Пока не рухнут небеса

– Это я во всем виновата. Не думала, что Гильермо именно так воспримет наш договор.

Бруна опускает глаза и шумно вздыхает.

Да, первые месяцы во всем, что происходит со мной сейчас, я винила ее. Но моя вина в этом тоже неоспорима. Я должна была ее уговорить обратиться в полицию, а не звонить парню с сомнительной репутацией.

– Он все еще заставляет тебя работать в его агентстве по подбору персонала?

Брюнетка рисует в воздухе воображаемые кавычки, говоря о бизнесе Гильермо. Как оказалось, этот парень не только владеет авторемонтной мастерской, над которой располагается его квартира, но и агентством, где по всем документам работодатели могут найти для себя нового работника, а на самом деле Да Коста предоставляет эскорт услуги. Мне еще повезло, что в мои обязанности хотя бы не входит интим с клиентами, как у некоторых других девочек. Но мне и без этого хватает мерзостей на этой так называемой работе любезно предоставленной моим парнем. Только от одной мысли об этом меня начинает мутить.

– Да, Бруна. Я не только занимаюсь аэрографией в его гараже, но и развлекаю старых, богатых ублюдков.

Непрошеные слезы обжигают мое лицо. Бруна крепко обнимает меня.

– Прости, Ману. Если бы не моя дурацкая идея с отдыхом на Домерецзее, этого бы никогда не случилось с тобой.

Я громко всхлипываю и в этот раз даю волю слезам на плече своей лучшей подруги.

***

Узнаю этот взгляд фрау Фольц. Она явно недовольна моими пропусками без уважительной причины. К тому же, я уверена, что мой последний проект, мягко говоря, привел преподавателя в недоумение.

– Что с тобой происходит в последние месяцы, Эммануэль? – наконец начинает она этот тяжёлый разговор.

В кабинете художественного мастерства мы одни. Инкен встает из-за своего стола и усаживается на скамью возле меня.

– Я не понимаю, о чем вы, фрау Фольц. Просто эти дни я не очень хорошо себя чувствовала, поэтому и пропустила ваши лекции. – Беззаботно вру я, не смея даже посмотреть в глаза красивой блондинке, что сидит прямо передо мной.

– Ману, ты на себя не похожа. И это читается не только на твоем лице, но и в твоих работах. Когда последний раз ты рисовала? А твой проект? Даже старшеклассница бы справились лучше, а ты студентка второго курса факультета дизайна. Подбор цветовой гаммы никуда не годится. Свет распределен неправильно. Вся концепция твоего дизайна пришла в негодность.

Фрау Фольц на минуту замолкает, словно дает мне время обдумать ее слова. Мне чертовски стыдно и обидно слушать все эти замечания. И я знаю, что она права. Тот проект я делала в спешке. На его подготовку у меня была всего одна лишь ночь. Мемо не оставляет мне время на мою учебу.

– Я прошу прощения за то, что разочаровала вас, Инкен.

Хорошо, что все свои слезы я пролила вчера на кухне в объятиях Бруны. Сейчас я чувствую лишь полное опустошение и не дам волю своим эмоциям.

– Чтобы не происходило в твоей жизни, Ману, не забывай о своем таланте. Дизайн и художественное мастерство – это точно то, чем тебе стоит заниматься. Скоро итоговые экзамены. Пожалуйста, соберись. Ты же помнишь, что я обещала показать твои проекты моему другу, владельцу дизайнерского агентства?

Я согласно киваю.

– Да Инкен, я обещаю вам, что больше мои работы не будут вас так огорчать.

Улыбка фрау Фольц действует на меня успокаивающе. Через пару минут мы прощаемся, и я отправляюсь в кафетерий, где меня ждет Бруна.

***

– Да ты, спятила? – Бруна громко смеется, сидя за столом в центре кафетерия.

Она болтает с какой-то девчонкой из своей группы. Мы хоть и учимся на одном факультете, но на некоторых предметах не пересекаемся.

