Какао. Напиток богов и владык

Миштекский кодекс XIV в. Зуш-Нэттол сохранил изображение, где госпожа Йасийо («13 Змея») предлагает господину Ийанакуаа Тейусиньянья («8 Олень») чашу с какао для освящения собственной свадебной церемонии. Кроме того, там же есть сцены, связанные с обручением, детскими ритуалами, похоронами и церемониями почитания предков, где присутствует коричневый пенистый какао-напиток. В Мадридском кодексе присутствует изображение свадьбы бога Чаака с богиней Ишик Кааб», где говорится о «передаче им какао». Сам этот термин символизировал свадьбу (в современном обществе схожую функцию выполняют деньги).

Напитки из какао служили подношениями древним месоамериканским богам. А в «Книге испытаний», относящейся к колониальному майяскому сборному манускрипту «», какао выступает в качестве загадки-испытания для желающих стать главами деревень и поселений: ». Книги Чилам Балам «… Смотри, запах его одежды, о которой просят, запах, который привлечен к центру небес: освещенный ладан, который горит. Вот о чем он просит, что ассоциируется с его ртом: выращенный какао, шоколад

Миштекский кодекс XIV в. Зуш-Нэттол сохранил изображение, где госпожа Йасийоо («13 Змея») предлагает господину Ийанакуаа («8 Олень») чашу с какао для освящения собственной свадебной церемонии. Деталь.

Современные индейцы продолжают использовать какао-напитки в ритуальных целях. У некоторых народов Гватемалы какао по-прежнему ассоциируется со свадебными обрядами, праздниками дней рождения, воскрешением Христа, который воплотил в их глазах многие качества доколумбового бога кукурузы. Современные юкатекские майя, киче, мам, а также майя из столичного города Гватемала, Масатенанго и Сантьяго-Атитлан все в той или иной степени продолжают использовать какао в свадебной церемонии, когда просят руки невесты у её родителей. В 20-х годах прошлого века Эрик Томпсон зафиксировал у майя-мопан южного Белиза значимую роль какао, которую тот играл в ритуалах, связанных со свадьбой, рождением и крещением. Так, жених в случае получения одобрения от родителей невесты, должен был оплатить все расходы, связанные с празднованием помолвки, а именно: «». В Сантьяго-Атитлане группы недавно создавших новые семьи людей проходят своего рода обряд инициации, когда на пасху отправляются к подножию горы и возвращаются оттуда через два дня, гружёные какао, паташте и другими растениями. Майя-чорти из Кецальтепека (Гватемала) продолжают проводить церемонии в честь дождя, когда водному источнику делаются подношения какао. Многие другие индейцы Месоамерики продолжают использовать какао в связанных с сельским хозяйством ритуалах. Один юкатекский целитель вспоминал, что в середине XX века в Майяпане и соседних общинах было много таких же как он целителей, использующих в своих ритуалах какао (для привлечения всего хорошего) и перец (для изгнания всего плохого). свинью, галлон рома, тортильи и какао

В середине XX века Чарльз Уисдом отмечал применение какао-напитков в колдовских ритуалах у майя-чорти (южная Гватемала). Йоханна Куфер подтвердила у тех же чорти использование какао и какао-напитков в различных церемониях (например, призыва сезона дождя), особенно это касалось «» (кашицы из кукурузы и какао – чортийского эквивалента известного в классический период напитка сакха ()). Не подслащенный вариант напитка используется в ритуальных целях и носит название («» на языке чорти) – это выражение известно также на сосудах классического периода, предположительно как раз используемых под данный напиток. У современных ленка из Гондураса семена какао служат подношениями богам, когда те выпрашивают у них хороший урожай. Их же предсказатели порой используют какао-бобы для определения судьбы человека. На стол бросают 45 какао-бобов и затем по ним совершают гадание. Это обычный способ гадания в Месоамерике, однако какао-бобы используются для него редко. чёрного чилате sakha’ или saka’ sak sa’ напиток белой кукурузы

Вместе с кукурузой какао стало важной частью месоамериканской космологии. Они оба объединяются в ритуальных напитках со священной водой, которой питаются боги, предки и с помощью которой обеспечивается плодородие почвы. В доколумбовой Месоамерике какао ассоциировалось с югом и подземным миром (у майя, например, подземный мир имел ассоциации с южным направлением).

