Принцесса Дюны

Забравшись на спину животного, при свете звезд они отправились к точке встречи.

Оказавшись на месте, фримены укрылись в скалах и принялись наблюдать за обстановкой, но Гильдия не присылала разведчиков заранее и не пыталась как-либо схитрить.

Пока они ждали, Хоуро и Стилгар бросали счетные палочки в ямку с песком среди скал. Чани знала, что от этой игры ее отцу неуютно – именно таким образом они с Уорриком решали, кому из них достанется укрытие от надвигающейся песчаной бури.

В назначенное время в небе появился корабль с выпуклыми сверкающими боками – похожий на тот, что тайно доставил тело Навигатора. Лайет и Стилгар вышли на открытое место и замахали руками, привлекая внимание пилота.

Снизившись, большой корабль бесшумно завис над угловатыми скалами. Чани ощущала запах озона в воздухе, чувствовала вибрацию и мощь гравидвигателей. От корабля начала спускаться открытая платформа, на которой стояли трое сотрудников Гильдии в серой униформе. Двое из них имели андрогинную внешность – пугающие черты лица, смещенные в стороны глаза и деформированные черепа, которые выглядели так, будто их кости размягчили, а затем слепили по-новому. Однако высокий человек в центре выглядел настоящим красавцем – темные волосы, густые брови, мощная мужественная челюсть.

– Я старгайд Серелло. Я прилетел принять ваш платеж.

Взяв на себя роль главного, Лайет указал на тяжелые свертки:

– Мы рады оплатить услуги, которые Гильдия предлагает фрименам.

Старгайд с достоинством кивнул:

– Наше давнее деловое соглашение устраивает обе стороны. В обмен на специю ваш народ сохраняет свои секреты и частную жизнь.

– И безопасность, – добавил Стилгар. – Нам не нужны ни любопытные имперские шпионы, ни соглядатаи Харконненов.

– Любопытные глаза Гильдии нам тоже не нужны! – дерзко вмешался Хоуро.

Серелло устремил на него пустой взгляд, непроизвольно дернув уголком рта – отчего часть его лица исказилась, будто он потерял контроль над этими мышцами.

– Гильдии нет никакого интереса шпионить за вашими людьми.

Чани почувствовала, что должна поддержать брата.

– Мы видели, чем вы занимаетесь в пустыне! Вы думаете, что фримены не знают, но мы лично стали свидетелями этого!

Серелло обратил свой странный взгляд на нее, и Лайет шагнул ближе, нарушив неловкое молчание:

– Это Чани, моя дочь.

– А я – Хоуро! – вновь влез брат. – Недавно мы наблюдали, как корабль Гильдии снизился в открытой пустыне – пустыне фрименов! Мы видели, как вы оставили тело одного из своих на верхушке пузыря с бродящей специей!

Суровый старгайд ответил ровным голосом:

– Наши корабли не залетают в пустыню. – Двое других сотрудников Гильдии посмотрели на него, но ничего не сказали.

– Но мы видели один, – не унималась Чани. – И он выглядел как корабль Гильдии! Из него выгрузили тело того, кто был Навигатором, по нашему мнению. Незадолго до взрыва паров специи. Мы видели это!

– Вы глубоко ошибаетесь, – Серелло оставался непреклонен. – Мы прибыли сюда лишь для того, чтобы принять ваш платеж, а затем сразу улетим.

Двое его молчаливых спутников сошли с парящей в воздухе платформы и принялись собирать упаковки с концентрированной специей.

Стилгар стоял с красным от гнева лицом – грубость Хоуро его покоробила.

Лайет миролюбиво произнес:

– Моя дочь и пасынок бродят много где, но пустыня хранит свои тайны. Клубы пыли и дрожащий от жары воздух могут создать ложное впечатление.

Чани возмутилась тем, что отец не поддержал ее заявление.

– Мы видели не мираж! Вы оставили тело Навигатора на песке, и вы знали, что оно будет уничтожено при взрыве специи! Вы не ожидали, что кто-либо из фрименов станет свидетелем этого, но мы там были!

