- -
- 100%
- +
Захожу в душевую кабинку прямо в одежде и включаю воду, подставляя лицо под холодные капли. Хочу смыть с себя всю ту грязь, в которой меня обваляли.
Прикрываю глаза, тяжесть в груди больно сдавливает. Делаю судорожный вдох и медленно выдыхаю.
— А ведь я и правда, дура…. — тихо шепчу я, сползая по белой плитке.
Опускаю голову.
Ледяные капли никак меня не остужают, я их, по сути, не чувствую. Глаза щиплет от слёз, которые стекают вперемешку со струями воды.
Он, словно паук, сплёл свои сети, заманил в ловушку, полакомился, а после….
Растоптал.
Уничтожил.
И выбросил.
Хватаюсь за голову, сильно сдавливаю ладонями. Забираюсь пальцами в мокрые волосы….
Что же мне делать?.. Как мне жить дальше после того, как он со мной поступил? Я доверяла ему, до последнего думала, что это злая шутка. Страшный сон. Но он….
Ненавижу.
В дверь ванной громко стучат, слышатся крики, но из-за сдавливающего чувства в голове не могу сосредоточиться ни на чем, кроме своей душевной боли. Мне наплевать, кто ломится ко мне и что им нужно. Я просто хочу, чтобы меня никто не трогал. Никто не видел. Хочу, чтобы обо мне забыли.
Белая дверь с шумом отскакивает, громко ударяясь о стену. Он заходит и тревожным взглядом впивается в меня, когда находит. Я съеживаюсь от дрожи во всем теле, стоит лишь увидеть его. Обхватываю себя руками, чтобы хоть как-то закрыться от него.
Он подходит ближе, к самой кромке душевого поддона, хмурясь и возвышаясь надо мной. Я не смотрю на его лицо, закрываю глаза и обнимаю себя за согнутые колени. Слышу, как ручка крана поворачивается и вместо холодной воды на меня льется уже теплая.
Я распахиваю глаза, когда его холодные пальцы дотрагиваются до моей руки, сжатую в кулак. Его темные глаза блуждают по моему заплаканному лицу, брови нахмурены, а губы поджаты.
— Я просил тебя не лезть ко мне. Просил уйти. Но ты не послушала, — его холодный голос режет по ушам.
Этот голос был когда-то таким любимым.
— Почему?..
Он хмурится.
— Что я сделала тебе?..
Ухмыляется и смотрит на меня, как на последнего человека, которого он хотел бы видеть в своей жизни.
Я же знала с самого начала, я чувствовала угрозу, исходившую от него. Почему же я поддалась его обаянию и так глупо влюбилась?
— Я уже говорил тебе, что ты маленькая наивная дура. И предупреждал изначально, чтобы ты держалась от меня подальше. Я взял то, что хотел.
Да, ты взял то, что хотел.
Жаль, что только сейчас, когда я открыла ему своё сердце и душу, отдалась ему полностью. Позволила ему быть первым мужчиной.
Я опускаю голову, не в силах смотреть на его лицо.
Когда-то я любовалась этим красивым лицом, карими, практически черными глазами, волевым подбородком, шрамом над правой бровью….
— Тебе нужно переодеться, — говорит он, поднимаясь и хватая с вешалки полотенце. — Я принесу свою одежду.
— Нет. Ничего не нужно, — сконфуженно отвечаю. — Я хочу домой.
Выхожу из кабинки. С меня стекает вода. Футболка и джинсы напрочь промокли. Подо мной образовывается лужа. Не смотрю на него, смотрю лишь на свои голубые носки с рисунками радуги. Пытаюсь протиснуться мимо к двери, но он хватает меня и останавливает.
— Ты заболеешь.
— Отпусти, — практически скулю я, не в силах выносить его прикосновения к своей коже.
Эта его напускная забота бьёт под дых. Я знаю, что он не искренен, он всего лишь хороший актёр.
Он отпускает, и я вылетаю за дверь. Несусь к лестнице, на меня оборачиваются люди, которые пришли сюда отдохнуть. Играет музыка, снизу куча танцующего народа. Я лишь расталкиваю их, не смотря ни на кого. Быстро оказываюсь снаружи, дует теплый вечерний ветер, который будто обжигает мою кожу. И несусь по дороге, усыпанной гравием.