– Поверь мне, Риттер, этот парень его брат. Я слышала, как они пару дней назад препирались на парковке на испанском.

– С каких пор ты владеешь испанским?

– Моя бабушка живет в Мадриде, я немного понимаю этот язык.

Рыженькая собеседница Бруны ретируется сразу же, как только я подсаживаюсь к столу.

– Куда это она? – интересуюсь я, утаскивая с подноса Бруны баночку с йогуртом. Хотя уверена, что его она взяла точно для меня. Она терпеть не может персики, а этот как раз с персиковым вкусом.

– К черту ее! Несет какую-то чушь про брата Мемо.

– Еще одного Да Коста я точно не вынесу. – тихо проговариваю я, надрывая золотистую крышку молочного лакомства.

Весь оставшиеся день по возвращении в нашу с Бруной квартиру я слоняюсь по комнатам, понимая, что рано или поздно мне нужно будет вернуться в дом Мемо. Иначе он придёт за мной сам. Надеюсь, что сейчас он развлекается с другими девчонками и пока не вспоминает обо мне. Да, измены со стороны Мемо не редкость, но мне плевать на этот факт. Думаю, он это делает лишь для того, чтобы ранить меня. Если бы он только знал, как я молю бога, чтобы его очередное увлечение затянулось. Ревность к этому парню точно никогда не побеспокоит меня.

Когда часы на микроволновке оповещают о том, том уже десять часов вечера, я выхожу из квартиры предварительно переодевшись в шелковое, короткое платье, ботинки на толстой подошве и кожаную куртку. Хочу, чтобы Гильермо не думал, что меня так просто сломить. Да, я меньше этого парня в два раза, но внутри я все еще сильна. Поэтому сегодня я поговорю с ним о том, что он переходит все границы дозволенного, шантажируя меня нашей сделкой.

Не трудно догадаться, что в пятничный вечер гараж Да Коста превращается в место сбора берлинской молодежи. Я ума не приложу, как здесь помещается столько народа. Да, помещение довольно большое, но помимо танцующих и обнимающихся во всех углах людей разного пола, здесь еще стоят и тачки, которые Гильермо и его друзья ремонтируют и красят.

Как только я вхожу внутрь, в нос ударяет смесь ароматов. Алкоголь, сигареты, женские духи, машинное масло, автомобильная краска – все смешалось в какофонию аромата. Я никогда не привыкну к этому. Как бы я не старалась. Наша с Бруной квартира пахнет кондиционером для белья и освежителем воздуха, а эта вонь просачивается и на верхний этаж, где я вынуждена жить с Гильермо.

– О, Ману! Ты вернулась, детка? Отлично выглядишь! – позади меня вырастает друг Гильермо Ув Харман.

Я оборачиваюсь и вижу притворно-искреннюю улыбку на лице высокого блондина.

– Как дела, Ув? Твой член еще не отвалился от триппера? – дерзко говорю я и лицо парня перекашивает гримаса удивления.

Я редко дерзю этому парню. Хотя давно пора поставить его на место.

– Пока он не побывает у тебя во рту, он не отвалится, малышка! Скоро Мемо наиграется с тобой. Приходи я и мой член тебя утешим.

Ублюдок подмигивает мне и делает глоток пива из бутылки в своей руке.

– Даже если твой член и окажется у меня во рту, это будет для него последним пристанищем. – щелкаю зубами, намекая на то, что откушу его прибор в один миг.

Парень отшатываться от меня, как от прокажённой, а я теряюсь в толпе танцующих тел, выискивая глазами Мемо.

Пару секунд спустя я замираю на середине импровизированного танцпола, заметив в углу незнакомого черноволосого парня. Его руки покрыты татуировками, а на лице россыпь мелких родинок. Мне кажется или я где-то уже видела это лицо? Одна из местных шлюшек, кажется ее зовут Тильда, виснет на его шее, но по лицу черноволосого красавчика понятно, что он был бы рад обществу старой ведьмы из сказок братьев Грим, а не этой потаскушке.

