Необыкновенные куры для лучшего фермера-птицевода

Я заставила себя подойти по траве к домику и отпереть дверцу. И тут у меня перехватило дыхание. Внутри на жёрдочке преспокойно сидела Генриетта. Она открыла один глаз и посмотрела на меня. Я развернулась и припустила прочь к дому. Добежав, я заперла за собой дверь. Согласись, я поступила разумно.

Когда папа пришёл подоткнуть мне на ночь одеяло, я ждала, не заговорит ли он о курице. Но он ничего не сказал. Вряд ли это он закрыл дверцу.

Знаю, надо рассказать им обо всём. Но мне так хотелось немного помечтать, будто у меня появилась своя курица. Хотя, конечно, не стоило долго тянуть. Наверное, теперь будет труднее признаваться.

Te extraño mucho[7],

Софисита

12 июня

Мистеру или миссис, рассылающим каталоги

Редвуд – товары для фермеров

Грейвенстайн, Калифония 95472

Уважаемые господа, продающие необыкновенных кур.

Послушайте, наверное, мама была права, предупреждая меня, что не следует писать сгоряча. Мне очень жаль, что я всё это вам наговорила. Может быть, у вас тоже дел по горло. Но теперь мне и правда очень нужен ваш совет, даже больше, чем ваш каталог. Вчера вдруг сама собой появилась курица, возможно, одна из ваших, потому что она в самом деле необыкновенная. Мои родители наверняка всполошатся, а мне очень важно знать, что теперь делать. Как поступать, если найдёшь курицу? Так же, как с найденной собакой? Кур тоже отправляют в приют? А что, если она ваша? Хотя наверняка не скажу. Не могли бы вы поскорее приехать и забрать её?

С уважением,

Софи

P. S. Не беспокойтесь, я решила сходить в библиотеку, возможно, там есть что почитать об уходе за курами. Но я не дурочка, не проговорюсь, что у меня не просто курица, а особенная.

P. P. S. Она маленькая, беленькая и странноватая. Да вдобавок жутко громкоголосая – это ещё одна проблема.

12 июня

Мистеру Джеймсу Брауну

Кто знает куда?

Дорогой двоюродный дедушка Джим, помнишь ту курицу, о которой я тебе рассказывала? Она обладает особой Силой.

Конечно, можешь мне не верить, но мне кажется, что она была твоей, так что тебе-то об этом должно быть известно.

Во-первых, утром домик-курятник оказался не там, где я его вчера вечером оставила. Теперь он стоит на четырёх пеньках и очень крепко на них держится. Я сперва решила, что это папа его перенёс (мама всё время работает и почти не выходит из дома), и не на шутку встревожилась, ведь я не рассказывала родителям о курице. Но потом вспомнила, что папа сразу после завтрака уехал в город. К тому же дверь была заперта на засов, а я вечером оставила ее открытой. Это меня встревожило. Я бросилась искать Генриетту, а когда, обойдя большую кучу мусора, вернулась назад, дверь была открыта.

Я чуть не пустилась наутёк. Только глухие дети из фильмов стоят и ждут, пока злобные чужаки их сцапают. Но где же Генриетта? (Так я её назвала. Надеюсь, она не против.) Нельзя её оставлять одну, если рядом опасные злодеи!

Вдруг из домика раздалось тихое постукивание. Я похолодела. Генриетта высунула голову в дверь, а потом спрыгнула на землю и заквохтала, совсем как большие куры. Я тихонечко цыкнула на неё, но глаз с неё не спускала, чтобы успеть вовремя схватить, если замечу что-нибудь подозрительное. Курица подошла к банке с водой, покосилась на меня и снова закудахтала. Но потом ей, наверное, надоело просить вежливо. Она примолкла, я продолжала следить за ней. Она уставилась на стеклянную банку, которая – я только тут это заметила – опрокинулась, и воды в ней не осталось. И… Что ж, мне придётся и об этом рассказать. Банка поднялась и, пролетев по воздуху, опустилась у моих ног. А курица ещё раз прокудахтала и принялась клевать одуванчики под кустом смородины.

Я растерялась, но когда Генриетта подняла голову и посмотрела на меня, то схватила банку и помчалась к дому. Налив воду, я какое-то время сама пристально смотрела на банку: вдруг она и правда волшебная? Но мне не удалось сдвинуть её с места.

Признаюсь, мне было страшновато возвращаться назад. Я прочитала кучу книг о детях, которые находили разные волшебные предметы. С ними случались потом всякие ужасы. Если я не знаю, как ухаживать за обыкновенными курами, как справлюсь с той, которая обладает сверхъестественными силами? Сгоряча я написала в ту фирму, которая, возможно, прислала тебе эту курицу. И попросила приехать и забрать её.

