- -
- 100%
- +
– Да ладно, Стася!.. – тараторил тем временем добрый Мартыныч, пока она пару секунд переосмысливала все это и решала, что делать. – Не сердись ты на него!.. Пусть работает, если хочет!..
– Только через мой труп!.. – злобно процедила Стася, решительно придвигая к себе телефон. – Здесь он работать больше не будет!..
– Да ладно тебе, не сердись!.. – все еще тщетно пытался уговорить ее Мартыныч. – Может, он уже одумался!..
– Глеб Мартынович, мне все равно, одумался он или нет! – твердо заявила ему Стася. – Я вам уже сказала, что этот человек здесь работать не будет! Если потребуется, – я позвоню своему директору, – но его ноги здесь не будет!..
– Ну, давай я договорюсь с оперативным, чтобы он тогда работал только один день с твоей сменщицей, если ты совсем не хочешь его видеть, а я согласен потом три дня работать с тобой!.. – предпринял последнюю попытку уговорить ее Мартыныч.
– Глеб Мартынович, этот человек нажрался до глюков и запросто ушел с работы в середине дня!.. – жестко проговорила Стася, строго глядя на переминающегося с ноги на ногу охранника. – Где гарантия, что он завтра снова так же не уйдет? Как я вообще могу доверять такому человеку после подобной выходки?.. У меня здесь золота на несколько миллионов! Откуда я знаю, что ему в следующий раз придет в голову в пьяном бреду?..
– Ну, ты, конечно, все правильно говоришь, – развел руками Мартыныч, – просто ругаться не хочется…
– А я и не собираюсь ни с кем ругаться, – спокойно заявила Стася. – Я просто хочу позвонить вашему оперативному дежурному и сказать, что такой охранник меня не устраивает!
– Ну, смотри… – огорчился еще больше Мартыныч. – Хотя, может, ты и права…
Стася знала точно, что она права. Поэтому она без малейших колебаний набрала номер оперативного дежурного и проговорила:
– Здравствуйте! Вы сейчас сказали моему охраннику, что завтра здесь будет работать Гречкин. Я категорически против этого! В свою последнюю смену здесь он попросту напился до невменяемости и ушел с работы средь бела дня! Мне здесь такого охранника больше не надо!
– Извините, я ничего не знал! – принялся оправдываться оперативный дежурный, и, похоже, он говорил действительно искренне. – Мне просто оставили записку, что он завтра выйдет на работу!
– В последнюю смену, когда он здесь работал, он уже утром пришел пьяный, потом добавил в соседней наливайке, а потом вообще попросту ушел, потому что я отказалась одолжить ему еще денег на выпивку! – снова пояснила Стася. – До этого он тоже частенько напивался, но я не жаловалась, – до поры, до времени, – потому что мне просто жаль было человека, и я надеялась, что он возьмет себя в руки! Но после этой его выходки мое руководство просто не может допустить, чтобы он здесь работал! Сами понимаете, у нас здесь ломбард и ювелирный магазин; здесь материальных ценностей на несколько миллионов! Мы не можем допустить, чтобы наши охранники так вели себя!
– Да, да, я вас прекрасно понимаю! – поспешно согласился с ней оперативный дежурный. Может быть, напугался возможных неприятностей, если эта история получит огласку. – Не волнуйтесь, он больше у вас работать не будет! Я просто не знал ситуацию! Но теперь я все понял, и мы сейчас будем решать этот вопрос! Мы с вами еще свяжемся!..
– Спасибо вам большое! – с облегчением в голосе сказала Стася и повесила трубку.
Мартыныч смотрел на нее с восхищением, как на героиню. Сам-то он, как Стася давно уже поняла, был дяденькой очень покладистым, – даже слишком. Он предпочитал лучше со всеми согласиться и смириться, чем спорить и что-то кому-то доказывать, – даже в ущерб самому себе. Сама Стася, кстати, тоже терпеть не могла конфликты и была бы очень рада без них обойтись. Но в данном конкретном случае это было уже попросту невозможно.
Через четверть часа оперативный дежурный перезвонил Мартынычу и попросил его поработать еще пару дней без выходных, пока они не найдут нового охранника ему на смену. И тот, разумеется, согласился.
На какой-то момент Стася, признаться, почувствовала себя очень сильно виноватой перед Глебом Мартыновичем из-за того, что ему теперь придется и дальше работать без выходных. Но тут уж она ничего не могла поделать.