Кто-то толкает меня локтем в бок, и я наконец сдвигаюсь с места, в этот самый момент незнакомый парень переводит взгляд на танцпол и я могу лучше разглядеть его лицо.

– Ты вернулась? – горячее дыхание Мемо проходится по моей шее сзади.

Я даже не успеваю ответить, как парень резко разворачивает, меня и, грубо прижав к себе, целует. Его язык по-хозяйски вторгается в мой рот, оставляя там вкус сигарет и водки.

– Нам нужно поговорить!

Мне все же удается вырваться из его хватки, но Мемо не намерен меня отпускать. Его длинные пальцы смыкаются на запястье моей левой руки, и он практически силой утаскивает меня с танцпола.

– Три дня мои яйца трещат. Сначала я трахну тебя, Ману. – Кричит он, пытаясь перекричать бит, и я слышу смех двух девушек за моей спиной.

– Черта с два! Сначала мы поговорим!

Я пытаюсь тормозить пяткам ботинок, но этот ублюдок просто поднимает меня на руки и несет по лестнице в свою квартиру.

Ненавижу его!

Глава 4. Хави

Я лежу под грудой металла, имя которой давно стерлось в истории производства автомобилей. Но старушка, что приплатила мне десять евро сверху, умоляла пробудить эту клячу от спячки. И вот уже битый час я копаюсь с тормозами, пытаясь сохранить им обеим жизнь.

– У нас еще две тачки в гараже. – Брат толкает мою ногу, и я выезжаю из-под машины, чтобы нарваться на его взгляд со сведенными у переносицы бровями.

– Я знаю, но я обещал подлатать колымагу.

– Заканчивай. Ею займется Стэккер. Ты мне нужен.

Мемо ждет, когда я отброшу ключ, что в руке и поднимусь с тележки. Я делаю, как он просит, и обтираю ладони о штанины своего комбинезона.

– Доволен? – слегка издеваюсь я, не понимая, какого черта он обращается со мной как король с прислугой.

Разница в возрасте у нас небольшая и я могу заткнуть его без особых усилий. Только надо ли мне это?

– Вполне. В следующий раз, все заказы производи через меня. Понял?

– Ты хорошо объясняешь.

– Молодец.

Он снимает с бетонной колонны папку, и помечает в ней, какую работу я провернул. Не будь Мемо хоть наполовину моим братом, я бы выбил из него всё самодовольство. Возможно, когда-нибудь, мы схлестнемся не на шутку.

Часом позже, я переодеваюсь в свою одежду, проверяю на месте ли ключи от моей раритетной красотки и выхожу на воздух, что дурманит весенними ароматами. Толстовка пропускает прохладу и по коже проносятся мурашки, оставляя после себя тонну неприятных ощущений. Перед тем как сесть за руль, сминаю козырек бейсболки и проверяю телефон на наличие сообщений. Удо сфоткался в трусах, что подарила одна из его бывших подружек, и подписал:

«Кто желает посмотреть, что под ними?»

Я прикрепил смайл с рвотным позывом и получил от него дюжину средних пальцев. Улыбнувшись, я уже собираюсь закинуть телефон на приборную панель, но вижу имя Тильды на экране и, сомневаясь пару секунд, отвечаю на звонок. Девчонка откровенно предлагает мне развлечься и незаметно увести меня в ночь. Мне по нраву такой расклад. Сегодня он кстати. Из-за Мемо, я полдня проковырялся в двигателе, потом налаживал коробку передач, а мог бы возвращать былую силу старенькому седану. Что же, его автомастерская – его правила. Надеюсь, ненадолго.

***

Кататься по Берлину одно наслаждение. Будучи в Мадриде, я не мог себе позволить такого удовольствия, так как все дни проводил на винограднике. В город выбирался лишь за новыми кроссовками или рубашкой.

