- -
- 100%
- +
Согнута не равно сломлена.
Диана Рымарь
Глава 1. Помолвка
Снежана
Я выхожу из такси и задираю голову, рассматривая внушительное здание ресторана.
Зайду туда — и моя жизнь навсегда изменится.
Я стану официальной невестой самого лучшего из мужчин.
Мы с Барсегом встречаемся вот уже несколько месяцев, и недавно он сделал мне предложение.
Сегодня день нашей помолвки. В ресторане я встречусь с будущей родней, которая, по словам Барсега, очень ждет знакомства.
Помолвка, свадьба с любимым человеком, семья, дети…
Вот что меня ждет, если сегодня все пройдет хорошо. Если я понравлюсь. Я ведь понравлюсь, да? Пусть сейчас мне страшно до икоты, это пройдет, я освоюсь.
Мне, девятнадцатилетней «понаехавшей» в столицу юга, невероятно повезло встретить такого мужчину, как Барсег Багирян.
Он взрослый, уверенный в себе мужчина, который очень меня любит. Когда он меня целует, по телу бегут толпы мурашек. С ним я чувствую себя самой счастливой. А значит, я не имею права упустить свой шанс. Я должна со всем справиться.
Надавав себе мысленных указаний, я сую руку в сумочку, достаю пудреницу. Убираю с плеча коричневые локоны, чуть отодвигаю ворот осенней куртки и смотрюсь в маленькое зеркало, чтобы проверить, не видно ли на шее синяков. Я целый час замазывала их сегодня, извела чуть ли не полтюбика тонального крема.
Как я получила свои синяки? О, больше всего на свете я бы хотела стереть из памяти воспоминания об этом. Но они, как назло, постоянно лезут в голову, отдаются мучительной болью внутри. Нет, Барсег не должен об этом узнать. Никогда. Иначе… Я даже думать не хочу о том, что он сделает.
Я прячу пудреницу и растягиваю губы, репетируя улыбку, шагаю к ресторану. Старательно давлю в себе панику и желание сбежать.
Едва я оказываюсь внутри, меня провожают в гардеробную.
Я снимаю куртку и невольно ежусь, ведь здесь прохладно.
На мне черное платье на тонких бретельках — подарок Барсега, присланный сегодня утром. С ним в комплекте шли серьги-кисточки, украшенные белыми жемчужинами. Если бы я выбирала наряд сама, предпочла бы что-то более закрытое и менее облегающее, но не решилась обижать жениха отказом.
Так… надо успокоиться и вести себя как ни в чем не бывало.
Худо-бедно справляюсь с накатившей нервозностью.
Поворачиваю к залу ресторана, и в этот момент оттуда выходит Барсег.
Мой жених сегодня необыкновенно красив — он в стильном черном костюме, белой рубашке. Черные волосы аккуратно зачесаны назад, карие глаза горят живым огнем, а его улыбка такая широкая, что невольно заряжает позитивом.
Барсег подходит ко мне, смотрит с обожанием.
— Моя голубоглазая принцесса. — Так он меня обычно зовет. — Я счастлив, что ты пришла, хотя могла бы и не опаздывать.
В его взгляде проскальзывает укор.
— Извини, — тихо шепчу.
И вдруг понимаю, что вот-вот разревусь.
Не из-за помолвки, нет.
Просто возьму и разрыдаюсь, а заодно все-таки признаюсь в том, что со мной случилось два дня назад, пока он был в командировке.
Я не привыкла врать Барсегу. Я не умею! Мне стыдно…
Но если я скажу ему свою правду, кому будет лучше? Точно не Барсегу. И точно не мне… Ведь он бросит меня в ту же минуту.
Надо молчать, надо как-то это все стерпеть.
Я закусываю щеку и морщусь от боли, ведь делаю так далеко не в первый раз за сегодняшний день.
— Что ты? — Он тут же начинает беспокоиться. — Опоздала и опоздала, ничего страшного, зато все собрались. С тобой точно все хорошо?
— Просто нервничаю, — пытаюсь оправдаться.
