Останься со мной в темноте

Часть 11

Я сижу в больнице ещё около часа, пока мама не заставляет меня поехать домой к бабуле, а сама она остаётся ночевать в больнице. До дома идти пешком около часа, потому что он находится в частном секторе города. Автобусы уже не ходят, последний транспорт уехал в десять часов вечера, поэтому мне приходиться вызвать такси.

Оно довозит меня за пятнадцать минут. Дом у бабули небольшой и старенький. Они его с дедом сами строили в молодости. Он обычный деревянный, выкрашенный в белый цвет, с небольшим садом, где бабуля в тёплое время выращивает овощи. Раньше у них было хозяйство, но когда умер дедушка, бабуля всё продала, потому что одной заниматься им было тяжело.

Захожу во двор, где меня встречает чёрная дворняга по имени Бакс. Он виляет хвостиком и смотрит на меня голодными глазами.

Бедный. Утром мы так спешили, что даже забыли покормить его.

— Ох, сейчас погоди, Бакс.

Нахожу его тарелку и быстро накладываю ему кашу с куриными лапками. Глажу его по чёрной шерсти, пока он уплетает еду. Сажусь на скамейку в беседке у дома и смотрю в ночное звёздное небо без единого облачка. Дождь недавно только прекратился и ветер стих. Город расположен между гор, а сама академия прямо на склоне в десяти минутах езды. И кто вообще додумался построить что-то на склоне?.. Пешком в гору добираться жесть как тяжело.

Летом мы ещё в школьные годы приезжали с Ноем в гости к бабуле пару раз. Время было беззаботным и таким радостным… Ездили с ним к морю, которое находится за горным хребтом.

На этих мыслях я и прохожу в дом, закрываюсь и пытаюсь уснуть. Спать в пустом доме одной некомфортно. Мыслями постоянно возвращаюсь к сегодняшним событиям. В груди растёт негодование и гнев, когда я начинаю представлять, через какие страдания прошёл Ной… А эти мерзавцы… Я сделаю всё, чтобы найти тех, кто это сделал. Это явно был не один человек.

Они должны заплатить за содеянное!

Утром мне звонит мама и говорит, что с бабушкой всё хорошо. У неё взяли анализы и оставляют её ещё на сутки в больнице, чтобы поставить точный диагноз и избежать рисков. Брат без изменений. Эта информация режет хуже ножа по сердцу.

Быстро умываюсь, одеваюсь и еду обратно в больницу на автобусе. Ной один в палате. И его вид пугает настолько, что мы с мамой синхронно начинаем плакать. Его голова и половина лица полностью перебинтована, губы и нос разбиты, на левом глазу марлевая повязка, правая рука загипсована. Рядом куча аппаратов, которые показывают какие-то измерения.

Я впала в полнейший ступор, наблюдая за тем, как мама рыдает, сминая его здоровую кисть в своих руках. Зашла медсестра и при нас поменяла ему капельницу.

— Надо в полицию, — говорю я охрипшим голосом маме.

— Да, надо, — качает она головой, смахивая слёзы. — Сразу поедем. Напишем заявление.

И мы едем с мамой в полицейский участок, что находится недалеко от больницы. Мама пишет заявление и рассказывает всё, что ей поведала я и преподаватель. Нам обещают, что проверят всю информацию, поговорят с ректором академии и попытаются найти виновных.

Попытаются! Именно это слово сказал мужчина средних лет с пивным животом и небритым лицом.

Если Ноя избили богатые студенты, то шансов на то, что виновные понесут наказание — нет. Даже я это понимаю. То, что говорить о полиции?.. Им нужны доказательства, чтобы уж точно никто не отвертелся. Значит, я сделаю всё, чтобы найти их.

На этих нотах мы и возвращаемся с мамой в дом бабушки. Долго разговариваем и обдумываем, как нам теперь поступить. Мама отпросилась всего на неделю с работы. Взяла отпуск за свой счёт. Бабулю выпишут завтра. И она не хочет уезжать отсюда, пока не будет знать точно, что с Ноем всё хорошо. Была бы возможность, то она бы переехала сюда, но с работой тут не густо. Особенно в этом городке. Мама работает в крупной фирме, а здесь нет никаких предприятий. Только торговые центры и магазины. Половина города старая часть, где сохранились ещё средневековые постройки. Церковь, которой несколько сотен лет, например. А другая часть города чисто отстроена для богачей: виллы, коттеджи и целые комплексы с апартаментами. Тут-то и живут половина студентов нашей академии.