– Как делишки, друг? – Удо усаживается на пассажирское сидение и сразу же прикуривает.

Я ,по обыкновению, забираю его из родительского дома, где, помимо матушки, здоровяка обхаживает бабуля-экономка и он оттягивается на всю катушку в моей компании или наших общих друзей.

– Отлично. Поделишься? – я откидываю правую руку в его сторону и жду, когда он даст сигарету.

Удо прикусывает свою зубами и любезно поджигает мою. Я жадно втягиваю никотин и медленно выпускаю дым в открытое окно.

– Какие планы на сегодня? После вечеринки в гараже?

Он настраивает радио.

– Тильда.

На мой ответ друг смеется и демонстрирует кулаком и ртом, на что способна эта татуированная прилипала.

– А ты везунчик, Да Коста. Даже у меня нет такой преданной фанатки.

– Так в чем дело? Приручи кого-нибудь.

Мы проезжаем Моц-штрассе и музыка из автосервиса путается в кронах деревьев, что служат некой шумоизоляцией. Я не в курсе, как Мемо удается сглаживать конфликт с соседями, что жалуются на наши крики. Но в чем я уверен на миллион процентов, у него в полиции имеется прикормленный лейтенант.

– Глянь, твоя малышка, уже поджидает тебя у входа.

Удо дергает головой и шарит по карманам в поисках презервативов и, найдя их, с улыбкой до ушей, пересчитывает на глаз.

– Хватит, не переживай. Не стольким цыпочкам, хочется узнать, что в твоих трусах.

Удо цокает языком, и, толкнув меня плечом в плечо, покидает салон «БМВ». Я не тороплюсь, хотя Тильда уже сделала взглядом дыру в лобовом стекле. Отчего-то меня больше прельщает идея свалить, проколесить всю ночь и подрачить самому себе в туалете, чем быть тут. Но я тут и никуда не мчусь. Бейсболка благодаря моим усилиям, опускается ниже и все, кто меня встретит на пути, смогут увидеть только мой подбородок.

Отголоски собственных шагов отдаются где-то в пояснице. Тильда мгновенно льнет ко мне и знакомит с какой-то коротко стриженной девчонкой в высоких сапогах. Я улыбаюсь, как положено джентльмену и, взяв Тильду за талию, захожу в гараж. На ремонтируемых машинах огромные тканевые полотна. Там, где обычно лежат ящики инструменты, располагается мини-бар. Мемо проверяет размер груди крошки, что как по мне, только-только окончила школу и своим оскалом, веселит таких же малолетних подруг. Тильда шепчет, что хочет пиво. Я оставляю ее и пробираюсь к столу с напитками. Взяв две бутылки темного Лагера, возвращаюсь и протягиваю ей, желая, чтобы она меньше болтала. Мотив в сабуферах меняется, и помещение заполняет странноватая медленная баллада. Я взираю на заполненный танцпол, замечая девчонку в коротком платье, и тяжелых ботинках. Она также, как и я, застывает на долю секунды, и мы рассматриваем друг друга. В такой полутьме, я успеваю оценить ее ноги и мысленно представить какого цвета у нее глаза. Карие, щелкает мое воображение, рисуя всю палитру схожих оттенков. Я удивляюсь сам себе, зациклившись на той, что всего на мгновение приковывает мое внимание. Мемо вмиг оказывается позади невысокой шатенки и по-свойски дышит ей в шею. По всей видимости, наш с братом вкус нашел точку соприкосновения. Но по какой-то неведомой причине, я хочу, чтобы она оттолкнула его и подошла ко мне. Этого, конечно же, не происходит.

– Хави, я надела твои любимые трусики. Белые с красными вставками. – Тильда поднимает шум у моего левого уха, и я немного отстраняюсь.

– К тебе или ко мне? – без отступлений спрашиваю я и огонек, пляшущий в зрачках Тильды, опаляет радужку.