Но я не могла оставить её до той поры без воды. Грегори ходит быстро, а вот почта – нет. Я взяла ещё одно яблоко и банку с водой (на этот раз предварительно надела перчатки) и отнесла их к курятнику.

Генриетта больше не стучала и не летала. Просто скребла что-то в грязи своей большой чешуйчатой, как у динозавра, лапой и клевала жуков. Я дала ей яблоко и воду, она попила. Куры такие смешные, когда пьют, словно люди, которые полощут горло.

Вообще-то я не герой. Но раз мы переехали на ферму, мне хочется завести кур. Знаешь что? Мне попадались книги про детей, похожих на меня. Порой они были скучные, а иногда нет. А некоторые грустно заканчивались, особенно те, где были животные. Но не всегда.

Я всё-таки напишу в ту фирму, что оставлю курицу себе. Пусть не беспокоятся. А потом расскажу обо всём папе и маме. Но про сверхъестественные возможности упоминать не стану.

А теперь мне пора. Кажется, Грегори уже идёт к нам.

С любовью,

Софи

P. S. Мне очень не хватает твоих советов. Вряд ли я найду в библиотеке книги, которые подскажут, что делать дальше.

14 июня

Агнес

Редвуд – товары для фермеров

Грейвенстайн, Калифорния 95472

Дорогая Агнес, мне очень жаль, что твоя печатная машинка сломалась. Я не против, если ты будешь писать мне от руки. Только лучше печатными буквами, чтобы легче было читать. У бабушки был ужасный почерк – никто не мог разобрать, и теперь мы не можем прочесть её рецепты. (А она умерла.)

Вот что случилось. Вчера из кустов чёрной смородины, что растут за дедушкиным сараем, вышла белая курочка. Она способна заставить подняться в воздух стеклянную банку с водой и, возможно, ещё и курятник. И умеет сама отпирать и запирать засов. Больше она ничего особенного не делала. А может?

Если она жила у моего двоюродного дедушки Джима, то, наверное, я должна оставить её себе? Я очень ответственная. Нет ли у тебя какого-нибудь руководства или пособия? Про особенных кур? Я уже взяла в библиотеке книгу об обычных курах.

С наилучшими пожеланиями,

Софи

P. S. Она одна-одинёшенька. А что случилось с другими дедушкиными курами?

P. P. S. В сарае стоит железный бак, он на четверть заполнен зёрнами и чем-то сушёным. На крышке чёрными буквами написано КОРМОВАЯ СМЕСЬ. Это для кур?

P. P. P. S. Сегодня я видела, как кто-то чёрный очень быстро промчался по дороге. Кто это мог быть? Не опасен ли он для кур?

P. P. P. P. S. С кем мне следует быть особенно осторожной? С той курицей? Или с тем чёрным? Или с кем-нибудь ещё?

14 июня

(немного позднее, но с отправкой

придётся ждать до завтра, потому что

сегодня Грегори уже приходил)

Агнес

Редвуд – товары для фермеров

Грейвенстайн, Калифорния 95472

Дорогая Агнес, кто-то попытался украсть Генриетту! Белая леди примерно возраста моих родителей. Папа сказал, что её зовут Сью.

Но она её не поймала!

С наилучшими пожеланиями,

Софи

P. S. А что если она ещё раз попробует? Как защитить Генриетту, пока я хожу в библиотеку или в магазин?

14 июня

Мистеру Джеймсу Брауну

Там, где ты сейчас

Дорогой двоюродный дедушка Джим, прости, что я поначалу считала твою ферму скучной. Я не знала, что здесь есть воры, которые крадут куриц.

Агнес из компании по продаже кур прислала письмо и предостерегла меня, так что я решила: надо быть начеку. И правильно сделала.

Я читала, что, чтобы приучить кур на ночь возвращаться в курятник, надо бросать им туда какое-нибудь угощение. В книге написано, что куры любят семечки подсолнечника, а у тебя их много осталось в мусорном контейнере в сарае. (Зачем ты хранил в этих контейнерах то, что совсем не мусор, а мусор складывал в кучи? Можно ведь и запутаться.) Так что я насыпала немного семечек в банку – одну из тех синих – и крепко завинтила старую металлическую крышку, чтобы белки не съели. Я поставила банку у курятника. Генриетта покосилась на неё, но не попыталась сдвинуть банку с места взглядом – ничего такого. Крышка немного запылилась, но, думаю, это не страшно – в конце концов, эта курица целый день выискивает еду в грязи. В книге сказано, что куры нарочно глотают маленькие камешки, чтобы перетирать ими пищу в желудке. Видишь, сколько я всего узнала. Если бы ты был жив, я бы попросила тебя поговорить с мамой и папой и всё им объяснить.