— Не стоит, — качает он головой. — Не съедят же они тебя. Ты со мной, а я никому не дам тебя в обиду.
С этими словами он берет меня под локоть и ведет в зал.
Когда мы попадаем туда, я на некоторое время слепну от обилия золотых блесток, украшений, улыбок, приветствий. В зале нас встречает человек пятьдесят, не меньше.
Через несколько минут мы оказываемся перед родителями Барсега.
— Мама, папа, вот та самая девушка, которая сделала меня счастливым.
Он покровительственно приобнимает меня за талию, а потом чуть подталкивает вперед.
Я улыбаюсь, тяну несмело:
— Здравствуйте, я очень рада с вами познакомиться.
— Моя мать, Каролина Вазгеновна, — представляет ее Барсег.
Будущая свекровь безумно красивая женщина. Пусть ей уже пятьдесят или даже больше, выглядит она лет на десять-пятнадцать моложе. Все еще стройная, в платье цвета венозной крови, которое очень подходит к ее восточной внешности.
— Мой отец, Артур Арамович, — продолжает Барсег.
— Мы очень рады наконец с тобой познакомиться, — говорит мать Барсега. — Смотрю на тебя, Снежана, и понимаю, почему мой сын ходит такой счастливый. Такая красавица… Еще и умница. Изучаешь языки, да?
— Да, — скромно киваю.
Мое незаконченное высшее — не повод гордиться, ведь я всего лишь на втором курсе. Ровно ничегошеньки еще в жизни не добилась. Это Барсег шагает по карьерной лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. В свои двадцать семь уже имеет приличный вес в компании отца.
Очень скоро к нам подходят другие родственники Барсега, каждый хочет со мной познакомиться.
Через некоторое время я теряюсь в именах, родственных связях, времени и пространстве.
Подумать только, сколько здесь народу! Интересно, сколько же человек Барсег захочет пригласить на свадьбу?
— Дамы и господа, — вдруг раздается из подвешенных у потолка колонок голос ведущего. — Прошу обратить внимание на экран, мы получили видеопоздравление для молодых!
Все вокруг начинают хлопать, поворачиваются к большому монитору, который выставляют на сцене.
На экрану появляется музыкальная заставка.
Затем идет надпись: «Холостая жизнь невесты».
Я морщу лоб, пытаясь понять, что там будет.
Но вскоре у меня уже нет поводов гадать.
Начинается показ видео, где я стою на коленях и один подонок засовывает мне в рот свой член.
От воспоминаний о той омерзительной пытке меня передергивает и снова хочется чистить зубы до крови, как я уже не раз делала за последние дни.
— Что это за хрень? — хрипит Барсег и оборачивается ко мне. — Ты же невинная девочка!
«Я не хотела!» — желаю закричать.
«Он меня заставил!» — вот еще достойный вариант, который стоило бы озвучить.
Но вместо этого из моего горла вырывается глухой стон:
— Прости, я так не хотела, чтобы ты знал…
Глава 2. Детали видео
Барсег
Я слышу стон Снежаны:
— Прости…
Не могу понять, к чему это она. В эту минуту я вообще ничего сообразить не могу, мозги будто превратились в вату.
Снова поворачиваюсь к экрану. Там стандартное порнушное действо — снимали сверху, лица мужика не видно, зато лицо девушки и чужой хрен, который она облизывает, показаны во всей красе. Скорей всего, снимал хозяин члена на мобильный.
И тут из динамиков слышится механический мужской голос:
— Тебе нравится его сосать?
Девчонка с видео отвечает голосом Снежаны:
— М-м, очень нравится.
Она продолжает послушно принимать в рот, ее голову буквально насаживают на нехилых размеров агрегат.
— Вырубите это! — ору не своим голосом.
Оператор останавливает запись.
Вокруг мертвая тишина, несмотря на обилие гостей.
Я все еще не верю, что это была моя Снежана. Она не могла. Я скорее поверю, что это подделанное нейросетью видео с ее изображением, чем допущу хотя бы мысль о том, что она могла принимать участие в чем-то подобном. Она не могла, и точка.
Я снова поворачиваюсь к ней с немым вопросом во взгляде.
