Читай, пиши, управляй: блокчейн как новая эра интернета
- -
- 100%
- +
Почему же это важно? Потому что блокчейны – компьютеры, которые впервые за все времена могут устанавливать в ПО поистине незыблемые правила. Это позволяет им брать перед пользователями сильные программно обеспечиваемые обязательства. И главным из них предполагается цифровое право собственности, в рамках которого экономическая и управленческая власть в Сети передается в руки пользователей.
Возможно, вы все еще недоумеваете: ну и что с того? Какие реальные проблемы решают эти ваши блокчейны?
Способность блокчейнов брать на себя максимально твердые обязательства в отношении того, как они станут вести себя в будущем, позволяет создавать новые сети. Иначе говоря, блокчейн-сети действительно решают проблемы более ранних сетевых архитектур. Они способны объединять людей в социальные сети, одновременно предоставляя пользователям полномочия, которые ставятся выше корпоративных интересов. Они могут поддерживать торговые площадки и платежные сети, способствуя электронной торговле, и при этом со стабильно низкими комиссиями. Они позволяют создавать новые формы монетизируемых медиа, совместимые и иммерсивные цифровые миры и продукты искусственного интеллекта, которые вознаграждают создателей за усилия, вместо того чтобы каннибализировать их.
Так что да, блокчейны создают сети, но c более желательными для нас исходами, какие не могут обеспечить другие архитектуры. В этом-то вся суть. Они способны стимулировать инновации и снижать финансовое бремя для создателей; позволяют людям, которые вносят в сети свой вклад, участвовать в принятии решений и иметь долю в материальных плодах.
Вопрос «Какие проблемы решают блокчейны?» сродни, например, такому: «Какие проблемы решает сталь, скажем, по сравнению с деревом?». Построить дом или железную дорогу можно и из того, и из другого. Но благодаря стали мы с самого начала Промышленной революции строили более высокие здания и более прочные железные дороги. А с помощью блокчейнов мы сможем создавать сети, которые будут более справедливыми, долговечными и устойчивыми, чем все нынешние.
Блокчейн-сети объединяют социальные преимущества сетей с протоколами с конкурентными преимуществами корпоративных сетей. Программисты получают открытый доступ, создатели контента – прямую связь с аудиторией и гарантированно низкие комиссии, а пользователи – экономические права и права управления. При этом блокчейн-сети обладают техническими и финансовыми возможностями, позволяющими конкурировать с корпоративными сетями.
В общем, блокчейн-сети – новый материал для строительства лучшего интернета.
Узреть истинуНовые технологии часто порождают сомнения и споры. И блокчейны не исключение.
У многих эта технология ассоциируется с мошенничеством и схемами быстрой наживы. В этом, безусловно, есть доля истины, как была доля истины в аналогичных утверждениях в адрес финансовых маний прошлого, порожденных новыми технологиями, от железнодорожного бума 1830-х до пузыря доткомов 1990-х. 1990-е «прославились» впечатляющими крахами, например Pets.com и Webvan[23]. Общественная дискуссия тогда в основном сосредоточилась на IPO[24] и ценах на акции, но нашлись предприниматели и технари, которые внимательно следили за этими взлетами и падениями, закатывали рукава и создавали продукты, которые со временем оправдывали ажиотаж. Словом, были не только спекулянты, но и созидатели.
Сегодня такой же культурный водораздел наблюдается и в связи с блокчейнами. Одна группа, которую я назвал «казино», обычно громче второй; ее в первую очередь интересуют торговля и спекуляции. В своих худших проявлениях эта культура азартных игр приводит к таким катастрофам, как, например, банкротство криптобиржи FTX. И, что особенно скверно, эта группа пользуется огромным вниманием медиа, что негативно влияет на публичный имидж всей категории в целом.
Вторая группа, которую я называю «компьютером», гораздо серьезнее; ее мотивирует не мгновенная нажива, а долгосрочное видение. Представляющие ее практики понимают, что финансовые аспекты блокчейнов – лишь инструмент, способ координировать интересы для достижения другой, гораздо более важной и высокой, цели. Они понимают, что реальный потенциал блокчейнов заключается в создании более совершенных сетей и, следовательно, лучшего интернета. Эти люди не шумят и не привлекают всеобщего внимания, но именно они обеспечивают долгосрочный желаемый эффект.
