Перестрелка на 112-м километре

– Хаахахаааа…

– Ты что там гавкнул? Будем вместе рыть. Сейчас темно. Надо светить.

– Фонарь повесь на мою лопату.

– Пошёл ты Лев. Ты лентяй и получишь меньше меня. Я и так больше тебя рыл. Вот же свин.

За свина врежу. Я реально притомился. Ноги устали. Я немного полежу на мешке…, – сказал Лев. Он тяжело вздохнул, – Я выпью вина за наше здоровье и за наши верные бабки. Не ссы ты. Болото наше.

– Это понятно, что наше болото. Но ты сам как мешок.

– Что ты вякнул?

Хаахахаааа…, – веселился Мирон. Он широко улыбнулся. У него даже сил прибавилось, – Ладно. Можешь, полежать пять минут и за дело. Потом я перекурю, – решил Лев.

– Ты же не куришь, как и я.

– Это такое выражение. Вот же ты глупый?…

– Блин. Я прикалываюсь. А ты ведёшься, как осёл.

– Сам ты осёл. Вот я сейчас разбогатею.

– Давай работай раб. Солнце ещё высоко. Господин всё видит. Хаахаааа…

– Ага. Луна высоко.

Луна выглядела безупречно и красиво, напоминая с виду сладкую ароматную мармеладку, которая так и просилась в ротик. Её хотелось скушать за милую душу. На небе тёмном виднелись редкие звёзды. Веял лёгкий ветерок. Лес чутко шумел. Мирон и Лев вышли на низкую сопку, где уже заметно смята трава. Здесь в стороне стояла палатка. На лобном месте находился небольшой ров. Лопаты стояли, воткнутыми в землю. От потухшего костра, тянулся небольшой белый дымок, а белый пепел подлетал высоко. Пахло приятно от сгоревшей деревины, а угольки красные ещё тонко замысловато мелькали. Мирон повесил фонарь, которым озарил небольшой котлован, где уже заметно выворочена свежая земля и кочки. Он глубоко вздохнул и сейчас походил на суслика, который делал себе домик. Но он уже утомился и всё же взялся за лопату. Мирон прыгнул в яму и тут же ударил лопатой по плотной глинистой земле. Он натужил свои сильные руки, но выбросил немного земли, которой уже накопилась на сопке приличная куча. Над ней кружила назойливая мошкара. В траве трещали кузнечики. Со стороны глухой лесной чащи и бурелома подала бойкий гул дикая птица. Мирон, глянув на своего приятеля, слегка свёл брови. Лев уже повалился на спальный мешок. Он, вдоволь выпил вина, прилёг удобно. Но он тут же приподнялся. Он на глазах друга вновь выпил вина из горла бутылки. Лев мило улыбнулся.

– Работай раб. Солнце ещё высоко…, – довольно сказал Лев, – А мне положен перекур. Как ты любишь говорить.

– Это для тебя солнце раб. А для меня луна. Ты ещё не забыл, что мы тут ночью шарахаемся.

– Хаахахаааа… Это и хорошо, что ночью. Никто не должен знать, что мы ищем клад.

– Хаахахааааа… Лев мы пойдём на охоту. Мы же собирались…, – добавил Мирон.

– Пойдём сразу, как найдём клад. Мой чёрный раб работай. А то врежу тебе плёткой по спине со всей силы.

Слушай, заколебал уже называть меня рабом. Бесит нереально…, – разозлился Мирон, – Я устал уже этой долбаной лопатой махать. А ты ещё выступаешь и выскребаешься…

Ты мой раб. И не выступай. А то отправлю на каторгу грязный сукин ты сын.

Блин. Я тебе сейчас лопатой врежу.

– Хаахахаааа…

– Вот же нас угораздило. Ищем клад.

– Давай работай раб. Солнце ещё высоко. Господин всё видит раб ты противный. Хаахахаааа…, – веселился Лев, – Хаахахаааа…

Вот же хрен мамин, – обозлился Мирон.

– Я всё слышу.

Да пошёл ты сынок мамин. Как жрать так ты первый, а как работать крайний. Вот же лентяй скотский и бездарный. Тебя надо было назвать Титом. Тит иди молотить, живот вздулся, тит иди кушать, где моя большая ложка. Хаахахаааа…

Сам ты такой, – отмахнулся Лев.

– Хаахахаааа…

– Козёл блин. Работай раб.

– Телёнок блин глупый.

Хаахахааааа…, – веселился Лев. Он ещё выпил вина, – Мирон твои пять минут ещё не пошли?

– Чего? Пошёл ты скотина. Я уже отпахал пять минут.