– Вы меня извините, Глеб Мартынович, – сказала ему Стася. – Я понимаю, что невольно подставила вас таким образом! Но, поймите, я не могу допустить, чтобы Гречкин продолжал работать здесь!
– Да я все понимаю, Стася! – миролюбиво кивнул Мартыныч. – Ладно, поработаю я… Мне деньги нужны! Я ведь вполне мог бы и не соглашаться! Я устраивался сюда на график два – два, – так что я вполне мог бы просто отказаться, и пусть бы сами решали свои проблемы, а не за мой счет! Но что мне дома-то просто так сидеть?.. Я уж лучше поработаю!..
Гречкин все-таки объявился в один из Стасиных выходных дней, – он пришел забрать кое-какие оставленные им здесь вещи. Мартыныч попытался было пристыдить его, но Гречкин нагло заявил, что Стася сама во всем виновата, потому что выгнала его. И был таков.
Больше они его, к счастью, никогда не видели.
Еще через несколько дней Мартынычу позвонил оперативный дежурный и сказал, что к ним в ломбард сейчас подъедет новый охранник, который, мол, хочет ознакомиться со своими новыми обязанностями и осмотреть свое рабочее место. Но только вот оперативный дежурный сразу же предупредил Мартыныча, что у этого человека имеется официальная основная работа с трафиком сутки – трое, и здесь он согласен был подрабатывать только один день. Так что у Мартыныча теперь график должен был быть такой же, как и у самой Стаси: три – один.
Если, мол, его это устроит, – то все так и оставят. А если нет, – значит, это будет временный вариант, пока не найдут человека, готового работать два – два.
Мартыныч на радостях был согласен на все.
На пришедшего знакомиться охранника Стася, признаться честно, практически не обратила внимания. Она отметила только чисто машинально про себя, что это был высокий худощавый мужчина, лет сорока с небольшим. Мартыныч долго о чем-то разговаривал с ним, – Стася в это не лезла и занималась своими делами. Уже потом Мартыныч рассказал ей, что его новый сменщик – лицензированный охранник, имеющий, типа, нормальную постоянную работу и просто желающий еще немного подзаработать в свободное время.
Стасе было все равно, – лишь бы этот новый товарищ умел держать себя в руках и не пил на работе.
До той поры Стася всегда полагала, что у нее очень хорошо развита интуиция. Но, тем не менее, она реально почти не обратила внимания на пришедшего познакомиться с ними в тот день человека. Ничего внутри у нее в тот момент не ёкнуло, и при этом у нее даже и мысли не возникло о том, что это случайное знакомство надолго выбьет ее из колеи и приведет, в конце концов, к очередной трагедии.
В тот злополучный день Стася едва удостоила его взглядом и даже и не подумала о том, что ему будет суждено сыграть в ее жизни такую печальную роль.
Глава 2. Всколыхнувшиеся надежды.
https://rutube.ru/video/56273ca58c4627f8c79ac94dcf7d45dd/
Его звали Олег Владимирович Марин. И если бы в момент знакомства с ним Стасе кто-нибудь сказал, чем все это закончится, она не поверила бы ни за что на свете.
В первые дни Стася с ним практически вообще не общалась. Да и поводов для этого особых не было. На улице тогда стояла жара; все двери ломбарда, – кроме Стасиной, с решеткой, – были раскрыты нараспашку, но дышать все равно было нечем. Новый охранник большую часть времени, – когда не было посетителей, разумеется, – загорал на улице. Рядом с входом в ломбард имелся небольшой заборчик, – такими раньше газоны огораживали около домов, – и он или сидел на нем, или же просто прогуливался рядом по дорожке.
У него постоянно, практически без перерыва, звонил телефон, так что он вечно с кем-то разговаривал. Но, – надо отдать ему при этом должное, – как только на пороге появлялись посетители, все свои беседы он тут же сворачивал и моментально приступал к выполнению своих непосредственных обязанностей. Сама Стася практически не обращала на него внимания и занималась своими делами. Лишь изредка они перебрасывались парой слов по рабочим вопросам. Тогда Стася еще совершенно ничего не знала об этом человеке. Ей было даже не ведомо, женат он или нет, – да ее это и не интересовало, если уж признаться честно. Все мужики для нее давно были на одно лицо, и Стася не видела ни малейшей разницы между ними. Никаких отличий. Все Стасины предыдущие увлечения, к сожалению, не приносили ей ничего, кроме неприятностей, – порой, довольно серьезных, – и разочарования. Поэтому Стасе даже и в голову не приходило строить какие-то там романтические планы в отношении своего нового охранника.