Двое сотрудников закончили загружать специю на висящую платформу. Серелло держался так, будто Чани вообще ничего не сказала, и девушка заметила, что на лице брата появилось раздражение. Прежде чем тот сделает что-то необдуманное и поставит под угрозу соглашение с Гильдией, Чани поспешила выпалить оставшуюся часть информации:

– Возможно, мы и ошиблись, – сказала она неискренним тоном. – Но если вы не оставляли тело Навигатора в песках, то вам будет неинтересно узнать, что после того, как ваш корабль улетел, но прежде, чем произошел взрыв – другое судно без опознавательных знаков подлетело и похитило труп.

Непроницаемые глаза Серелло вспыхнули, будто в них взорвалась крошечная звезда.

– Я тоже это видел! – подтвердил Хоуро. Он повернулся к Лайету и Стилгару. – И Джемис тоже. Неужели вы не верите всем нам?

Челюстная мышца старгайда вновь дернулась, и одна сторона его лица перекосилась. Обращаясь только к Стилгару и Лайету, будто молодых людей рядом не существовало, он произнес:

– Ваш платеж получен. Мы договоримся о передаче следующего квартального взноса, когда придет время.

Унося упаковки специи, летающая платформа поднялась обратно внутрь продолговатого корабля. Чани смотрела, как тот исчезает в пыльной дымке неба.

Что ж, теперь придется все полностью объяснять отцу.

Мало что известно о годах становления Ирулан, первой дочери Шаддама IV, кроме отзывов о ее уме и красоте. После обучения в Школе Матерей Бинэ Гессерит золотоволосая принцесса стала проницательной исследовательницей имперской истории, талантливо документируя события своего времени. В частности, она вела хронику жизни своего отца, Императора Освоенной Вселенной, и Пола Муад’Диба. Со временем Ирулан стала неофициальным историком и биографом, отправляя свои труды имперским ученым для редактирования и дополнительных примечаний. Более поздние историки восхваляли ее острую наблюдательность и писательские способности. Самый показательный факт, что и ее отец ценил принцессу как советчицу.

История Империи.С дополнениями и комментариями

На следующий день за семейным обедом Император объяснил, как собирается поступить с выскочкой-офицером, который осмелился попросить руки принцессы крови. В тронном зале Шаддам подавил в себе инстинктивное желание указать этому человеку его место, даже арестовать его за оскорбление. У него появились другие планы.

– В этой ситуации есть возможности, – сказал он Ирулан с отеческой улыбкой. – Главное, надо дать понять остальным, что никому больше не стоит лезть с таким неподобающим предложением.

Принцесса слушала и мотала на ус, чего и хотел от нее Император.

Он велел ей прийти на дневное совещание в Имперский военный штаб – одетой как на торжественное мероприятие.

– Капитан Зенха также будет вызван на совещание, и он должен осознавать важность задания, которое я ему дам. А ты выступишь в роли награды, которую он может получить только в случае успеха миссии.

Ирулан ощутила раздражение, хотя и понимала, что это всего лишь уловка, чтобы дать дерзкому офицеру надежду и цель. Принцесса не сомневалась, что успех в этой миссии будет столь же недостижимым, как и она сама. Отец устроит все именно так.

Тем не менее, она вернулась в свои покои, созвала фрейлин и велела одеть ее со всем возможным блеском. Она выбрала легкий макияж, подчеркивающий ее зеленые глаза и аристократические черты, и украшенное самоцветами жемчужно-белое платье, одновременно скромное и соблазнительное. Заплетенные и уложенные волосы она увенчала тиарой из белого золота, инкрустированной драгоценными камнями. В целом, образ получился захватывающим – Ирулан стала выглядеть еще более желанной.

Дабы подчеркнуть свою значимость (как и велел отец), Ирулан рассчитала время так, чтобы появиться в штабе последней. Это помещение без окон было достаточно большим, чтобы вместить пятьдесят человек – с длинным столом для совещаний в центре и обзорными экранами на трех стенах.

Когда принцесса вошла в дверь, оставив снаружи группу сопровождающих придворных, то заняла место напротив Императора – ни на кого не глядя и не выказывая никаких эмоций.

На это важное совещание ее отец явился в серой униформе сардаукара и в сияющем черном шлеме бурсега. В остальных креслах сидели допущенные министры и военные советники; вдоль стен выстроились охранники-сардаукары. Камергер Ридондо оформлял какие-то документы, сидя по правую руку от Шаддама.