– Хаахахаааа…

Мирон недоумевал. Он чуть помотал головой. Дышал неровно. Он смахнул тонкий пот со лба. Глаза округлил и глянул на тёмное небо. В широких блестящих очах отразилась луна, которая сейчас сияла ярко. Мирон же походил на буйного мула. Он, высоко подняв лопату, со всей силы ударил по земле, где тут же раздался звонкий скрежет металла. В темноте даже как будто искра появилась. Мирон, чуть вздрогнув, подал назад. Глаза округлил, где мигом словно мелькнули значки в виде золотых монет и банкнот. Он машинально приоткрыл рот и затаил дыхание. Мирон ощутил, что совсем рядом в земле лежит что-то стальное и по виду тяжёлое. Лев даже пробудился, услышав странный звук. Он приподнялся, лёжа на спальном мешке. Глаза широко открыл, где появилось неподдельное возбуждение. Он сразу поднялся на ноги, когда Мирон уже во всю орудовал лопатой. Лев подошёл к яме, куда мигом заглянул. Он, словно немного ошалев, выпил немного вина из горла бутылки.

Мирон. Что-то нашёл что ли? – спрсоил он.

– Отвали…

– Я серьёзно. Я слышал, как ударило.

– Хаахахаааа…, – веселился Мирон, – Да. Тут что-то точно есть…

Мирон бегло глянул на приятеля. Он вновь взялся за работу, которая прямо кипела под его чутким началом. Он быстро стал орудовать лопатой, а скрежет металла вновь дал о себе знать. В темноте ямы прямо выбило искру несколько раз, которая отразилась в вожделенных глазах Льва. Он пока лишь смотрел на труды приятеля со стороны. Ему нравилось наблюдать за работой, как любому лентяю. Он вновь выпил вина. Мирон же, находясь в котловане, старался охотно. У него даже сил прибавилось и открылось второе дыхание. Он дышал горячо. Лицо побагровело. Мирон живо выбрасывал сыроватую глину и кочки из небольшой ямы. Он ударил прямо звонко лопатой по какому-то стальному основанию. Он сразу тонко улыбнулся и бегло глянул на лицо Льва. Тот сгорал от любопытства. Лев смотрел чутко. Его глаза стали как у кота Базилио, который увидел деньги в руках глупого Буратино. Мирон бросил лопату, когда очертил контур находки в виде некого предмета. Он резко, присев, смахнул руками немного земли с основания небольшого ржавого, но крепкого сундука. У того имелись небольшие округлые ручки по бокам. Мирон ощутил находку. Он охотно улыбнулся. Лев взялся за фонарь и направил луч озарения прямо в странный объект. Он невольно заглотил сладкую слюнку и быстро выпил ещё немного полусладкого вина из горла бутылки.

– Что там Мирон? Блин нам, кажись, повезло. Это же сундук…, – сказал Лев.

– Да парень. Типа того. Тяжёлый он. Сможешь поднять?

– Что-то не могу. Что-то держит? Видимо, коренья.

– Да. Давай вместе теперь вытащим. Такой большой с виду. Слушай, там, наверное, много всего. Мы богатые.

Лев оставил бутылку. Он ловко спрыгнул в яму и тут же шагнул в сторону приятеля. Они вместе и дружно взялись за ржавые ручки сундука, который с виду походил на баян.

– Хаахахаааа…, – засмеялся Мирон, – Да не спеши ты. Делишь шкуру, но ещё она у тебя не в руках. Хаахахааа…

– Он тяжёлый такой, кажись. Вот же нам повезло.

– Хаахахаааа…

– Я куплю себе катер, – сказал Лев.

– А я тачку мощную.

– Я пойду по бабам. Все классные крошки будут мои.

Хаахахааааа. Тебе ещё той мало. Теперь ты должен на ней жениться.

Чего? Я не должен. Просто так вышло.

– Хаахахааааа…

И больше тебя к ней не тянет? – спросил Мирон.

– Да уж. Хаахахааа…

– Что ты ржёшь как дебил?

Скажи, это правда? У вас серьёзно было. Ты признался ей в любви.

– Отвали уже.