Потом я надела перчатки, порылась немного в твоём рабочем столе и отыскала старый замок. Он висел на крюке и не был защёлкнут. Но ключ найти так и не смогла, сколько ни искала. Надо было тебе повесить и его на тот же крючок. Я всё-таки забрала замок и приладила его на засов курятника, но дверь закрывать не стала. Пусть пока повисит – просто на всякий случай.

Куры такие забавные. Твоя курочка мне очень нравится, я к ней уже привыкла, только она не любит, когда её обнимают. Так что я просто наблюдала, пока она разгребала когтями грязь и, наклоняя голову к самой земле, старалась разглядеть, не шевелится ли там кто. Потом мне стало грустно, и я пошла к дому.

На подъездной дороге стоял видавший виды рыжий пикап, в кузове у него была собачья клетка-переноска. Я услышала женский голос, кто-то в доме разговаривал с моими родителями. В этом не было ничего необычного: наверное, просто кто-то заехал навестить, но письмо Агнес вселило в меня тревогу. Я развернулась и припустила назад к курятнику. На всякий случай.

Генриетта заметила, что я вернулась. Когда я бросила горсть семечек в домик, она взмахнула крыльями и устремилась за ними. Я переставила внутрь банку с водой. Закрыла дверцу, задвинула засов, продела замок в петли и защёлкнула его. Генриетте это совсем не понравилось. Она возмущённо раскудахталась. Засов задрожал, и замок заходил ходуном, стуча о дверцу.

– Тише, глупая курица, – шикнула я. – Агнес ведь предупредила, что тебя могут попытаться забрать, и вот кто-то приехал. Сиди тихо, будто тебя и нет вовсе.

Но, похоже, она меня не поняла, потому что продолжала буянить. А может, просто так на меня рассердилась, что ей было всё равно. У меня внутри всё похолодело. Мне хотелось поскорее уйти оттуда, но и домой к родителям и незнакомому гостю возвращаться не стоило. Неохота с ними разговаривать. Я не очень-то умею врать, а мама сразу чувствует, когда люди говорят неправду. Так что я поплелась к сараю. Мне там нравится, и оттуда я бы сразу увидела, если бы кто-то направился к курятнику.

Я принялась разбирать гвозди и шурупы по разным банкам, но вдруг заметила на тропинке их. Я чуть в обморок не грохнулась, услышав голоса. Но продолжила свою работу: не хотела, чтобы они меня в чём-нибудь заподозрили.

Папа просунул голову в дверь.

– Софи, ты не видела тут случайно кур?

Я постаралась изобразить удивление:

– Здесь, на ферме?

В дверной проём я увидела маму. Она смотрела на меня, прищурившись. Я замерла. Но она ничего не сказала. Женщина у неё за спиной не была похожа на того, кто ворует кур. Выше мамы, очень худая, как те, кто ходит на йогу по два раза в день и почти ничего не ест. У неё каштановые волосы, а кожа смуглая – почти как у меня. На ней были джинсы и футболка. Гостья улыбнулась мне, и улыбка у неё оказалась нестрашная – не как в тех фильмах, которые мне не разрешают смотреть, потому что я ещё маленькая. Я улыбнулась в ответ.

– Прости за беспокойство, – сказала она. – У меня убежали куры, вот теперь я их разыскиваю.

Может быть, у неё и правда куры разбежались? И она просто волнуется. Может, и Генриетта тоже её? Но Агнес велела мне никому не отдавать мою птичку. Генриетта – необычная курица.

– Ничего, – ответила я. – А ваша ферма – та, что по соседству?

Мама перевела взгляд на женщину.

– Извините, я даже не спросила: вы наша соседка? Ну, конечно. А какая ферма ваша?

Женщина смутилась и ответила не сразу. Я заметила, как снова сузились мамины глаза. (Я же вам говорила: она ложь сразу чувствует.)

– Ферма «Бриар», у озера. Выращиваем овощи и разводим кур.

– Это же в паре миль отсюда! – удивился папа.

Мама покачала головой.

– Мне очень жаль, что у вас убежали куры, но их, наверное, уже слопали собаки или кто-нибудь задавил на шоссе. Вряд ли они могли забраться так далеко.

И она пошла назад по дорожке.

Женщина нахмурилась.

– Да, это далековато, но я решила поискать и здесь на всякий случай.

– Конечно, – сказал папа, прежде чем я успела открыть рот. – Удачи вам в поисках. Напомните, какие они были?

Но женщина уже спешила по тропинке к курятнику.

– Разные, самые разные, – бросила она на ходу.

Мама всё ещё стояла и пристально смотрела на меня, но папа повернул к дому, и она пошла за ним.