Даже и мыслей таких нелепых в голове не мелькало.
Опять же, помня о том, как важно соблюдать субординацию и держать коллег на расстоянии, – хотя в случае с Гречкиным не сработало даже это, – Стася подчеркнуто называла нового охранника по имени-отчеству и на “вы”. Олег при этом как-то забавно смущался и постоянно просил ее этого не делать. Стасю безумно веселило это его смущение, и она ничего не могла с собой поделать, – но это действительно было очень смешно, когда взрослый здоровый мужик вдруг краснел, как скромная невинная барышня из пансиона для благородных девиц.
В принципе, – в общем и целом, – невозможно было отрицать, что этот мужчина, на первый взгляд, производил довольно-таки приятное впечатление. И понемногу Стася даже начала разговаривать с ним, – разумеется, чисто по-дружески. Он был ей очень симпатичен, – но не более того, – и никаких романтических иллюзий не вызывал.
Рядом с дверью ломбарда находился вход в магазин женской и детской одежды. Продавцы из него, – тоже когда не было покупателей, разумеется, – частенько загорали на крылечке вместе с Олегом. Иногда, не выдержав духоты в помещении, к ним присоединялась и Стася. Это было страшнейшее нарушение всех возможных правил, ведь ей строжайше запрещено было выходить из помещения ломбарда, и, если бы хозяин засек ее, то могло бы сразу же последовать увольнение. Но Стася старалась не задумываться об этом. Сидеть целый день в четырех стенах в тридцатиградусную июльскую жару, – удовольствие тоже, надо заметить, было весьма сомнительное, – и поэтому Стася, наплевав на все писанные и неписанные правила, тоже выходила погреться на солнышке вместе с ними.
В конце концов, рядом находился ее мужественный охранник, который непременно должен был защитить ее в случае опасности и уж чуть ли не прикрыть собой. Разве не так?..
Одна из продавщиц соседнего магазина была дамочкой донельзя чудной. Она целыми днями всем, кто желал ее слушать, – да и тем, кто не желал слушать, тоже, – рассказывала о своей большой и светлой любви, которая не так давно осветила ее грешную жизнь. Романтически настроенной дамочке было уже далеко за пятьдесят; выглядела она, признаться честно, весьма жутковато и причудливо, но при этом обладала самомнением, которому могла бы искренне позавидовать королева красоты. Потому что она совершенно искренне, без малейшей ложной скромности, считала себя неотразимой красавицей, при виде которой все встречные мужчины просто штабелями укладываются вдоль дороги.
История ее великой и светлой любви выглядела при этом весьма и весьма незамысловато. На склоне лет она познакомилась с красавцем – мужчиной, лет на десять моложе ее самой, и их сразу же охватили чистые и искренние чувства. Но только вот злодейка-судьба на время разлучила пылких влюбленных. Сногсшибательному юному мачо срочно пришлось уехать по важной работе на полтора года, и теперь Наташа страдала и изнывала от тоски в разлуке, а также клялась и божилась непременно дождаться своего прекрасного принца, который по тысяче раз в день звонил ей издалека и тоже уверял ее в своей вечной и пламенной любви.
Не нужно было даже быть Шерлоком Холмсом, чтобы сложить два плюс два и вычислить, что ее драгоценный возлюбленный принц отъехал в места не столь отдаленные, а сама Наташа всего-навсего обычная ждуля. Стася, разумеется, сразу же сказала об этом Мартынычу, – с Олегом они тогда еще вообще не слишком общались, а вот со своим старшим охранником Стася могла кое-что обсудить. Но Мартыныч ей тогда еще не поверил. Он вообще в этом плане был довольно интересный дяденька. Несмотря на солидный уже возраст и жизненный опыт, который должен был накопиться с годами даже невольно и непроизвольно, Мартыныч свято верил только в хорошее и всегда сомневался, если речь заходила о чем-то плохом, не вписывающемся в красивую картинку воображаемой радужной жизни. Это тоже было весьма забавно наблюдать со стороны.