Мою спину обжигает, но я не оборачиваюсь, боясь снова посмотреть на человека, что погрузил меня в самый настоящий ад, из которого я, наверное, никогда не выберусь.
Если бы только тогда, Паша не уговорил меня пойти с ним, то я бы никогда его не встретила.
Часть 2
Месяц назад.
— Вась, суп стынет, — голос бабушки доносится с кухни и пахнет вкусно приготовленной едой.
Я подпрыгиваю на кровати, откидываю наполовину прочитанный любовный роман. Подправляю шорты и несусь на кухню, откуда доносится звяканье посуды. Бабуля домывает разделочную доску и, смотря на меня хмурится.
— Десять раз тебя звала, — укоризненно произносит она.
— Извини, хотелось дочитать главу, — беру ложку в руки и зачерпываю горох вместе с бульоном.
— Остыл уже, небось. Давай разогрею.
— Не-не, нормально, — отмахиваюсь я.
— Хлеб бери.
Киваю. Бабуля садится рядом с чашкой чая, зачерпывает ложкой мёд. Взгляд её немного грустный. Вчера были поминки деда, уже целый год его нет с нами.
Он у меня был вообще классный, учил всему, в игры всякие, шахматы к примеру. И любимую мою карточную игру «Дурак». Любил он, правда, на рыбалке выпить. Приезжал и огребал от своей жены по полной программе. Зато потом ходил как шёлковый, руки ей целовал, цветы полевые носил.
Кстати, бабулю зовут Нина, а деда звали Юра. У них вообще интересная история. Они познакомились на дискотеке в сельском клубе, когда им было по семнадцать лет. К баб Нине приставал какой-то парнишка постарше, вроде как, даже повел себя некультурно, облапал так сказать, а дед мой вступился за неё. Правда, получил конкретно. Даже в больнице потом лежал. Бабуля, конечно же, посещала его, приносила пироги, как дед рассказывал. Вот так и влюбились друг в друга. Эх, ну прям историю любви пиши. Красиво — как в кино!
После они переехали в Сочи, родилась моя мама, а через пять лет тётя Настя. Жили хорошо. Дед работал на железнодорожном вокзале машинистом, а бабуля начальником почтового отделения. Растили двух дочерей, не зная горести и печали, пока не случилась в нашей семье трагедия.
Маму звали Елена. Она была очень красивая, светловолосая и голубоглазая, с осиновой талией и длинными ногами. Даже говорили, что ей предлагали работу в модельном бизнесе, когда она окончила школу и поступила в техникум, но мама отказалась. Она была простой девушкой, стеснительной, с добрым нравом и светлой душой.
Я её практически не помню, лишь отголоски её голоса и очертания в памяти всплывают иногда. И её запах. Всегда вкусно пахло от неё чем-то цветочным.
Для хорошей девочки нашелся плохой парень, который вскружил ей голову и бросил до моего рождения. Просто исчез из нашей жизни, наплевав на то, что обрюхатил девушку.
Мой отец — подонок!
Таких людей не уважаю, и хорошо даже, что он никак не проявлял себя за все мои восемнадцать лет.
Есть у нас в альбоме одна фотография, на которой мама и папа улыбаются друг другу. Внешность мне досталась от него: каштановые волнистые волосы, зеленые глаза, ямочки на щёках. Ростом почему-то я пошла не в них. Если судить по фото, то отец был маму выше на пол головы, а у неё самой рост был довольно не маленьким. Вообще у нас в семье только бабуля коротышка.
Мама долго горевала. Говорили, что отец уехал в столицу, мол, учиться и там нашёл себе другую барышню. Если выразиться простыми словами: «поматросил и бросил». Она тяжело переживала расставание. На фоне постоянной депрессии и нервных срывов начала злоупотреблять алкоголем, а после всего этого, когда мне было всего пять лет, меня почти забрали в детдом. Благо бабушка с дедушкой вовремя оформили на меня опеку. Маму пытались лечить, кодировали и даже возили ко всяким гадалкам, но ничего не помогло. Она просто в один из зимних дней умерла в больнице в возрасте двадцати шести лет от алкогольной интоксикации. Отравилась палёным алкоголем. Мне тогда было семь лет. После этого мы сразу переехали из города в небольшой поселок рядом с Сочи.
