Элементарные законы Изобилия

Но вернемся к теме. Мы могли бы сказать: «Никто не будет воевать. Война уродлива, в ней нет радости». И все же я с наслаждением играю в военную игру. Она доставляет мне громадное удовольствие. Есть и другие игры, в которые я люблю играть, игры, которые укрепляют ум, заставляют думать и задавать вопросы.

В такую игру мы играем сейчас. Мы двигаем внешние границы, спрашивая у себя: «Что если? Возможно ли? Насколько это хорошо? Имеет ли смысл?» И, быть может, отзываясь на все, что происходит, виртуальный мир, в котором мы пребываем в этот момент, – вероятностная реальность, – приспосабливает себя именно к тому, о чем мы только что сказали. Проявляя себя таким, каким мы его допускаем.

А-а-а, это порождает кое-какие вопросы, не так ли?

Можем ли мы регулировать игру изнутри игры???????

Остановитесь и ответьте на этот вопрос!

Все вокруг было бы пустой тратой времени, если бы такой возможности не было.

Ладно, вернемся к тому, что считаете радостным вы, я или Фред. Это существует как данность. И то, что радостно одному человеку, другой может воспринять как извращение. Здесь возникает очень пугающая тема. Ведь если Вселенная открыта всему, что вы хотите, то она открыта и всяким извращениям, так ведь? И это тоже страшно, потому что не всегда понятно, где проходит граница между добром и злом…

Стоит это произнести, как кто-нибудь тут же скажет: «Ну, в компьютерной игре вы на самом деле никого не убиваете, поэтому это не является злом. Но убивать в жизни – это неправильно».

Но если вы погружаетесь в компьютерную игру, то она становится для вас единственным существующим миром. Там, внутри игры, кто-нибудь скажет: «Убивать людей – это так неправильно!» – и игра начинает меняться, меняться к чему? Полагаю, мы увидим! Именно это мы и делаем прямо сейчас – мы изменяем игру.

Вот уж ситуация! Как быть? Очевидно, смешно будет бегать внутри игры и кричать: «Убивать плохо!» И все же существует право поступать именно так. Итак, когда нам что-то не нравится, мы говорим, что это неправильно, но Вселенная основывается на свободе выбора, независимо от того, считаем ли мы это безопасным или нет, понимаете?

Двигаясь в поисках ответов, мы, в конце концов, достигаем точки, где говорим: «Подождите-ка! Нет-нет-нет! Мне не нравится этот ответ. Он опасен, он пугает меня и дает возможность совершать всякие извращения, используя, как оправдание, разговоры о свободе».

Именно этого мы и боимся, верно? Что кто-нибудь воспользуется мыслью о свободе для оправдания плохих поступков. Такова ирония знания. Вот почему говорят: «Иногда знание может быть опасным и страшным».

Когда видишь это, то легко сказать: «Хорошо. Я лучше просто отойду в сторону», сказать, что это не ваш путь, и… Я бы сказал: «Лучше буду буддистом», или: «Я буду придерживаться других правил, которые отличаются от правил вашей игры. Мне нравятся безопасные игры. Я лучше буду христианином, я лучше буду евреем, я лучше буду…»

Конечно, в этом есть смысл. Все мы подбираем себе игры, которые достаточно безопасны, такие, в которых чувствуем себя комфортно. И так, наверное, и нужно – следует найти место, где нам удобно, и плыть с потоком. Нет нужды пытаться изменить других людей, или мир, или Вселенную, или то, как она устроена, или как она работает… А вместо этого надо делать две очень простые вещи. Первая – следовать за своей радостью, за тем, что в этот день приносит нам радость. И делать это прямо сейчас, так эффективно, как только возможно. И вторая – продолжать открываться и позволять излучаться той энергии, той силе, которую мы называем Любовью.

И снова в ответ на это кто-то скажет:

– О’кей. Вы играете в сражение, в игру с убийствами и говорите мне, что следуете любви.

– Да, это возможно – не прерывать поток, позволять любви излучаться и при этом играть в мою игру.

– А когда вы делаете следующий шаг и уже вступаете в живой бой, это все еще остается возможным? Сможете ли вы излучать любовь, участвуя в реальной войне?

– Ха! Не могу дать исчерпывающий ответ, потому что не был на войне, хотя прошел через то, что вы, возможно, назвали бы… Которые дают мне основание сказать, что, в некотором смысле, я там был. И, да, тогда я бы снова сказал… Да, в самый разгар сражения можно продолжать излучать любовь и признательность.

И вот что происходит – излучение любви и признательности изменяет весь ваш предыдущий опыт, потому что начинает излучаться новая энергия. Энергия очень созидательная, энергия, дающая безграничные возможности. И если игра, в которой находятся люди, насильственная, а они выбирают остаться в ней, то все нормально, ведь это их неотъемлемое право. Но если кто-то захочет выйти из игры, энергия этого решения, его сила станет воздействовать на этого человека. Это почти как… я не знаю. Ну, словно какое-то облако вдруг окутает человека и поможет ему переместиться из одной игры в другую, в ту, которая на данный момент больше ему нравится, и опыт которой он хочет пережить.

Мир, в котором существует война, не забирается у тех, кто хочет его. И если вы думаете, что их мало, вам пора проснуться и прекратить отрицать очевидное.

Смотрите, ведь то, что я только что сказал, – полнейшая ерунда. Я говорю о последнем предложении. Видите, это предложение пытается изменить фокус вашего внимания и то, во что вы верите. Если Вселенная основана на свободе, тогда возможно все, и нам нужно выбирать, во что мы хотим верить.

