Oкно в ночь

Смерть – весёлая улыбка

* * *

Смерть – весёлая улыбка

Только танец

только танец

Ах, как весело и зыбко

Наводить на кость румянец

Счастья полная планета

Только танец

только танец

Эй, прорвёмся без билета

В хороводы нежных пьяниц

Я душой цветок без стебля

Только танец

только танец

Прочь безносого констебля!

Выше череп,

оборванец!

1972–1973

Сожги бесполезное «это»

* * *

Сожги бесполезное «это» —

Влагу в твоей гортани

Сойди в раскалённое лето

Где нет разлук и свиданий

Смотри на листву —

целый ком их,

Зачёркнутых осенью лиц

Близких

чужих

и знакомых

Кошек, собак и птиц

Смотри, как ветер играет

Этой сухой листвой

До самого полнит края

Взгляд обнажённый твой

А ну-ка,

любезный и быстрый,

Жёлтым сюда плесни!

Брось в меня прямо

как выстрел

Прахом чужой весны

Груда на грудь навалится

Что золота листьев лепей?

Дай, погружу я пальцы

В персть,

что легка, как пепел,

Дай пережить, что станется,

Когда буду брошен ниц

О, как люблю я танец

Высохших жёлтых птиц…

01.04.1987

Свистят круговые сажени

* * *

Свистят круговые сажени

До зелени жадной косы

Тугие спирали движений

Сжимают пространство в часы

Сжимают поляну до тела,

Готового замертво лечь

Травой, что вчера зеленела

А завтра – в ревущую печь

И в центре последней спирали

Как вялая тёплая слизь

Ползёт из-под кованой стали

Косой рассечённая жизнь.

1998

Опусти свои руки

* * *

Опусти свои руки

В грохочущий вихрь воды

Чтобы холод упругий

Их сладко и больно сковал

Опусти своё сердце

В клубящийся понизу дым

Чтоб измученным телом

На землю упасть наповал

Полюби эти скалы – чугун в череде облаков

И как пахнет тоскою

Полуразложившийся труп

Потому что лишь это —

Тебе до скончанья веков

Лишь ветрам целовать

Уголки твоих высохших губ

Ты не знаешь ни места

Ни времени этого сна

О себе ничего

Не прошепчешь суровой земле

Только словно невеста

Стоит над тобою сосна

И душе напоследок

становится как-то теплей.

2000

Мир сомкнётся за твоей спиной

* * *

Мир сомкнётся за твоей спиной

За тобой задёрнется как штора

Мир тебя поглотит

словно ночь

В переулке поглощает вора

Переулок – весь твой странный мир

Нем и крив и нестерпимо вздорен

Серый месяц – вытертый до дыр

Половик в небесном коридоре

Как из бездны этой моросит

Зябкий дождик на живые плечи…

И не иссякает, паразит!