Грёбаные богачи. Чтоб их.

На следующее утро мама заставляет меня поехать на учёбу. Я пропустила понедельник и вторник. Но мне сейчас совсем не до этого. Но приходится просиживать лекции и слушать преподавателей. Ребята из моей группы интересовались здоровьем Ноя и сочувствовали, а мне от их слов становилось намного хуже. Поэтому я отгородилась от них, на переменах уходила в большую оранжерею на заднем дворе академии, и предавалась мрачным мыслям.

После всех лекций я снова наведалась в группу Ноя, чтобы поймать крашенных придурков и расспросить их ещё раз. Вообще всех, кто был на том уроке физкультуры. Вот только троицы не было, а все остальные молчали так, будто воды в рот набрали. Разбегались при виде меня как тараканы…

Но не все. Только элита не разбегалась. А ими была половина группы Ноя. Они лишь усмехались и смотрели на меня так, будто я бешеная блоха, прыгающая перед ними.

Никто ничего не знал…

Но не странно ли это? Все молчат. Даже пацаны, что переодевались после лекции в этой мужской раздевалке. Никто ничего не видел.

Хм. Кажется, нужно выждать время, прежде чем снова поймать кого-нибудь из его группы и расспросить. Сейчас они все насторожены и напряжены.

Я даже заходила к ректору академии мистеру Григору Корвинусу. Если я правильно нашла информацию, то это дядя Влада. Вот только его секретарь сказала, что его нет в академии.

Влад Корвинус! Точно. Я совсем забыла об этом странном парне. Он ведь обмолвился поспрашивать насчёт этого. А надо ли ему заниматься чужими проблемами? Нет, конечно. Он не похож на того, кто помогает людям от чистого сердца. И он ещё с ДНК хищника, так что тем более. Можно забыть об этом парне.

В общаге на меня снова накинулась с расспросами моя соседка Хельга. Я с ней неплохо общаюсь. Она тоже льготница. Но у меня совсем не было настроения всё объяснять. Я лишь переоделась, взяла некоторую одежду и вышла из трёхэтажного здания общежития. Женский этаж был третьим, а на втором жили пацаны. Первый был выделен для преподавателей. У них даже был отдельный вход, не пересекающийся с нашим.

Также я спустилась в комнату Ноя, чтобы поискать телефон, но там был лишь его ноутбук. Я ещё не знала, что делать с его вещами, но ноут я забрала с собой.

Из общежития вышла, когда на улице уже снова начал моросить дождь. Дурацкий дождливый март. И тучи эти вечные в небе нагнетают атмосферу. И дебильные каменные статуи, что каждый раз меня напрягают одним своим видом. Вот даже сейчас, стоя на крыльце академии, на меня таращилась огромная пучеглазая серая горгулья с двумя хвостами и клыками, виднеющимися из пасти. Так и хочется взять, и разрушить её к чертям собачьим.

Летом тут намного приятнее находиться, когда солнышко выглядывает из-за облаков, и розы начинают цвести. Запах стоит отменный. А красные цветки гармонично смотрятся среди всей этой каменной утопии… Из яркого пока что здесь только газон. Скоро начнут цвести яблони и сливовые деревья, хоть понарядней станет.

Зонтом я сроду не пользовалась, так что, накинув капюшон на голову и переместив ноутбук под вещи, чтобы ненароком дождём его не промочило, я пошлёпала по мокрой асфальтированной дорожке, что ведёт к стальным воротам академии. Благо здесь додумались сделать пешеходную дорожку для простых смертных, что не могут себе позволить личного водителя.

До автобусной остановки идти всего минут пять, поэтому я быстро добралась до места. Благо, идти с академии легко по склону вниз, а вот обратно всегда трудности.

И вот стою я, таращась грустными глазами в серое небо. На лицо мне падает мелкий дождь, а автобуса так и нет. Похоже, из-за дождя или ещё по какой-либо нелепой причине, водитель решил не заезжать лишний раз сюда, ведь автобусом здесь редко кто пользуется. Особенно в такой час, когда лекции уже давно закончились. Пальцы на руках замёрзли и слегка онемели.

И когда я решаю уже вызвать такси, потому что капли становятся крупнее и интенсивнее, да и до города пешком идти тоже не вариант, возле меня останавливается знакомый чёрный навороченный автомобиль. Окно с пассажирской стороны открывается и на меня смотрит молодой черноволосый парень с улыбкой до ушей.

— Садись, — говорит мне Влад, кивая на место рядом с ним.

А я что? Конечно же, без раздумий сажусь.

Часть 12

В салоне Влада тепло и уютно. Пахнет чем-то ужасно вкусным и свежим. Я даже начинаю нервничать из-за того, что села сюда слегка промокшая под дождём. Парень мило улыбается, поглядывая на мои руки, которые я нервно растираю, чтобы хоть немного согреть онемевшие пальцы. Он включает печку и на меня дует тёплый воздух.

— Спасибо, — улыбаюсь ему, мельком пройдясь глазами по его расслабленному лицу и уверенным движениям рук, когда он сворачивает с узкой дорожки, выезжая на трассу, ведущую в город.

— Куда тебя подвезти, Ева? — моё имя он так странно выделяет, будто наслаждается его звучанием.

Или мне кажется?..

— Эм, да высади меня где-нибудь на въезде в город у автобусной остановки, пожалуйста, — осторожно смотрю на то, как он усмехается, посмотрев на меня своими синими глазами.

— Назови адрес.

— Не стоит… Это далеко. Не хочется тебя напрягать снова, — кусаю нижнюю губу, отводя взгляд к окну.

— Ты меня не напрягаешь. Я довезу тебя туда, куда скажешь. Ну, скажешь адрес? — по голосу слышу, что он опять улыбается.

— Старая часть города, район у старой церкви, — говорю я расплывчато. Не хочется называть точный адрес бабушки.

Не знаю даже, откуда взялось это лёгкое чувство тревоги? Но будто бы мне нужно быть осмотрительнее.

— Хорошо. Как дела у твоего брата? — спрашивает он, а я холодею, вспоминаю Ноя, лежащим без сознания в палате, заставленной аппаратами.

— Он впал в кому, — произношу сухо, разглядывая узкую улочку с красивыми трёхэтажными цветными зданиями в различных смешанных стилях, от барокко до позднего романтизма. Людей на улице совсем нет, только несколько машин. Эта часть района совсем не людная.

— Соболезную, — говорит Влад, проезжая мимо фонтанов в центре города и съезжая в другой старый район города. — Что говорит врач?

— Всё печально. Надежда есть на то, что он очнётся, но очень маленькая… Я даже не знаю, что будет со мной, если брата не станет. Ведь мы были неразлучны с утробы матери… — сжимаю край чёрной куртки.

— Мне жаль, — выдыхает Влад и кладёт свою тёплую ладонь поверх моей холодной руки. Вздрагиваю от этого прикосновения, смотря на его большую руку, но не двигаюсь.

Это такое странное ощущение. Будто бы на чувствительную кожу положили раскалённые угли, но они не причиняют боль, а наоборот. Это приятно, но очень опасно. Большим пальцем он оглаживает бледную кожу на моих пальцах, продолжая смотреть на дорогу.

И почему-то моё сердце сейчас начинает разгоняться в неведомом до этого для меня темпе. Меня многие парни касались до этого. С некоторыми я просто дружила и иногда позволяла брать себя за руку, а некоторых просто избивала, но ни одно прикосновение не отдавалось таким чувствительным взрывом.

Это всё бешеная энергетика хищника, не иначе. В них ведь природой заложено обаяние, так что я не должна тут растекаться от того, что он трогает мою руку.

— А ты, — прокашливаюсь, — смог что-нибудь узнать?..

— К сожалению, пока что нет. Никто ничего не видел. По камерам, что установлены перед входом в корпус, тоже невозможно что-то понять. Много людей проходили в это утро по коридору, ведущему в спортивный зал, но я уверен, если хорошенько надавить на нужных людей, то точно удастся кое-что выяснить.

— Ох, Влад, спасибо тебе за помощь, но не нужно. Я благодарна, что ты потратил на меня своё время. Это большой поступок, но не стоит больше разбираться в этом вопросе…

Реально ведь, если это сделали не его дружки, то чего он так взялся мне помогать?