Капитан Зенха застыл по стойке смирно в передней части зала и стоял так, пока Ирулан не заняла свое место. После чего поклонился и выбрал одно из свободных средних кресел. Положив офицерскую фуражку на стол перед собой, он выразил Императору признательность:

– Для меня большая честь быть здесь, сир!

Шаддам не ответил. Шлем на голове и свирепый лев Коррино на эмблеме придавали ему весьма суровый вид. Ирулан холодно и официально поприветствовала молодого офицера, понимая, что ему наверняка интересно, зачем Император вызвал его в штаб. Очевидно, что это станет проверкой способностей Зенхи – хотя задание несомненно обернется против него. Любовь часто принимает форму войны.

Шаддам подал краткий сигнал к началу совещания, и свет потускнел. На экранах появились изображения – астрономическая карта на одном, видеозаписи жестоких уличных беспорядков на двух других, в том числе даже поджог дворца правящей семьи.

– Это планета Отак в звездной системе Рамиран, – пояснил Шаддам. – Богатый ресурсами мир с добычей полезных ископаемых, кристаллами, редкими продуктами питания и развитой фармацевтикой. – Он гневно засопел. – Новохристианские фанатики захватили власть в правительстве и клятвенно обещают отделиться от Империи.

Зенха сердито фыркнул:

– Возмутительно!

– Их лидер, бывший наемник, который называет себя Квартом, заявляет, что я, Падишах-Император, не имею никакой власти над их планетой. А я скажу так: народ Отака – это нецивилизованные варвары! Они весьма скудно вооружены, но вносят элемент смуты в установленный порядок и являются занозой в моем боку!

Поняв, к чему клонится дело, капитан просиял:

– Кто-то должен преподать им урок, сир! – Он даже не извинился за то, что перебил. Ирулан подумала, что он стал еще уверенней, чем прежде. – Отак необходимо вернуть под власть Империи!

Шаддам хищно улыбнулся:

– И вы тот человек, который это сделает, капитан Зенха – вернее, можете стать этим человеком.

Глаза офицера заблестели от представившейся возможности. Он взглянул на Ирулан:

– Это будет наглядной демонстрацией моих способностей, сир!

Шаддам кивнул:

– Вы возглавите оперативную группу и разберетесь с этим отакским сбродом.

Зенха ахнул:

– Я буду командовать? Вы даете мне повышение, сир?

– Повышение нужно заслужить.

Капитан едва мог сдержать волнение:

– Я приму повышение только после того, как вычищу это змеиное гнездо. А когда я успешно вернусь, возможно… получу звание полковника?

Ирулан видела, что отец из последних сил сдерживает гнев:

– Вы еще не справились с задачей.

Несмотря на его чрезмерные амбиции, офицер казался ей симпатичным. Вчера она изучила его биографию и поняла, что в будущем он действительно может стать гораздо более успешным и влиятельным, учитывая его характер и лидерские способности – если только найдет поддержку, толчок к карьере в нужном месте и в нужное время. Однако Ирулан сомневалась, что ее отец тоже видит это.

Зенха явно пришел в восторг от открывшихся перспектив. Его лицо раскраснелось, на лбу выступили капли пота. Он взглянул на принцессу с надеждой, но Ирулан продолжала сидеть с непроницаемым лицом, не давая ему никаких авансов.

– На данный момент достаточно, капитан, – произнес Шаддам, побарабанив пальцами по столу. – Камергер Ридондо предоставит вам полное досье – все, что известно о Кварте и его повстанцах-фанатиках. Докажите мне свою состоятельность, и тогда мы обсудим, заслуживаете ли вы права на брак с моей дочерью.

Зенха вскочил с места и козырнул:

– Я не подведу вас, сир!

Кивнув, Император снял шлем и положил на стол.

– Я знаю, что не подведете, молодой человек.

Но капитан еще не закончил:

– У меня есть собственное талантливое подразделение – офицеры и солдаты, которых я годами возглавлял на различных миссиях и маневрах. Они идеально подойдут для этой задачи. Сколько сардаукаров вы дадите нам в помощь, когда я буду командовать штурмом?