Вздрогнуть – миг, а подлый дождик – вечен

Вздрогнешь – ты, но вечно

всё кругом

Всё, что неподвижно, всё, что мёртво

Жди, и вдруг окажется врагом

Собственная тайная аорта

И тогда сомкнётся за тобой

Смерть твоя как шёлковая штора

Смерть тебя поглотит словно ночь

в переулке поглощает вора

1989

Ты ляжешь спать и будешь уничтожен

* * *

Ты ляжешь спать и будешь уничтожен

Проснёшься в «нет» – и бледная весна

Из недр земли придёт к тебе на ложе

Допить остаток жизненного сна

В твоих зрачках застывших отразится

Рассветный край багрового огня

И я приду

Примчусь к тебе как птица

Как слабый запах скошенного дня

Твой холод нем и неподъёмны руки

Но ты греби к тем дальним островам

Куда зовут, как песня, эти звуки

Слепых камней

Катящихся по рвам

1999

Меня отрыли в земле

* * *

Меня отрыли в земле

Ударило сильным тлением

Рваная кожа – кора

В руках истлевший Коран

Какой-то странник взглянул

Испуганно отошёл

На согнутые колени

Мне брошен жёлтый цветок

1974

Мой друг утонул в глубокой земле

* * *

Мой друг утонул в глубокой земле

Плывёт он скелетом среди камней

А я пока наверху, в тепле

Живу, не считая до смерти дней

Бездумно время летит, летят

Секунды с пульсом моим в унисон

И лишь иногда, как электроразряд,

Безумный страх пробивает мой сон

Я вдруг понимаю, что в чёрной дыре

Неведома дата календаря

И значит все, кто теперь в игре

Живут напрасно и дышат зря

27.10.2003

Здравствуй, серый, тихий, неподвижный

* * *

Здравствуй, серый, тихий, неподвижный,

Замерший навеки у черты

Отрекаюсь, словно Пётр, трижды

От того, что мной являлся ты

Ты – мой труп

За этой тусклой маской

Утверждался центр бытия

Не поверят…

Словно в страшной сказке

Мы вдвоём средь ночи – ты и я

Только ты!

Я снова стал тобою

Разомлев на мраморном столе

Как корабль, снаряжённый судьбою,

Ты готов к пути в кромешной мгле

Ты – мой труп, недвижная галера,

Точкой уходящая в нежизнь

И с тобой в цепях железных Вера

И Любовь

до траурной межи.

1999

Мы постигаем правду в меру смерти

* * *

Мы постигаем правду в меру смерти

Как горечь в послевкусии молитвы

Пока живём, ещё не смеем смерить

Свои сердца с её могучим ритмом

Но существуем как её изнанка

Как негатив любительского снимка

Что щёлкнут на перроне полустанка

Возникшего минутною запинкой

Мы думаем о ней как о запинке

Об остановке где-то в чистом поле

О превращениях трепетной былинки

В круговороте жизни – и не боле

Но существуем только в эту меру

Бесследности, безмолвия, забвенья

Непостижимый миг рождает веру

Из вечности выковывая звенья

2001

Какой-то свет

* * *

Какой-то свет

Какой-то странный звук

Являющийся в тёмном изложеньи

И гулко отдающийся в сердцах

Я выразить хочу природу жженья

Которое обрушится на кожу

За горизонтом сна

Где мы лишь прах

Я выразить хочу немыслимую точку

В которой нет начала и пути

Где только ночь перед рассветом

Где только сон перед расстрелом

В которую нам надлежит уйти

Слепящий свет

Металла ржавый звук

Пришедший через сумрак разложенья

И гулко отдающийся вокруг…

2001

Сквозь вопли взламываемых автомобилей

* * *

Сквозь вопли взламываемых автомобилей

Через ночную черноту бульваров

Приходит знание, что тебя убили

В нелепом тупике, в случайном баре

Приходит весть под грохот водопада

И на часах застопоривает стрелки

Приходит весть, и стены тихо падают,

Нуждающиеся давно в побелке

Приходит смерть как грохот водопада

И я хочу туда, в тупик, в тот самый,

Хочу увидеть дверь в пределы ада

И проституток в импульсах рекламы

И то пятно, неброское на сером,

Где расплескалось сердце по асфальту

Хочу, хочу, расплющивая нервы,

Зубами ощутить хочу я сталь ту

Ад ни к чему совсем с такой вселенной

Такой тяжёлой, что ломает плечи

И отчего-то вдруг я на коленях

Своею кровью почему-то мечен

И гром в ушах как грохот водопада…

2000

Когда придёшь – и если ты придёшь

* * *

Моей жене

Когда придёшь – и если ты придёшь

Как знак, что самый страшный сон не вечен —

Всего в двух метрах от твоих подошв

Внизу

Я потянусь к тебе навстречу

Я буду знать, что это твой привет

Меж нами держит приоткрытой дверцу

И твои слёзы

Лёгкие как свет

Прожгут песок к исчезнувшему сердцу

Ты шёпот мой услышишь из-под плит

О том, что там

Мне неотвязно снится

Какое небо надо мной горит

Какой простор в моих пустых глазницах!

