существует в обеих империях таких больших черных карбонадо. Да и алмазы белого цвета не маленькие. Наверное, померещилось. Это все трава. Будь она неладна.

Ив забрал у меня браслет, а я затянула тесемки на декоративной наволочке и запихала ее поглубже в рюкзак. Все это время меня обступали со всех сторон императоры с Натом так, что для всех остальных не было видно, где и в чём я капаюсь. Для окружающих я выглядела неумехой, которая засунула такие важные вещи на дно рюкзака.

Между тем Ян решительно протянул свой браслет Лид. И она уверенно в него вцепилась правой рукой. Их браслет тоже не выглядел дорогой вещью. Безделица. Они подошли к чаше и вместе, как и положено, опустили ее в ритуальную чашу. Жрец хмыкнул что-то про то, что гномы быстрее свое имущество пересчитают, чем мы, наконец-то, соберемся с мыслями и забормотал положенные по ритуалу слова.

Магия ритуальной чаши разделила браслет на две половинки и слегка засветилась белым светом. У темных из чаши льется тьма. Лид и Ян протянули руки и под монотонное бормотание жреца забрали из чаши два браслета. Потом Ян протянул руку и надел свой браслет Лид на запястье, а она то же самое проделала со своим. Браслеты щелкнули и захлопнулись. Потом они засветились и плотно обхватили запястья пары. Ну вот. Ян, кажется, женился. Жрец, заканчивая ритуал, поднял руки в благословляющем жесте и пробубнил.

– Вы муж и жена.

Ян бросил в чашу для подношения увесистый кошелек и мягко отстранил Лид от алтаря, освобождая место.

И вот хоть бы кто насторожился? Или мне одной показалось, что всё происходит на самом деле? И, несмотря на то, что Ян император, темный, а это светлый ритуал. И происходит на светлой территории, но брак и в самом деле заключен. И куда смотрит Ив, который упорно тащит меня к чаше?

– Невеста, вы будете браться за браслет? – проворчал жрец глядя на меня.

– Да, минуточку, – пробормотал Ив жрецу и наклонился ко мне.

– Ана, возьмись за браслет, – то ли прорычал, то ли пригрозил он.

– Ив, а может…

– Не может, Ана. Берись за браслет.

– Но…

– Не но.

– Я только хотела…

– Потом…

– Хорошо. Если ты уверен.

– Я уверен.

И я взялась за браслет, подтверждая, таким образом, свое согласие и добровольность происходящего. Мы опустили его в чашу, и она снова засветилась белым светом. Жрец опять бормотал, а я все не могла поверить в реальность происходящего. Но вот Ив достал свою часть браслета, а я словно во сне взяла свою. Потом услышала щелчок, и браслет захлопнулся на моей руке. И я, по-прежнему прибывая в неуверенности, протянула руку и все-таки захлопнула свой на запястье Ива. Всё. Назад пути нет. Оба браслета плотно облегали запястья, и снять их не представлялось возможным. Это говорило о том, что брачный ритуал успешно проведен.

– Вы муж и жена, – услышала я.

Ив бросил в чашу для подношений кошелек и оттащил меня от алтаря. Вокруг все засуетились. Гномы стали нас громко поздравлять, желать богатства, огромную сокровищницу, выгодных сделок, барышей и чего-то еще. Вот только выгодных сделок и сокровищницы мне и не хватало. До полноты картины. Императрицей я, по-моему, уже стала, только сокровищницы недостает.

И я истерично захихикала. Столько всего навалилось. Я последний раз нормально спала, наверное, еще на спорной территории. Смерть Ульриха Праведного, наш побег из столицы, а теперь еще и эта свадьба. Кажется, я достигла предела возможностей. Но, по всей видимости, Ив что-то понял, потому что меня вдруг подхватили на руки и куда-то стремительно понесли.

