Юность

Обречение

Ты обречен терпеть, любить и ненавидеть,

Топтать сей бренный, охладелый шар.

Ты не силён исход судьбы своей предвидеть.

Вкусить любви и ненависти сладостный нектар

Твой рок тебе позволит всё же. Но поздно или рано

Смерть окутает туманом и сердце в ритме беспрестанном

Навеки прекратит свой ход. Такт судьбы-злодейки властной

Не переменить. Остаётся лишь ужасной, гадкой жизнью жить.

Мы в этой жизни только гости – сегодня живы, завтра на погосте.

Каждый обречён тропу эту пройти и солнечным лучом стать в конце пути.

Ничто не вечно под луной

Ничто не вечно под луной.

Всё закончится когда-то.

И день, и ночь, и мы с тобой,

И ярко-алые закаты.

Нам осталось ждать лишь часа,

Когда погибнет все во тьме,

А наши жалкие гримасы

Останутся лишь в страшном сне.

Как звезды в небе угасают,

Как блекнет солнца луч златой,

Все в нашем мире погибает.

Ничто не вечно под луной.

В этот день

В этот день цветёт сирень,

Пахнет солнцем и травой.

Отыскав под деревом тень,

Я сижу и любуюсь тобой.

Эти плечи, эти руки, этот лёгкий белый стан

Будто в свете ореола испускают фимиам.

Эти кудри в цвет каштана так дурманят и пьянят.

А на холме, неподалёку, купола церквей блестят.

Что за образ предо мною?

Афродита? Аполлон?

Так прекрасен он собою.

Может, это Купидон?

Обезумел я от счастья,

потерял рассудок свой.

О, моя ясность, о, моё ненастье,

Я наповал сражен тобой.

Робкому – гроб

Лучше в гроб, чем быть роб.

Лучше героем пасть в бою.

Получить пулю в лоб

И окончить жизнь свою.

Лучше отстоять свободу,

Право жить, любить.

Лучше воевать все годы,

Чем всю жизнь врагу служить.

Подарить поколению волю,

Научить мечтой гореть.

А если я этого не исполню,

То лучше мне умереть.

Пуля в стволе

Пуля в стволе, жизнь на нуле,

Готов к любому раскладу.

Горестно мне наедине

Со своим внутренним адом.

Но горестно мне даже во сне.

Не вижу я в жизни отраду.

Ведь быть всегда на вышине -

Это такая досада.

Ненавидеть, любить, мечтать о луне,

Ничего мне больше не надо.

Познать покой, побыть в тишине

Для меня – большая награда.

Спокойно душе, мысли о весне.

О, боже, какая услада.

Но пуля в стволе, пистолет к голове,

Конец моей серенады.

Любовь рождается лишь там,

Где подозрениям нету места,

Где вместе строят любви храм

И погибают тоже вместе.

Любовь так просто не обманешь,

Она все знает наперёд,

Если ей в глаза ты взглянешь,

Она тебя тотчас поймёт.

И унесет тебя с собою,

В тот безумный, яркий  сон,

Где место лишь для нас с тобою,

Где лишь в тебя я был влюблён.

Веточка вербы

Холодное тело моё в гроб дубовый положат

И вкус моих губ ощутить ты больше не сможешь.

Холодные руки мои больше ощупать твой стан не сумеют

И от сердца от моего любовью теперь не повеет.

Я буду лежать без чувств, со взглядом пустым и чистым.

Ни на миг ты не увидишь улыбки моей лучистой.

Господа ты не кляни, что забрал у тебя любимого.

Могильный камень чти, что у реки, под ивою.

Слезу ты не оброни, не оплакивай душу грешную,

На могилу мне принеси веточку вербы вешнюю.

Что, если…

Что, если завтра я умру,

Что, если вмиг меня не станет.

Не проснусь я поутру

И солнца луч в окошко не заглянет.

Исчезну, просто испарюсь

Утренней росой,

Не улыбнусь, не засмеюсь

От шутки юморной.

Жизнь моя, как крошечная вспышка

В небесном черном полотне,

Закончится, как надоедливая книжка,

Замрёт  в кромешной тишине.

Роль

Человеческая жизнь – всего-навсего-то роль,

Приносящая нам боль. Она проходит как гастроль.

Человеческая жизнь так никчемна и скудна.

Мы проживаем эту жизнь, играя роль "Манфреда".