— Нет, Ева. Я очень заинтересован, — он смотрит на меня странным взглядом, от которого сразу бросает в дрожь, — в этом деле.

— Но почему?

— Ректор этой академии мой дядя, и произошедший инцидент может пошатнуть статус элитной академии, — он кидает быстры взгляд на вспыхнувший дисплей телефона.

— Но, разве не легче замять дело и не разбираться в нём, чтобы его вовсе закрыли. Никто тогда не узнает, что творится за стенами академии, и статус не пошатнётся.

— Верно, — улыбается Влад, скользнув по моему лицу взглядом, и снова возвращая его на дорогу. — Вот только слухов избежать не получится. А ты что-нибудь узнала?

— Нет. Его одногруппники молчат. Но вот что странно, — хмурюсь, — я не нашла его телефон. Звонила на него пару раз, но он выключен.

— Думаешь, его забрал кто-то? — Влад проезжает мимо огромной старой каменной церкви. Телефон снова загорается, и он берёт его в руки и читает какое-то сообщение, усмехается при этом. — Есть такая мысль. Но вот только зачем?.. — поглядываю на дорогу и на парня, что уверенно свернул на улицу, где находится дом моей бабушки… — А может он потерял его? Или его украли.

— Возможно, что мог потерять, но красть вряд ли кто-то будет. Кому сдался смартфон старой модели с разбитым экраном? — кошусь на то, как он доезжает прямо до дома бабули и останавливается напротив ворот. Смотрю на Влада, что улыбается мне сейчас. — А как ты узнал, что мне нужно именно сюда?..

Слышу усмешку и сверкнувший странный взгляд, которым он медленно пробежался по моему лицу и сцепленным рукам.

— Да. Старый телефон с разбитым экраном вряд ли кому-то понадобится в элитной академии имени Корвинуса, — проговаривает он, положив локоть на руль и пальцами оглаживая подбородок, разглядывая меня слишком пристально и как-то бестактно что-ли…

На мой вопрос он явно отвечать не собирается.

— Слушай, давай завтра увидимся. Я, кое-что выяснил, — говорит он мне. — Напишу тебе, указав место встречи.

— Но ты же сказал…

— О, там мне только что сообщили, что нашли кое-кого причастного, — он кивает на телефон.

— А что за человек?.. И у тебя нет моего номера, — лёгкая дрожь проскакивает по всему телу. Неужели, он реально выяснил, кто это сделал?

— Дашь мне его? — растягивается в красивой и такой опасной улыбке, что моё сердечко отбивает какой-то непонятный для меня ритм. И снова игнорирует мой вопрос.

Киваю, почувствовав, как щёки начинают краснеть. Диктую ему свой номер, пока он набирает его на своём телефоне. Затем отбрасывает его небрежно на приборную панель и смотрит на меня потемневшим взглядом.

— Тогда до завтра, Ева.

— Спасибо, что подвёз. Доброго вечера, — отвожу взгляд, открываю дверь и быстро вываливаюсь на улицу вместе со своей сумкой.

Замираю на пару секунд, поглядывая на чёрный тонированный автомобиль, и нахмурившись, иду к калитке. И только когда я оказываюсь во дворе, слышу, как Влад отъезжает.

Да как он узнал, где находится дом моей бабушки? И с чего он взял, что мне нужно именно сюда? Столько вопросов и так мало ответов.

И как-то тревожно на душе у меня, не спокойно. Будто бы грядёт что-то ужасное…

Да не, бред. Что может быть хуже того, что сейчас происходит с моей семьей? С Ноем?..

Часть 13

Весь следующий день я не нахожу себе места. В академию приезжаю раньше обычного и всю первую лекцию кошусь на свой телефон, ожидая звонка или сообщения от Влада.

Вдруг, ему и правда, удалось что-то узнать?..

— Ева, — слышу я голос позади себя. — Ты там уснула что-ли?

Оборачиваюсь и вижу своих друзей, с которыми я чаще всего и ближе всех общаюсь — Игрид и Эдвин. Оба учатся на втором курсе моего факультета. Познакомилась я с этими двумя совершенно случайно. Игрид налетела на меня в коридоре академии в первый день нашего поступления сюда. Девушка высокая с длинным блондинистым хвостом и мощными плечами. Я расшибла копчик и была не в духе, как и она. Слово за слово, и вот мы с ней едва не таскаем друг друга за волосы, а побледневший Ной пытается нас разнять. В итоге ему на помощь пришёл Эдвин. Крупный русоволосый парень растащил нас в два счёта как котят за шкирку. И провёл лекцию, что девушкам некрасиво драться вот так… Мы долго смеялись. Так и начали общаться.