Мы вышли из шатра все так же окруженные толпой гномов, которые настойчиво нам что-то советовали. Но мой мозг отказался понимать разумную речь. Все слилось в сплошной гул голосов. В довершении всего ливень и не думал прекращаться. Мы и так не слишком сухие стали еще мокрее. Хотя казалось бы куда уже.

– Марк! Сколько можно мокнуть?!– прорвался сквозь шум дождя и гул голосов резкий окрик Ива.

– Кто-то говорил о необходимости соблюдения конспирации. Но ты прав. Достало.

И мне вдруг стало тепло и сухо. Одежда высохла, а дождь прекратился. Вернее он барабанил у нас над головами. Серьезно так барабанил. Как будто не верил, что его не пускают.

– Во имя тьмы, Марк! Сделай уже что-нибудь! У нее истерика! Она странно хихикает, и, по-моему, не слышит меня!

– Не ори! Раньше надо было думать! Ей сейчас только ментальное воздействие от темного магистра недостаёт. У нее магического резерва нет. Портал и брачный ритуал забрали всё, что осталось. И это только на магическом уровне. Я уже не говорю про физическое и психическое здоровье. Когда она ела последний раз? Ты вообще уверен, что этот Ульрих её хоть раз кормил?

– Марк!!!

– Да не могу я! Её надо покормить и в сон отправить. Именно в такой последовательности. И восстанавливающих артефактов на нее навесить. Все, что есть!

– Так. Хватит. Щит это здорово, вас не слышно, но прекрасно видно. Да и этот щит только слепая курунда не заметит. Быстро ноги в руки и в гостиницу. Тут всего два шага. Она здесь же, на площади.

И мы побежали. Потом снова бежали. А потом стали подниматься по лестнице и двери хлопали, как крылья той птицы Рурк над головой. Хотя нет, она же магическая и летела бесшумно. Тогда что же это так хлопает? А потом кто-то ласково уговаривал меня поесть. И я даже как будто согласилась и в меня стали вливать что-то похожее на бульон. Такой наваристый и жирный. Странно. В монастыре не бывает таких бульонов. Там бульоны жидкие и мяса там отродясь и жихухоль не найдет. А он может найти всё. Ведь только в монастыре мне было так сыро и холодно. И магии у меня там не было. Я снова туда вернулась? Зачем?

– Давай, обнимай ее покрепче. Ты должен согреть ее. Дело дрянь. Восстанавливающие артефакты не справляются. Еще оковы эти. Когда кандалы с ног снимать?

– Еще рано. Мы должны были к тому времени уже вернуться.

– Так. Она не справляется. Мы еще толком не выяснили, как она убила Ульриха. От этого тоже может быть откат.

– Марк! Я не могу ее потерять.

– Не потеряешь. Два магистра не один подмастерье. Справимся. Возобновляй ритуал снятия оков. Я помогу с плетением и подпиткой. Вольем по максимуму. Когда освободим ноги от этой гадости, угрозы больше не будет.

– Ты уверен?

– Я главный куратор Темной магической Академии. Да, тролль всё забери, я уверен!

И вдруг в меня полилось тепло. Как будто ноги засунули в обжигающую ванночку. Такие делают детишкам при болезни, когда нет возможности позвать жреца. Странно. Я снова стала маленькой? И голоса эти, такие взволнованные.

– Получилось. Магические каналы заполняются. Сейчас и артефакты подключатся. Резервный минимум восстановится, а дальше сон и отдых сделают свое дело. Обошлось.

– А почему рубцы на ногах? Это останется?

– Да. Мы сняли, но раньше срока. Считай, отодрали, крепко присосавшуюся к магическим каналам пиявку. Не на много, но все равно, без последствий не обошлось. Наденешь на нее ножные цепочки, она и не заметит.

– Угу. И в каждое звено по магическому колокольчику, чтобы знать всегда, что с ней и где она.

– Сара не согласилась. Только на браслеты слежения и смог уговорить.