Шаддам нахмурился:

– Нисколько. Все специальные войска нужны здесь, чтобы защищать мирную столицу. В любом случае, для такой небольшой операции они вам не понадобятся – или вы не настолько квалифицированы, как утверждаете? Имея корабли и личный состав вашей собственной оперативной группы, вы наверняка в состоянии приструнить кучку зарвавшихся мятежников. – Император помрачнел еще больше. – Если же вы не сможете разобраться с этой маленькой проблемой, тогда я действительно пришлю сардаукаров, чтобы навести порядок.

Карие глаза Зенхи полыхнули:

– Я понимаю, Ваше величество! И с благодарностью принимаю ваше задание. – Он поднял со стола свою фуражку. – Я не провалю это испытание!

Император равнодушно отмахнулся:

– На этом все. Ознакомьтесь с досье, которое получите у моих сотрудников. – Он неискренне улыбнулся офицеру. – А теперь ступайте и готовьтесь.

На выходе из зала капитан обернулся для прощального поклона:

– Благодарю вас за предоставленную возможность, сир! – Он взглянул на Ирулан: – И вас, принцесса.

Наконец Зенха вышел, и министр протокола закрыл за ним дверь.

– Это научит его вести себя не так дерзко, – усмехнувшись, проворчал Шаддам. – Если он переживет миссию.

Хотя Ирулан понимала, что делает отец, его улыбка показалась ей жестокой.

Каждый из нас эксперт в своей области знаний, и мы возводим непреодолимые барьеры, чтобы держать других в безопасном неведении.

Старгайд Серелло.Внутренняя консультативная записка Космической Гильдии

Хотя старгайд Серелло постоянно путешествовал из системы в систему, представляя интересы руководства Космической Гильдии, домом своим он считал Джанкшин.

Сферические здания, серебристые монолиты, оживленные порталы транспортного управления – фантастическое скопление геометрических форм, подчеркивающих математическую точность, и повсюду кипит работа. Основные деловые и административные офисы располагались в огромных кубах, выделяющихся среди других построек. Большие хранилища меланжа из собственных запасов Гильдии стояли у кромки огромного посадочного поля, где недавно провожали в последний путь погибшего Навигатора.

Прадеда Серелло.

Главный офис старгайда располагался в пентхаусе с наклонными призматическими окнами. Глядя на открывающийся вид, Серелло размышлял над тревожащим сообщением молодых фрименов с Арракиса. Его усовершенствованный мозг использовал мириады нейронных путей, плюс к этому помимо подготовки в Гильдии он прошел специализированные курсы ментата – весьма редкий случай для сотрудника.

Мысленным взором он представлял в виде дерева все сложное переплетение решений, вариантов и возможностей, часть из которых приводила к ужасным последствиям. Он все еще скорбел по почившему Навигатору – по-своему, не только оттого, что это большая потеря для Гильдии, но и потому, что его прадед был последним из рода Серелло, достигшим трансформации. Другие из их семейства пытались и потерпели неудачу – его дед, родители, сестра и он сам.

По статистике, большинству кандидатов не удавалось стать Навигаторами, так что Серелло нечего было стыдиться. Напротив, ему следовало гордиться тем положением, которое он занимал в настоящее время. Очень немногие становились старгайдами, которые служили публичным лицом Гильдии – посредниками в контактах с Империей, Домом Коррино и Картелем, поскольку более продвинутые интеллекты Гильдии не могли общаться с простыми смертными.

Когда у предыдущих поколений ничего не вышло, следующей надеждой семьи стали Серелло и его сестра. Все юные годы, пока мозг пластичен, они напряженно учились, постигая имперскую историю вплоть до того момента, когда Норма Цинва стала первым Навигатором. Серелло на лету схватывал всю информацию, которую Гильдия считала необходимой, а его сестра особенно хорошо показала себя в выполнении сложных вычислений.

После достаточной подготовки их с сестрой доставили в стерильный комплекс, где они увидели наблюдателей-ментатов, давших присягу Гильдии, докторов школы Сукк с медицинскими приборами и преисполненных надежд чиновников Гильдии, которые оценивали кандидатов так, словно те были не более чем лабораторными образцами.

Там же они встретили и старгайда – первого, которого Серелло видел лично. Эти создания имели ранг более низкий, чем Навигаторы, но все равно были могущественны, влиятельны и почитаемы; в то время Серелло и представить себе не мог, что станет одним из них. Он мечтал стать Навигатором, как прадед – вершиной человеческой эволюции. Он хотел использовать свой разум, чтобы видеть бесчисленные пути в будущее.

Их с сестрой обнаженными поместили в раздельные прозрачные герметичные цилиндры. Нервничающий Серелло старался отрешиться от упрямой статистики, что большинство кандидатов не проходят тест – а многие погибают. Между ними с сестрой всегда существовало соперничество – и оба были уверены, что станут Навигаторами. Они восстановят семейную честь после провалов двух поколений.

Монотонным голосом один из наблюдателей Гильдии объявил:

– Ваши тела подвергнутся воздействию меланжевого газа высокой концентрации. Это делается для того, чтобы оценить вашу физическую пригодность к длительному погружению и метаморфозам.

Стоявший рядом мрачный доктор Сукк добавил:

– Вы проходите этот тест добровольно.

Серелло подтвердил это, как и его сестра. А затем по трубопроводам в полу хлынул плотный, едкий газ с коричным запахом. Оранжевые пары окутали испытуемых. До этого Серелло пробовал меланж в небольших дозах – чтобы повысить остроту ума и отточить физические рефлексы. Но это стало настоящей атакой на его органы чувств, на его разум. Глаза жгло, слезы текли по лицу, и он ничего не мог видеть. Он задыхался от меланжевого газа.

Поначалу он пытался контролировать воздействие, но газ проникал в него все больше и больше. Он не мог выдохнуть. Он давился. Меланжевый газ заполнил легкие, нос, горло – а затем бурным потоком ринулся в кровь. Мозг вскипел от мыслей, которые не получалось сдерживать. Серелло кашлял и его рвало, он пытался убежать – но меланж был повсюду, как горящее топливо. Голова раскалывалась, и он почти физически чувствовал, как его нейроны скручиваются, переплетаются и расползаются паутиной – в поисках поживы.

А затем каждый путь закончился тупиком, и отраженная темнота вернулась, наполняя разум забвением.

Когда он очнулся, меланжевый газ уже был выкачан из цилиндра. Серелло соскользнул вниз по изогнутой стене, и люк открылся, выпуская его наружу. Доктор Сукк стоял над ним с кислым выражением лица.

Из второй установки двое рабочих вытащили обмякшее тело. Его сестра. Ее некогда уверенные глаза покраснели от кровоизлияний. Челюсть отвисла, из открытого рта по щеке стекала струйка рвоты. Она была мертва.

При виде бездыханной сестры разум Серелло переполнился мыслями, и он понял, что эта потеря является лишь точкой отсчета, одним бесконечно малым происшествием в огромной галактике. И пока эти мысли бушевали, эмоциям не оставалось места.

Он моргнул, увидев старгайда-наблюдателя в униформе, который смотрел на него темными, странно-отчужденными глазами.

– Я прошел тест? – прохрипел Серелло. – Я чувствую разницу! Возможности моего разума сильно возросли! Я смогу стать Навигатором?

Старгайд нахмурился, спуская его с небес на землю:

– Нет, ты потерпел неудачу, как когда-то и я. Твое тело отвергло необходимое для этого количество специи. Но в отличие от сестры, ты выжил. И если миллионы ранее неиспользуемых нейронных связей в твоем мозгу теперь тебе доступны – возможно, ты все-таки пригодишься Гильдии.

С того дня Серелло изменился навсегда. Он научился вести дела таким образом, чтобы приносить максимальную пользу Гильдии. В конце концов он стал старгайдом, достигнув своей персональной вершины.

Теперь он смотрел сквозь прозрачные стены своего высоко расположенного кабинета. Ознакомившись с отчетом о космических перевозках, он увидел, что галактический лайнер только что прибыл на орбиту. Сквозь призматическое окно он наблюдал, как доставленный им огромный шарообразный корабль опускается в центре Джанкшина. Официальный дипломатический транспорт. Серелло ожидал его.

Стена завибрировала – пришло сообщение:

«Вице-директор КАНИКТ Малина Ару прибыла. Транспортная капсула доставит ее в это здание».

– Я готов к встрече, – ответил Серелло. Он ждал свою коллегу. Из-за чрезвычайной важности заключенных Картелем договоров и связанных с этим транспортных обязательств Гильдии вице-директор прилетела сюда лично. В своем положении Серелло имел право ставить подпись на документах. Старгайд видел все связи и возможности, политические цепные реакции и последствия простых решений. Он знал все маршруты галактических лайнеров и понимал, как работает Картель.

Его кабинет был просторным, но весьма аскетичным. Центр помещения занимал овальный стол – сверкающая столешница переливалась, как ртуть, и могла показывать любое изображение. Хотя Серелло предпочитал стоять, он подготовил два удобных кресла из полимерной пены и металлопласта. Он также заказал прохладительные напитки – в досье Гильдии имелась строчка о предпочтениях вице-директора.

Еле заметный сигнал на передающей стене сообщил ему, что Малина Ару на подходе. Серелло натянул отрепетированную улыбку, готовясь к встрече. Вице-директор КАНИКТ, одна из самых влиятельных людей в Империи, прибыла без свиты, в компании лишь двух своих питомцев – псов-ищеек с жестким колючим мехом, беззаветно ей преданных и смертельно опасных.

Но Серелло не испугался.

– Госпожа вице-директор, я рад, что вы прилетели лично. Встречи с глазу на глаз сокращают дистанцию между людьми.

– Все бизнес-договоренности – это весьма личное дело, старгайд, хотим мы этого или нет, – откликнулась Малина. В строгом коричневом костюме без украшений, но из самой дорогой ткани, она двигалась с животной грацией. Ее короткие темно-каштановые волосы были идеально уложены. – Я могла бы прислать вместо себя моего сына Франкоса, но подумала, что уже давненько не посещала Джанкшин.

– Президент Картеля был бы достойным представителем, – улыбнулся Серелло. Он опирался на информацию, которую предварительно изучил. – У вас ведь есть и дочь, баронесса Дома Учан? И еще один сын?

Малина нахмурилась:

– Да, Франкос – президент КАНИКТ. Другой мой сын, Якссон, проходит практику на Танегаарде, и мы рассчитываем подыскать для него подходящую должность в Картеле. Моя дочь хорошо освоилась со своей ролью. Но давайте не будем касаться семейных подробностей. У нас есть дело.

У Серелло дернулся челюстной мускул – неврологическое последствие действия меланжевого газа в испытательном резервуаре. Доктора школы Сукк не могли найти этому прямой причины и полагали, что все это у него в голове. Усилием воли Серелло постарался унять дрожь.

Принесли закуски, но Малина не обратила никакого внимания на молчаливого официанта и не притронулась ни к еде, ни к питью.

– Не пора ли нам перейти к сути?

Серелло провел рукой по блестящей поверхности стола, и там появились изображения документов.

– Вот договоры, которые согласовали наши делегаты. Осталось лишь поставить подписи.

Малина внимательно изучила четкие голографические проекции.

– Годится. Картель и Гильдия продолжат сотрудничать в том же духе, что и всегда.

Серелло поставил свою цифровую генетическую подпись.

– Как и координировать свои действия с Империей.

Малина поморщилась:

– Империя – устаревший конструкт, но служит своим целям на данный момент… даже если Дом Коррино изжил себя.

Без дальнейших комментариев она поставила свой генетический отпечаток.

От неожиданных слов вице-директора в голове Серелло завертелось множество вопросов. Дом Коррино изжил себя? Он слышал о тихом повстанческом движении, набирающем силу в Империи – о Благородном Содружестве. Откровенные критики, строящие планы по свержению Коррино, вцепившегося в трон мертвой хваткой. Теперь Серелло решил вести себя осторожнее.

Лишь после того, как документы вновь исчезли в файловом хранилище, Малина позволила себе потянуться к сладостям. Серелло отметил, к каким именно – пригодится на будущее.

Но вице-директор еще не закончила.

– Есть еще один вопрос, на который я хочу обратить ваше внимание. Эту информацию мы предоставляем вам добровольно, в надежде, что Гильдия запомнит это и ответит взаимностью.

– У Космической Гильдии хорошая память, – кивнул Серелло. – Теперь я заинтригован.

Малина погладила своих питомцев по колючему меху: