В порыве страсти и гнева

– Смотри, куда рулишь. Отдай бутылку уже…, – сказала девушка, выхватив из рук Николаса бутылку, – Совсем что ли.

– Хаахахаааа… Мила ты очаровашка просто. Хаахахааа…, – приятно сказал Николас.

– Ага… Смотри на дорогу. ААА…

– Я смотрю. Реально. Детка ты меня заводишь.

– Хиихихиии… Тебя заводят виски.

– Хаахаааааа… Очень смешно. Нет… Мила меня заводишь только ты. Я реально говорю…

– Ага… Реально он говорит. Смотри лучше на дорогу. Язык уже заплетается.

– Да мы тут одни. Расслабься уже киска.

– Знаешь… Расслабляйся сам. Ты меня бесишь, – недовольно сказала Мила, – На дороге так себя не ведут.

– Ладно… Думаешь я ничего не вижу. Или я такой пьяный. ААА… Брось милая. Мила. Смотри, я сейчас немного прибавлю, чтобы тебя порадовать.

– Эээээ… Ты… Перестань. Николас.

– Хаахахаааа… Пристегнись детка. Хаахахааа…, – дурно засмеялся Николас.

– Николас. Я тебя прибью. Сбавь скорость…

– Хаахахаааа…

Вдали тянулись тёмные холмы. Ветерок резко усилился. Автомобиль быстро поехал по крутой дороге, которая имела небольшой наклон на двадцать градусов, где точно дорожники проектировали гоночную трассу. Николас крепко сжал руками руль. Он отклонился на жёсткую спинку сидения. Его короткие волосы слегка заколыхались. На светлом, большом спидометре стрелка живо перевалила за сто километров в час. Николас пьяно ухмыльнулся. Он бегло посмотрел на милое лицо подружки. Мила слега помотала головой. Глаза ещё больше округлились. В них появился испуг. Лицо девушки ощутило струю прохладного воздуха, который заметно бодрил. Скорость болида тут же отрезвила её чудную голову. Девушка напряглась. Её нутро сжалось.

– Николас. Хватит уже… Ты куда несёшься? Останови тачку. Мне уже плохо…, – сказала Мила.

– Хаахахаааа… Мила держись. Ещё немного. Идём до поворота. И всё. Хаахахаааа…

– Николас. АААА…

– Хаахахааааа…

Ветерок шальной чуть свистел где-то рядом, разгоняя прохладную волну. Кругом царила темнота. Лишь в лучах фар открывался чёткий вид на гладкую, узкую дорогу. Автомобиль, казалось, поехал ещё быстрее. Но вскоре замедлил ход. Николас, чуть выкрутив руль, неплотно нажал на педаль газа. Он уже получил заряд драйва и выплеснул лишний адреналин. На лице поселилась небольшая улыбка. Глаза засияли. В них обитал странный холодок. Но парень был обаятелен, как всегда, когда прибавилась весёлая, чудная искра, которая делала его просто суперским мачо. Мила, глядя на дорогу, замера. Она крепко в руках сжала бутылку. Мысли путались в голове. «С кем я связалась? Он полный псих… Нет. Я больше не поеду с ним на машине. Нет… Никогда не сяду. Тем более у меня есть своя машина. А из—за таких вот лихачей и случаются всякие истории. И я бы влипла. Нет… Он полный псих. Ему больше не надо давать выпивку. Я больше не поеду с ним никуда на машине. Вот же критин буйный. Ещё целоватся лезет. Нет… Он меня просто взбесил сейчас. Хочу ему врезать. Вот же водила хренов. Тут такая высота, а он гонит, как по пустыне. Вот же местный мудозвон. С кем я общаюсь…», – подумала она. Мила облегчённо выдохнула.

– Мила… Ты со мной. Кажется, я тебя теряю. Хаахахаааа…, – навеселе пьяно сказал Николас.

– Пошёл ты…, – грубо сказала девушка.

– Мила. Да я же пошутил. Хахахаааа… Расслабься.

– Ага… Отвали от меня. Ты псих полный.

– Хаахааааа…

– Что ты смеёшься-то? Мы тут одни. И если…, – заявила Мила.

– Мила. Никаких если… Это же я. Ты меня знаешь. Я надёжен всегда. Согласись со мной, – уверенно сказал он.

– Ага… Ты надёжен только в кровати.

– Хахахаааа… Мила. Ты меня заводишь., – сказал Николас, потянувшись к девушке, – Я тебе уже говорил об этом милая.

– Отвали. Бесишь меня. Ты полный псих.

– Мила. Да что ты? Псих да псих… Я не псих никакой. Хаахахааа… Ты ещё не видела настоящих психов. Какой я псих. Ну прокатились с ветерком. Ты сама хотела этого. Я увидел по твоим глазам.

– Чего?

– Хахаахааа… Крошка. Я хочу тебя обнять. Просто ты бомбически сексуальная. Хахахаааа…

– Ага. Вот же ты…

– Ну… Договаривай. Кто я?

– Идиот.

– Кто идёт? Где? Хаахахаааа… Расслабься малышка. Хаахахаааа… Ну кто я? Кто? – спросил Николас.

– Олух царя небесного. А ещё псих… Я больше с тобой не поеду никуда, – резко сказал Мила.

– Хаахахааааа… Мила ты сама себе противоречишь. Не обманывай себя. Тебе понравилось. Я знаю тебя. Ты сейчас о другом подумала. Я знаю крошка. Ну… Скажи да. Что я прав. Николас ты всё знаешь. Я тебя просто обожаю. Хаахахааа…, – кривлялся Николас.

– Отвали.

– Хаахахааа… Мы дома. Вот и наш пентхаус. Какая ночь? Мила. Ночь чудесная. Согласись со мной…, – весело сказал Николас.

Впереди всё темнело и только кое-где открывались островки, на которых маячили фонари. Повеял небольшой ветерок. Розовый кабриолет, сверкнув фарами, тихонько покатился по гладкой площадке. Мотор работал тихо и точно, как швейцарские часы. Николас слегка выкрутил руль. Он устремил свой пьяный взор на фонарь, где кружили ночные мотыльки. Автомобиль заехал на ровную, каменную площадку. Двигатель затих. Фары погасли. Мелодия на автомагнитоле тоже пропала.

На территории участка возвышался красивый, двухэтажный, деревянный пентхаус. Треугольная, высокая, острая крыша тоже имела собственный этаж с балконом. Просторные окна забирали много дневного озарения. Они и сейчас сияли в свете неясного фонаря. Небольшая лесенка вела на открытую веранду, где стоял круглый столик и пара стульев необычной сборки. Простая мебель выглядела красиво. На столешнице лежало загрызенное яблоко, а рядом с ним стояла пустая бутылка из-под красного вина. Под потолком висели чудные красивые томные фонари, точно по фен шую. Они немного колыхались.

Каменная дорожка вела куда-то за дом, где дальше тянулась всё ниже и ниже к небольшой, деревянной скамейке. На лобном месте находился столик для чаепитий. Крыша беседки походила на шляпку большого гриба, который быстро вымахал после обильных дождей. Виды открывались здесь просто чудесные, где обозревалось и море, и холмы, и леса, и пригорки, – всё лежало, как на ладони. Но сейчас в тёмную ночь и комар носа не подточит. Всё сливалось воедино.

Автомобиль слегка отдавал блеском своего идеального красивого кузова. На дождевом стекле рисовался неясный блик от вечернего фонаря. Николас самозабвенно уставился на милое лицо девушки. Он положил руку на её оголённое плечо. Она точно замерла, как дерзая, пресноводная хищница. Казалось, ещё немного и укусит, выпустив жало. Но милашка не кусалась. Она обладает довольно мягким характером. Но за себя может легко постоять. Мила как-то даже красиво врезала одному верзиле, который нагло дотронулся до её сокровенной груди. Тот потом даже извинился.

– Мила. Давай выпьем. Мы что-то много говорим…, – сказал Николас, глядя на очаровательную девушку.

– Сам пей. Я больше не хочу…, – прямо высказалась она.

– Мила…

Приятный ветерок ласкался. Мила, открыв низкую дверку болида, вышла из салона. Она чуть отошла в сторону, сложив руки возле своей сексуальной груди. Её, казалось, что-то тревожило. Николас, сидя за рулём, не сводил глаз с девушки. Он слегка улыбнулся.

– Мила. Давай выпьем. Ну, прокатились мы с ветерком. Но всё же нормально… Ты чего надулась. Я тебя не узнаю. Хаахахааа… Ты же заводная крошка. Будь ею.

Мгновение неопределённости затянулось. Мила стояла на площадке. Она немного прошлась по дорожке. Николас, слегка улыбнувшись, просто пожирал взглядом девушку. Он грезил жарким утренником и жаждал красивого секса. Он, подняв бутылку, выпил немного виски.

– Мила… Ладно. Я был не прав. Ты довольна. Хаахахааа…, – сказал Николас.

Вновь повеял приятный ветерок. Николас, открыв дверку, живо вышел из автомобиля. Он тут же подошёл к девушке и тут же приобнял за талию свою самую любимую мечту. Мила легко дышала. Она смотрела прямо на окна пентхаоса. Мила имела вид, как у дикой кошки, которую только что прогнали с родной улочки.

– Мила. Давай выпьем немного. ААА, – сказал Николас, держа в руке бутылку.

– Я не хочу пить.

– Да… А что ты хочешь? Щербета хочешь, халвы хочешь, сгущёнки хочешь, – с кавказским акцентом сказал Николас.

– Хихихииии…, – тонко улыбнулась Мила.

– Мила… Давай немного выпьем. И… Будем зажигать. Какой у нас раунд. ААА… Хаахахааа…

Николас, улыбнувшись, слегка поцеловал девушку в щёчку. Он был нежен, как всегда. Он тут же выпил глоток виски из горла бутылки. Мила развернулась лицом к своему бойфренду. Её лицо заметно побагровело. Она как будто таила смешинку. Руки скрестила на груди, точно звалась важной птицей. Её лёгкое платье цвета ванили только-только скрывало супер тонкие трусики. Загорелые, гладкие ножки отдавали небольшим блеском. На ногах белели кроссовки. Губки точно надулись. Их так и хотелось поцеловать. Глаза словно остекленели. В них пылал огонь. Она вожделенно посмотрела на Николаса, точно вызывая его на дуэль. Девушке по виду хотелось жаркого секса.