– Ко мне. – Она тянет за собой, и я напоследок кручу головой в поисках своего секундного помутнения в лице испуганной незнакомки.

В толпе сложно кого-то распознать и у меня не получается получить тот одинокий взгляд.

Спустя время, я изображаю, что мне хорошо в объятиях Тильды. Стены ее квартиры, пропускают малейший шум, но хозяйке плевать. Сидя на мне верхом, она громко кончает и опадает на мою грудь, покрывая мое лицо темными волосами, пахнущими лавандой и мятой.

– Ты великолепен. – Губы девчонки ласкают мои ребра, но я не придаю этому значения. Потолок кружится подобно карусели в парке аттракционов, и я зажмуриваюсь.

– Ты как? – снова повторяет Тильда, всё еще находясь на моем члене.

– Лучше не бывает. – Я подаюсь вперед, чтобы снять с себя наездницу и недовольство сочится из ее уст, как мед по стопке блинчиков.

– Опять не останешься на ночь? – Тильда не удосуживается прикрыть наготу, карабкаясь за мной по кровати.

– Нет. Завтра мне нужно быть в колледже рано утром.

Трусы, джинсы, носки, футболка и толстовка, собраны мной в охапку, и я направляюсь с ношей к дивану, на котором быстро одеваюсь.

– Может, хотя бы в выходной уделишь мне чуть больше своего времени? – Зомерс, никак не уймется. Предсказуемо и скучно.

– Среди недели у меня занятия, вечера и выходные я в гараже. Когда могу, я пишу тебе.

– Когда хочешь секса, да, пишешь.

– Слушай, я могу не звонить и не писать. В чем проблема?

Я встаю в полный рост, и Тильда усмехается, подобно мегерам из субботнего шоу Лукреции Графф, что часто крутят по кабельному каналу. Осадок от того, что я вновь поддаюсь животным инстинктам с Зомерс, начинает съедать меня изнутри. Какого хрена, я раз за разом оказываюсь с ней наедине?!

– Ты проблема, Хави! С самого первого дня нашего знакомства. Потрахаешься и сваливаешь, как паршивый…– она подбирает слова, отчего ее губы то раздуваются, то вытягиваются в ниточку. – Козел!

– Спасибо за секс, Ти, сладкий снов. – Грубо и прямолинейно говорю я. Уж простите, что настолько бестактен и резок.

Подушка и фотография в рамке, летят мне вслед, вкупе с отборными ругательствами Зомерс. Спускаясь по лестнице, я улыбаюсь, вспоминая стройные, аппетитные ноги кареглазой (моё мнение) девчонки.

***

Грохот пустых бутылок, остается где-то за пределами квартиры. Тусовка в гараже давно превратилась во всеобщую пьяную ночевку, но Мемо, как водится, предпочитает отсыпаться в своей постели. Я разуваюсь, бесшумно двигаюсь по коридору, что напрямую связан с гостиной и кухней, и застаю брата у холодильника.

– Получил, что полагается? – интересуется он, отпивая из коробки – тетрапак апельсиновый сок.

– Да, мечтаю поспать хотя бы пару часов.

– Валяй. А у меня ночка только начинается.

Я не понимаю, что он имеет в виду, но не лезу с расспросами. Мне даром не сдались подробности о его похождениях. Замечаю лишь на костяшках его пальцев ссадины и надрезы.

– Ты дрался? С кем?

– Так, мелкое недопонимание. Теперь всё вошло в русло.

– Окей, твои заботы. Если надо будет кого-то конкретно привести в чувство, сообщи. Порой, руки чешутся.

– Учту.

Уходя, он прихлопывает меня по плечу. По крайней мере, одно семейное сходство.

Глава 5. Ману

Гильермо, как обычно, не обращает внимания на мои всхлипывания. Я прижимаю колени к груди и закутываюсь в одеяло. Пару минут назад он выкинул второй использованный презерватив в мусорное ведро в ванной комнате, что прилегает к его комнате.

– Ты что-то хотела мне сказать, детка?