— Чаю налью? — бабуля вывела меня из горестных мыслей.
— Сама налью, сиди спокойно.
Я быстро налила себе чай из заварника, добавляя молоко.
— Ну, ты уже отправила документы в свои колледжи? Или куда ты там собралась поступать.
— Конечно. Скоро придет ответ.
И явно положительный. Я в этом не сомневаюсь, потому что набрала довольно высокие баллы по ЕГЭ. В школе всегда училась на одни пятёрки, ответственно относилась к учёбе, была прилежной ученицей, никогда не прогуливала уроки, всегда делала домашнее задание.
— А точно к тётке своей поехать не хочешь? Могла бы в Петербурге у неё жить. Город большой, там и образование, и уровень жизни другой.
— Как я тебя тут брошу?
— Легко! — бабуля засмеялась. — Что думаешь, не найду без тебя чем заняться? У нас вон огород, дел полно. По тебе скучать даже не буду.
— А я по тебе буду!
— Ой, да перестань. Я Настьке звонила, она сказала, что поможет.
Моя тётя уже давно живёт в Питере. Если честно, отношения у меня с ней не очень хорошие. Она общается только с бабулей по телефону, мне обычно вообще не пишет. Да и когда она приезжала к нам, то со мной разговаривала слегка резко.
— Бабуль, я не поеду туда всё равно. Я даже документы в ту степь не отправляла, так что всё равно поздно уже, — хмыкаю.
— Как знаешь, — разводит она руками и садится на стул.
Я вымыла за собой посуду. Протёрла стол, перед тем, как выйти из кухни, вспомнила:
— Кстати, я сегодня на пляж с Машкой пойду. На пикник типа, — бабуля у меня была не сильно строгая, но я всё равно всегда говорила ей, куда и с кем собираюсь.
— И что долго там будешь?
— Да в девять дома буду уже.
— Ну, хорошо. Только осторожней там, мало ли какие люди могут попасться.
Я кивнула, а потом помчалась в комнату, переоделась в шорты и футболку, снизу не забыв надеть заранее купальник. Набрала Маше — моей лучше подруге, чтобы предупредить, что собираюсь выходить на остановку.
Пока шла до автобусной остановки, позвонил Пашка — мой парень, с которым мы встречаемся уже два месяца. Он был моим одноклассником. Всегда улыбчивый, душа компании, с ним спокойно и весело. Он мне очень нравится, наверное, я даже в него влюблена. Пашка из довольно состоятельной семьи, они держат небольшую гостиницу на пляже.
Он уехал с родителями к родственникам, должен был приехать завтра днём. И пригласил меня на день рождения к его двоюродному брату Тимофею. Парень был старше нас на пять лет. Видела я его всего однажды, но он мне не очень понравился. Слишком грубый и вспыльчивый, если можно так сказать.
Я, конечно, согласилась, но с условием, что Машку я возьму с собой. Не хочу быть там одна, если вдруг Пашка с кем-то зацепится языками или выйдет курить. А с ней мне спокойнее.
Я вообще не из тех, кто любит шумные компании или что-то в этом роде. Алкоголь я не пью и не курю, предпочитаю тихую, размеренную жизнь.
С Машкой мы встречаемся уже на пляже. Она живет рядом с пляжем. Занимаем наше любимое место чуть поодаль от основной массы людей, которая плескается в морской воде. Расстилаем плед и выкладываем добро, которое прихватили из дома.
Маша старше меня на один год, она училась в моей школе. На каникулы приехала к отцу, с которым жила до момента поступления. Мать её жила в столице. Мы дружим с ней уже больше пяти лет. Познакомились с ней на секции по волейболу, когда она с размаху попала мне в лицо мячом. С того дня мы стали с ней лучшими подругами.
— Как же хорошо, — потягиваясь на пледе, выдыхает подруга. — Я скучала по этим местам. Этот универ все силы из меня вытянул. Мамка ещё насела на меня, будто я, блин, обязана ей только одни зачеты приносить.
— Что же, настолько всё плохо?
— Это уже не школа, где можно с учителем договориться, а совсем другое место. Могут пойти на уступки, только если ты спортивная звезда или зубрила. Ну, или если на лапу хорошо дашь.