Это, кстати, вовсе не значит, что вторую культуру не интересует заработок. Я, например, работаю в сфере венчурного капитала. Львиная доля индустрии высоких технологий ориентирована на прибыль. Разница в том, что истинным инновациям, чтобы генерировать финансовую отдачу, чаще всего требуется время. Вот почему большинство венчурных фондов (включая наш) структурированы как десятилетние, изначально рассчитаны на длительные периоды. Разработка действительно полезных и ценных новых технологий может занять десятилетия, а то и больше. В общем, культура группы «компьютер» носит долгосрочный характер, а культура группы «казино» – совсем наоборот.
Итак, речь идет о битве «“компьютер” против “казино”» за определение нарратива для нового движения в сфере ПО. Конечно, оптимизм, как и цинизм, может завести нас слишком далеко. К сожалению, «пузырь» доткомов и последовавший за ним крах рынка весьма эффективно напомнили об этом очень многим людям.
Чтобы узреть истину, необходимо четко отделить суть технологии от конкретных способов ее использования, как правильных, так и злонамеренных. С помощью молотка, как известно, можно построить дом, а можно и разнести что-нибудь в щепки. Азотные удобрения помогают выращивать отличные урожаи сельскохозяйственных культур и накормить миллиарды людей, но их также используют в производстве взрывчатки. Фондовые рынки помогают обществам распределять капитал и ресурсы с целью максимального повышения их продуктивности, но они также приводят к надуванию разрушительных спекулятивных «пузырей». Все технологии могут приносить как пользу, так и вред; и блокчейны не исключение. Вопрос в том, как нам максимизировать их полезность и минимизировать вред.
Определение будущего интернетаЦель книги – помочь вам лучше понять суть блокчейнов: как саму технологию – а это, как вы, надеюсь, помните, компьютер особого вида, – так и все потрясающие штуки, на которые она способна. Я также рассчитываю, что попутно вы поймете, какие именно проблемы решают блокчейны и почему решения, которые они предлагают, действительно необходимы.
Мысли, непосредственные наблюдения и ментальные модели, которыми я делюсь в книге, – результат моего опыта за двадцать пять лет карьеры в интернет-индустрии. Я начинал как программист, а в 2000-х стал предпринимателем. Я продал две компании: одна – McAfee, другая – eBay. А между делом я занялся инвестированием и вложился в ряд компаний, в том числе Kickstarter, Pinterest, Stack Overflow, Stripe, Oculus и Coinbase; их продукты сегодня пользуются большим спросом. Я издавна сторонник и пропагандист ПО и сетей, принадлежащих сообществу, и с 2009 года веду блог на эту тему, в котором пишу также о разных технологиях и стартапах.
Мой собственный путь в блокчейн-сети начался в самом начале 2010-х, после долгих размышлений о проблемах сетей с протоколами, например RSS (протокол публикации с открытым исходным кодом), по сравнению с конкурентами, принадлежащими частным корпорациям, в том числе Facebook♦ и Twitter. Этот опыт навел меня на новую модель инвестирования, которая и определяет сегодня мою философию.
Я убежден: чтобы понять будущее интернета, необходимо понять его прошлое. Вот почему в части I кратко описана история интернета и особое внимание уделяется двум последним эпохам (они охватывают период от начала 1990-х до наших дней).
В части II мы глубже погрузимся в тему блокчейнов. Я объясню, как они работают и почему важны. Я покажу вам, как использовать блокчейны и токены для построения блокчейн-сетей, и опишу технические и экономические механизмы, с помощью которых они работают.
В части III я покажу, как блокчейн расширяет возможности пользователей и других участников Сети, ответив на вопрос, зачем нужны блокчейны (люди задают его очень часто).
