Дети Эола

В путь

Утром Кей пошла на кухню. Там вовсю командовал Горан.

– Доброе утро, – сказала Кей, когда все обратили внимание на её появление. – Что-то случилось?

– На «Эоле» полно законсервированного оборудования. Нужно его запустить, – изложил суть проблемы детектив. – Алан говорит, что на корабле можно выращивать овощи и грибы, если подключить оранжереи. Стево нужно попасть в оружейные блоки для инвентаризации. Доктор нашёл лаборатории, но не может найти медицинский отсек…

– Я поняла, – присела на табурет у стойки Кей, протягивая руку к уже готовому стаканчику, который поставил для неё повар.

– Я распорядился, чтобы профессор с Али и Анной отправлялись запускать оранжереи, – Горан указал вниз, согласно расположению оранжерей. – Стево и Дин изучат боевую готовность крейсера, – в этот раз детектив указал вверх и в стороны. – Генри с доктором займутся лабораториями, – эти двое ещё были здесь, поэтому жестикулировать не пришлось. – А мы, я так думаю, отправимся исследовать мостик.

– Поддерживаю, – Джоэл заканчивала с галетами, – кстати, насколько я поняла, медицинская часть находится отдельно от лабораторий. Она на этом, жилом этаже, слева от лестницы в хвосте.

Доктор Рид кивнул на это, и они с Генри вышли.

– Кей, – сказал Горан, когда вокруг никого не осталось, – возможно Вам не понравилось, что я ту раздаю указания, не посоветовавшись. Но с тех пор, как крейсер заработал, он стал видимым, это может привлечь внимание…

– Всё в порядке, – отряхнула руки Джоэл. – Меня беспокоит точно тоже самое. Заметь нас кто-то, и я не уверена, сможем ли мы отстоять корабль…

– Пока нас охраняет ПЧЕЛА, – Горан многозначительно посмотрел на Кей, давая понять, что ему известно о том, что у штурмана непростые отношения с группировкой. – Но нам нужно привести крейсер в такое состояние, чтобы он мог самостоятельно отражать атаки. Именно поэтому я отправил Стево и Дина проверять оружейные, и иду с Вами на мостик.

На мостике первым делом Кей запросила у Эола статус автономного обеспечения. Её уже несколько дней занимал вопрос, способен ли вообще крейсер летать и сколько можно на нем продержаться.

Отчёт появился на экране над цилиндром. Кей и Горан изучали его, стоя плечом к лечу.

На крейсере не было воды. Батареи были разряжены. Некоторые технические шахты забиты. Даже бортовая система не достигала боковой зоны жилой палубы. Хорошо работал воздуховод и система гравитации.

– Надо отправить это всем, – посмотрела Кей на детектива.

– Чтобы они ужаснулись? – уточнил у неё Горан.

– Что это в данной ситуации значит?

– Сейчас не время сваливать на экипаж информацию о том, что «Эол» на ладан дышит, – покачал головой Горан. – На таких условиях сюда никто не пойдёт. Достаточного того, что мы двое знаем о том, как обстоят дела. Остальным дадим чёткие задания: пусть Генри достанет нам воду. Техническими шахтами займутся Али и Дин. Бьорн пусть колдует над батареями. Когда справимся, запросим у Эола новый статус.

Джоэл тактика Горана слегка смущала. Он, конечно, лучше знает, как организовать своих людей, но… она облокотилась на цилиндр, чтобы ещё раз взглянуть на отчёт. Делать это стоя было совсем неудобно.

– Эол, на мостике есть дополнительное оборудование? – раздраженно спросила она.

– Исполняющий обязанности капитана штурман Кей, разрешите расконсервировать оборудование мостика? – сделала запрос система.

– Разрешаю, – кивнула Джоэл.

– Эол, – обратился тогда к системе Горан, – может будем для краткости говорить просто «капитан Кей»?

– Принято, первый помощник Горан.

После этого напольные плиты в торцах мостика и у большого экрана перевернулись. На поверхности появились гладкие рабочие панели и шарообразные кресла, которые напоминали белые апельсины, из которых вынули несколько долек. Наблюдая, за тем, как раскрывались кресла, Кей и Горан чуть не были сбиты с ног одним из них.