— Ничего себе. Что-то я теперь начинаю переживать….
— Тебе вообще можно не переживать насчет учёбы. Ты ж у нас отличница, — Машка сделала несколько глотков колы.
— Кстати, тут Паша завтра приглашает на день рождения Тимофея. Я сказала, что без тебя не пойду.
— Что за Тимофей?
— Брат его двоюродный. Он каждое лето сюда приезжает из Москвы.
Машка нахмурилась и о чём-то задумалась.
— Надо подумать.
— Мне с тобой будет спокойнее.
— Ладно, решим по обстоятельствам. Пошли купаться!
Она резко поднялась, поправляя свои чёрные плавки, и побежала к воде. Я не раздумывая последовала её примеру. Вода была приятной, в меру тёплой. Мы плавали с ней, пока не начали плескать друг в друга водой, громко смеясь.
Хихикая, мы выбежали на берег и начали догонять друг друга, щекотали. Было так весело, просто непередаваемое чувство! Лето в этом году просто замечательное.
Машка остановилась, прищуривая глаза. Она смотрела в сторону возвышенности у пляжа в паре метров от нас, на котором кто-то сидел. Я тоже пригляделась.
Черноволосый парень глаза, которого были скрыты под солнцезащитными очками, похоже, смотрел на нас. На нём была белая футболка и светлые джинсы. Он медленно затягивался сигаретой и выдыхал, на его губах мелькала усмешка.
Как давно он это делал, было неясно. Но мне было понятно одно — его вид заставил меня покрыться мурашками.
— Пялится на нас, — Машка нахмурилась.
— Наверное, нам пора уже по домам…
Вид этого парня немного меня напугал. Не знаю даже, с чем это было связано. Обычно незнакомцы не вызывают во мне такие эмоции.
Время и правда, было поздним. Пошёл восьмой час, а мне еще на автобус надо было успеть. Мы с подругой начали собирать свои пожитки. Я натянула быстро шорты и футболку, под взглядом этого странного парня. Я просто ощущала всем телом, что он смотрел на меня!
Собрав всё в рюкзак, встала, дожидаясь пока Машка наденет свои кеды. Мимолетно лишь провела глазами по той возвышенности, но лучше бы этого не делала. Парень снял свои очки, улыбаясь, нет, скорее ухмыляясь, а у меня по спине мурашки побежали… А после подмигнул мне, посылая воздушный поцелуй. Вот честно, мне даже поплохело. Я быстро отвела взгляд, кусая нервно губу.
Он симпатичный.
Я совершенно не эксперт в привлекательности противоположного пола, но все мои одноклассницы бы за него волосы друг другу повыдергивали. Он, несомненно, был не просто симпатичным, а красивым. Чёрные волосы стояли в творческом беспорядке, волевой подбородок и скулы. Остальное я, к счастью, разглядеть не успела. Мне был неприятен его этот похабный жест и сальный взгляд.
Мы с Машкой удалились с пляжа. Я боялась оборачиваться, но чувствовала спиной пристальный взгляд. Только когда мы распрощались и я села в автобус, то смогла немного успокоиться.
Господи, как же хорошо, что местность наша, довольно населенная и я вряд ли снова встречу этого человека...
Часть 3
— О нет, — тихо, но практически реву я, ловя на себе взгляд незнакомца с пляжа.
Машка поворачивается ко мне, делая глоток вина. Она поднимает удивленно брови.
— Ты чего? Месячные пошли?
Она осматривает мой светлый сарафан на тонких бретельках.
— Нет... Там тот странный парень… с пляжа.
Машка поворачивается в ту сторону, куда я смотрю и прищуривается. С углового дивана с противоположной стороны огромной гостиной на нас смотрит тот самый парень, что буквально сутки назад смутил меня своим воздушным поцелуем. Господи, псих какой-то.
— Ну, не удивительно, что этот чел тоже здесь. Он явно не из местных, да и выглядит так, будто поимел не только всех здесь присутствующих, но и весь мир. Видать ещё один мажор из шайки Тимофея вашего.