До крови закусив губу, я глядела вслед удалявшейся гостье. Вдруг мне показалось, что я услышала писк. Я тут же помчалась за ней следом. И правильно сделала. Хотя, когда я подбежала, Генриетта уже примолкла, но у женщины в руках появилась отвёртка, и она молотила по ней молотком, пытаясь сбить замок.

– Прекратите! – крикнула я.

Она оглянулась, но не остановилась. Я не знала, что делать. Тогда я достала свисток, который мама велела мне всюду носить с собой, и, собрав весь оставшийся в лёгких воздух, дунула что было силы. Получилось очень громко. Я дунула ещё раз и ещё – на случай, если звук отнесёт ветром.

От удивления гостья промахнулась молотком, и отвёртка улетела в кусты. Женщина зыркнула на меня и припустила наутёк в обход сарая. Там даже настоящей тропинки не было, но она, похоже, знала дорогу. Видимо, бывала здесь раньше.

Мне не хотелось оставлять Генриетту одну, так что я не помчалась за ней вдогонку. Папа выбежал на поляну и схватил меня так крепко, что едва не сбил с ног.

– С тобой всё в порядке?

– Да, папа, всё хорошо. Эта леди пыталась сломать замок, – объяснила я.

Папа уставился на меня.

– Свисток только для экстренных случаев! – гаркнул он.

– Я знаю, но это и был экстренный случай. Эта леди – не к добру.

Папа схватил меня за руку и побежал по тропинке назад к дому, а я за ним следом.

Потом я рассказала маме, что у женщины был молоток и отвёртка, видимо, в сумочке, и ещё раз шестьдесят заверила папу, что со мной всё в порядке. Тогда мама позвонила в Службу спасения по номеру 911 и сообщила, что с её дочерью всё нормально и бригаду присылать не надо (хотя я-то считала, что была попытка взлома, а это – дело полиции). Затем мне ещё десять раз повторили, что свисток Только для экстренных случаев и что моя выходка Стоила им двадцати лет жизни. А мама объяснила папе, что не следует так уж меня запугивать, иначе я вообще никогда больше не свистну в этот свисток. После всего этого я попросила родителей сходить со мной к курятнику. Уже смеркалось, я надеялась, что Генриетта успокоилась и собирается спать. Мне важно было, чтобы мама и папа поверили тому, что я рассказала про эту леди: а вдруг она ещё вернётся?

Курятник стоял запертый, и внутри было тихо. Мама отыскала в кустах отвёртку. Папа не стал бы искать.

– Следы на конце ручки наверняка от молотка, – заключила она.

– Как на всех отвёртках, – сказал папа. Но всё-таки осмотрел её.

Мама обняла меня.

– Молодец, Софисита. Интересно, что она искала в этой развалюхе. Я, кажется, её раньше не замечала.

Она оглядела домик.

– Да он всё время тут стоял, – хмыкнул папа. – Просто не видно было среди дедушкиного хлама.

(Прости, пожалуйста, – надеюсь, ты не обидишься на эти слова.)

Я понимала, что надо было рассказать о Генриетте. Но она сидела так тихо, что мне захотелось ещё немножко подержать при себе эту тайну. По крайней мере, до тех пор, пока мама с папой сами не убедятся, что это была воровка, и тогда уж точно не отдадут ей Генриетту.

– Леди побежала вон туда. Похоже, она знала дорогу, – сказала я.

Папа посмотрел на тропинку вдоль забора и нахмурился.

– Может быть, она прятала что-то у дедушки на ферме?

– Зачем ей что-то здесь прятать? – спросила я.

Он пожал плечами.

– Возможно, не хотела, чтобы это нашли у неё на ферме – наркотики или ворованные вещи. В любом случае – хорошо, что мы её отвадили.

Не стану пересказывать тебе весь дальнейший разговор. О курах больше никто не сказал ни слова. Но, кажется, теперь этой леди у нас будут не рады. Думаю, остальное выяснится завтра.

С любовью,

Софи

14 июня

Марипосе Гарсии Гонсалес

В прекрасное место, я надеюсь

Querida Abuelita, не знаю, читала ли ты те письма, которые я написала двоюродному дедушке Джиму, или, может быть, он рассказывал тебе о том, что здесь происходит (если вы с ним теперь в одном и том же месте), но последнее время у меня хлопот полон рот. (Прости, что я написала ему первому, но мне показалось, что он волнуется о своих курах. Его письма в деревянной шкатулке у меня на столе – на случай, если тебе захочется узнать, что тут происходило.) А сегодня? Сегодня… Честно скажу: я здорово испугалась. Но, кажется, всё обошлось. Так что, если ты где-то тут рядом и присматриваешь за мной, как ты всегда обещала, спасибо.

Notes