Капитанское кресло возникло за их спинами и отличалось от остальных более внушительными размерами. Оно зависло рядом с цилиндром на высоте полуметра от пола. Горан сделал галантный жест рукой, предлагая Кей присесть. Она неуверенно села на край. Кресло слегка качнулось, будто было подвешено на пружине, но осталось на месте.

Горан направился к другим креслам. Каждое из них по окружности охватывали металлические обручи. Кей предположила, что именно за счет них кресла зависают над поверхностью.

– Гравитационные? – это было первое, что произнёс Горан с момента начала удивительных метаморфоз мостика.

– В нестабильном поле ободы создают дополнительную гравитационную защиту, – ответил Эол.

Абсолютно пустой ранее мостик превратился в какую-то карусель. С потолка теперь свисали конструкции непонятного назначения, рядом с цилиндром возникла дугообразная перегородка, а у дверей появилась дополнительная защита. После того, как преобразования остановились, Кей и Горан еще какое-то время покачивались в своих креслах, которые болтались посреди всей этой красоты.

– Послушайте, Горан, – наконец сказала Джоэл, – раз у нас теперь рабочий мостик, нужно чтобы за него всегда кто-то отвечал. Пока с этой обязанностью можем справляться мы двое, я полагаю. Вы согласны разделить дежурство на смены по 12 часов?

– И когда будет моя смена: днём или ночью? – поинтересовался детектив.

– Если хотите, берите дневную, – пожала плечами Кей. – Я на «Востоке» привыкла работать по ночам…

Горан внимательно посмотрел на Кей и приложил сжатую в кулак руку к сердцу.

В первое же своё ночное дежурство Джоэл устроилась на боковом кресле. Восседать будто на троне посреди мостика застрявшего на астероиде крейсере ей не хотелось. Мысль о троне снова напомнила ей о Короле. И это было совсем не кстати.

Когда Кей пришла сменить Горана на мостике, он доложил ей о результатах дневных работ. За время дежурства детектива, доктор нашёл медицинский отсек. Кроме того при тщательном осмотре на нижней палубе обнаружилась тюремная камера. Дин и Стево отчитались о том, что системы вооружения, за исключением забытых шахт, не повреждены. Но никаких боеприпасов на борту нет. А резервуары для льда требовалось продезинфицировать…

Фантастическая находка суперкрейсера становилась неподъёмным грузом. Одна проблема тянула за собой другую. Оставалось надеяться, что Бьорн сообщит завтра что-нибудь хорошее относительно батарей.

Кей откинулась на спинку кресла-апельсина. Что она вообще тут ночью делает?

– Эол, – позвала Джоэл, – ты здесь?

– Да, капитан Кей, – отозвалась система.

– У тебя есть бортовой журнал? – разговаривая с Эолом, Джоэл не знала, куда смотреть, поэтому поднимала голову наверх.

– Разумеется, – раздался голос сбоку.

– Выведи на экран. Думаю, настало время начать его заполнять.

Над панелью появился голографический реестр. В нем была сделана одна запись.

– Эол, кто такой Джек? – спросила Кей, чувствуя как кровь гулко стучит в висках.

Бейдж издал сигнал: предупреждение об аномальных витальных параметрах. Кей сунула его обратно в карман.

– Джек – имя капитана, – сообщил Эол.

– Капитана этого корабля? – Джоэл съехала по спинке кресла вниз.

– Подтверждаю.

Ну, конечно. Именно поэтому это словобыло написано на экране капитанской каюты, а вовсе не потому, что далы когда-то думали, что она, Кей, и есть Джек.

Хотя Эол все равно её слушается. Правда не как капитана, а как штурмана-навигатора. Джоэл показалось на секунду, что от этой истории она сходит с ума.

– Эол, капитаном во время твоего последнего полёта был Джек?

– Подтверждаю.

– Ты можешь проложить маршрут, чтобы вернуться к месту, из которого вы с капитаном Джеком прибыли?

– Подтверждаю.

– Эол, ты можешь мне сказать, кто такой капитан Джек?

– Некорректный вопрос. Попробуйте задать его иначе.

– Ладно, давай попроще: ты знаешь эту расу глотов? Ты технология глотов?

– «Эол» не является технологией глотов. «Эол» корабль людей.