И в этой ровной необъятной мгле

Мой смертный тлен охватывает ужас

Когда тебя не будет на земле

Я под землёй

Себе

Не буду нужен.

2000

Химеры на беззвучных лапах

* * *

Химеры на беззвучных лапах

Ползут к союзу параллелей

Миры без меры горький запах

Точат в пустом пространстве сна

В объёме крайнего страданья кто были мной,

Давно истлели

И только в чёрных водах Леты

На леске кружится блесна

Я словно не был… словно не был…

Замкните вечность в синий вечер!

Я знаю – там за расставаньем,

Сияет бешеная ночь

Но в миг союза параллелей

Я чёрным заревом помечен

И этот след мгновенной тайны

Бездонной тьме не превозмочь

1999

Женщины – зеркала

* * *

Женщины – зеркала,

В которые смотримся мы,

Могучие как скала,

Ласкаем тела немые

И лижем их горький мёд,

В них погружая губы.

Мы – брошенный в мир народ,

Чувственные и грубые…

Мы рвём их прозрачные нервы,

Свирепо стуча по гитарам,

И каждый становится первым,

Прежде чем стать старым…

Остывшие наши тела

Потом забирает ночь,

И женщины-зеркала

Ничем не могут помочь.

2002

Верила – шла во тьме, простирая руки

* * *

Верила – шла во тьме, простирая руки

Зябкий ветер с просёлка платком играл

Верила – а он просто играл тобой от скуки

Веру твою речами жидкими крал

Что тебе остаётся в огромном пространстве

Сверху звёзды, и ты на дороге одна

Только лечь в незамысловатом своём убранстве

На земле, откуда и смерть не видна

И гонимая ветром, тоскою и болью

Всё же примешь покров всепрощающей тьмы

И с просёлка свернёшь в необъятное поле

Где бесплотными толпами ждём тебя мы

2002

Роняла на листья

* * *

Роняла на листья

Осенний ранет

Печальная яблоня

В белом платке

Коричневой вязью ковры по тропинкам

В коварные нити вплели стрекозу

Но тёмные кроны насмешливых вишен

Устало зарекшись кого-то любить

Дрожали в обиде всё тише и ниже

Осенняя бедность клонила лозу

Колоннами солнце размерило утро

На льду словно дымкой припухлого рта

И мёртвая яблоня сонно пролила

В жемчужный подарок на листья слезу

1975

Чудский лес напряжён и тёмен

* * *

Чудский лес напряжён и тёмен

В небе – месяца круглый ужас

Окровавленный заяц в истоме

Подползает к замёрзшей луже

По болотам, в сосновом гуле,

Там, где в белом – бурые плеши

Скачут юные ведьмы – косули

Злые рыси играют в леших

А над хмурой лесной рекой

Чья-то тень поднялась к облакам

И огромной нелепой рукой

Сыпет снежную манну волкам

1984

Слеза древней воды

* * *

Слеза древней воды.

Слеза бездонней!

Когда она решает вдруг пролиться

Прозрачная основа мира тонет

В едва заметной блёстке на реснице…

В бессильно нежной этой сфере света,

В которой, как пружина, сжато сердце

Любая песня до конца допета

И заперта на ключ любая дверца

Исхода нет

И нет конца и края

У этой страшной крепости страданья

Где за отсутствие вины карают

И смертный дух обкладывают данью

Пока слепая вдруг не вспыхнет ярость

Целительно всё рвущая на части

И сердце

Словно чёлн поставит парус

Чтобы скользить

По юным водам страсти

2000

Спасись и цвети

* * *

Спасись и цвети,

Зарёю созревшая дева

Лярва,

Ставшая розовой тучей,

Сквозь осовелые губы

Пушистым клювом проталкиваешь лепет языка

Теперь ты – лодка, только и всего!

Я поставлю на тебя красный парус жертвенной простыни