В части IV мы честно, без обиняков обсудим самые спорные вопросы, в том числе политики и регулирования, а также поговорим о пагубной культуре «казино», возникшей вокруг блокчейнов, которая, к сожалению, сильно вредит их публичному имиджу и серьезно подрывает их потенциал.
И наконец, в части V я, опираясь на историю и концепции, представленные ранее, углубляюсь в смежные сферы, такие как социальные сети, видеоигры, виртуальные миры, медиабизнес, коллективное творчество, финансы и искусственный интеллект. Очень надеюсь донести до вас мысль о мощи блокчейн-сетей, о том, как они могут поддержать лучшие версии существующих ныне приложений, а также привести к появлению новых, о которых мы раньше даже не мечтали.
В этой книге собрано все, чему я научился за свою карьеру в интернете. Мне посчастливилось работать со многими выдающимися предпринимателями и технарями. Многое из того, что я здесь обсуждаю, я узнал от этих людей. Кем бы вы ни были: разработчиком, основателем бизнеса, корпоративным лидером, политиком, аналитиком, журналистом или просто тем, кто хочет понять, что сегодня происходит и в каком направлении мы все движемся, – искренне надеюсь, что эта книга поможет вам творить, лучше разобраться в вопросе и быть частью будущего.
Я убежден, что блокчейн-сети – самая надежная и ориентированная на гражданское общество сила, способная противодействовать дальнейшей консолидации интернета. И считаю, что это только начало, а не конец инноваций. Но действовать надо безотлагательно, поскольку США уже сегодня теряет лидерство в этом новом движении: их доля в мировой армии разработчиков ПО за последние пять лет сократилась с 40 % до 29 %[25]. Кроме того, быстрое развитие искусственного интеллекта, вероятно, тоже ускорит тренд на консолидацию крупных технологических компаний. ИИ имеет огромный потенциал, но изначально благоприятствует щедро капитализированным компаниям с огромными массивами данных.
Решения, которые мы принимаем сейчас, определят будущее интернета: кто его создает, кто им владеет, кто его использует; где возникают инновации; каким будет опыт каждого пользователя Сети. Блокчейны и сети, которые они создают, раскрывают и высвобождают необычайную мощь программного обеспечения как формы искусства, а интернет становится холстом для этой живописи. Это движение способно изменить ход истории, поможет переосмыслить отношение человечества к цифровым технологиям, расширить горизонты возможного. И участвовать в этом движении может каждый: и разработчик, и создатель контента, и предприниматель, и пользователь.
Это наш с вами шанс создать тот интернет, который мы действительно хотим, а не тот, что достался нам в наследство.
Часть I. Читай. Пиши
Глава 1. Почему сети важны
Я думаю о чем-то гораздо более важном, чем бомбы. Я думаю о компьютерах.
Джон фон Нейман, венгеро-американский математик, физик и педагог[26]Дизайн сети – это судьба.
Сети представляют собой организационную структуру, позволяющую миллиардам людей осуществлять разумное взаимодействие. Они определяют мировых победителей и неудачников. Их алгоритмы решают, куда будут течь деньги и что окажется в центре нашего внимания. Структура сети определяет, как она будет развиваться и где окажутся сконцентрированы богатство и власть. Учитывая огромные масштабы современного интернета, решения по проектированию ПО, даже, казалось бы, самые незначительные, могут быстро приводить к последствиям, способным запустить мощный каскадный эффект. При анализе власти в интернете, Сети сетей, центральным становится вопрос, кто контролирует тот или иной его сегмент.
Вот почему люди, которые критикуют индустрию технологических стартапов за то, что в ней делается больший упор на цифровой, чем на физический мир – на «биты», а не на «атомы», – бьют, что называется, по ложной цели[27]. На самом деле влияние интернета простирается далеко за рамки цифровой сферы. Оно пересекает, пронизывает и формирует социально-экономические ландшафты огромного масштаба.