Это, наверное, была самая лучшая новость, которую Кей слышала за последние 10 лет. Она вцепилась в обшивку кресла-апельсина и засмеялась. Успокоившись, она порадовалась, что никто её при этом не видел, и спросила:

– Эол, сколько человек может одновременно проживать на борту?

– До пятисот человек.

Время до утра Кей потратила на поиски способов подготовить резервуары для воды к погрузке льда.

Утром Горан, пришедший на дежурство, застал Кей за космическими картами.

– Как прошла ночная смена? – поинтересовался он. – На кухне Алан сделал дрожжевые булочки, если хотите…

– Горан, нам стоит вести бортовой журнал, – ответила Кей, проигнорировав булочки.

– Вот как? – особенностью детектива была правильно толковать фразы, сказанные невпопад, поэтому он присел и приготовился слушать.

– Ночью я спросила у Эола, есть на корабле уже существующий реестр. Как оказалось – есть. Единственная запись в реестре была сделана неким Джеком, которого Эол считает капитаном. И в этой записи содержится всего одна отметка, – чтобы не продолжать, и дать Горану взглянуть на всё собственными глазами, Джоэл раскрыла над цилиндром реестр.

Запись фиксировала, что Эол прибыл из пункта «дом».

– Эол сказал, что можно вернуться туда, откуда он пришёл, – продолжила Кей, как только Горан оторвался от реестра. – Я попросила Эол рассчитать маршрут, по которому мы сможем вернуться к месту отправки…

– Кей, – покачал головой Горан, – не принимай желаемое за действительное. Мало ли чей там дом…

– Эол, повтори это для первого помощника Горана! Ты технология глотов? – спросила Кей.

– «Эол» не является технологией глотов. «Эол» корабль людей, – ответила система.

Горан выругался и сел обратно в кресло.

Какое-то время они молчали.

– Допустим, у меня есть основания считать, что «Эол» действительно технология людей, – уклончиво сообщил Горан, – недаром некоторое оборудование космолёта совместимо с нашими приборами…

– Тогда в чём загвоздка? – Джоэл испытующе посмотрела на детектива.

– Я знаю, что ты хочешь сделать, Кей, – Горан закрыл глаза и сделал глубокий вдох. – Я не знаю, ждут ли нас дома?

Кей посмотрела на свои руки.

– Горан, давайте говорить откровенно, – Джоэл вздохнула и подняла глаза на детектива, – мы ведь ничего не теряем. Какая у нас тут альтернатива? Одним «Эолом» пытаться победить флотилию глотов? Если мы найдём другую планету, мы спасём всех. И это лучшее, что мы можем сделать. Просто поразмыслите об этом на дежурстве.

Горан не ответил.

Кей в итоге отправилась завтракать дрожжевыми булочками. У неё было полно дел на сегодня до заступления на новое дежурство.

Горан действительно размышлял весь день. И даже всю следующую ночь.

После бессонной ночи он попросил Кей созвать собрание. Он мог бы сделать это сам. Но в таком случае, это было бы собрание ПЧЕЛы, на которое пригласили Кей. А детектив не хотел, чтобы это выглядело таким образом.

Когда на мостик явились те, кого Кей пригласила в команду, Горан попросил всех сесть, а сам встал у двери и сложил руки на груди:

– Мы с капитаном Кей нашли место, из которого прибыл «Эол», – объявил он. – У нас есть основания полагать, что в этом месте обитают или обитали люди. Это место находится достаточно далеко. По подсчётам Эола нам понадобится около семи месяцев на дорогу в одну сторону, – детектив осмотрел собравшихся: пока никто высказаться не желал. – Мы используем «Эол», чтобы добраться до этого места. Если мы найдём там кого-то, кто сможет нам помочь – мы вернёмся с поддержкой; если мы найдём пригодное для жизни место – вернёмся за остальными; если мы не вернёмся – никто и никогда не узнает, откуда мы прибыли, это я вам обещаю.

– Детектив, как Вы любите драматизировать, – крутанулся на кресле Стево.

– Если мы туда полетим, то мне интересно в качестве кого, – Генри остановил кресло Стево. – Мы не представляем Правительство землян. Мы полетим как ПЧЕЛА?

– Нет, – твердо ответил Горан. – Наш полёт – это не проект ПЧЕЛы. Это частный полёт, во время которого мы будем экипажем «Эола». А нашей миссией – найти «дом».

– «Дом»? – переспроси Шаман.