Пока мы эту роль играем,

Мы о настоящей жизни забываем.

И о ней тогда лишь вспоминаем,

Когда спектакль свой мы завершаем.

Сегодня – завтра

Жизнь человека – загадка.

Сегодня он свой, а завтра чужой.

Сегодня – зависть украдкой,

Завтра она стала вдовой.

Сегодня она тебе кажется гадкой,

А завтра станет твоею женой.

Сегодня печаль, тоска и грусть,

Кажется, жизнь завершилась.

А завтра скажешь: "Ладно! Пусть

Она в меня не влюбилась!"

Сегодня ты книгу читаешь с охотой,

А завтра скажешь: "Дочитаю в субботу".

Суббота настала, но что же с тобой?

Роман интересен теперь другой.

Сегодня проснулся, в окно поглядел.

Луч солнца озарил комнатушку твою.

А завтра с постели ты встать не сумел

И остался лежать на левом боку.

Сегодня он твои руки ласкает,

Твердит,  что лишь ты в его сердце,

Но завтра тебя он к себе не пускает,

Закрыв для тебя все дверцы.

Сегодня ты жив, а завтра – мертвец.

Сегодня любишь жизнь, а завтра – спуск курка

Сегодня ты трус, а завтра – храбрец.

Ноша – понять эту жизнь – нелегка.

Первый снег

Первый в году выпавший снег,

Как и первая любовь,

Чувством усталых век

Накрывает тебя вновь.

Снежинки, сотканные из самого нежного хлопка,

Кроют землю покрывалом так неуверенно, робко.

И вот уж зима на пороге стоит,

Снимая с руки перчатку.

И твое сердце ныне гранит,

Ты ушла от меня без оглядки.

Ужель тот снег,

Что хлопьями ложился,

Заставил уйти от меня навек

И больше не воротиться?

Снег уж лёг. Зима вошла в прихожую.

А я тебя от холода не уберёг, остыло сердце твоё тревожное.

Любовный храм я воздвигаю

Античной статуе твоей.

Твой сладкий сон оберегаю

Во тьме грохочущих ночей.

Всё, право, бред иль фимиам.

В момент сей мною управляют

Те чувства, что знакомы Вам,

Но вас они же не стращают.

Вы не боитесь ни любви,

Ни смерти, ни рождения.

Не знаю, чувствуете ль Вы

Души моей прикосновения.

Всем сердцем Вас люблю. Увы,

Меня всё это и погубит.

И смерть пророчили волхвы

Тому, кто Вас навек полюбит.

Ноябрьский снег

Падал ноябрьский снег,

Ветер северный выл.

Этот ветер выше всех нег,

Как он душе моей мил.

Снег погружает меня

В момент приходящего сна.

Весна – любви пора,

Зима – тепло костра.

Зимою жизнь вся поникает.

Чувство любви нас накрывает

Только лишь весной.

Зимой все чувства – на покой

До следующей весны.

Прохожих красные носы,

Вид осунувшихся ветвей..

Зима, приди уж поскорей,

Ведь ты мне всех времён милей.

Свет в ночи

Хочу в тебе я утонуть.

Поведай сердца своего секрет.

О, ты, в сумраке ночном фонарный свет,

Я лишь к тебе способен фибрами души примкнуть.

Я лишь тебя любить способен,

Я лишь одним тобою болен,

О, мой свет в ночи.

От любви к тебе душа моя кричит,

А в сердце звонкий плач звучит.

Мне чужды горечи терзания,

Когда я слышу голос твой,

Но вот настал момент прощания

И что-то сделалось со мной.

С тобой нипочём мне все преграды.

Горы по колено!

А без тебя я смерти тираду

Слушаю забвенно.

Годы юности

О, годы мои юные, пришедшие во снах,

Вы горесть и отрада мне, вы огнево и прах.

Вы душу гложете мою, меня купая в счастье.

Я в луже радости стою, хотя внутри ненастье.

И от того, что любят не меня одного,

Что вокруг фимиам, не более,

Что любишь ты одного его,

Что душа моя в неволе,

Я юностью страдаю.

Дуновение проходящего дня, моей юности ритм и стремление

Заставят любить и плакать меня.

Твой облик в ночи лоснится,

Присутствие чую твоё

И образ мне твой всё снится.

Похитил ты сердце моё.