Его неуместная нежность режет мой слух. Я плотнее закутываюсь в одеяло и глубоко дышу, чтобы успокоиться. Он прав, я шла сюда для того, чтобы поговорить, а не опустошать его яйца от спермы.

– Ты злоупотребляешь условиями сделки. – Неуверенно произношу я и зажмуриваюсь.

Тишина, повисшая в комнате, не сулит ничего хорошего. За эти месяцы я слишком хорошо узнала реакцию Гильермо Да Коста на мои сопротивления.

– Серьезно? Ты так считаешь, Эммануэль?

Плохой знак. Чертовски плохой знак. Я уже ненавижу то, как звучит мое полное имя. Мемо снова зол на меня.

– У меня проблемы с учебой. Я не успеваю заниматься проектами из-за работы в твоем агентстве.

– Значит оставь колледж. Я разве мало тебе плачу за рисование на тачках и за то, что ты обчищаешь бумажники старых извращенцев?

Я сжимаю кулаки под одеялом, представляя, как они смыкаются на шее Мемо.

– Я.Никогда.Не оставлю колледж. – Отчеканиваю я и, набравшись смелости, поднимаюсь с кровати. Собираю свою одежду с пола и направляюсь в ванную комнату.

– Куда ты отправилась, Ману?

Тяжелая рука Гильермо ложится на мое плечо и парень заставляет меня повернуться лицом к нему.

Его издевательская улыбка наливает все внутри меня свинцом.

– Я приму душ и вернусь в нашу с Бруной квартиру. Ты же получил то, чего хотел?

Дерзко вздёргиваю подбородок, делая вид, что не боюсь его уничтожающего взгляда, а на самом деле мои ноги дрожат.

– Ты останешься здесь, Ману. – Слишком спокойно произносит парень с синими глазами, которые своей глубиной выдают его гнев.

Гильермо делает шаг, а я отступаю назад, оперевшись спиной в стену. И почему я решила, что моя уверенность не улетучится, как только я окажусь в его доме? Сегодня бы он точно не вспомнил обо мне и развлёкся бы с парочкой девчонок с вечеринки. Но, я как последняя идиотка решила, что смогу не струсить и высказать Мемо всё.

– Ты моя девушка, Ману и должна находиться здесь. – Слегка наклонившись вперед шипит он у моего левого уха.

– Но я не твоя собственность, Да Коста! – напоминаю я.

Его кривая ухмылка заставляет меня стиснуть зубы.

– Нет, Эммануэль, ты моя собственность. – Твердо произносит парень и что-то еще добавляет на испанском.

– Я ухожу. Найдешь себе развлечение на всю ночь в своём гараже.

Я разворачиваюсь на девяносто градусов и в этот самый момент перед моим лицом кулак Мемо врезается в стену.

– Прими душ и возвращайся в постель, детка. А я принесу чего-нибудь перекусить.

Его язык проходит по мочке моего уха, а внутри меня все клокочет от страха и ненависти к кудрявому ублюдку. Через пару секунд я остаюсь в комнате одна. Но это продлится не долго. Уже через полчаса Мемо захочется снова воспользоваться моим телом.

***

Когда я открываю глаза, моего ночного мучителя уже нет рядом. Облегченно вздыхаю и, мечтая о чашке крепкого кофе, спускаюсь вниз. На середине лестницы замираю, услышав шум, что раздается с кухни. Черт! Мемо еще в доме. Этот парень просто обожает утренний секс и его майка, что надета на мне, точно не спасёт меня от его напора. Да я не уверена, что и скафандр спас бы меня. Смотрю на часы в гостиной и понимаю, что у меня не так много времени, если я хочу сегодня попасть на лекцию фрау Фольц.

Морально подготавливаю себя к неизбежному и смело спускаюсь с лестницы. Завернув на кухню, удивлённо замираю. У холодильника стоит парень. На нем только тренировочные штаны, и мне открывается отличный вид на его широкие плечи. Взгляд скользит по рукам незнакомца. Татуировки. Много татуировок и мне так хочется рассмотреть их ближе.