В Мадридском кодексе есть изображение свадьбы бога Чаака с богиней Ишик Кааб», где говорится о «передаче им какао» – термина, символизирующего свадьбу. Деталь.

Какао также тесно связано с культом предков. В начале XX века в Митле шоколадным напитком поливали могилы в праздник Тодос Сантос («»). В Теуантепеке чашку с шоколадом помещают на семейный алтарь. В Кобане у кекчи устанавливаемый в День мёртвых алтарь украшают паташте (о паташте см. отдельную главу). У коренных народов Месоамерики какао ассоциировалось с кровью. Эта аналогия, вероятно, уходит корнями глубоко в историю. Иногда напитки какао даже подкрашивали в красный цвет при помощи аннато (ачиоте) – семян дерева L. Связь ачиоте и какао прослеживается в одной из загадок «»: «». Всех святых Bixa orellana Книг Чилам Балам „Сын мой, принеси мне четырёх Чак Цибциб, птицу кардинала, тех, что у входа в пещеру, и принеси мне их, стоящими на моем драгоценном продукте питания. Пусть их плюмаж будет окрашен красным и пусть они появятся на моём продукте питания, когда ты предстанешь предо мной“. „Будет сделано, о, отец“. Вот что он просил: ciui, паста из ачиоте; плюмаж, о котором он говорил, это пена шоколада, а драгоценный продукт питания – это какао, которое только что перемололи

Аналогию подкрашенного в красный цвет какао с кровью отмечали хронист Гонсало Овьедо-и-Вальдес и Педро де Альварадо. На примере увиденного в Никарагуа, Овьедо писал, что «». Овьедо также отмечал, что испившие такой напиток оставляли на губах и вокруг рта немного пены, и это, в свою очередь, произвело на него неизгладимое впечатление. В Чолуле даже готовили напиток какао на воде, в которой омывали ножи после человеческих жертвоприношений. А у ацтеков Саагун во Флорентийском кодексе отметил метафору «сердце» и «кровь», которая означала какао. Сам плод дерева ассоциировался с человеческим сердцем, вырванным из грудной клетки во время церемонии жертвоприношения. В «», который Саагун записал в XVI веке, плод какао прямо приравнен с сердцем жертвы: …поскольку те люди были любителями испить человеческой крови, то для создания напитка похожего на кровь они добавляли [в него] немного ачиоте и он тогда окрашивался в красный цвет Гимне Отонтекутли

«В Ноноалько

Средь орлов-опунций,

Средь плодов какао и в облаченье полном.

Он не погиб.

Я тепанек Куэкуэшцин;

Я Кецалькоатль – Куэкуэшцин».

Какао предлагали испить жертвам, предназначенным богу торговли Якатекутли. Эта церемония проходила во время ежегодного праздника в честь бога войны и солнца Уицилопочтли, проводимого в месяц панкецалистли («поднятия флага»). Какао предлагали жертве накануне праздника, чтобы той было «комфортно». А имперсонатору Кецалькоатля давали напиток ицпакалатль («»), основным ингредиентом которого также было какао – возможно, вместе с галлюциногенами. Ицпакалатль служил для поддержания состояния счастья жертвы до её смерти. Уже в колониальное время Саагун зафиксировал у вернувшихся из дальнего путешествия торговцев подношение чаш с жидким шоколадом старому богу огня Шиутекутли и Якатекутли. На тихоокеанском побережье Гватемалы также прослеживается связь какао с жертвоприношениями и мёртвыми воинами. Сбор какао в этом регионе приравнивался к добыче ценных жертв, которые затем питали собой древних богов. У какчикелей в календаре было два двадцатидневных месяца, посвящённых сбору урожая какао, как то отмечал неизвестный монах-францисканец в 1685 г., и оба они в своих названиях связаны с жертвоприношениями – («») и . При этом « из которого образуются названия данных месяцев, переводится, как «» – т.е. это тот материал, из которого изготавливаются режущие инструменты и оружие. В письменности майя классического периода выражение «кремень и щит» использовалось для метафорического обозначения войска правителя. Даже в наше время в ритуалах индейцев тихоокеанского побережья Гватемалы прослеживается та нить, что связывала какао с войной и жертвоприношениями. воду, омывшую обсидиановые лезвия Nabeitoεiε первый сбор какао или время обезглавливания Rucactoεiε («второй сбор или компаньон предыдущего») toε», кремень