– Так это место называет Эол, – пояснил Горан, избегая говорить про бортовой журнал: он обещал Кей, что пока это останется между ними.

– Горан, ты вообще понимаешь, что предлагаешь?! – лицо Анны налилось пунцовой краской. –Посмотри вокруг. Какие семь месяцев полёта? Люди на соседнем планетоиде еле держатся. Они не будут ждать, пока ты сгоняешь на завод, где изготовили «Эол». Они хотят уже сегодня вступить в ПЧЕЛу. Потому что ПЧЕЛА не абстракция, а у «Эола» здесь есть совершенно конкретное применение. Но тебя это не волнует. Ты же уже собрался лететь, так? И даже умереть и угробить крейсер, если вдруг где-то там окажутся какие-нибудь новые глоты или бормоглоты? А ради чего?! Что и кому ты хочешь этим доказать? Хочешь доказать Кей, что ты не меньше герой, чем она? Это правда так важно? Или ты просто ослеплён Кей и её гениальными идеями?

Джоэл была готова к тому, что кто-нибудь нечто подобное скажет. Горан просил её не реагировать. Поэтому она промолчала. А удар Анны принял на себя детектив.

– Если бы это было так, всё было бы гораздо проще, – прищурился он. – И я должен ещё кое-что вам рассказать, – Горан опустился в кресло-апельсин. – В тот раз, когда мать Дина позвала меня, она говорила со мной о пророчестве, – детектив откинулся на спинку кресла и без особого выражения продекламировал:

– Вообще-то я не особо верю в пророчества, – покрутил он бейдж у руках, – но верю в разные способы передачи информации. Стишок не показался мне выдумкой забавы ради. Скорее куплетом из песни, летописи…Предводитель «диких» сказала, что предсказание поможет мне сделать то, что я должен. И я стал искать корабль. Да, мне потребовалось перетрясти много всего, чтобы разобраться в этом четверостишие. Но, чтобы вы знали, здесь давно, – он сделал паузу, – о-очень давно, согласно свидетельствам с Марса, которые не были уничтожены глотами, находился порт.

– У Вас были свидетельства с инфицированного Марса? – спросил доктор.

– Разве что он был инфицирован свидетельствами, – ответил за детектива Стево.

– Когда я разыскал порт, найти в нём корабль было лишь вопросом времени. А вот с «героем», казалось, дела обстоят сложнее. Но когда появилась Кей, всё встало на свои места…У Эола есть миссия. А я должен помочь Кей.

– Горан, я понимаю, что Дин Вам этого не скажет, но кто-то должен. Вы уверены, что не принимаете желаемое за действительное? – вздохнул Генри.

Горан усмехнулся и поднял брови, кажется, намедни он о чём-то подобном спрашивал Кей.

– Знаешь, сколько бы я не желал заполучить крейсер типа «Эола», до этого раза у меня не получалось…

– Горан, а с чего ты взял, что это пророчество говорит про неё, а не про тебя? – Анна даже не посмотрела на Кей. – Я всегда считала, что «герой» это ты, что мы будем помогать тебе. А если ты решил вдруг помогать ей, то это твоё личное дело, – в этими словами Анна поднялась и покинула мостик.

Стево встал со своего места, чтобы пойти вслед за ней, но Горан остановил его:

– Я сам поговорю с ней после собрания.

Стево заколебался и замер на месте:

– Детектив, а если бы не Кей, а Вы были капитаном корабля, как бы Вы поступили? – спросил он.

На мостике повисло напряжение. И Кей, и Горан, и все остальные знали, что в той ситуации, в которой они находились, случись что с капитаном, его место занял бы Горан.

– Я бы сделал точно тоже самое, – спокойно ответил детектив, – садись, мы ещё не закончили.

Когда Стево вернулся на своё место, настала очередь Кей говорить.

– Давайте решим, кто летит, а кто останется. Вместимость «Эола» 500 человек.

Сказав это, она дала понять, что первая миссия «Эола» обсуждению более на подлежит. Они летят. И на корабле ограниченное количество мест.

– Кроме вместимости у нас ещё другая проблема, – добавил Горан, – Анна была права, мы не можем все улететь и оставить людей без поддержки ПЧЕЛы.

– Я правильно понимаю, что при любых обстоятельствах летит Кей и Вы, детектив? – уточнил Шаман.