Все, чего хочу, — чтобы она начала кричать и доказывать с пеной у рта, что она понятия не имеет, что это за видео, и что она никогда не позволила бы никому себя трахнуть. Ни в рот, ни куда-либо еще. Я хочу, чтобы она до сих пор оставалась нетронутой, моей невинной девочкой.
Я бы поверил ей, начни она все отрицать.
Поверил просто потому, что это адски больно — допустить даже мысль о том, что в ней побывал чужой мужик. Я ж не просто так на ней жениться хотел, я ж по любви.
Но Снежана ничего не отрицает.
Она стоит передо мной с мокрыми от слез глазами.
Так же, как и я, она шокирована увиденным. Только причины шока у нас разные.
— Прости, я этого не хотела, — повторяет она снова и снова.
А во взгляде столько вины, что хоть ведрами ее черпай.
Вижу эту ее вину, и становится совсем тошно.
Ощущение такое, будто у тебя только что выбили почву из-под ног.
У меня было похожее ощущение в четырнадцать. Тогда я стоял с пацанами на мосту над речкой — уже успел перелезть через перила. По бокам стояли друзья, такие же отмороженные подростки, которым хотелось острых ощущений.
Договаривались прыгать в воду, но у меня в голове все звучал родительский наказ: «Никогда не прыгай в темный водоем, дна которого ты не исследовал, сынок. Вдруг там штыри или другая опасная для жизни хрень. Или попросту мелко. Ноги переломаешь, инвалидом станешь или вовсе убьешься. Все по глупости».
Друзья не ждали, пока я созрею. Попросту пихнули меня вперед первого.
Я летел и орал.
Сейчас ощущаю нечто очень похожее.
Кажется, лечу куда-то в пропасть и вот-вот продырявлю грудь о какой-нибудь штырь.
В ушах стоит звоном голос Снежаны:
— Барсег, меня заставили! Я клянусь тебе, по собственной воле я бы никогда этого не сделала…
Не успеваю никак отреагировать. Неожиданно откуда-то справа появляется брат Ваган, хотя он должен бы сейчас быть в столице.
В отличие от остальных гостей, он не прибит к полу только что увиденным.
— Ты же сказал, его не будет! — неожиданно кричит Снежана, она явно возмущена появлением моего брата.
Ваган резко ее перебивает:
— Как тебе не стыдно, Снежана? Хорош заливать, что тебя заставили, сама же сказала на видео, что понравилось… Должна со стыда сгореть, а не врать тут всем в глаза, шлюха!
— Ваган, закрой рот, — рычу на него на автомате.
Но он и не думает затыкаться, горланит в свойственной ему агрессивной манере:
— Я не собираюсь закрывать на такое глаза. Ее брали в приличную семью, а она отсасывает всем на камеру и врет, что ее заставили. Может, еще скажешь, это я тебя заставил, а, Снежана?
— Это и был ты! — вдруг кричит она. — Это ты меня на камеру снял и заставил такое сказать!
На какую-то секунду Ваган кажется обескураженным, а потом громко возмущается:
— Как удобно ты сейчас отмазалась. Суперактриса! Вы слышите, что она говорит? Эта женщина всерьез меня обвиняет в несусветном! Она лгунья и блядь! И ей не место в нашей семье… Я бы никогда не полез к девушке брата, у меня своих хватает.
После его речи родственники заговаривают одновременно.
— В чем она обвиняет нашего сына, Артур? — пышет недовольством мать.
— Девочка завралась, — возмущается отец.
— Гнать ее взашей, и дело с концом, — голосит тетя.
Сквозь гул их голосов я все же слышу, как Снежана молит:
— Барсег, поверь мне, это он!
А я бы, может, и поверил.
Но что-то история слишком дикая.
Случись так, что к моей девушке пристал бы мой брат, разве она о таком смолчала бы? Неужели она и вправду не пришла бы с этим ко мне? И эта ее вина во взгляде…
Если женщину к чему-то там принудили, ей не в чем чувствовать себя виноватой и не за что просить прощения.
— Я же твоя невеста, — продолжает Снежана.