Машка больше не смотрит в его сторону, а изучает других молодых людей, что сейчас расположились по всему коттеджу. Неужели, у Тимофея так много друзей? Да и контингент какой-то странный. Расфуфыренные девицы до того в коротких платьях, что даже нехотя можно увидеть их тонюсенькие трусики…. А парни то и дело пускают похотливые взгляды, некоторые даже шлёпают проходящих мимо девиц по попе, а они то и рады….
Да, к такому меня жизнь не готовила. Зачем я вообще сюда пришла?
Одни шлю…. Боюсь назвать их таким прозвищем. И мажоры. Самый простой здесь мой Пашка. В белой рубашечке и даже все пуговицы застегнуты.
— Перестань пялиться на него, а то такие мажоры только и ждут какой-нибудь знак. Хотя, ему он и не нужен, он уже и так тебя практически сожрал.
— Не говори так…. У меня ведь Паша. Да и не сдался он мне вообще!
Нет, я не была дурна собой, моя внешность была симпатичной, может даже милой из-за ямочек. Но я явно не тот типаж, который может привлечь парней, привыкших к роскоши.
Как раз рядом с ними появилась блондинка в коротеньком платье, она села к нему вплотную, наминая его бицепсы через черную рубашку и что-то шепча ему алыми губами на ухо. Он усмехнулся её словам и провёл рукой по её бедру.
— Пашка твой тот ещё олух. Укатил курить, и его нет уже практически двадцать минут. А если бы меня не было?
— Тогда я бы осталась дома.
— А это я одобряю, непорочный мой цветочек, — она ущипнула меня за щёку, я хихикнула. — У меня пойло закончилось. Сок тебе захватить?
Я кивнула. Когда Машка ушла в сторону кухни, я подошла ближе к панорамному окну, чтобы разглядеть, что творится снаружи. А там прям целая пенная вечеринка с девицами в купальниках и парнями с кубиками на торсе. Что ж, и те и другие были очень красивыми. Таких тел даже на пляже не всегда увидишь….
Машка вернулась быстро, протянула мне апельсиновый сок. Я отхлебнула, но взгляда с бассейна не сводила.
— Интересно, у этих мажоров каждые выходные такие тусы? Если да, то я бы приходила сюда только полюбоваться мальчиками, — она хихикнула. Вино, видать, в голову ударило. — Блин, они сюда идут.
— Кто? — я отлипла от лицезрения улицы.
— Мажоры, кто ж ещё.
Поворачиваю голову в стороны. Блин, да что ж такое.
Этот парень и Тимофей идут прямо на нас. Лицо Тимофея улыбающееся, он подмигивает танцующим девчонкам, а сама походка, как у Тоби Магуайра из «Человека-паука 3», когда тот выходил из магазина, пританцовывая.
Машка, смотря на Тимофея, закатывает глаза, и неодобрительно крутит головой. Я же не могу даже пошевелиться, потому что хищные тёмные глаза неизвестного парня прожигают меня насквозь. Уголки губ слегка приподняты. Но это далеко не улыбка.
По телу бежит мелкая дрожь, я зажимаюсь не только физически.
Они подходят к нам. Тимофей тянет ко мне руки:
— Привет, Васька! — восклицает он. — Ты уже такая взросленькая стала.
Он меня приобнял.
— С Днём Рождения, — выдавливаю из себя улыбку.
— А это мой подарок? — он осматривает Машку с ног до головы, задерживая взгляд на открытом топе, который достойно подчёркивает её красивую грудь.
У той на лице сразу появляется гримаса отвращения. Она хмурит брови и открывает рот, чтобы окатить Тимофея матом, но я быстро отвечаю:
— Э-э, нет. Это моя подруга Маша. Подарок твой у Пашки.
— А-ах, значит, Мария, — улыбка не сходит с его самодовольного лица. — Ну, здравствуй, Мария.
— Ну, привет, Тимофей, — сквозь зубы говорит Маша, одаривая того холодным взглядом.
Я тяжело выдыхаю, предчувствуя что-то нехорошее. А предчувствие меня никогда не подводит. Даже на пару секунд забываю, про того парня.
— А это, кстати, Дмитрий, — официально представляет он того самого, — мой однокурсник и друг.
Я киваю, слегка улыбнувшись, и отвожу взгляд.