– Я и спрашивать не буду. Просто надену и все.

– Тиран.

– Я такой. Да с ней по-другому нельзя.

– Кстати, я так и не поздравил тебя с женитьбой. Как это лихо у тебя получилось.

– Завидуешь?

– Я уже жалею, что не поддался на уговоры Сары и не взял её с собой. Хотя нет. Пожениться мы можем и в столице, в темном храме. А рисковать Сарой я не намерен. И только пусть кто-то из вас благополучно женатых красавцев попробует меня остановить. Мы сбежим, и поминай, как звали. И посмотрю я на вас, как вы без меня.

– Плохо мы без тебя, так что женись на здоровье.

Голоса становились все тише и тише. Я стала уплывать в чудесную страну сновидений на волшебной Птице Рурк. Она летела над полями, полными душистых цветов, мимо высоких гор с вымершими давным-давно драконами, над берегом сияющего моря, полного чудесных существ. И я засыпала у волшебной Птицы на спине, чтобы проснуться готовой к новым чудесам.

Глава 12. Всадники без головы.

– Нетрудно понять скрытый смысл такого обычая,

если здесь и в самом деле процветает людоедство,

– ответил Смуга.

– Будет лучше всего,

если мы отдадим им одну из наших свиней.

А. Шклярский

«Томек среди охотников за человеческими головами»

Проснулась я в абсолютной тишине. Странно как-то. Почему так тихо? Я поспешно открыла глаза. И сразу все стало понятно. Прямо над моей головой искрился и переливался при свете светила всеми цветами радуги темный щит. Я еще успела восхититься, как он красив. Все-таки истинная тьма не беспросветно чёрная. Она многогранная и многоликая. А щит был прекрасен. Я поняла, что лежу, укрытая походным одеялом на мягком. А еще увидела, как жестикулируют и по все видимости ругаются Ян и Лид. Как Нат что-то пробует из котелка и протягивает пробу режущей хлеб Майке. А Ив и Марк что-то обсуждают, склонившись над пергаментом.

Так, стоп. Последнее, что я помню, как пыталась остановить Ива, и объяснить, что ритуал и в самом деле настоящий. И мы не в шутку и не понарошку его заключаем. Но он не стал слушать. А потом все как в тумане. Я дала согласие и все, провал. Я пошевелилась и поднесла руку к глазам. Браслет был на месте. Всё. Мне не приснилось. Но какой же он все-таки красивый. Я продолжала любоваться игрой заоблачно редких и дорогих камней, пока мое пробуждение не заметили. Купол надо мной заискрился и пропал. А ко мне стремительно приближался мой муж. Наверное. Как будто. Кажется муж.

– Ты не можешь мне приказывать, мокрица Изюмских болот!

– Не ори на меня, отрыжка корсидской коровы!

– Ян, Лид хватит орать. Ана проснулась, – бросил им мой как бы муж.

И тут началось.

– Ана, как ты нас напугала! – Ана, как ты себя чувствуешь? – Постарайся больше так не делать, Ана! – неслось со всех сторон.

Ив присел рядом и обнял меня.

– Как ты? – Прошептал мне на ухо мой как бы муж.

– Хорошо. Только слабость и есть хочется. А мы где? Мы же вроде бы в гостинице были? В городе? Нет?

– Мы были там. Но, видишь ли, брачная церемония, какой бы она не была, светлой или темной, это все-таки магический ритуал. И как всякий магический ритуал он требует магии. У тебя ее и так после портала было немного. А наш брак высосал у тебя весь резерв подчистую и, к сожалению, осушил магические каналы.

– Ой, но ведь…

– Вот тебе и ой. От этого маги умирают. Надо было срочно принимать меры. И мы с Марком сняли с тебя кандалы, это помогло. Открылись дополнительные магические каналы, и мы смогли с помощью накопителей немного пополнить резерв. А потом длительный сон завершил твое восстановление.