В этот момент меня накрывает дикой злостью.
Я впечатываю в нее убийственный взгляд и рычу:
— Ты мне больше не невеста! На бляди не женюсь.
Когда Снежана это слышит, она враз бледнеет.
Резко разворачивается на каблуках и бежит к выходу.
Хочу бежать следом, мчаться, делать что угодно, лишь бы меня прекратило корежить от адской боли. Но что бы я ни делал, она никуда не исчезнет.
Глава 3. Как это случилось
Снежана
Я выбегаю из ресторана, даже не застегнув куртку. Размазываю по щекам слезы и не знаю, куда себя деть. Мне везет, попадается сердобольный таксист, который соглашается подвезти.
— Кто тебя обидел, девонька? — спрашивает престарелый водитель.
А я уничтожена изнутри словами Барсега и не в силах ответить.
Просто прошу отвезти меня домой.
Всю дорогу ежусь, ожидая звонков. Но их нет, Барсег не звонит.
Кое-как выбираюсь из машины, шагаю к своему подъезду, дрожащими пальцами нахожу ключи. Попав на нужный этаж, открываю дверь и оседаю на пол прямо в прихожей.
Сил больше нет. Они все ушли на то, чтобы добраться до дома.
Пол нашей с сестрой крошечной хрущевской двушки покрыт коричневым линолеумом. Он кое-где затерт, но чистый, за этим мы постоянно следим.
Впрочем, даже будь пол прихожей грязным, сейчас это не имело бы для меня никакого значения.
В такси я еще сдерживалась, старалась громко не всхлипывать. Теперь же надобность в сдерживании отпадает.
Я рыдаю в голос, не могу остановиться.
Господи, зачем я вообще пошла в этот ресторан? Зачем пыталась спасти то, что уже невозможно спасти? Наши с Барсегом отношения были обречены ровно в тот момент, когда его брат зажал меня в собственном кабинете.
Барсегу плевать на правду, ему брат дороже…
Все, как Ваган и говорил, — никто меня даже не выслушал. Никто даже не попытался, а ведь в ресторане было полно женщин, которые чисто теоретически могли меня понять. Никому не нужна моя правда, потому что она слишком неудобоварима. Где это видано, чтобы невеста обвиняла брата жениха в изнасиловании? И вообще, считается ли это изнасилованием, когда заставляют взять в рот?
И все-таки я не ожидала, что Ваган поступит так… Что он поставит видео и отдаст меня на всеобщее поругание, да еще и изобразит из себя невинного. Он ведь, наоборот, убеждал меня, что нужно держать рот на замке, хотел, чтобы я молчала. И я молчала! А теперь он сам… Зачем? Чтобы иметь возможность так откровенно меня унизить?
Представляю, с каким рвением сейчас каждый родственник Барсега поливает меня грязью. И что произошло на самом деле, никому не важно.
Не надо было никуда ходить!
Не надо, не надо…
Слышу, как открывается входная дверь. Должно быть, сестра вернулась с занятий.
Раздается ее голос:
— Снеж, ты дома, что ли? Ты дверь не заперла. Ой, а что так темно…
Она включает свет, видит меня и округляет глаза.
— Он узнал, да?
Сестре не нужно спрашивать, что именно. Аня все поняла и без моих объяснений, ведь она в курсе дела.
— Снеж, прости меня! — стонет сестра. — Прости, что так тебе напакостила!
Она с громким всхлипом усаживается на пол рядом со мной, обнимает меня.
— Ты не виновата, — качаю головой. — Это все я, дура… Я сама… Надо было как-то извернуться, как-то исхитриться…
— Да в чем ты виновата? В том, что попалась под руку настоящему ублюдку? Вот уж великая вина! — ругается Аня.
Наше с ней невеселое приключение случилось два дня назад.
После этого мы сами не свои. За одну ночь стали взрослыми.
Моя сестра — восемнадцатилетняя студентка-первокурсница. И в эту субботу она с одногруппниками убежала танцевать в клуб «Хелл».