Наташе Стася, естественно, не стала пока говорить о том, что давно уже разгадала ее загадку, и терпеливо выслушивала ее излияния по поводу того, какой ее принц весь занятой и деловой. Вот так и получилось, что пришлось ему по его необычайно важной работе уехать в столь длительную командировку, отказаться от которой не было ни малейшей возможности, несмотря на его страстную влюбленность и новоприобретенное счастье. Но Наташа клялась и божилась, – уж чуть ли не копытом в грудь себе била, – что будет ждать его, верно и преданно, и потом, когда он, наконец, вернется, у них все будет хорошо, и они вместе побегут навстречу солнцу…
Стася все ждала, когда же она проболтается об истинных причинах таинственной командировки своего возлюбленного. Не то, чтобы ей это было особенно интересно, – просто для Стаси это было хоть какое-то развлечение в скучной рутине однообразных рабочих будней. Типа сериала. А в том, что Наташа, рано или поздно, не удержится, Стася даже и не сомневалась. Она прекрасно видела, что Наташе до смерти хочется поделиться с ней и этим тоже, но она то ли стесняется, то ли не решается, – а скорее всего, просто делает вид, будто стесняется или не решается. И вот однажды в разговоре Наташа действительно ляпнула, словно случайно, невпопад:
– Он ведь сейчас сидит…
Она тут же слишком театрально и наигранно закрыла рот обеими руками и испуганно вытаращила глаза, как будто пребывая в полном отчаянии из-за невзначай вырвавшихся по глупости слов. Со стороны было сразу же видно, что она переигрывает, как не слишком талантливая актриса. И это возникшее у Стаси впечатление усилилось еще больше, когда Наташа, якобы, дрожащим голосом, тут же забормотала, словно в полнейшем смущении:
– Ой!.. Проболталась!.. Я ведь не хотела, чтобы кто-нибудь знал!..
Стася не стала ее мучить.
– Да ладно, не расстраивайтесь вы так, я давно уже догадалась! – “успокоила” она влюбленную ждулю.
– Да?.. – радостно воскликнула Наташа и тут же расплылась в счастливой улыбке. Похоже, она была безумно рада, что ей больше не придется врать и сочинять про долгие и таинственные командировки, и можно теперь прямо, не скрываясь, рассказывать всю правду о своем любимом. – А давно ты догадалась?.. А как?.. – засыпала она Стасю вопросами.
Да так-то это было совсем не трудно…
– Ну, вообще-то, я ведь тоже не вчера родилась! – сказала ей Стася. – Я сразу же догадалась, что он у вас сидит!
Наташа была просто счастлива узнать об этом. И на Стасю тут же хлынул новый поток сведений о ее кавалере. Оказалось, – разумеется, кто бы сомневался!.. – что Наташин возлюбленный – аж вор в законе, весьма известный и авторитетный в определенных кругах. Но все это было в далеком прошлом. А сейчас он богатый и состоятельный человек, бизнесмен, предприниматель. Он давно уже полностью отошел от всех криминальных дел и теперь занимался вполне легальным законным бизнесом. И в этот раз его, разумеется, посадили вообще чисто случайно. Попался по глупости. Он решил повыделываться перед друзьями и на спор тряхнуть стариной. А потому вытащил сотовый у какого-то мужика на рынке и не заметил, что рядом стояли менты, которые его тут же и повязали…
Ну, ничего, – утешала саму себя Наташа, – полтора года – это не слишком большой срок! Совсем скоро уже ее любимый освободится, – а она обязательно его дождется; она поклялась!.. – и они навсегда будут вместе!..