— Ну, ты как? — спрашивает Игрид, усаживаясь рядом со мной на подоконник, а Эдвин становится сбоку скрестив руки на груди.

— Пойдёт, — сухо отвечаю, продолжая смотреть в окно. На улице снова дождь.

— Не раскисай, — хлопает меня по плечу Эдвин. — Ной выкарабкается. Он не такой слабак, как ты думаешь.

— Точно. Он молодой и организм его точно справится! Главное — не терять надежду! — подбадривает меня подруга. — Что говорят в полиции-то?

— Ничего не говорят. Никто и ничего не видел. В группе его все молчат. Покрывают кого-то явно, — фыркаю, спрыгивая с подоконника. — Уроды.

— Мы тоже не сидели сложа руки и кое-что узнали, — Игрид переглядывается с Эдвином. — Короче, говорят что там всё же были старшекурсники.

— Я это и без вас слышала. Крашеные придурки из группы Ноя сказали мне, что их видели. Но кого именно, никто не говорит.

— Вот именно. Не простые это старшаки. Говорят, что они из этих, — подруга прикусывает губу и кивает в сторону каких-то третьекурсников, что сейчас весело что-то обсуждают по другую сторону стены. Три девчонки и два пацана. Богатеи, видно по их одёжке.

— В смысле, из "этих"?.. — переспрашиваю нагнувшись.

— Ну блин, ты не слышала что-ли? Самые влиятельные детишки вертятся в среде той троицы, что с ДНК хищника. Они здесь всем заправляют.

— Слышала я про эту шайку, — поджимаю зубы, вспоминая, как по глупости ворвалась в их логово и увидела этих жутких парней. — Но говорят, что это не они…

— Откуда ты знаешь? И кто говорит? — хмурится Эдвин.

Даже не знаю, стоит ли мне рассказывать им, что я успела натворить за эти дни и с кем заиметь знакомство. Но решаюсь, что пока лучше не стоит разглашать такую информацию.

— Ну… Говорила с одним из "этих"… — тоже киваю в сторону третьекурсников.

— Ха, думаешь, они скажут тебе правду? — светлые брови Игрид летят вверх. — Ты вроде не настолько наивная, чтобы верить такой чепухе. Кто ещё мог творить такое в стенах академии? Думаешь, хоть что-то происходит тут без ведома дьявольской троицы?

Задумываюсь. А ведь и правда… Но вдруг всё же кто-то действовал спонтанно. И эти студенты натворили дел, избили Ноя, а теперь прячутся ото всех. Ведь камер нет. Никто не докажет, что это были они.

— Я всё равно найду тех, кто это сделал.

— Лучше тебе не стоит лезть в это. Пусть полиция занимается этим и ректор. Кто знает, на что способны эти придурки… Могут и на тебя переключиться.

— В каком смысле и на меня? — хмурюсь, смотря на Игрид.

— Ты здесь учишься полгода, но вообще не слышала ничего о троице хищников?

— Слышала, что они грёбаные короли академии и им закон не писан. Мудаки и ублюдки.

— Именно. И ты себе даже не представляешь, насколько они отбитые на голову. Короче, — подруга наклонилась ко мне и начала рассказывать шёпотом, — в нашей группе училась девчонка, когда мы были на первом курсе. Она была моделью. Красивая, ноги от ушей, голубые глаза и шикарные волосы. Все парни по ней слюни пускали. И вот приглянулась она этой троице, стала зависать с ними. Говорят, что спала сразу с тремя одновременно…

— Ну, и в чём проблема? — хмурюсь. — Зависала, спала — криминального.

— В том и то и дело, что всё будто бы было по её воле. Вот только ходил слух, что она была влюблена в одного парня… И эти трое тоже знали об этом. Шантажировали её, короче.

— Не понимаю… — нервно начинаю теребить пуговицу на пиджаке.

— А что не ясного? Они ею пользовались, припугивая расправой над её любимым парнем.