- -
- 100%
- +
— Откуда она у вас? — голос дворецкого потерял всякую мягкость.
Теперь уже Ли Мин насторожился.
— Узнаёшь?
— Возможно.
Он протянул руку. Дядя Ли без слов передал зажигалку. Старый металл был покрыт множеством едва заметных царапин. На внутренней стороне крышки виднелась выгравированная надпись: «Если дверь открылась дважды, значит, кто-то уже сделал выбор».
Ли Мин замер. Эти слова были ему знакомы. Понадобилось всего несколько секунд — его память никогда не подводила. Он сразу вспомнил раскрытую папку в автомобиле незнакомца и фотографию на обороте. Те же самые слова. Без единого отличия. Даже если появились перед ним на мгновение. По спине пробежал холодок.
— Молодой господин? — голос дяди Ли вернул его в реальность.
— Продолжай, — попросил Ли Мин, крепче сжимая холодный металл.
Дядя Ли кивнул.
— Когда-то эта вещь принадлежала человеку по имени Чэнь Юнхай.
Имя тоже показалось знакомым. Теперь Ли Мин уже сомневался, видел ли и его среди документов того незнакомца или, возможно, слышал еще где-то.
— Кто он?
— Бизнесмен, коллекционер, филантроп. Очень влиятельный человек своего времени… был. — дядя Ли немного помолчал, словно взвешивая каждое слово, —Он погиб двадцать два года назад.
— Несчастный случай?
— Если бы всё было настолько просто, я бы это помнил хуже… — дворецкий горько усмехнулся, — Однажды он приезжал сюда. Разговаривал с вашим дедушкой. После его смерти в доме несколько недель царила странная атмосфера.
— Какая именно?
— Такая, когда взрослые говорят слишком тихо и смотрят в пол вместо того, чтобы смотреть друг на друга.
После завтрака Ли Мин отправился в библиотеку. Сначала хотел заглянуть к дедушке. И всё же решил начать самостоятельно. Он провёл за книгами и архивами несколько часов. Чэнь Юнхай действительно существовал: статьи, интервью, благотворительные проекты… А затем — почти ничего. Словно кто-то намеренно вырезал из истории самые важные страницы хирургическим скальпелем цензуры. Это злило и интриговало одновременно.
Ближе к полудню Ли Мин всё же отправился к деду. Генерал Ли Чжэньго выслушал его молча, лишь изредка постукивая пальцами по подлокотнику кресла. А потом отказался отвечать.
— Опасно, — отрезал он.
— Для кого? Для меня? Или для твоего спокойствия? — парировал Ли Мин, чувствуя нарастающее раздражение.
— Для любопытных дураков, которые лезут туда, куда их не звали.
— Значит, я на верном пути?
Старик посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом и вздохнул:
— Именно это меня и беспокоит… Ведь некоторые старые дела не лежат на верхних полках архивов полиции, а такие молодые вершители правосудия зачастую их находят.
— Спасибо, — улыбнулся парень.
— Я предупреждаю — не лезть в то, что тебя не касается, — невозмутимо ответил дед.
Но даже этой подсказки было достаточно. Ли Мин уже понял, где искать дальше, но сначала нужно систематизировать уже имеющиеся данные. Вернувшись в библиотеку, он продолжил работу с новыми силами… И сам не заметил, как уснул прямо за столом, уронив голову на раскрытый фолиант по истории города Цзиньань.
Проснулся он только вечером. Темнело, и закат, словно изящная картина, отражался в панорамных окнах.
После душа мысли стали немного яснее, хотя вопросы никуда не исчезли: Чэнь Юнхай. Зажигалка. Документы в машине незнакомца. Слишком много совпадений.
Ли Мин спустился вниз и сразу понял: дома гости.
В гостиной заваривали чай. Мать сидела на диване с идеально прямой спиной в позе королевы, принимающей послов. Напротив неё расположилась молодая женщина в светлом платье. Спокойная до ледяного спокойствия айсберга и уверенная в себе так, как могут быть уверены только люди, знающие себе цену с детства.
Её тёмные волосы были собраны в аккуратный низкий узел, подчёркивающий изящную линию шеи и высокие скулы. Она первой заметила его и улыбнулась — не слишком широко, ровно настолько, насколько требовали хорошие манеры и воспитание семьи Чжоу.
Мать тоже повернула голову:
— Мин-эр! — это был одновременно и радостный, и предупредительный тон, говорящий «сопротивление бесполезно».
— Мама, госпожа Чжоу, — он слегка кивнул девушке из своего далёкого детства.
Когда-то они действительно встречались на бесконечных светских приёмах. Тогда оба были детьми и ненавидели эти скучные сборища всей душой. Теперь ситуация выглядела гораздо опаснее: девушка превратилась в одну из тех светских дам, которых раньше не понимала.
— Присаживайся, — мягко сказала мать тоном палача, предлагающего осуждённому выбрать вид казни.
Ли Мин сел на диван напротив гостьи с видом человека, идущего на эшафот. Девушка оказалась умной собеседницей с безупречными манерами хищника на светском рауте: она рассказывала о зарубежной учёбе, о выставках и путешествиях — так обыденно, будто речь шла о поездке на соседнюю улицу.