Стася слушала ее признания и в душе поражалась наивности и глупости взрослой, вроде бы, женщины, которая, типа, жизнь прожила, а вот ума, похоже, так и не нажила…
Наташа свято верила в то, что ее любимый, – он хоть и вор в законе, но при этом вовсе даже и не преступник! Он – бывший афганец. Ну, разумеется, все они бывшие афганцы!.. – понимающе усмехнулась про себя Стася. Так вот, пришел он в свое время из Афганистана, – разумеется, многократно раненый, контуженный, озлобленный, ожесточенный, ненавидящий всех нерусских… И увидел, как на улице человек кавказской внешности обижает беременную женщину… И взыграла кровь молодая, – бедняжку-то он, разумеется, защитил, да вот только силы от злости не рассчитал… Вот так он и попал в первый раз в тюрьму за убийство…
Ну, да, ну, да…
Стася уже, к сожалению, не в первый раз в своей жизни слышала эту душещипательную, выбивающую слезу историю о благородном афганце, вступившемся за беременную женщину и угодившем за это за решетку всерьез и надолго, – совершенно несправедливо, разумеется… Похоже, у многих “криминальных авторитетов” припасена именно такая вот красивая сказочка для наивных влюбленных в них девушек. Которые, вне всякого сомнения, тут же должны были проникнуться жалостью к несправедливо осужденному и безвинно пострадавшему ветерану боевых действий и заочно простить ему все его грехи… Ведь куда ему было деваться потом после зоны?.. Только в бандиты!..
Вот так менты ему, типа, всю жизнь и испоганили…
Если уж говорить начистоту, Стася сама в свое время чуть было не клюнула на подобную трогательную историю. Но, к счастью для самой себя, она вовремя сумела раскусить своего “героя”…
– Я еще никому, кроме тебя, всего этого не рассказывала! – тарахтела тем временем у нее над ухом Наташа. Ну, что ж, спасибо за оказанное доверие, – что тут еще можно сказать?.. – Только Олегу… – призналась Наташа. – Олег все понимает! У него у самого много друзей оттуда, и он никогда и никого не осуждает, потому что разные в жизни бывают обстоятельства!.. Не все там плохие!.. И невинные люди попадают за решетку, – и Олег прекрасно знает об этом!
Так, а вот это уже было очень интересно!.. – мысленно улыбнулась про себя Стася. Теперь ей было понятно, почему Наташа целыми днями не отходит от ее охранника и все что-то шепчет ему на ушко с заговорщическим видом. Оказывается, он был давним поверенным ее любовных тайн!..
К чести Олега можно было лишь сказать, что он действительно очень терпеливо выслушивал Наташины излияния, но даже со стороны невооруженным глазом было заметно, что никакого особого удовольствия ему все эти ее откровения не доставляют. На его практически непроницаемом, словно высеченном из камня лице лишь время от времени мелькала едва заметная вежливая улыбка, и сразу же, глядя на него, можно было понять, что эта дамочка ему смертельно надоела, – хуже горькой редьки, – и лишь привычная вежливость и хорошее воспитание мешают ему сходу послать ее куда подальше.
Правда, Наташе удалось при этом кое-что узнать о самом Олеге, и она просто горела желанием с кем-нибудь поделиться этими сведениями. Оказалось, что он разведен, – о чем Наташа тут же с удовольствием Стасе и сообщила. Несколько лет назад его бросила жена, и он сам воспитывал сына. Сейчас мальчик уже был взрослым и жил отдельно, у бабушки. А Олег все это время один… И он, если признаться честно, так нравится Наташе, – что вот просто сил никаких нет!.. И, если бы у нее не было в данный момент любимого, которого необходимо честно дождаться, – она ведь обещала!.. – то она загуляла бы с Олегом, вот просто не раздумывая!..
Стасю подобные Наташины рассуждения откровенно забавляли, и ей едва удавалось это скрыть и сдержать усмешку. Наташа была старше Олега лет на десять, как минимум. Кроме того, – что уж тут греха таить!.. – но внешне она была далеко не Мэрилин Монро!.. Она была толстой, обрюзгшей, неуклюжей и не следящей особенно за собой пожилой женщиной, по которой, к тому же, сразу же было видно, что она пьет, и весьма нехило. При этом сам Олег выглядел очень неплохо для своих сорока с чем-то там лет. И поэтому Стася почему-то, даже совершенно еще не зная его, была на все сто процентов уверена в том, что он даже и не посмотрел бы в сторону Наташи с интересом.
Правда, она, между делом, дала Олесе понять, что, мол, сам Олег тоже любит выпить. Типа, он и на вторую-то работу устроился как раз для того, чтобы с пользой проводить свободное время, а не пить с друзьями все три выходных напролет. Наташа пояснила Стасе со знанием дела, что в деньгах Олег, якобы, вообще не нуждается, – на основной работе у него просто баснословная, по нынешним меркам, зарплата, – и здесь, в ломбарде, он подрабатывает за копейки только ради того, чтобы не спиться окончательно.