– Ты еще кто такой, черт возьми? – спрашиваю я.

От неожиданности высокий незнакомец захлопывает дверцу холодильника и смотрит прямо на меня.

– Меня интересует тот же вопрос.

Парень открывает пакет с молоком и приникает к горлышку, жадно глотая его содержимое.

– Гильермо знает, что ты хозяйничаешь в его холодильнике?

Стараюсь перестать рассматривать черноглазого красавчика и подхожу к кофеварке.

– А давно ли мой брат пускает в дом школьниц? Неужели уже не в силах соблазнить куколку с мозгами?

Его тон и высокомерный взгляд, приводит меня в чувство, лучше ледяного душа. Коробка с молоком, вновь оказывается у него перед лицом, а во мне закипает гнев.

Но в следующую секунду до меня доходит смысл сказанных им слов. Брат?

– Он ночами помогает мне с домашней работой.

Я выдаю свою самую мерзкую улыбку и едва не ломаю кнопку кофеварки своим нажатием.

– Изучаете анатомию человеческого тела?

Брат Мемо наконец утолил свою жажду и движется к шкафчику, за которым прячется мусорное ведро. Мы оказываемся на одном уровне, и я могу разглядеть его лицо вблизи, как и татуировки на левой руке. Мне удается прочитать одну из надписей на его теле.

– Извини, но кофе я сварила только для себя, малыш.

Захватив свою чашку, покидаю кухню с довольным лицом. Хотя бы одного из Да Коста мне удается поставить на место.

***

Неожиданная встреча в доме Мемо выбивает меня из колеи на весь оставшиеся день. Вместо того, чтобы слушать фрау Фольц и ее восторженные эпитеты к картинам Кандинского, я думаю о парне с взъерошенными черными волосами на голове. Его глаза такие тёмные, что граница зрачков едва различима. А его жилистое тело заставляет и сейчас мое сердце сбиваться с ритма. Он явно занимается каким-то спортом. Откуда, черт возьми, его знает Тильда, а я за всё это время, что живу с Мемо, вижу его в первый раз.

Странно чувствовать досаду по этому поводу. Он брат человека, которого я ненавижу каждой клеткой своего тела. Какого черта меня напрягают его отношения с кем бы то ни было? За десять минут до конца лекции мне все же удается включиться в беседу, и я вступаю в обсуждение главных принципов абстракционизма. Инкен довольно улыбается, когда слышит мой голос.

Когда звенит звонок, оповещающий о конце очередной лекции, я вспоминаю слова рыжей одногруппницы Бруны о том, что она видела двух братьев Да Коста, спорящих на парковке кампуса нашего колледжа. Неужели брат Мемо учиться здесь?

– Только этого мне не хватало! – ворчу я, засовывая тетрадь в свою сумку.

Глава 6. Хави

День или два спустя, после встречи с незнакомкой в майке Мемо, я выскакиваю следом за братом из двери нашей квартиры и торможу его у входа в гараж.

– Слушай, а что за девчонка расхаживает в твоей одежде у нас в доме?

Мемо саркастично усмехается и, толкнув ногой обшарпанное дверное полотно, заплывает в мастерскую, где уже трудятся все его дружки.

– Очень уместный вопрос, парень, – брат проверяет в журнале смен, все ли отметились вовремя, и размещает шариковую ручку у себя за ухом. – Она, я бы сказал, мой приятный бонус. Теперь мне не приходится скучать ночами. Понимаешь?

– Да, я слышал, как вы развлекались утром. Хотя бы скажи, как ее зовут.

– Эммануэль. Но для самых близких, она Ману. Ты не запоминай, тебе это не пригодится. С нее есть прок только в постели, а так, – он задумчиво хмурит брови. – Черт, я даже не знаю, чем она увлекается, на кого учится, да и плевать.