В то время мы не знали, что этим клубом владеет Ваган Багирян — брат моего жениха. Точнее, я была в курсе, что у брата Барсега есть клуб, но никаких деталей не знала. Да и самого Вагана я видела до этого всего раз — неделю назад, на дне рождения у жениха.
Ваган показался мне милым, обходительным, но и близко не настолько привлекательным, как Барсег, хотя они похожи. Оба рослые, черноволосые и кареглазые.
Как же обманчиво бывает первое впечатление…
Позавчерашней ночью я очень удивилась, получив от него звонок. Где только номер раздобыл, непонятно.
«Приезжай, забери сестру, — сказал он мне. — Она накачалась спиртного, повезло, что я был в клубе и увидел это. Она в моем кабинете, отдыхает, но сама до дома точно не доедет, а я не могу ее отвезти, дела».
Я от такой новости впала в шок. Ведь Аня практически не пьет, как и я.
Конечно же, я помчалась в клуб.
На входе меня встретили охранники, проводили в кабинет Вагана.
Вот только никакой Ани там не было…
Зато в кабинете был Ваган.
Он тепло меня поприветствовал, отослал охрану и… запер дверь.
— Зачем это? Где Аня? — спросила я по своей наивности.
Ваган улыбнулся мне очень по-доброму, прямо как в тот вечер, когда мы познакомились. Позвал к своему рабочему столу и показал изображение с камеры на мониторе.
Там была Аня.
Сестра сидела в углу какой-то комнаты, в которой находились два здоровенных типа в кожаных куртках.
Моя сестра, еще такая юная, хорошенькая как кукла, с длинными шоколадными локонами, которые я ей помогала крутить этим днем, в моей же мини-юбке и туфлях. Видео было не слишком хорошего качества, но даже так мне было понятно, что она дико испугана.
— Аня попала в неприятности, — цокнул языком Ваган.
— Какие? — Казалось, у меня в тот момент глаза вылезут из орбит.
— Отказалась спать с очень влиятельным человеком, — пояснил Ваган.
Я резко обернулась к нему, спросила:
— Это с кем?
— Со мной, — улыбнулся он еще шире.
Только тут я подметила, насколько гадкая у него улыбка, насколько мерзкая.
— Ты подойдешь на замену. Выручи сестричку, а? — предложил он.
— Что? — я не верила своим ушам.
— Выбирай, в какую дырочку, — продолжал он все тем же слащавым тоном. — А, вспомнил, Барсег хвастал, что ты девочка. Давай в рот, я в принципе не привередливый.
Я тогда онемела и от его наглости и оттого, с каким садистским удовольствием он мне это предлагал. Нырнула рукой в карман куртки, где у меня лежал телефон. Барсег у меня на быстром наборе, я могу набрать его номер с закрытыми глазами.
Но Ваган угадал мой маневр, резко бросился вперед, вывернул мне руку.
Я пыталась брыкаться, хотела бежать. Тогда он пригрозил, что либо я делаю то, что он хочет, либо его люди насилуют мою сестру, снимают это на видео и разносят по всему интернету. Вот такая перспектива.
— Как ты можешь, я же девушка твоего брата. Это… Немыслимо! — кричала я, как последняя идиотка.
Все надеялась достучаться.
Но некуда там было стучать.
Ваган на мои стоны лишь бросил:
— Ты думаешь, ты первая, кто у меня отсосет? Все сосут, и ты будешь…
Он сломал меня тогда.
Пообещал, что это всего полчаса моего времени, что Барсег никогда не узнает, и что после этого я смогу зажить той же жизнью, что и раньше. Забуду… Как будто такое можно забыть.
Но в тот момент я была так напугана и шокирована происходящим, что согласилась.
Ваган тогда встал передо мной, расстегнул штаны и велел приступать.
Но даже так, даже полностью деморализованная я не могла заставить себя встать перед ним на колени и сделать то, что он хотел.
Тогда Ваган схватил меня за шею сзади и давил так сильно, что казалось, переломит. Так я получила свои синяки.
Он заснял все на видео и заставил меня сказать, что мне нравится.