Все глаза устремились на Горана. Он коротко кивнул.

– Тогда нам с Генри стоит остаться, – заявил Стево. – ПЧЕЛА без Вас долго не протянет.

– Стево, ты будешь нужнее на корабле, – сказал вдруг Шаман. – Ты всё это время занимался безопасностью. Я останусь вместо тебя. Я приведу бывших «диких», они пополнят ряды ПЧЕЛы. Только так мы сможем противостоять глотам и продержаться до возвращения «Эола».

Стево посмотрел на Генри.

– Отправляйся, – вздохнул тот, – Дин прав. Мы тут как-нибудь справимся.

– Профессор? – обратилась Кей к молчавшему до тех пор Бьорну.

– Если никто не против, почту за честь отправиться с «Эолом», – отозвался профессор. – Я просто не пойму, куда можно улететь за семь месяцев?..

– Я Вам потом покажу, – пообещала Джоэл. – Дин, Генри, – посмотрела она на мужчин, ей было не понятно, почему Шаман захотел остаться, но спрашивать при всех она не стала, – если нужна будет помощь, обращайтесь на базу «Восток», командир Джеймс надёжный человек.

– Спасибо, Кей, боюсь, помощь нам действительно может понадобиться.

Доктор, повар и начальник ремонтной бригады приняли решение отправиться с «Эолом». Так был сформирован костяк экипажа, который оправится в путь.

Разобравшись с основной миссией, команда «Эола» занялась решением конкретных проблем. Бьорн сообщил, что, находясь на теневой стороне астероида, корабль практически израсходовал не слишком большой ресурс батарей, которые тем не менее хранили заряд тысячи лет. Хорошая новость была в том, что батареи начнут заряжаться, как только крейсер снова окажется на солнце. По мнению профессора, Солнце в принципе должно было сыграть решающую роль, по крайней мере в начале их пути. Согласно маршруту, проложенному Эолом, корабль и команда пройдут расстояние до границ солнечной системы примерно за три с половиной месяца. В это время батареи и «парус» будут основными источниками питания крейсера. Далее «Эол» выполнит «скачок» на темной энергии. И хотя Бьорн говорил об этой энергии как о чём-то очень практичном, он признавался, что сам до конца не понимает, что это такое.

После прочистки технических шахт и проведения замеров, Стево сообщил, что сможет подобрать орудия подходящего калибра. И хоть его смущало отсутствие собственных боеприпасов на «Эоле», он всё-таки отправился на их поиски совместимых с корпусом крейсера земных разработок.

Генри достал дистиллированный лёд. Вообще-то льда в космосе, как минимум в пределах солнечной системы, было достаточно. Но никто бы не рискнул самостоятельно проводить анализ и нормализацию воды до безвредного для человека состояния. Кислотно-щелочной баланс, примеси тяжелых и радиоактивных металлов, инфекционные агенты – лёд перерабатывали большие дистилляционные заводы. На выходе они продавали чистую питьевую воду в виде льда (в который она со временем сама превращалась).

Поэтому перед погрузкой льда требовалось продезинфицировать резервуары. Если верить тому, что сказал Горан о пророчестве, выходило, что «Эол» пролежал на астероиде несколько тысяч лет. И даже думать о том, что за это время могло завестись в водных резервуарах, было страшно. Проблемы была в том, что дезинфицирующего средства у ПЧЕЛы не было, нужно было искать партнёров для сделки.

– Зачем нам вообще этот лёд, если воду на «Эоле» можно синтезировать? – спросила Анна.

После собрания Горану действительно пришлось проводить с ней долгую разъяснительную беседу. После чего детектив сообщил Кей, что Анна ещё раз всё обдумала и летит с ними. В этом Джоэл и не сомневалась.

– Это слишком энергозатратно, – пояснил Бьорн, мы могли бы синтезировать питьевую воду, но нам нужна вода для бытовых нужд и оранжерей. Нам выгоднее загрузить лёд.

– А как насчёт того, чтобы просто пройтись по резервуарам с огнемётом? – предложил Стево.

– Если бы всё можно было решить огнемётом, то никто бы не стал составлять эпидемиологический протокол, – вмешался доктор Рид. – Я, находясь в трёх месяцах лёта от последних человеческих границ не смогу вылечить тебя от какого-нибудь малярийного плазмодия тысячелетней давности, который затаится где-нибудь в плохо прожженном месте. Если предусмотрен туман и последующая взрывная очистка с кварцеванием, то так и должно быть.