Она задавала вопросы и довольно быстро поняла правила игры Ли Мина: его ответы были похожи на искусство уклонения от прямого удара мечом с помощью чайной ложки.
— Чем ты сейчас занимаешься? — спросила она с искренним интересом или очень хорошей актёрской игрой.
— Читаю информацию о трупах, интересно при каких обстоятельствах умирают люди, — честно ответил Ли Мин и сделал глоток чая, наслаждаясь секундным замешательством на её лице, но девушка быстро вернула себе самообладание:
— У тебя особое чувство юмора…
— Просто у меня странные хобби для наследника корпорации «Ли», — он пожал плечами и потянулся за печеньем, не обращая внимание на застывшую улыбку собеседницы.
Но госпожа Чжоу не сдавалась:
— Какие планы на будущее?
— Пережить сегодняшний день без матримониальных планов со стороны родителей?
В её глазах мелькнуло понимание и… что-то похожее на обиду? Она была далеко не глупой и прекрасно видела, что разговор о семейном бизнесе или браке Ли Мин обходит с завидным мастерством фехтовальщика мирового класса: не грубит прямо в лицо матери, но и не позволяет загнать себя в угол.
Мать наблюдала за этим молча с лёгкой обречённостью человека, который уже знает результат переговоров между двумя противниками: молодой госпоже Чжоу будет трудно добиться ее сына.
Именно в этот момент телефон в кармане завибрировал так резко и настойчиво, что это было похоже на спасательный круг от самого провидения. Взглянув на загоревшийся экран, Ли Мин увидел сообщение от редкого друга, знающего его род деятельности: «Нашёл кое-что по Чэнь Юнхаю».
Сердце пропустило удар и забилось быстрее от адреналина охоты за информацией. Ли Мин поднялся так резко, что чуть не опрокинул столик с чаем.
— Прошу прощения!
Госпожа Чжоу посмотрела на него внимательнее всего за вечер:
— Ли Мин, ты вот так просто уходишь? — в ее голосе проскользнули нотки гнева.
— Сейчас для меня нет ничего важнее этого! — Ли Мин коротко кивнул ей и направился к выходу из гостиной под тяжёлым взглядом матери, которая бросила вслед «мы еще вернемся к этому разговору».
Он поднялся по лестнице быстрым шагом солдата на марше, открыл дверь своей комнаты… И застыл на пороге каменной статуей самого себя из музея восковых фигур «Неудачные повороты судьбы». Потому что спальни больше не было. Вместо неё перед ним находился совершенно чужой кабинет: большой, тихий, пахнущий кожей дорогого кресла и старым деревом шкафов за спиной хозяина стола.
А в нескольких шагах стоял мужчина в чёрном костюме так безупречно сидящем на нём, будто он был частью самого человека или его личной тенью. Му Шэнь собственной персоной. На этот раз Ли Мин увидел его по-настоящему: не мельком, не смазанным силуэтом во время хаоса погони; а здесь и сейчас во плоти и крови.
Му Шэнь тоже поднял взгляд от папки на столе — спокойный и холодный; внимательный до последнего атома в теле незваного гостя. На столе рядом лежала открытая папка. Материалы дела из клуба «Полуночник» города Цзюцзинь. В ней были фотографии мёртвого парня с пеной у рта и отчёты о токсикологии.
Несколько часов назад Му Шэнь отдал приказ своему секретарю найти эти материалы после инцидента в клубе. Он хотел знать всё о человеке, который был связан с испарившимся в пространстве парнем при столь странных обстоятельствах. Имя Ли Мина в этих документах не фигурировало — он словно появился из ниоткуда и исчез в никуда. Зато этот человек нарушил все запреты… Парня настигло возмездие.
Прочитав отчёт о деятельности умершего, к которому прилагался список пропавших девушек-подростков, Му Шэнь только закрыл папку своей изящной рукой и равнодушно заметил своему секретарю: «Пожалуй, мир всё же иногда бывает справедлив».
Затем сообщил руководству, которое отдало приказ: дело закрыть как смерть от передозировки синтетическим наркотиком нового поколения под названием «Слеза ангела». А все подозрения с неизвестного спасителя девушки были сняты за отсутствием состава преступления и противоречивостью показаний свидетелей под воздействием того же наркотика.
Теперь же Му Шэнь снова искал информацию в архиве своего мира о природе аномалий, пытаясь найти объяснение исчезновению молодого человека. Он был погружён в чтение старых отчётов тайной канцелярии о пространственных разрывах прошлого века, когда… …воздух в его кабинете дрогнул. И в кабинет шагнул Ли Мин.
Они замерли друг напротив друга. На этот раз никто не исчез сразу после взгляда на другого. Никто не отвёл глаз первым. Они стояли и смотрели друг на друга. Это был поединок взглядов без единого движения или звука.
Взгляд Му Шэня был непроницаемым льдом арктических вод, но где-то в глубине зрачков промелькнула искра интереса к стоящему напротив парню.
Взгляд Ли Мина был напряжённым и оценивающим, но в нём читалась та же упрямая решимость стоять на своём до конца. И в эту секунду тишины произошло нечто странное. Они не обменялись ни словом, ни жестом, но оба одновременно вспомнили одну и ту же фразу, которую видели: «Если дверь открылась дважды, значит, кто-то уже сделал выбор».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.