То видео, что он продемонстрировал на помолвке, — склейка, между его вопросом и моим ответом было сказано еще много всего…
Ваган объяснил мне, что видео — это его козырь. Если я кому-нибудь что-нибудь расскажу, он покажет его Барсегу, и тот меня бросит. А если вдруг пойду в полицию, это видео будет гулять по всему интернету. После этого я не смогу найти работу даже на Луне, ведь кому будет охота связываться с порнозвездой, какой он пригрозил меня сделать.
Я должна была молчать, и я молчала.
Вот к чему привело мое молчание…
Что важно — по итогу я узнала, что Аня в тот вечер даже рюмки не выпила. Танцевала с подружками, пошла в туалет, и там ее задержали те амбалы, которые и привели ее в подвальное помещение, забрали телефон. Никакого секса ей Ваган не предлагал, ему изначально нужна была я.
Все было подстроено так, чтобы выманить меня и обесчестить таким мерзким способом.
— Может, Барсег просто вспылил? — вдруг спрашивает сестра. — Может, он еще передумает. Он же умный, должен понять, что ты бы никогда…
— Это видела вся его семья! После такого между нами все кончено, — мотаю головой.
— Все-таки, мне кажется, тебе надо поговорить с Барсегом один на один. Напиши ему, пригласи и все-все расскажи в деталях…
Аня говорит это мне, а я снова начинаю плакать.
— Он же опять не поверит! — кричу со всхлипом.
— Не надо за него решать, хоть попробуй! — все твердит сестра.
А я в таком состоянии, что уже не могу ничего понять в этой жизни.
Может и вправду стоит с ним поговорить позже? Он ведь не знает, какая гнида живет в его семье…
Глава 4. А меж тем в ресторане…
Барсег
После бегства Снежаны гости очень быстро покинули ресторан.
Все, кроме членов семьи.
Но меня не интересуют родственники.
Я хочу знать, что за падаль принесла эту запись на мою помолвку. И я узнаю… Так или иначе.
Я этой падали за подобное глаз на жопу натяну!
Однако я уже успел обойти весь ресторан в поисках ведущего для приватного разговора, но его нигде нет.
Наконец мне удается найти его в раздевалке для персонала. Все-таки не успел удрать.
— Кто дал тебе запись? — спрашиваю с порога. — Я хочу знать!
Мне абсолютно плевать, что в этот момент ведущий пытается натянуть на себя джинсы, я застал его в момент переодевания.
— Я не знаю, — качает головой он, спешно застегивая ширинку. — Запись просто положили мне на стол… Точнее, положили флешку с белой открыткой «Подарок для молодых». Мне больше ничего не известно!
Ничуть ему не верю.
Кому-то же надо было выставить меня ослом при всем честном народе.
Меня ослом, который женится на бляди, а Снежану — блядью.
— Кто?! — Я уже близок к тому моменту, когда попросту перестану себя контролировать.
— Клянусь, не знаю, — все доказывает он.
Ведущий абсолютно деморализован моим взбешенным видом. Все же вряд ли в такой ситуации он стал бы врать. Даже если кого-то прикрывал, своя шкура дороже.
— Открытку и флешку мне сюда! — наконец сдаюсь.
— Я уже отдал вашему брату.
— Брату, значит… — скрежещу зубами.
Поворачиваюсь и на всей скорости возвращаюсь в зал.
Там ругаются родители и Ваган. Они единственные, кто остался после сорванной помолвки.
— Столько денег потратили впустую, — качает головой мать.
— Да что там деньги, — машет рукой отец. — Мы опозорены на весь свет!
— А я говорил, что ваш драгоценный Барсег ни хрена не разбирается в жизни, — это уже мой старший брат, Ваган. — Что задумал — чуть не женился на шалаве…
Вот и новый повод поскрежетать зубами.
— Закрой свой поганый рот! — рычу на брата. — И объясни, какого черта ты забрал запись у ведущего? Чтобы я не смог провести анализ видео?
— Так мне закрыть рот или объяснять? — обиженно усмехается он.
Однако мой вопрос возымел действие не только на Вагана, но и на родителей тоже.
— Объяснись, сын, — отец буравит его жестким взглядом.