Ни дня без тебя не умею

Жить, вдохновляться, творить

И лишь об одном я жалею,

Что не смог тебя покорить.

Ты мне свет и вода дождевая.

Без тебя я на жизнь ропщу,

На судьбу свою руки вздымаю

И над пропастью жизни стою.

Прощальное

Возьмусь я написать немного

О мире, чувствах, красоте,

Но разум сразу бьёт тревогу,

Хочу писать лишь о тебе.

Я любил тебя так нежно,

Так чисто, как умел,

Но ты покинул меня так небрежно

И мне признаться не сумел.

Ты научил меня любить,

Любить сквозь слезы и страданья,

Но сам, желая всё забыть,

Предав меня, пропал в изгнании.

Жизнь в розовом цвете

Белым светом обрамленный,

В мире появился.

Весь зелёный, несмышленый

Человек родился!

Вот и отрок сей подрос,

Сыт и пьян, в табаке нос.

Годы, нас не торопя,

Заставляют думать,

Как, в большую жизнь войдя,

Жить при свете лунном.

Начать Faire des vers,

По-мальчишески влюбиться

Или продолжать смотреть наверх

И под утро спать ложиться.

Седина уж стала пробиваться.

Entre nous говоря,

Теперь угрюм и стал меньше улыбаться,

Зато нынче есть семья.

Устоялся на службе, в конторе не скис,

Но перед чинами лишь "A votre service".

Вот почтенный возраст подступает.

Теперь уж даже можно на покой,

Но лишь одна дума меня не покидает -

Моей жизни смысл то какой?!

Лишь к концу своего существования

Задумался про жизнь свою.

Ах, эти мысли – страшные терзания,

Но момент упущен.  Salute a benitot.

Отчаявшейся душе

Проходит час, за ним другой.

Клубится дым табачный.

Голос в душе твоей немой

Гласит тираду мрачно.

Внутри одна лишь пустота,

Что ищет упоения,

А твои юные лета

Ведут тебя в забвение.

И выход есть из этой темноты,

Но он предзнаменует боль

Всем тем, кому так дорог ты.

Им дорожить тобой позволь,

Впитай всю их любовь и чувства,

Пойми, что шаг твой вспять не обернуть.

Твоё последнее безумство

Способно весь твой мир навек сомкнуть.

Тёмная, звёздная ночь,

К полночи близится час.

Уйти от страсти сей прочь,

Не слышать сердца глас.

Или придаться той

Сакральной любви беспечной,

Остаться лишь с тобой,

Остаться с тобой навечно.

Лунный блик освещает

Бутылку сухого вина,

А сердце моё сообщает,

Что буду с тобой лишь во снах.

Во время вьюги

Во время вьюги за окном

Внутри меня всегда мятежность,

Но если, милый друг, вдвоём

Своей любви храним заветность,

Я понимаю, что влюблён,

Влюблён в тебя уже на вечность.

Как распустившийся пион,

Мою захватываешь нежность.

И в день погибели своей

Ты станешь всех цветов милее.

Биение сердца все слабее,

А запах розы все слышнее.

Розы завяли в тот день в саду,

Когда ты сказал "навсегда уйду".

Помню я день тот и помню рассвет,

Помню, как ты любви дал обет,

Каждую ночь, что провёл я с тобой,

И каждое утро я молвил  "Постой!

Не уходи, останься со мной!"

Как упоителен был сердца вой.

Не зацвели больше розы в саду,

А я в лунном свете всё плачу и жду.

Ваша вера

Всё в бога веруют они,

К нему молитвы воспевают.

Молитва на устах звенит,

А люди всё равно страдают.

Считают, что един господь,

Что мрут лишь по желанию бога

И не хотят сами бороть

Свои проблемы и немоги.

Лишь веруй! И не прекословь

Ты слову божьему, святому.

А в том сидит дурная кровь,

Кто будет верить по-иному.

Закат

О, как горел любви закат,

Закат души, души нетленной.

Охвачен страстью дерзновенной,

Я всё стоял у Ваших врат.

Я всё терпел и ждал ответа

От Вас, крушителя сердец.

И вот, дождавшись наконец,

Я горький плач услышал где-то.

Я вами мерил жизнь свою,

Я раболепствовал пред вами

И Вы прекрасными устами

Пророчили мне жизнь в раю.

Но вот, отдавшись всей душой

Вам, мой ангел вожделенный,

Остался я лишь с жизнью бренной

И с сердцем, что пронзает вой.

Мгновение

Как странно это – видеть сны, не закрывая глаз,

И глядя в тёмные аллеи, думать лишь о Вас.

Пред взором пьяным и туманным колеблется ваш лик.

И всё мне помнится один лишь нашей встречи миг.

Тот самый миг, в который взгляд Ваш меня тотчас очаровал

И я в безудержном влечении всё ваши руки целовал.

Слегка над синим бризом моря багровел закат,

А розы пряным, райским духом наполняли сад.

Но не забыты те мгновения, в которые я был пленён

Одной лишь Вашей красотою, в которую досель влюблён

Окно

Глядел я в тёмное окно

В надежде образ твой узнать.

Я одурманен был вином

Или тобою, моя страсть.

Насколько знаем мы, надежда

Последней испускает дух

И вера в сердце полугрешном

Томится, наш пронзая слух.

Истома вожделенной встречи

Меня всё гложет и гнетёт.

Твоё окно теперь не светит

И образ твой меня не ждёт.

Так и тянутся руки тебе написать,

Хоть и знаю – плохая идея.

Так и тянутся губы тебя целовать,

Хоть и чувств ты ко мне не имеешь.

Так и хочется в очи тебе заглянуть,

В твои  два хризоберилла

И в тот же момент в них утонуть,

Чтобы сердце моё остыло.

Сакральная любовь

Любовь, что открывается иным.

Любовь, что не даётся всяким

И словно фимиам, она пленит,

Затронув душу, кутанную мраком.

Лишь тот сумеет воспарить над всем,

Кто сему чувству покорится,

И тотчас пустоту его светлицы

Любви заполонит тандем.

Майский вечер

Сирень, полынь, луч солнца, ветер,

Даже майский душный вечер

Вдохновением полны.

Излучают вдохновение, опьянение, умиление,

Порождают чувства страсти

И нет мыслей о ненастье,

Не страшно солнца затмение и души моей забвение.

Пение птиц и шорох веток,

Мои тетради для заметок

Очарованием вечера полны.

Прекрасны все в округе звуки.

Ах, как сладостны те муки,

Что вдохновением названы.

Ярко-огненный закат,

Что обилием цветов богат,

Что излучает лучи света,

Уходящего момента,

Того момента вдохновения,

Опьянения, умиления,

Что бывает только раз.

Мы часто лепим ярлыки,

Которые от правды далеки.

Мы часто обвиняем тех,

Кто совершает малый грех.

Мы все порочные людишки,

В нас сияют злобы вспышки.

По-настоящему быть добрым сложно,

Стать человеком-невозможно.

Петербург

Питер, ты моя столица.

Ты прекрасен, ты велик.

Ты средь городов – Жар-птица.

Ты Европы белый лик.

В жизни повидал ты всех

И богатых уж и бедных.

Ленин одержал успех

На твоих бульварах бледных.

Ты блокаду отстоял,

Но был кровью весь залит.

Знамя ты в руках держал

И вскоре немец был разбит.

Ты в себе людей рождал

Самых культовых, известных.

Ты поэтов воспитал,

Ты их любви достиг небесной.

Тебя любить я буду вечно

За твой красивый лёгкий стан.

И равных нет тебе, конечно!

Рукой Петра ты был создан.

В конце

В конце всех дней моих суровых

Я обрету покой и сон.

Лишь буду сам себе покорен,

И буду лишь в тебя влюблен.

Взойдёт луч солнца надо мною,

Над телом, что уже во сне.

Мы встретимся с тобой весною,

Мой лик увидишь ты в луне.

Последняя ночь моих дней

Будет темна и забвенна

И только лишь тень от ветвей

Пробежит по бревенчатым стенам.

В конце я зачеркну все строки,

Отдам во власть огня стихи

И задремлю я сном глубоким,

Простив обиды и грехи.

Во время вьюги

Во время вьюги за окном

Внутри меня всегда мятежность,

Но если, милый друг, вдвоём

Своей любви храним заветность,

Я понимаю, что влюблён,

Влюблён в тебя уже на вечность.

Как распустившийся пион,

Мою захватываешь нежность.

И в день погибели своей

Ты станешь всех цветов милее.

Биение сердца все слабее,

А запах розы все слышнее.

Розы завяли в тот день в саду,

Когда ты сказал "навсегда уйду".