Вышеупомянутую претензию поддерживают даже инвесторы, работающие в сфере высоких технологий[28]. Питер Тиль, венчурный капиталист и соучредитель PayPal, однажды сказал: «Мы мечтали о летающих автомобилях, а вместо этого получили 140 символов». Речь, понятно, идет о Twitter, которая изначально ограничивала длину сообщений 140 символами; но, по сути, Питер высмеял якобы легкомыслие всей индустрии высоких технологий, одержимой программными продуктами.
Твиты, возможно, на первый взгляд и правда легкомысленны, но сегодня они влияют на все, от личных мыслей и мнений людей до результатов политических выборов и последствий пандемий. Люди, утверждающие, что современные технари недостаточно сосредоточены на таких проблемах, как энергетика, продовольствие, транспорт и жилье, упускают из виду, что цифровой и физический миры взаимосвязаны и тесно переплетены. И интернет-сети служат посредниками во взаимодействиях большинства людей с «реальным миром».
Слияние физического и цифрового происходит постепенно и незаметно. В научной фантастике автоматизация иногда изображается как процесс видимый и прямолинейный: одни физические вещи заменяются другими. Но на самом деле она в основном происходит не напрямую – физические объекты постепенно и, по сути, незаметно преобразуются в цифровые сети. Роботы ведь не заменили людей в турагентствах. Скорее, поисковые системы и туристические сайты взяли на себя некоторые задачи людей. Почтовые отделения (и даже почтовые ящики) все еще существуют, но после появления электронной почты в них обрабатываются гораздо меньшие объемы корреспонденции. Появление персональных летательных аппаратов не уничтожило физическую отрасль авиаперевозок, но интернет-сервисы вроде видеоконференций во многих случаях устранили саму потребность в перемещениях людей по миру.
Мы мечтали о летающих автомобилях, а вместо этого получили Zoom.
Люди склонны недооценивать цифровой мир, потому что интернет пока еще нам в новинку. Обратите внимание на язык, который мы используем. Согласитесь, подчинительные префиксы вроде «e-» в терминах email (электронная почта) и e-commerce (электронная торговля) принижают ценность цифровой деятельности по сравнению с ее аналогами из «реального мира», где мы говорим просто «почта» и «торговля». А между тем почта все чаще становится электронной, как и торговля. Люди, которые видят в физическом мире единственную реальность, не осознают, где они проводят все больше времени. Такие инновации, как социальные сети, поначалу воспринимались как легкомысленные и несерьезные, а теперь во многом определяют форму чего угодно, от всемирной политики, бизнеса и культуры до мировоззрения каждого пользователя.
Новые технологии, безусловно, будут способствовать дальнейшему объединению и слиянию цифрового мира с физическим. Искусственный интеллект сделает компьютеры гораздо умнее. Гарнитуры виртуальной и дополненной реальности улучшат качество пользовательского опыта, сделав его еще более иммерсивным. Подключенные к интернету компьютеры, встроенные в объекты и локации, – их еще называют устройствами «интернета вещей», – будут все больше проникать в нашу среду. Скоро все вокруг нас будет оснащено датчиками для понимания мира вокруг, а также механизмами для его изменения. И посредниками станут интернет-сети.
Так что да, они очень-очень важны[29].
На базовом уровне сети – это, по сути, списки связей между людьми или вещами. В интернете сети часто каталогизируют то, на что человек может направить внимание. Они также обеспечивают информацией алгоритмы, которые впоследствии курируют это внимание. Когда вы посещаете ленты в соцсетях, эти алгоритмы, исходя из ваших предполагаемых интересов, подбирают соответствующий контент и рекламу. «Лайки» в медиасетях и рейтинги на торговых площадках направляют поток идей, интересов и импульсов в определенное русло. Без такого курирования интернет был бы просто диким потоком, неструктурированным, заливающим всех и вся, непригодным для использования.