Мельком получается разглядеть черты лица. Парень был точно старше, как я и догадывалась. На пляже он показался мне симпатичным, но при близком рассмотрении могу с уверенностью сказать, что он красив. С Тимофеем они были как две противоположности. У брата моего парня волосы были светлые, почти рыжие, но на лицо симпатичный, высокий, широкоплечий.
Но одно у этих двоих все же было общим – от них веет вседозволенностью и наглостью.
— Привет, — голос грудной, низкий.
Он обращается к нам, но смотрит только на меня своими холодными пепельно-серыми глазами. Хотя мне изначально показались они тёмными.
— Василиса, девушка моего двоюродного братишки, — улыбается Тимофей, толкая того в локоть.
Но даже эта информация никак не влияет на интерес к моей скромной персоне. И я ужасно хочу чем-то закрыться, чтобы спрятаться от этих глаз.
Пашка разряжает обстановку своим появлением. Он обнимает меня за талию, улыбается. Я облегченно выдыхаю, что не ускользает от холодных глаз Дмитрия.
— Тимоха, я подарок отставил в твоей комнате, — говорит он, а затем пожимает руку Диме.
— Мне понравится подарок? — спрашивает у него именинник.
— Не сомневайся, — улыбается Паша.
Потом смотрит на меня с той же доброй улыбкой, целует в макушку. Я успокаиваюсь и блаженно выдыхаю.
— А где ты был всё это время? — Машка буравит Пашу взглядом.
— А что случилось? К вам кто-то приставал? — он переводит взгляд на меня.
— Ещё как. Пускал тут слюни один альтернативно одаренный на нашу Ваську, — Машка ухмыляется.
Камень был явно в огород этого Димы.
Я, поджимая нервно губы, и перевожу глаза на лицо парня, у которого выражение не изменилось ни на секунду.
— Что-о-о? Кто посмел? — наигранная гримаса гнева пронеслась по лицу Тимохи. — Надеюсь, тебя моя Дева Мария, никто не успел слюнями обрызгать?
— Тут брызгаешь слюной только ты.
Паша наклонился ко мне, тревожно заглядывая в глаза.
— Всё в порядке? Кто это был? — тихо спрашивает.
— Он уже ушёл, не переживай, — вру я, хотя, стоило бы сказать ему.
Пропустила момент, когда Тимофей и Маша начали практически ругаться, вернее, подруга была взбешена.
— Ох, дикая кошечка, — причмокивая, сказал парень.
У меня глаза на лоб полезли, когда я это услышала. Представляю, какие эмоции испытала Маша!
В этот момент в лицо Тимона летит содержимое бокала, багровыми каплями стекая на светлую рубашку. Тут же улыбка слетает с его лица, он ошарашенно пялится на подругу.
Не он один в шоке от происходящего.
Машка скалится, покручивая в руке пустой бокал от вина.
— Какого?..
Немой вопрос отражается на его злом лице, а в следующую секунду он резко нагибается и хватает Машку за попу, закидывая миниатюрную девушку себе на плечо. Она вскрикивает от неожиданности, а я просто замираю с открытым ртом, не в силах пошевелится.
Просто вижу, как он несет её через весь зал к лестнице, ведущей на второй этаж. Она брыкается и что-то кричит матом.
Первым отмирает Паша, он бежит за братом, расталкивая толпу. Я несусь за ним, останавливаюсь только на лестнице. Паша что-то кричит Тимофею, но тот отмахивается и поднимается дальше. Я хватаю Пашу за руку и в ужасе смотрю на него.
— Останься здесь, я угомоню его, не переживай, — говорит он.
— Нет, я с тобой….
— Вась, он не насильник и не псих, просто решил напугать твою Машку. Я спущусь сюда вместе с ней.
Я нехотя киваю, отпускаю Пашу наверх. У самой душа не на месте. Всё же стоит подняться за ними и проконтролировать. Только собираюсь ступить на лестницу, как вижу чьи-то мужские кроссовки, двое парней, изрядно выпивших спускаются со второго этажа. Завидев их, сразу отшатываюсь в страхе и иду в сторону кухни.
Господи, вот оно и предчувствие плохое. Здесь слишком много пьяных людей и все они неадекватные. И мне это не нравится…
Захожу на просторную кухню, облегченно выдыхаю, потому что здесь ни одной живой души. Нахожу чистый стакан и наливаю себе прохладной воды из крана. Делаю несколько глотков.