Помню я день тот и помню рассвет,

Помню, как ты любви дал обет,

Каждую ночь, что провёл я с тобой,

И каждое утро я молвил  "Постой!

Не уходи, останься со мной!"

Как упоителен был сердца вой.

Не зацвели больше розы в саду,

А я в лунном свете всё плачу и жду.

Ваша вера

Всё в бога веруют они,

К нему молитвы воспевают.

Молитва на устах звенит,

А люди всё равно страдают.

Считают, что един господь,

Что мрут лишь по желанию бога

И не хотят сами бороть

Свои проблемы и немоги.

Лишь веруй! И не прикословь

Ты слову божьему, святому.

А в том сидит дурная кровь,

Кто будет верить по-иному.

***

Возьмусь я написать немного

О мире, чувствах, красоте,

Но разум сразу бьёт тревогу,

Хочу писать лишь о тебе.

Я любил тебя так нежно,

Так чисто, как умел,

Но ты покинул меня так небрежно

И мне признаться не сумел.

Ты научил меня любить,

Любить сквозь слезы и страданья,

Но сам, желая всё забыть,

Предав меня, пропал в изгнании.

Закат

О, как горел любви закат,

Закат души, души нетленной.

Охвачен страстью дерзновенной,

Я всё стоял у ваших врат.

Я всё терпел и ждал ответа

От вас, крушителя сердец.

И вот, дождавшись наконец,

Я горький плач услышал где-то.

Я вами мерил жизнь свою,

Я раболепствовал пред вами,

И вы прекрасными устами

Пророчили мне жизнь в раю.

Но вот, отдавшись всей душой

Вам, мой ангел вожделенный,

Остался я лишь с жизнью бренной

И с сердцем, что пронзает вой.

Мгновение

Как странно это – видеть сны, не закрывая глаз

И глядя в тёмные аллеи, думать лишь о Вас.

Пред взором пьяным и туманным колеблется ваш лик.

И всё мне помнится один лишь нашей встречи миг.

Тот самый миг, в который взгляд Ваш меня тотчас очаровал

И я в безудержном влечении всё ваши руки целовал.

Слегка над синим бризом моря багровел закат,

А розы пряным, райским духом наполняли сад.

Но не забыты те мгновения, в которые я был пленён

Одной лишь Вашей красотою, в которую досель влюблён.

Так и тянутся руки тебе написать,

Хоть и знаю – плохая идея.

Так и тянутся губы тебя целовать,

Хоть и чувств ты ко мне не имеешь.

Так и хочется в очи тебе заглянуть,

В твои  два хризоберилла.

И в тот же момент в них утонуть,

Чтобы сердце моё остыло.

Окно

Глядел я в тёмное окно

В надежде образ твой узнать.

Я одурманен был вином

Или тобою, моя страсть.

Насколько знаем мы, надежда

Последней испускает дух

И вера в сердце полугрешном

Томится, наш пронзая слух.

Истома вожделенной встречи

Меня всё гложет и гнетёт.

Твоё окно теперь не светит

И образ твой меня не ждёт.

Жизнь моя такая, что представить

Иные не сумеют и во снах,

Утопленная в грусти и стихах,

В желании упадок свой восславить.

И я ее превозносил

В стихах наедине с собой

И, упоенный чистотой,

Жизнь одинокую взлюбил.

Я своим роком обречённым

Довольствуюсь во свете дней

И сердцем, страстью наделённым,

И жизнью бренною своей.

Очи, полные огня

Заря весенняя. Украдкой

Подступает новый день,

А я пишу стихи в тетрадку

И всюду вижу твою тень.

Твой образ вновь ко мне приходит

То во сне, то наяву.

Сам господь тебя низводит

Камнем на душу мою.

Все попытки мои тщетны.

Не забыть уж мне тебя.

Сердцу моему прелестны

Очи, полные огня.

Любовь, что открывается иным

Любовь, что открывается иным.

Любовь, что не даётся всяким.

И словно фимиам, она пленит,

Затронув душу, кутанную мраком.

Лишь тот сумеет воспарить над всем,

Кто сему чувству покорится,

И тотчас пустоту его светлицы

Любви заполонит тандем.

Как вишня цветёт после долгой зимы,

Так и ты навещаешь бесцветные сны.

Когда розы запахнут при свете луны,

Воедино с тобою сольемся мы.

Вдалеке лишь звуки свирели слышны