Следует отметить, что, вероятно, какао не всегда имело связь и ассоциации с кровью, жертвоприношениями и сердцем. Возможно, такая корреляция появилась со временем. Так, например, на тихоокеанском побережье Гватемалы исследователь Освальдо Чинчилья Масариегос проследил постепенное развитие религиозных верований. Выделив стилистические особенности региональной иконографии, он отметил, что на ранних доклассических фигурках группы Паки (скульптуры людей со звериными головами или масками), где есть изображения какао, никакой связи с жертвоприношениями не прослеживается. Более того, на поздних доклассических скульптурах какао вообще подозрительно отсутствует (нет его в Исапе, Такалик-Абахе и других прибрежных городах). Затем в раннюю классику изображения какао снова появляются на курильницах из прибрежных равнин Эскуинтлы, выполненных в теотиуаканском стиле – здесь на крышках изображались мёртвые воины, преображающиеся в бабочку-хищника, которая, в свою очередь, связывается с какао различными способами. В поздний классический период происходит смена представлений и внимание переносится на сбор созревших плодов какао, что символически связывается с человеческими жертвоприношениями. Такие представления, наряду с ассоциацией с женским началом, сохраняются уже вплоть до прихода испанцев. Таким образом, нам следует понимать, что символические ассоциации какао развивались вместе с изменением религиозных верований и ритуальных практик, и все эти трансформации были непосредственно связаны с переменами в культурной и политической сферах.

Керамические свистки, изображающие пленников с какао вокруг шеи. Фото: Освальдо Чинчилья Масариегос.

Ассоциации какао с жертвоприношениями встречались не только у индейцев Месоамерики – в XVI веке Диего Гарсия де Паласио отмечал, что в доколумбовое время у индейцев пипиль из Никарагуа был обычай помечать будущих жертв бусами из какао-бобов, перьями и зелёными камнями: «». Впрочем, эти ассоциации не должны удивлять, поскольку пипили сами когда-то мигрировали из Центральной Мексики. 4 все, кто был на войне, прибывали в порядке, распевая и танцуя, и они приводили тех, кто был предназначен для принесения в жертву, со множеством перьев и драгоценностей на их ногах и руках, с нитками какао вокруг их шеи, и вели их капитаны в середине

Примечательно, что, несмотря на столь зловещее символическое значение, испанцы не стали запрещать использование какао, как, например, они поступили с амарантом. Очевидно, экономическая целесообразность оказалась сильнее идеологических соображений, и испанцы не стали полностью разрушать экономическую систему, в том числе систему сбора дани, где какао играло немаловажную роль, а подстроили её под свои нужды. 5

Ацтеки и другие народы региона широко использовали какао и напиток из него в похоронных обрядах. Монах Диего Дуран записал информацию о похоронах ацтекского правителя Ашайакатля в 1481 году. Вместе с ним на тот свет отправились слуги, а также богатые подношения из какао и других ценных предметов. Его тело одели в наряды бога, а жёны поднесли ему в дар пищу и тыквенные сосуды, наполненные шоколадом.

У майя вместе с собственной кровью, выпускаемой посредством порезов на своём теле, какао также считалось священным подношением богам. В отличие от ацтеков, майя, по всей видимости, не связывали человеческие жертвоприношения с какао – нет тому свидетельств. В то же время символические связи проследить можно. Как отмечал Карл Таубе, на одном из сосудов позднего классического периода майя изобразили головы бога кукурузы на дереве какао (в верхней части изображения исследованного им сосуда среди какао-бобов спряталась еще одна человеческая голова, которая частично превратилась в плод дерева какао), а снятие созревших початков для них имело ассоциации с обезглавливанием божества, т.е. жертвоприношением (сравни с описанными выше ассоциациями сбора какао на тихоокеанском побережье Гватемалы).

В постклассическом пантеоне майя существовал бог Эк-Чуах («чёрный скорпион»), покровитель торговли и какао, имевший связи с ацтекским богом торговцев Якатекутли. Во время месяца муан владельцы участков с какао подносили собаку «с пятнами цвета какао» в жертву определённым богам, в т. ч. Эк-Чуаху. Майяский Бог Кукурузы также имел связи с упомянутыми выше богами торговли и какао – он после своей смерти воскрешался в виде растений, а какао было вторым по значимости после кукурузы растением.

Боги, жертвующие кровью из своих ушей, омывая ею плоды какао. Деталь Мадридского кодекса (стр. 95—96).

Важным предметом торговли и употребления какао оставалось и для последнего независимого царства майя-ица, просуществовавшего анклавом внутри сплошной подконтрольной испанцам территории вплоть до конца XVII века. Причём на собственных землях у них выращивалось лишь незначительное количество какао ввиду отсутствия благоприятных условий, поэтому майя-ица путём военной интервенции вынудили соседние области участвовать в своей торговой системе, выменивая, например, текстильные изделия и краску на какао, ачиоте и прочие важные для них товары.

Первое же упоминание какао европейцами было сделано Колумбом сотоварищи, когда в 1502 году они захватили у острова Гуанаха (о. Бонака у совр. Гондураса) принадлежащее майя-чонталям каноэ с 25 гребцами и навесом посередине, в котором находился груз загадочного «миндаля», о ценности которого не подозревал ни сам адмирал, ни его команда. Причём в этот момент произошёл курьёзный случай. Испанцы уронили несколько «миндалин» из-за которых возникла свалка – индейцы бросились подбирать их, а некоторые даже «бросились в воду, пытаясь поймать их, да так, как будто это их глаза выпали из головы».

Затем о какао писал в своей второй реляции королю Испании от 30 октября 1520 года покоритель Мексики Эрнан Кортес: «». Также об употреблении напитка из какао говорится и в манускрипте конкистадора Берналя Диаса дель Кастильо: «». Возможно, именно во дворце Монтесумы испанцы проведали, что из какао-бобов можно приготовить жидкий напиток. Однако они могли узнать о нём и ранее, их, например, могли угощать напитком уже на берегу Мексиканского залива после высадки у современного города Веракруса, как об этом сообщал сам Берналь Диас дель Кастильо – правда, он говорил, что напиток приготовили для ацтекских сборщиков дани: «». Продолжая тему конкистадоров, укажем и на упоминание о посевах какао, увиденных Педро де Альварадо в 1524 году у гватемальского поселения Сапотитлана: «». Более того, есть упоминания о какао в истории конкисты от Лопеса де Гомары, личного историка Эрнана Кортеса. Он писал, что во время конкисты испанцы уже были осведомлены о какао-бобах и их назначении: «». О какао также сообщается в манускрипте «» за авторством Анонимного конкистадора, предположительно одного из капитанов Эрнана Кортеса (ок. 1556 г.): «». …и какао, из коего здесь готовят напиток… …и посажены две тысячи деревьев какао, это плод вроде миндаля, который они продают в молотом виде и весьма ценят, так что по всей их земле он имеет хождение вместо денег и за него покупают все необходимое на рынках и в других местах От времени до времени ему подносили золотой кубок с особым питьем, который они называют «какао» и который будто бы возбуждает. Иногда к трапезе приглашались шуты, гадкие горбатые карлики, но большие ловкачи, иногда фокусники, танцоры или певцы. Такие увеселения Мотекусома очень любил и нередко потчевал их какао Кортес утешал их сколько мог, давал разные обещания и уверения, но все же не мог избавить их от страха перед Мотекусомой. К тому же не замедлил и подходящий пример. Именно, донесли, что в поселение только что прибыли пять мешикских чиновников для сбора налогов. Касики побледнели и затряслись при этой вести и сейчас же ушли для встречи нежданных гостей, для которых моментально приготовлены были покои и кушанье, особенно какао – весьма вкусный напиток И на следующий день я пошёл осмотреть дорогу, по которой должен был идти, и увидел, как сказал, еще воинов, а земля была такой заросшей посадками какао [cacaguatales] и кустарником, что была более благоприятна для них, нежели для нас… Самыми важными среди всех, также используемые в качестве денег, были напоминающие миндаль [семена], которые они называли какауатль, а мы – какао, как они были известны нам на островах Куба и Гаити Рассказ о некоторых вещах Новой Испании и великом городе Теместитане, Мехико Этот напиток является самым полезным и самым питательным из всей известной на земле еды, так как тот, кто выпьет кружку этого напитка, хотя и может предпринять долгое путешествие, теперь может обойтись весь день без еды, и, будучи холодным, его лучше пить в жаркую погоду, нежели в холодную

Хронист Диего Дуран отмечал, что испанцы поначалу были чуть ли не в ужасе от напитка: «». Двое ацтеков кушали различные блюда и когда испанцы заметили, что те трапезничали, то они тоже стали кушать индейку, тушёное блюдо и кукурузную лепешку, получая от этого наслаждение, много смеясь и пребывая в азартном настроении. Но когда подошло время пить шоколад, который был им поднесён, самый ценимый индейцами напиток, то они [испанцы] испытали ужас. Когда индейцы увидели, что те не осмеливаются пить, то сами начали пить из всех тыквенных сосудов и тогда испанцы утолили свою жажду шоколадом и поняли каким живительным напитком он был

Среди представителей католической церкви первым упоминанием о какао следует считать рассказ Торибио де Бенавенте (Мотолинию), который отмечал, что «». О какао он вспоминал и когда сообщал о праздниках и обычаях Мексики: «». когда какао размолот и смешан с кукурузой и другими семенами, которые тоже размалывают… является хорошим напитком и потребляется в таком виде… Он неплох и они считают этот напиток питательным В дни празднеств они приносили служителям храмов кур, собачек и перепелок, приносили свое вино и хлеб, и все напивались допьяна. Покупали для торжества охапки роз и сосуды с благовониями и с какао – это у них очень вкусный напиток, – а также фрукты

Есть упоминание о какао и у Бартоломе де Лас Касаса: «». Напиток [шоколад] является смесью воды с мукой, полученной из орехов, называемых какао. Он питателен, очень бодрит, вкусный и приятный, и не опьяняет

Пишет о какао-напитках и Диего де Ланда, касательно употребления его индейцами майя Юкатана. Он отмечал, что в качестве альтернативы перца чили какао можно добавлять в  (поджаренную размолотую кукурузу, которую брали с собой путешественники). Также он говорил о пенном напитке из молотого маиса и какао, который майя пили на своих праздниках. Ещё есть у него упоминание о напитке, приготовленном из какао-масла, полученного путём взбивания молотых какао-бобов, разбавленных водой. Испанцы употребляли полученную субстанцию с сахаром и корицей, либо добавляли её в свой шоколадный напиток. пинолли

В 1582 году о какао в ответах на вопросник Филиппа II (утверждён в 1577 г.) сообщает мексиканский писатель Хуан Баутиста де Помар. Говоря об обычаях центральной Мексики XV – XVI вв., он писал следующее: «». Он также отметил, что какао часто выплачивалось в качестве дани: «». 6 Имели обычай, после того, как поели и выпили свое какао, вдыхать дым из кусков тростникового стебля, которые поджигали, наполненных ликидамбаром и другими благоуханными веществами, и также им давали цветы, собранные в букеты, до которых они были очень охочи… Питьем могущественных было какао, и в качестве лакомства пили пиноль, изготовленный из шалфея, некоего очень мелкого семени, очень освежающий и очень питательный, и его обычно употребляли простолюдины, потому что в большинстве собирали его на своих участках Им давали какао и хлопок в коробочках, белый пчелиный мед, перец разных сортов, щиты…

Европа начала своё знакомство с какао в середине XVI века. В 1544 году монахи-доминиканцы привезли с собой на встречу с принцем Филиппом (позже ставшим королём Филиппом II) представителей знати майя-кекчи и тогда же был представлен какао-напиток. После этого в течение века какао проникает во Францию, Англию и другие страны Западной Европы. Далее европейские державы стали культивировать дерево какао в других подходящих по климату регионах планеты – французы на Карибских островах, испанцы на Филиппинах, а англичане (с 1880-х гг.) в западной Африке. Нельзя сказать, что распространение какао по Европе происходило быстрыми темпами, вероятно потому, что для европейцев его горьковатый вкус и вяжущая консистенция были непривычны. Как писал в 1590 году иезуит Хосе де Акоста: «». Лишь много позже в шоколад добавили молоко, сахар и загустили его, превратив в плиточную версию (а после падения цен на сырьё, он стал доступен практически всем). Из какао главным образом изготовляли напиток, который назывался шоколадом и который был странно ценимой здесь вещью. Он был не очень приятен тем, кто не привык его потреблять из-за его пены на поверхности и пузырей… Это был ценный напиток, который индейцы предлагали правителям, которые приходили на их земли, или же просто проходили через них. И испанцы-мужчины, и даже в большей степени женщины – тоже наслаждались чёрным шоколадом

Отдельно нужно рассказать об английском монахе с интересной судьбой Томасе Гейдже, путешествие которого в Америку, предпринятое в первой половине XVII века, затем легло в основу вышедшей в 1648 году книги. Целую главу он посвятил какао и какао-напитку. Он сам любил пить его за едой, в промежутках между приемами пищи и на ночь. Для этого он даже носил с собой специальный портативный набор для приготовления шоколада. В своей книге Томас Гейдж осуждал английских каперов, выбрасывавших по своему невежеству за борт захваченные на испанских судах мешки с какао – монах очень переживал, что так бездарно пропадало столь ценимое им лакомство, которое он советовал приправлять сахаром, корицей или гвоздикой, или прочими пряностями. 7

Следует отметить, что в XVI – XVII веках у католиков был целый диспут о какао и его употреблении в период поста. В колониальной Месоамерике и католических странах католикам воспрещалось потреблять какао во время поста. И здесь мнения теологов разделились – кто-то считал какао пищей и поддерживал запрет, кто-то настаивал, что какао – это напиток, и поэтому запрет не должен на него распространяться. Были развёрнуты целые дискуссии по данному вопросу. В конце XVI века римский папа Григорий XIII (в большей степени устно, нежели письменно) исключил какао из списка запрещённых к употреблению во время поста продуктов (его по этому поводу дважды консультировали жители Чьяпаса, отмечая, что какао – это напиток). Однако дискуссии и споры на этом не прекратились. Побывавший в Чьяпасе монах-путешественник Томас Гейдж рассказал, как запрет на употребление какао предположительно даже вылился в смерть епископа. В XVII веке епископ запретил женщинам высшего сословия пить шоколад, подаваемый им слугами во время мессы. Дамы отказались нарушать устоявшуюся традицию, отмечая, что шоколад им необходим для нормализации состояния желудка во время проведения религиозного обряда. Тогда епископ пригрозил отлучить от церкви всех, кто не выполнит условие. В итоге женщины стали посещать небольшие церквушки, где им было дозволено пить шоколад во время мессы. Здесь же и оставлялись щедрые пожертвования дам. Тогда разъярённый епископ пригрозил отлучить от церкви всех священников и монахов, потакающих данной привычке. Вскоре после этого епископ заболел и умер, как говорят, от выпитой чашки отравленного шоколада, который был тайком передан в дом одной из разгневанных дам.

В настоящее время культ какао среди коренных жителей Месоамерики претерпел изменения, порой значительные. Хотя испанцы после конкисты не стали запрещать использование какао, в связи с резким сокращением аборигенного населения в колониальный период (по разным оценкам, его численность катастрофически уменьшилась на 80—90% с момента первых контактов с европейцами), выращивание и употребление этого дерева в Месоамерике сократилось. Кроме того, засухи, обезлесение и эрозия почв привели к исчезновению многих садов какао. Так, например, произошло в восточной Гватемале у чорти, которые, тем не менее, продолжают покупать какао-бобы на рынках и использовать их для приготовления традиционных напитков, в том числе на фестивалях. Поиск экономически более выгодных способов использования земли побудил крестьян во многих местах отказаться от выращивания какао. Примечательно в этом плане культивирование кофейных деревьев взамен какао-деревьев, поскольку традиционные места выращивания какао оказались очень благоприятными для кофе. Кофе, как напиток, даже стал в некоторых общинах (например, у чорти) вытеснять какао в качестве ритуального питья (в то же время, какао все ещё незаменимо в качестве подношения.). Как результат, использование какао в некоторых современных индейских общинах сошло на нет, к сожалению, многие традиции не были задокументированы этнографами и потеряны. Тем не менее, можно отметить, что во многих других месоамериканских сообществах какао продолжают выращивать и покупать как для употребления в пищу и приготовления напитков, так и в ритуальных целях. Какао по-прежнему ассоциируется с водой, плодородием, перерождением и прочими явлениями и процессами.