– Да ну тебя Лев. Ты трепло. Хаахахааа…

Повеял тонкий ветерок. Мирон и Лев ловко и крепко взялись за ржавые ручки сундука. Они потянули как известные персонажи за репку в сказке. Они прямо сильно напряглись. Мощные коренья, которые держали находку, как будто мощными пальцами или даже руками сжимали словно свою собственность. Но под натиском любителей лёгкой наживы коренья с ветками треснули и лопнули. Мирон и Лев ощутили в своих руках приличную тяжесть. Они осилили на двоих словно пудовую гирю. Но им показалось, что здесь есть все пятьдесят килограммов. Они всё же ловко сумели поставить сундук на вершину сопки, где тут же облегчённо выдохнули. Они весело переглянулись и присели возле сундука. Они мигом избавили находку от земли и пыли. Сундук размером с небольшой баян легко открылся. На слегка ржавых стенках красовался простой рисунок в виде цветков и волн. Крышка легко поддалась. Мирон открыл старый сундук с лёгкой руки. Он тут же живо заглянул внутрь и развернул внутри находки грязную тряпку. В темноте сразу появился неподдельный блеск явно драгоценного металла. Мирон обомлел, как и приятель Лев. Они быстро переглянулись и просто офигели от сокровищ. В стальном сундуке лежали деньги царских времён в виде меди и бумаги. Прямо целая груда наличности находилась в пачках и свёртках. Бумажные деньги пачками по старинке стягивала капроновая верёвка. Они живо насчитали всего около семи пачек. Они перебрали в своих руках много разных монет в виде копеек, а ещё дубликаты именных золотых рублей. Мирон выложил кое-что на траву. Он тут же развернул ещё один грязный тёмный тряпок. Приятели быстро переглянулись и простодушно улыбнулись. Мирон достал свёрток, который живо развернул на траве. В озарении фонарей прямо красиво засияли разные украшения из золота и серебра. Здесь находились кольца, перстни, женские серьги, бусы, многочисленные цепочки, карманные часы, ручные часы, много кулонов и браслетов. В коллекции находились даже дорогие камни в виде сапфиров, алмазов и даже одна золотая по виду жемчужина, которая хранилась в маленькой шкатулке. Всё дорогое добро сохранились отменно, пролежав в сундуке не один век. Сокровища по виду находились долго в своём заточении. История умалчивала об их происхождении, но в некотором смысле легенда стала оживать, когда молодые люди открыли сундук. В недалёкие времена был ограблен поезд, в котором находилось много разного добра, которое принадлежало разной богатой знати. Бандиты коварно и дерзко напали на поезд, скача верхом на лошадях. Они умело пошли на абордаж. Они вскоре оказались на поезде и напали на богатых вельмож и пассажиров. В некоторых вагонах знатные люди применили оружие. У них имелись именные мушкеты и револьверы. Стрельба не утихала более получаса. В итоге погибли все аристократы, их приближённые и некоторые слуги. Самый богатый весьма зрелый граф Митя Орлов-Мусин стрелял в роковой час точно и прицельно. Он рослый, молодой и упитанный не в меру. Голова массивная. Уши торчком. Глаза косые с виду, цвета медных монет. Он слыл владельцем пароходов и сетей ресторанов. У него денег значилось немерено. Он охотно уложил семерых отпетых бандитов. Он бил точно из своего отменного нагана. Митя, порой стреляя напропалую, одному рослому ухарю и главарю крайней шайки в одном лице Шальной роже отстрелил напрочь левое ухо. Его ещё кликали Рваной харей за то, что у него реально сильно порвано порочное лицо. Его как-то рвали борзые псы, когда он был сильно пьяный. Его ухо от шальной пули отлетело напрочь. Кровь густо брызнула и поплыла по воздуху. Главаря отпетых бандитов сковала немыслимая боль. Его оглушило. Он закричал громко и истошно. Он дал шальной залп из своей мощной двуствольной лупары. Картечь ударила плотно и широко. Шальная рожа попал точно в голову богатого дворянина. Митя Орлов-Мусин крепко вздрогнул. Ему прямо напрочь снесло пол башки. Его «тыква» разлетелась на мелкие кусочки, а кровью густо и широко забрызгало всё купе вагона. В нём уже лежало более десяти трупов. По ним прямо прошли уцелевшие бандиты. Они в свою очередь лишились своего основного костяка. По сути, отпетые главари рассчитывали на безвозвратные потери и ничем не гнушались. Самые прыткие и немногие дельцы, кто уцелел, забрали все деньги и украшения у тех, кто уже был нежилец. Шальная Рожа со своими приятелями живо скрылся на лошадях в неизвестном направлении. По пути следования он затеял коварную расправу. Ему показалось, что денег и золота мало, чтобы делить на всех. Он, выбрав нужный момент, остервенело начал палить из трофейного револьвера. Он бойко и быстро уложил семерых сообщников. Но малыш по кличке Дракон дал прикурить своему ошалевшему коню. Коротышка Дракон невысокий, но прыткий. Его рост составляет один метр пятьдесят три сантиметра. Голова массивная лысая. Лик грубый и весь в шрамах. Глаза мутные, навыкате. Он прочуял дурные намерения главаря. Дракон дал залп из двух наганов. Его шальные пули ударили в правое массивное плечо главаря Шальной Рожи. Он истошно закричал от боли, но усидел в седле. Главарь помчал своего коня следом за жеребцом Дракона. Они неслись по степи около полу километра. Им на пути встречались лишь небольшие перелески, где можно петлять, но не затеряться. Они в пару драки палили умело друг в друга. Но Шальная рожа имел преимущество, находясь догоняющим. Дракон вздрогнул семь раз, но удивительно сохранял силы и был жив. Он, истекая кровью, ещё крепко держался в седле. Но у него всё же сильно зарябило в глазах. Изо рта уже шла алая пена. Тело заметно отяжелело. У него оказалась простреленной селезёнка и задето лёгкое. Он еле дышал, но мчался, как мог. Коротышка всё же свалился с коня Берендея. Его гнедой поскакал одиноко перёд, где замотал красиво пушистой гривой. Жеребец громко заржал, как будто был недоволен, что так всё сучилось. Главарь Шальная рожа уже праздновал успех, но дал маху. Он поворотил своего коня Абуджа, который заржал громко и дико. Шальная Рожа чутко облюбовал тело недавнего сообщника. Он был уверен, что тот мёртв. Шальная рожа всё же ещё выстрелил из револьвера коротышке в живот. Он прямо пробил плоть насквозь в упор. Тело вздрогнуло. Шальная рожа тут же стал потрошить богатства Дракона. Он к своему недоумению прогадал. Он всё же забрал мешок с деньгами и драгоценностями. Он зашагал важно к своему коню, но немного притормозил. Он, уже миновав тело, на миг ощутил нереальный страх. Его поджилки затряслись, а сердце ощутимо ёкнуло в груди. Он понял на миг, что фраера сгубила жадность. Он резко развернулся и тут же воздух сотряс гулкий выстрел. Дракон странным образом на миг ожил. Он дал прикурить своему горе главарю. Шальная Рожа зашагал как пьяный. Его шею сильно разворотило, где появилась просто нереально глубокая рана. Его плоть раскрылась, как будто ледорубом рубили, а кровь полилась крутой струёй в сторону. Багряная влага крепко окропила полянку и песок. Дракона пробудила явно какая-то нечистая сила. Он был реально убит и уже не дышал. Но избитый пулями организм ожил на миг или даже на доли секунды. Дракон поднял правую руку и выстрелил точно из своей мощной лупары. Он прямо точно сверг главаря, который прошагав боком несколько метров, как вдупель пьяный упал замертво в поле. Он даже не дрогнул больше ни одного разу. Дракон тоже был уже нежилец. Он тяжело прижался к траве и уже не дышал. Он был мёртв. Вся банда «сгорела» в дикой жажде лёгкой наживы. Они пригубили более пятидесяти знатных богатеев. Но и все они закончили быстро, плохо и дурно. Их сгубила жадность и богатство, как бы глупо и просто не звучала такая музыка. Вечером в поле, где случилась расправа, гулял местный полоумный молодой Ионик Махмудович Молок. Он рослый. Лицо заметно кривое и омерзительное. Глаза косые. Он, облюбовав неживых бандитов, взял себе некоторые сокровища. Ионик прихватил проклятый наган Дракона, которым ещё долго баловался. Он собрал всё богатство в сундук, который умело и глубоко закопал. Он никому не сказал, где спрятал сокровища. Он не умел говорить, а лишь мычал. Сундук теперь оказался в руках селян Мирона и Льва. Они уже веселились, как умели и ничем не брезговали. Они докопались до самого дна сундука и несколько недоумевали. Мирон достал тряпок и развернул у себя на ладони. Его любопытному взору предстал отменный наган, который уже немного заржавел и был по виду поломан. Но с виду, казалось, из него можно стрелять. Мирон взял орудие за гладкую рукоять. Он, вытянув руку, глянул на мушку. Мирон широко улыбнулся, представив себя удалым ковбоем. Он подмигнул приятелю и тут же ощутил чей-то напор со стороны. Его рука дёрнулась само по себе. Он невольно потянул за курок. Воздух сотряс оглушительный выстрел, что прямо эхо гулкое полетело по глухой лесной чаще. В округе всполошились пернатые, которые живо полетели во стороны и подали беспокойные громкие голоса. Мирон вздрогнул. Он, сильно недоумевая, чутко посмотрел на приятеля. Глаза несколько напуганные округлил и чуть помотал головой.