Следовательно, если кто-то хочет ощутить больше любви, мира и радости на своем пути, то это желание выдернет его из того места, где он находится, и перенесет в мир, о котором он мечтает. Красивая мысль, правда же? Поэтому мы можем играть в наши игры и одновременно делать красивые вещи. Таким образом получается, что мы живем в свободной Вселенной, а не в диктатуре.

Видите ли, всякий раз, когда кто-то бегает кругами и говорит: «Не пользуйтесь бензином, не пользуйтесь дизтопливом, не пользуйтесь природным газом! Это разрушает окружающую среду! Все должны ездить на велосипедах!» – это уже элемент диктатуры. Вы скажете: «Это хорошая диктатура, потому что служит добру». Может, и так, а может, и нет.

А что, если всей этой нефти, которая скапливалась в земле тысячи лет, нужно выйти на поверхность, что, если ей нужно, чтобы ее как можно быстрее использовали? Что, если это типа рака земли, и нефть нужно превратить в бензин и вернуть в окружающую среду в измененном виде?.. А наши двигатели делают именно это!

Да, мы загрязняем окружающую среду, но давайте остановимся на этом поподробнее. Срок жизни планеты в масштабах Вселенной, и срок существования человечества по сравнению со сроком жизни Земли… По космическим меркам все пребывание человеческих существ на этой планете занимает меньше минуты. Понимаете, речь идет о минуте! Из всего времени существования нашей планеты!

В вашей жизни это означало бы, скажем, что на тридцать секунд у вас в волосах завелись бы блохи. Всего на тридцать секунд. Тридцать секунд. Тридцать секунд – и все, они ушли.

Итак, по сравнению со сроком жизни Земли, время нашего пребывания здесь меньше минуты. Мы никак не можем разрушить ее, разве что взорвать. Хотя и этого мы не можем – потому что Земля тоже существует в определенных параметрах. И мы не можем разорвать ее на кусочки, потому что игра, в которую мы играем, не позволит этого сделать. По крайней мере, пока что… О да, мы можем пытаться, мы можем даже создать для этого оборудование. Но уничтожим скорее себя, чем планету, потому что таковы параметры игры.

Здорово это знать. Вы можете вырубить все деревья, все до единого на этой планете – нет, я не призываю это делать, потому что люблю деревья, но если бы вы вернулись сюда через тысячу лет, то обнаружили бы огромный красивый лес, с деревьями, о которых прежде не знали! Там были бы такие виды деревьев, о которых вы даже не слышали.

Уже известно, что все виды животных и растений не эволюционировали на Земле, все происходило как-то иначе. Чтобы описать это, пока не придумано слов. На протяжении определенного времени ученые знают, что эволюции не было. А теория Дарвина – просто хорошая история, в ней есть смысл, и она заполняла белые пятна. Точно так бывает, когда дети задают нам вопрос, на который у нас нет ответа, и мы восполняем этот пробел подходящей историей. Ну, а это – история об эволюции: «Все вышло из океанского супа…» Не совсем так! Есть кое-что еще.

Об этом умалчивают, знаете ли, и об этом не говорят в новостях; не знаю, хотят ли люди действительно услышать об этом? Полагаю, что часть хочет, а другая часть – нет. Да из этого и не сделаешь новостей… Но появляются новые виды насекомых и маленьких животных. Да, не большие животные – маленькие, – но ведь они появляются. Мы никогда не видели их раньше. Они просто появились.

Возможно, вы скажете: «Может, мы не находили их раньше?» Некоторые ученые в определенных научных кругах пришли к выводу, что эти новые виды проявились в нашей вероятностной реальности.

Как вы знаете из моих предыдущих книг, мы используем две возможности – непрерывно перемещаемся в вероятных мирах и смещаемся в направлении наибольшей вероятности. И в каждом из миров присутствуют свои отличия, и теперь мы начинаем их видеть, в то время как раньше они оставались незамеченными. Ведь если кому-то нравится искать и находить новое, то он его найдет – это закон Вселенной, закон игры.

Передо мной – роскошный вид на океан, а я не обращаю на него внимания. Вместо этого я рассуждаю обо всех этих вещах и рассказываю об игре внутри игры… Эх, возможно, иногда этому все же следует уделять какое-то время…

Теперь понятно, отчего я устаю, – оттого, что не могу остановиться. Я просто думаю о подобных предметах, устаю, но порой не могу остановиться. Когда мне радостно что-то делать, то я продолжаю до точки, в которой тело отказывает, и я падаю без сил. Но эти мысли обернулись лишь головной болью. Это я называю «раз-обучение», избавление от ограничивающих убеждений.

Когда мы спим… Что мы делаем, когда спим? Собираемся ли мы вместе, говорим ли об игре и о том, как собираемся в нее играть? Выходим ли из игры, смотрим ли на другие возможности ее окончания? Знакомо звучит? Имеет смысл?

Ох, если бы кто-нибудь к этому прислушался… Может быть, придет день, когда все это будет записано. Надеюсь, вы найдете это интересным… Тогда моя ноша станет легче.

Не думаю, что нужно сильно стараться, чтобы быть хорошим. Возможно, достаточно просто быть самим собой… По моим ощущениям, я – хороший. Даже если иногда я играю в военные игры. Когда-то я испытывал чувство вины за это. Я думал примерно так: «Разве хорошо мне играть в подобные игры?» Вот я проповедую посылание любви, а вот уже играю в военную игру! Но я – это я. И повторю еще раз – нет ничего лучше, чем любить себя! Даже болван должен любить себя за это!

Думаю, на сегодня с меня достаточно! Как насчет вас?

Примечания