Экономика интернета существенно повышает эффективность сетей. В промышленной экономике корпорации наращивают мощь главным образом за счет объема и масштаба; благодаря всевозможным способам снижения производственных затрат. Снижение предельных издержек производства больших объемов стали, автомобилей, фармацевтических препаратов, газировки и чего угодно обеспечивает существенное преимущество перед конкурентами тому, кто владеет средствами производства и инвестирует в них деньги. В интернете же издержки дистрибуции незначительны, поэтому мощь в основном накапливается другим способом: через сетевые эффекты. Они обусловливают рост ценности и полезности сети при добавлении к ней каждого нового узла или очередной точки соединения. Узлами могут служить телефонные линии, транспортные хабы (например, аэропорты), коммуникационные технологии (например, компьютеры) и даже люди. Закон Меткалфа, одна из самых известных формулировок сетевого эффекта, гласит, что полезность сети растет квадратично, пропорционально количеству узлов в квадрате (увеличивается в степени 2). С точки зрения математика, сеть из десяти узлов в двадцать пять раз полезнее и ценнее, чем сеть из двух узлов; сеть с сотней узлов в сто раз ценнее сети с десятью узлами и т. д. Этот закон получил название в честь Роберта Меткалфа, соавтора Ethernet и основателя производителя электроники 3Com. Роберт Меткалф популяризировал эту идею еще в далекие 1980-е[30].
По мнению некоторых экспертов, в этот закон следует внести изменения, поскольку не все сетевые подключения одинаково полезны[31]. В 1999 году Дэвид Рид, еще один ученый-компьютерщик, предложил свою версию[32]. Закон Рида гласит, что полезность сетей находится в экспоненциальной зависимости от числа ее участников. Эта формула и правда отлично подходит для социальных сетей, узлами которых оказываются люди. У Facebook♦, например, почти 3 млрд активных пользователей в месяц[33]. Следовательно, согласно закону Рида, полезность данной сети составляет ни много ни мало 2 в трехмиллиардной степени. Это число огромно: чтобы просто распечатать его на принтере, потребуется 3 млн листов бумаги.
Впрочем, какой бы способ оценки полезности сети вы ни предпочитали, одно ясно: этот показатель растет, причем очень быстро.
Логично предположить, что в интернете, Сети сетей, сетевые эффекты не могут не доминировать. Люди группируются вокруг других людей. Такие сервисы, как Twitter, Instagram♦ и TikTok, ценны и полезны потому, что ими пользуются сотни миллионов. То же верно и в отношении многих других сетей, составляющих интернет. Чем больше людей обменивается своими идеями в информационной сети, тем она богаче. Чем больше людей отправляет сообщения по электронной почте и в WhatsApp, тем более важны и актуальны эти коммуникационные сети. Чем больше людей ведет бизнес, используя Venmo, Square, Uber и Amazon, тем ценнее и полезнее эти торговые площадки. Таково правило: больше людей – больше полезности.
Сетевые эффекты превращают в мощную лавину, в общем-то, не слишком значительные преимущества. Когда контроль над сетью в руках корпораций, они, как правило, очень ревностно охраняют свои преимущества, поэтому уйти из сети крайне трудно. Если вы создали сообщество в корпоративной сети, уход из нее будет означать потерю своей аудитории; вы уйдете с пустыми руками, а такое мало кому приятно. Этим, кстати, отчасти объясняется, почему власть постепенно консолидировалась в руках пятерки крупных технологических компаний. И если пагубная тенденция сохранится, интернет может в итоге стать еще более централизованным и управляемым могущественными посредниками, которые используют всю свою мощь для вытеснения из сетей новаторства и творчества. Если мы это не остановим, нам не избежать экономического застоя, скучного однообразия, низкой продуктивности и неравенства.
Некоторые политики пытаются сдерживать крупнейшие интернет-компании с помощью регулирования. Для этого они, например, блокируют попытки приобретения ими конкурентов и предлагают разделить эти компании на части[34]. В рамках других регуляторных предложений от них требуют взаимодействия и операционной совместимости, что позволит облегчить интеграцию сетей[35]. Тогда пользователи могли бы при желании переносить свои контакты куда угодно, а также читать и публиковать контент в разных сетях, в соответствии с их предпочтениями. Судя по всему, некоторые из этих предложений действительно помогли бы обуздать распоясавшихся старожилов и освободить место для конкурентов, но лучшее долгосрочное решение заключается в том, чтобы построить с нуля новые сети, которые не приведут к концентрации власти по той простой причине, что они не смогут это сделать.
Многие щедро финансируемые стартапы пытаются сегодня построить новые корпоративные сети. Но даже если им это удастся, они неизбежно воссоздадут и проблемы этих сетей. Нам нужны бунтари нового типа, которые смогут не только победить корпоративные сети на рынке, но и обеспечить серьезную общественную выгоду. Точнее, нам нужны сети, обеспечивающие преимущества, подобные тем, что появились когда-то благодаря открытым сетям протоколов без разрешений, характерным для раннего интернета[36].
Глава 2. Протокольные сети
Людям было сложно понять, что Всемирная паутина состоит из URL-адресов, HTTP и HTML, вот и все. Ни тебе центрального компьютера, «контролирующего» все; ни какой-то одной сети, в которой работают эти протоколы; ни даже организации, которая откуда-то «управляла» бы паутиной. Она не была физической «вещью» в определенном «месте». Это было «пространство», в котором могла существовать информация.
Тим Бернерс-Ли[37]Краткая история протокольных сетейОсенью 1969 года американские военные запустили первую версию интернета – ARPANET, названную в честь Агентства перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США (ARPA – Department of Defense’s Advanced Research Projects Agency)[38].
В последующие несколько десятилетий развитие интернета происходило под руководством широкого сообщества исследователей и разработчиков. Эти теоретики и практики принесли с собой традицию открытого доступа. Они верили в свободный обмен идеями, равные возможности и меритократию. По их мнению, контроль должен принадлежать людям, которые пользуются услугами интернета (их так и назвали – пользователями). Структура и управление первых исследовательских сообществ, консультативных и оперативных групп воплощали в себе эти ранние демократические идеалы.
И в начале 1990-х, когда интернет вышел из-под крыла правительственных и научных кругов к мейнстримным пользователям, он взял с собой эту культуру. К Сети присоединялось все больше людей, и они наследовали этот эгалитарный дух. Киберпространство было действительно открытым. Как писал в 1996 году в своей «Декларации независимости киберпространства» Джон Перри Барлоу, поэт-активист, а иногда и автор текстов группы Grateful Dead, «мы создаем мир, в который каждый может войти без каких-либо привилегий или предубеждений, обусловленных расой, экономическим положением, военной силой или местом рождения»[39]. Словом, интернет олицетворял свободу и новое начало.
Тот же дух пропитывал и саму технологию. интернет зиждился на публичных протоколах, которые представляли собой набор правил для компьютеров – участников сетей. В древности «протоколами» (от греч. prōtokollon) называли «первый лист тома», часто с оглавлением. Со временем это слово стало означать перечень «дипломатических условностей», а позже, уже в ХХ веке, – «технические стандарты для программного обеспечения». Этот последний, высокотехнологический, контекст широко распространился с появлением ARPANET, ведь протоколы – доступные и открытые для всех – легли в основу развития интернета.
Воспринимайте их как аналоги естественных языков, скажем, английского или суахили. Они позволяют компьютерам взаимодействовать друг c другом. Если вы станете говорить как-то иначе, есть шанс, что другие люди вас не поймут. Выражаясь техническим языком, вы прекратите взаимодействие с ними. А еще, имея достаточное влияние, вы можете изменить то, как говорят другие, ведь диалекты способны превращаться в новые языки, но только если к вашему сообществу присоединятся новые участники. Словом, для нормального функционирования и протоколов, и языков требуется консенсус.
Протоколы лежат слоями друг на друге и в итоге – на вычислительных устройствах, образуя так называемый стек[40]. Компьютерщику полезно знать все слои стека, как и нюансы между ними. Известная модель OSI (Open Systems Interconnection – модель взаимодействия открытых систем) идентифицирует семь слоев. Для нашего обсуждения достаточно представить себе три слоя. Самый нижний состоит из аппаратного обеспечения: серверов, ПК, смартфонов, подключенных к интернету устройств, таких как телевизоры и видеокамеры, а также сетевого оборудования, которое все это объединяет. Другие слои строятся на этом фундаменте.