Шаман смог договорился о покупке дезинфицирующего средства на медицинской станции. Он нашёл посредника, из бывших «диких». Единственное о чём просил Дин, так это отправить на станцию женщин, потому что по легенде они представляют какое-то феминистическое объединение.

Кого отправить на станцию на восстановленном «Вояджере», выбирать не пришлось. Джоэл и Анна были единственными женщинами, посвященными в подробности подготовки «Эола». Про очистку резервуаров никому кроме оперативной группы (включавшей кроме старших офицеров Анну, Алана, Али и Генри) не сообщалось, чтобы слухи про отправку не расползались раньше времени. И тем не менее Кей не особенно грела мысль лететь вместе с Анной. Пойди на станции что-то не так, Джоэл не была в ней уверена. Но другого выбора, похоже, не было.

– У тебя отличный «послужной список» для этой операции, – искоса посмотрел на Анну Горан; видимо это была одним им понятная шутка.

– Очень смешно, – ответила Анна.

– Послушайте меня внимательно, – прервал их Дин. – В ночное время на обратной стороне станции работает пункт неотложной помощи. Там принимают всех без разбора: кормят, лечат, моют. Но, естественно, никому ничего не раздают. За некоторыми исключениями. Вам нужно будет прийти с нашими канистрами. Подойти к палатке «Гигиеническая обработка». Спуститься с их человеком в хранилище. Наполнить канистры и улететь. Вход в хранилище с поверхности, поэтому вы должны быть в скафандрах. По этой же причине в хранилище нет гравитации, и с канистрами вы справитесь.

В общем-то задача казалась довольно простой. Кей бы и сама справилась, но остальные настояли на том, чтобы летели двое. Пока на «Вояджер» грузили канистры, Джоэл хотела поговорить с Шаманом, но он куда-то исчез, видимо, желая отложить некоторые объяснения на потом.

«Вояджер» следовал на пересадочную станцию, где люди ПЧЕЛы сменили ему опознавательный протокол, чтобы никто не смог отследить их путь. Только после этого Анна и Кей направились в пункт экстренной помощи. Во время полёта они фактически не разговаривали: Кей читала о феминистических организациях, а чем была занята Анна её не особенно волновало.

«Вояджер» совершил жесткую посадку, потому что порта на обратной стороне станции, где располагался пункт экстренной помощи, не было. Космолёты садились в пустыне. Люди выходили и шли к дверям пункта, возле которых, как и говорил Шаман, стояли палатки.

Среди остальных космолётов, севших в тот день на астероид, «Вояджер» был самым новым и мог считаться полностью рабочим. Кей это немного беспокоило: нельзя было спускать с него глаз, иначе им не на чем будет убраться отсюда. Она отошла от окна кабины и достала с закрытой верхней полки тонкий серебристый скафандр. Вставив в специальный карман блок системы жизнеобеспечения, Кей проверила связь. Анна слышала её и была готова. Кей заметила, что Анна проверяет заряд мини-бластера. Поймав её взгляд, Анна пояснила:

– Стево говорит, что нужно всегда брать с собой оружие.

– Правда? – вскинула брови Кей. – Только не пали направо и налево, тут взрывоопасно. Я вот в последнее время научилась обходиться без оружия, – Кей положила в карман для оружия запасной блок СЖО.

Когда они вышли на поверхность астероида, и люк за ними закрылся, Кей уже знала, что за ними наблюдают с соседнего космолёта.

– Меня волнует сохранность «Вояджера», – сказала она.

– Хочешь остаться его охранять? – спросила Анна, подразумевая, что командовать Кей будет на «Эоле», а здесь они на равных, и оставаться она не намерена.

– Ладно, будем держать его в поле зрения, – согласилась Кей. – Переключаюсь на местную частоту.

– Переключаюсь на местную частоту, – подтвердила Анна.

Они медленно шли по пыльной каменной плите. В темноте пустыни яркими пятнами впереди горели двери пунктов. Сзади оставалось тусклое аварийное освещение космолётов. Не упасть в кромешной тьме позволяла лишь ленточная подсветка, проходившая по внешней окружности лицевой части скафандра.