Вот тут Стася ей тогда не поверила ни на грамм. Уж больно не похож был ее охранник на алкоголика. Стасе в свое время, по воле судьбы, приходилось как-то иметь дело с алкашами, и она прекрасно знала, и как они выглядят, и как ведут себя. Олег же всегда был собранным, подтянутым и очень аккуратным, – и это даже несмотря на то, что он, якобы, жил один, без жены!..
Ну, вот, хоть убей, – а не был он похож на пропойцу!.. Ну, ни под каким углом!.. Или же Стася просто была совсем уж наивной дурой, совершенно не умеющей разбираться в людях!.. Но Олег реально всегда держался с таким чувством собственного достоинства, что это невольно вызывало уважение к нему. Поэтому просто невозможно было поверить в то, что этот необычайно сдержанный спокойный человек с доброй и какой-то очень светлой улыбкой – хронический алкоголик…
Со временем Стася стала замечать, что Наташа, несмотря на всю свою пылкую влюбленность и твердую готовность верно и преданно ждать своего принца, с каждым днем все больше времени проводит около ее охранника. При этом она, явно, старалась подойти к нему как можно ближе, облокотиться на него, – типа, в шутку, – прижаться, приобнять… Стася с интересом наблюдала за этой странной парочкой со стороны. Олег внешне по-прежнему неизменно оставался спокойным и невозмутимым, лишь на его лице проскальзывала едва заметная брезгливая гримаса, когда он осторожно пытался слегка отстраниться от практически навалившейся на него перевозбужденной дамочки, которая так и стремилась прильнуть к нему своей необъятной грудью. Стасе было и смешно при этом, и, отчасти, даже жаль его, потому что со стороны было ясно видно, что откровенные домогательства этой женщины раздражают его. Особенно это было заметно, когда Наташа, расхаживая около магазина, начинала очень громко, – вероятно, чтобы он это слышал, – разглагольствовать:
– Мне так нравится нашОлег!.. Вот просто сил никаких нет, как нравится!.. Он всегда такой спокойный, невозмутимый, немногословный!.. Ну, просто настоящий мужик!.. Таких сейчас уже мало осталось!.. Ах, как же он мне нравится!.. Вот если бы не мой Сашка, – я бы с ним обязательно замутила!..
Слышавший все эти ее рассуждения Олег никогда ничего не говорил. Но при этом он бросал на Наталью такой выразительный взгляд, что каждому и без слов сразу же становилось ясно, что именно он сам думает по этому поводу. А Стасе наблюдать за всем этим было как-то одновременно и смешно, и даже завидно. Она завидовала Наташкиной непоколебимой уверенности в себе и в своей собственной неотразимости. Поскольку самой Стасе именно этого всегда и не хватало.
Она сама была моложе того же Олега, наверное, лет на десять. При этом Стася была стройной, очень симпатичной и всегда прекрасно осознавала, что привлекает мужчин. Роковой красоткой она никогда не была, но и совсем без внимания противоположного пола тоже не оставалась. Но, даже если бы ей, предположим, очень сильно понравился все тот же Олег, она попросту не решилась бы с уверенностью заявить, что намеревается с ним “замутить”! Потому что Стася, в первую очередь, подумала бы о том, а захочет ли он сам этого?.. Вполне возможно, у него уже есть в данный момент подруга, – либо ему, может быть, нравятся девушки совсем иного типа… Стася обязательно подумала бы об этом, – прежде чем строить какие-либо планы в отношении другого человека…
Но только вот Наталье такие сомнения, похоже, вообще были не свойственны. Она на все сто процентов была, очевидно, уверена в том, что, в данном случае, все зависит только от нее самой и от ее собственных желаний!..
Всем бы иметь такую непоколебимую уверенность в себе!..
Для Стаси наблюдение за этой парочкой тоже превратилось в какой-то юмористический сериал. Но, к сожалению, он закрылся раньше времени, еще до развязки событий, потому что пару недель спустя Наташу уволили за пьянку. И, вроде бы, на этом все могло бы вполне логично завершиться, – но ведь нет же!.. Даже после увольнения Наташа продолжала частенько звонить Олегу на сотовый телефон или посылать эсэмэски. Каждый раз, прочитав очередную из них, Олег раздраженно морщился с недовольным видом и недоуменно произносил: