- -
- 100%
- +
Лорджин и Дина поели в общем зале, пока Риджар приводил себя в порядок. Он присоединился к ним, когда они заканчивали завтрак; его красивая внешность ничуть не пострадала от всех передряг.
Дина осталась с Риджаром, пока Лорджин ходил покупать снаряжение и припасы для продолжения их путешествия. Поскольку теперь с ними не было Яниффа, придется все нести на себе. Никаких таких межпространственных хранилищ.
Лорджин вскоре вернулся и сел к ним за стол:
– Я купил все, что нам может понадобиться. Торговец сейчас грузит нам пратау. Риджар опустил на стол стакан:
– Удалось тебе что-нибудь узнать о местонахождении Трэда?
Лорджин наклонился пониже:
– Да. Этот купец знает о нем. Он поселился в нескольких дневных переходах отсюда в направлении Главного утреннего солнца.
– Секунду! – Дина вскинула руки. – Что означает «Главное утреннее солнце»?
– У Заррэйна двойное солнце. Большее из них называют «Главным», меньшее – «Малым».
– Ну, конечно, – она хмыкнула, – я должна была догадаться. Там жарко? – Она кивнула в сторону двери и пустыни за ней.
– Достаточно жарко даже для Огонька. – Он игриво дернул ее за локон. – По-моему, нам лучше ехать днем, несмотря на жару. Так меньше риска встретиться с жителями пустыни и другими... разными вещами.
Дина понимала, что означали его «разные вещи», которые ночью будут разгуливать по Заррэйну. Она видела прошлой ночью, как они шмыгали вокруг. Это вызвало следующий ее вопрос:
– Если у нас дорога до Трэда займет несколько дней, где мы будем останавливаться на отдых? Есть на пути какие-нибудь поселки?
– Есть несколько. Но не такие роскошные, как этот.
«Этот мужчина умеет выражаться тонко», – подумала Дина, окидывая взглядом спартанскую обстановку.
– Я купил нам палатки.
Спать прямо в пустыне? На земле? Когда вокруг копошатся всякие твари?
– Не думаю, что это хорошая мысль.
– С тобой все будет хорошо. – Он вывел ее на улицу прямо в дневную жару. – Нам не о чем тревожиться. Риджар всегда может усесться на любого, кто осмелится напасть на нас. – И он улыбнулся, глядя на кислую ухмылку Риджара.
Совместный жар двух солнц обдал их, едва они подошли к границе пустыни.
Дина попятилась, обнаружив, что такое пратау: огромное вьючное животное, которое двигалось медленным раскачивающимся шагом. Лорджин купил трех таких.
Сначала он объяснил ей, что эти звери идеально подходят для путешествия по пустыне, потому что обходятся малым количеством воды и обладают большой выносливостью. Потом легко закинул ее на спину пратау, и не успела Дина возразить, как Лорджин уселся за ее спиной.
– Прежде чем ты спросишь «почему», я объясню, – он поправил на ней плащ. – Меня волнуют разбойники и работорговцы. Я считаю, что сумею лучше защитить тебя, если мы будем сидеть на одном пратау. Риджар будет ехать на втором, а третий повезет наше снаряжение.
Возможно, это было первоначальной причиной. Однако Дина обнаружила, что, по мере того как они продолжают двигаться вперед, руки Лорджина все время оказываются у нее под плащом. Она обернулась и посмотрела на него через плечо:
– – Что это ты делаешь?
Лорджин обратил к ней невинный взгляд:
– А что случилось? – При этом его руки ласкали ее живот.
– Сам знаешь что! – Дина положила свою руку поверх плаща на его руку. Он не убрал своей. Его средний палец продолжал двигаться по ее ребрам вверх-вниз, ласково щекоча. Затем он нагнулся к ее ушку:
– Я никогда раньше не встречал женщины, которая бы бросала вызов кеату. – Его большой палец поглаживал нижнюю часть ее груди. – Значит, ты будешь драться за меня, Огонечек? Не многие рыцари Чарла могут похвастаться, что их супруги жизни встанут на их защиту.
– Я вовсе не дралась за тебя, Лорджян, и я до сих пор не понимаю, что именно случилось с ксату. И я тебе не подруга жизни.
Он продолжал ласки, словно не слышал ее слов. Легко взяв в ладонь ее грудь, он пробежал большим пальцем по ее соску.
– Хотя и не уверен, что тебе стоит браться за эту роль.
Мысль, что она будет сражаться за него, была нелепой, и они оба это знали. Однако он сделал вид, что обдумывает ее со всех сторон:
– Возможно, со временем тебе и со мной захочется подраться.
Его большой и указательный пальцы ухватили отвердевший сосок и слегка потянули.
– Лорджин!
Он легонько укусил ее за ухо, не обращая внимания на шлепок по руке.
– На Авиаре тебе не раз предоставится возможность защищать меня. Там по улицам бродит множество зверей...
– По улицам?
– Да, прямо так, на свободе. Никогда не знаешь, на что напорешься. Даже простой поход на рынок – сакри – может оказаться весьма опасным. Рядом с теми хищниками ксату покажется просто котенком.
Дина со страхом посмотрела на него:
– Ты не шутишь?
– Нет. Мужчин они глотают целиком, прямо посреди бульвара. – Лорджин обреченно вздохнул: – Но это закаляет характер, воспитывает настоящего воина. Еще бы: вырасти в такой обстановке!
Дина не могла произнести ни слова. Риджар послал мысль только брату: «Что за чушь ты несешь?»
В ответ Лорджин озорно ухмыльнулся над головой Дины.
Теперь Дина не думала о рыщущей руке Лорджина. Ей представился мир, в котором по улицам в поисках пищи бродят чудовища, стоит жуткая жара и еду вообще нельзя назвать едой. Веселенькое место для отпуска! Надо будет попытаться отговорить Лорджина от поездки туда.
– Лорджин, но ведь нам не обязательно туда ехать...
– Обязательно, зайра.
Дина сгорбилась. Проклятые упрямцы эти мужчины!
Шли часы, они все ехали. Было жарко. Животные, казалось, совсем не чувствовали усталости и размеренно шагали вперед. Один раз вдали показался караван, но вскоре исчез из вида. Расстояния в пустыне обманчивы.
Они не делали остановок на еду. Лорджин передал ей свернутую лепешку с чем-то, отдаленно напоминавшим сыр, ломтик какого-то фрукта и бурдючок с водой.
Путники продолжали свой путь. Дина задремала.
Риджар горестно рассматривал расстилающуюся перед ними нескончаемую пустыню. Вокруг ни одной женщины!
«Как ты думаешь, долго нам еще добираться до поселения?»
– Века, – поддразнил его Лорджин, и они ехали дальше.
«Я вот все думаю, а какие здесь женщины?»
– В одном я уверен, Риджар, тебе не потребуется много времени, чтобы выяснить это.
Риджар усмехнулся, мысли его переметнулись на округлые груди и полные бедра.
«Возможно, мы не так уж и далеко от жилья».
– Достаточно далеко.
И, как все на этой планете, хорошее настроение Риджара испарилось.
Спустя несколько часов Дина проснулась в объятиях Лорджина. Перед ней простиралась та же бесконечная пустыня. Она откинулась ему на грудь, зевая. Низкий голос Лорджина пророкотал ей в ухо:
– Хорошо отдохнула, зайра?
– Да. Я пропустила что-нибудь интересное?
– Песок. Было много... песка и, дай мне подумать... еще песок.
Она уныло улыбнулась:
– Мы еще далеко от поселения?
– Этот вопрос я слышу весь день. – Он посмотрел на Риджара. – Довольно далеко... Может быть, сегодня еще не доедем.
Это означало, что им придется разбивать лагерь в пустыне. Фу, гадость какая! Дина скорчила гримасу.
«Я не ошибся? Ты сказал, что сегодня мы не доедем?»
Казалось, вся живость покинула Риджара.
Поскольку теперь Дина бодрствовала, Лорджин решил продолжить с того места, где остановился. Он, снова забрался под плащ и стал гладить ладонью ее бока и живот. Она заерзала на пратау. Затем он провел рукой по ее бедрам от талии до колен. Вниз – по наружной их стороне, вверх – по внутренней.
– Прекрати. – Она стиснула зубы.
Лорджин улыбнулся, уткнувшись носом в ее волосы. Когда же он взял обе груди в свои ладони, как в чаши, и по ней пробежала дрожь желания, Дина решила, что с нее хватит.
Она отвела его руки, но он игриво вернул их на место.
Дина начала злиться. Все козыри были у него, но она в такие игры не играет. Она обернулась и объявила:
– Послушай: или прекрати, или делай это всерьез.
Сверкающий взгляд Лорджина опустился на ее губы, затем его ресницы медленно поднялись, и невероятные фиалковые глаза уставились ей в зрачки. По ней пробежала новая волна желания. Не сводя глаз с Дины, он сказал брату:
– Поезжай вперед и разведай местность.
Риджар ударил своего пратау пятками и галопом поскакал вперед. Ловкие пальцы Лорджина нашли застежку ее шаровар. Дина почувствовала между ними его вторую руку, расстегивающую собственные брюки.
– Ч-что ты делаешь? – пискнула она.
– Я собираюсь «делать всерьез», как ты очень удачно заметила. – Он легко стянул ее шаровары вниз.
– Ты не можешь быть серьезным! Не здесь же!
– Подними ноги выше, на шею пратау.
– Нет!
– Хорошо, попробуем иначе. – Лорджин поднял ее и посадил к себе на колени.
– Ты так ничего не сможешь сделать, смутилась Дина.
В следующее мгновение он доказал ей, что сможет.
Слегка подвинув ее вперед, он затем подтолкнул ее вниз на себя и погрузился в нее. Его руки плотно легли на ее талию, Дина глубоко вдохнула:
– Боже мой!
Единственным местом, где соприкасалась их обнаженная кожа, была точка их соединения. Это было необычайно ошеломляющим эротичным ощущением. Материя скользила по материи, бархат по шелку.
Лорджин предоставил пратау задавать ритм: его покачивающаяся из стороны в сторону ныряющая походка давала достаточно движения. Дина охала, когда при каждом шаге животного он вонзался в нее. Она чувствовала жаркие губы Лорджина на затылке и шее, его горячее_дыхание на своей коже. Пустыня была безмолвна, лишь равномерный топот копыт пратау сливался со звуком их тяжелого дыхания. Дина прекрасно чувствовала, как его мощные бедра контролируют движения животного под ними и его собственные решительные выпады.
– Как... как далеко разносятся звуки в пустыне? – задыхаясь спросила она.
– Что? – Несколько занятый в это время, Лорджин не мог поверить, что она задала такой вопрос. – Почему... ты... этим... интересуешься? – Голос его был хриплым и прерывистым. Неужели он в самом деле пытается сейчас вести с ней разговор? Аия, Айя, ну и женщина...
Он застонал, так как она невольно ускорила его движение.
– Потому что, по-моему, я сейчас закричу, а мне не хочется, чтобы Риджар услышал, – с трудом выговорила она.
Низкий смешок Лорджина пощекотал ее шею:
– Кричи сколько хочешь. Уверен, Риджар тебя не осудит.
– Лорджин!
Он легонько укусил ее за шею:
– Ты считаешь, он не знает, чем мы занимаемся?
Дина попыталась повернуться:
– Не может быть!
Лорджин побледнел при ее движении и быстро повернул ее обратно:
– Пожалуйста, не поворачивайся больше. Это... может привести... к сложной... ситуации. Я не хочу, чтобы меня лишили мужественности на спине пратау. Уверяю тебя, он так и сделает.
– Как это ему удастся? Это что, обычная для этих мест поза для спаривания? Задом наперед на спине животного, бредущего через пустыню?
Лорджин захохотал у нее за спиной:
– Адианн... я из-за тебя растеряю... весь настрой.
Дина толкнула его ягодицами:
– Ты, Лорджин, это начал и теперь не смей отступать. – Она потерлась об него и почувствовала, как он дернулся внутри нее.
– А-а, я так и подозревала, что ты просто дразнишь.
Пальцы Лор джина крепко обхватили ее. Теперь он не смеялся, он был сосредоточен. Двумя невероятно чувственными движениями он довел их обоих до пика.
Голова Дины запрокинулась ему на грудь. Она хватала ртом воздух, стараясь восстановить дыхание. Лорджин застегнул ее шаровары, потом свои брюки. Он нагнулся вперед и, нежно поцеловав ее в губы, ласково прошептал:
– Поберегись, Огонек, я всегда принимаю вызов.
– Да, я это заметила, – пробормотала она.
Они разбили лагерь незадолго до заката. Когда две палатки были поставлены, Лорджин достал кое-какую еду, чтобы поужинать. Никого эта трапеза не водушевила, даже сам Лорджин пожаловался на лишения, которые должен терпеть во время своего Поиска.
У Рнджара был довольно несчастный вид, и сразу после еды он забрался в свою палатку. Вскоре и Дина с Лорджином отправились отдыхать, не имея никакого желания сидеть на песке в темноте. Дина с облегчением увидела, что у палатки есть пол, так что, закрыв за собой входной клапан, они оказались полностью изолированы от внешнего мира.
Торопливо раздевшись, они забрались под меховое покрывало. Температура быстро падала, и палатка, казалось, совсем не защищала от холода. Они мерзли все больше и все сильнее прижимались друг к другу под меховым покрывалом, пока Дина не почувствовала кое-что.
– – Лорджин, у нас под матрасом что-то движется!
– Что ты имеешь в виду, говоря «что-то»? Она тряхнула его за плечо:
– Да не это! Я повторяю: под матрасом!
– Об этом не беспокойся. В палатку ничего не проникнет.
Что-то проползло под ней, заставив Дину содрогнуться от ужаса и отвращения:
– Но оно движется!
Руки Лорджина обвили ее и положили на себя.
– Ну вот. Так тебе лучше? Так безусловно было лучше.
– Да, – пробормотала она, уткнувшись ему в грудь.
– Ну и хорошо. – Он взял в ладони ее лицо и, приподняв голову, провел губами по ее губам. – А так лучше?
– Да, но...
Его руки скользнули по ее спине, накрыв ягодицы и нежно сжимая их округлости. Одновременно он соблазняюще провел своим ртом по ее рту.
– А так, может, еще лучше? – выдохнул он в ее полуоткрытые губы.
– Лорджин, я слышу снаружи какие-то шорохи и еще, по-моему...
Он ласкал ее язык своим, его большие ладони скользили по ее спине, а он продолжал шептать:
– Я могу показать тебе другой способ езды верхом, такой же приятный, как и тот, который мы осваивали днем...
Она оторвалась от его ищущих губ:
– Лорджин, я слышу какой-то шум! Снаружи определенно шла какая-то возня. Лорджин мгновенно поднял голову, опустив Дину рядом. Он уже тянул руку к сириксу, когда входной клапан палатки распахнулся и в него просунулись четыре головы. Выражения лиц были очень недружелюбные. Лорджин произнес какое-то авиарское ругательство.
Одна голова заговорила:
– Выходите, чужеземцы, и без фокусов. Лорджин посмотрел на возвышавшегося над ним мужчину.
– Сначала дайте мне и моей женщине одеться. Мужчина ухмыльнулся, показав гнилые зубы:
– А почему я должен позволять тебе это, чужеземец?
Лорджин холодно посмотрел на него: – Потому что я убью всякого, кто увидит мою жену обнаженной. – Дина подняла брови. Это было сказано очень выразительно. Несколько театрально, но звучало весьма убедительно.
Глаза мужчины скользнули по разбросанной одежде и слегка расширились при виде плаща Лорджина.
– О, так ты из Чарла! Тем более без фокусов, чужеземец. Дай мне слово, и можете одеваться.
– Даю слово. Мужчина прищурился:
– Твое слово как рыцаря Чарла, или мы убьем вас обоих и домашнего духа в придачу. – Слово рыцаря Чарла.
– Поторопись! – Мужчина попятился, входной клапан палатки закрылся, но не застегнулся.
Лорджину было явно не по себе от того, что его поймали и вынудили дать слово рыцаря Чарла. Дина удивилась, что Риджар не предупредил их телепатически. Ей пришла в голову ужасная мысль, и она судорожно вцепилась в плечо Лорджина:
– Это оберионские работорговцы? – Страх исказил ее лицо.
Лорджин погладил ее по щеке:
– Нет, зайра. Это кочевники. Очень сильные, очень свирепые и очень жадные. Они постараются полностью обобрать нас и потом бросят умирать в пустыне. С собой они заберут Риджара, чтобы продать работорговцам.
– Что же нам делать? Почему Риджар нас не предупредил?
– Вероятно, они как-то сумели сразу его оглушить. Некоторые кочевники обладают вторым зрением. Наверное, один из таких увидел, что среди нас есть домашний дух. Одно это могло заставить их погнаться за нами. Он представляет большую ценность для тех, кто вечно живет впроголодь.
Снаружи раздался грубый голос:
– Прекратите свои разговоры! Торопитесь, или мы вытащим вас оттуда, Чарл, грози не грози, Лорджин стиснул мощные кулаки:
– Только попробуйте, и я многих заберу с собой... начиная с тебя. И если ты, глупец, знаешь хоть что-то о Чарле, то тебе должно быть известно, что мы никогда не произносим угроз... Только обещания.
Ответом на эти слова была мертвая тишина, . Ларджин взял Дину за руку и вывел в ночную пустыню. Шагая по песку, Дина старалась не смотреть под ноги. Она почувствовала, как Лорджин пинком отбросил что-то с ее пути. Справа раздался какой-то скользящий шорох. Дину начало трясти Лорджин подхватил ее на руки. Его стальной взгляд устремился на того, кто разговаривал с ними раньше.
– Позволь моей жене сесть на пратау.
Предводитель коротко кивнул.
Как только Лорджин посадил ее на спину животного, Дина глубоко вздохнула и выдохнула, чтобы успокоиться. Окидывая взглядом их лагерь, она пыталась хоть мельком увидеть Раджара, нo, когда конец заметила его, в ужасе зажала себе рот ладонью.
Раджар был привязан к спине пратау. Даже с такого расстояния они видела, что его изумительные глаза стали остекленевшими, а взгляд рассеянным. Кочевники явно накачали его каким-то наркотиком.
Дина видела Раджара в разном состоянии: он бывал счастливым, проказливым, страстным, страдающим, как тогда, когда брат был отравлен. Он бывал храбрым и бескорыстным. Но таким она его никогда не видела.
Это был разъяренный тигр.
Он метался и рвался в связывающих его веревках, в глазах вдруг вспыхнула ненависть к тем, кто поймал его Дина просто ощущала его ярость. Она не удивилась бы, если бы он завыл на луну. Но гнев его был вполне рассчитанным. Его остекленевшие глаза переходили с человека на человека, словно запоминая всех сидевших у костра для будущей охоты на них. Кочевники, заметив пронзительный взгляд домашнего духа, в испуге отворачивались, рисуя в воздухе знак, отводящий сглаз.
Лорджин тоже увидел брата. Выражение его лица сразу стало и злым, и глубоко сочувственным.
– Больше всего домашние духи не выносят, когда их лишают свободы.
– Почему он не превратится в кота и не убежит? – прошептала Дина.
– Наркотик, который ему дали не позволяет сосредоточиться. Он потерял возможность ориентироваться в пространстве, и трансформация сейчас для него невозможна.
– Ты хочешь сказать, что он не может превратиться в кота?
– Может. Но это кончится его смертью, потому что наркотик лишил его нужных для этого сил. Он не сможет сосредоточиться как следует и рискует навсегда потерять и способность стать котом, к вернуть себе человеческий облик. Результатом будет полное уничтожение.
– Это чудовищно! – Сердце Дины разрывалось от сострадания к человеку, связанному, словно дикое животное.
Лорджин сжал ее руку:
– Я слышал рассказы о мужчинах-домашних духах, которые предпочитали самоуничтожение рабству.
– Ты ведь не думаешь, что Риджар...
– Нет. Потому что в нем еще и кровь Крю, а сын Крю не выберет такой путь. Это будет бесчестно по отношению к роду Лодарров. Риджар будет бороться... если понадобится, до смерти...
Среди мужчин, сидевших вокруг костра, началась перебранка. Спорили все, включая их предводителя, которого они звали Сираном. Вдруг тот поднялся и приблизился к Лорджину:
– Твой домашний дух заставляет моих людей нервничать. Они боятся ехать с ним ночью из-за того, что считают, будто он навлечет на нас диких зверей. Мы останемся здесь до рассвета, а затем отправимся на восток. Там есть небольшой оазис, куда часто наезжают купцы с Обериона. Все мы согласны с тем, что от домашнего духа надо поскорее избавиться, даже если при этом мы потеряем в цене. В другом месте мы могли бы получить за него гораздо больше, но мои люди считают, что держать его дольше слишком рискованно. Мы также решили продать и женщину.
Сираи внимательно следил за реакцией золотоволосого мужчины. Рыцарь Чарла ничего не ответил, но его глаза сказали многое. Сиран знал, что такой мужчина, как этот чужеземец, не успокоится, пока не отомстит своим врагам, а значит, ему надо позаботиться, чтобы этого не случилось.
Сиран знал, что убивать рыцаря Чарла глупо. Это означало навлечь на себя всевозможные кары, о которых лучше не думать. Гибель одного приведет лишь к тому, что другой рыцарь Чарла отыщет убийцу и уничтожит.
Нет, у него был лучший выход.
– Тебя, рыцарь Чарла, мы отвезем к Завтрашним водам. Там тебя погрузят в ключи, и все, что ты знал, будет стерто из твоей памяти.
Золотоволосый мужчина не прореагировал, как того ожидал Сиран, но его женщина разволновалась. Пожалуй, эта маленькая чужеземка казалась более расстроенной судьбой рыцаря Чарла, чем своей собственной. Возможно, в будущем Сирану удастся это использовать для своей выгоды.
Ледяной взгляд Лорджина потеплел, когда он смотрел на Дину. У нее такое доброе сердце, у его Адианн. Ожидавшая его участь не волновала Лорджина. Этот тупой Сиран даже не понял, что Лорджин – волхв четвертого уровня, а значит, имеет власть над водами, даже заговоренными. Ему надо было продумать такой план, чтобы всех их вызволить из рук кочевников. Он должен потянуть время, и какая-нибудь идея придет ему в голову. Так учил его Янифф.
Всю ночь Лорджин оставался около Дины. Несмотря на ее протесты, он снял с себя плащ и укутал ее поверх ее собственного, потому что подул холодный ветер. Очень незаметно Лорджин направил поток теплого воздуха на Дину и Риджара, которого вытащили из палатки полуодетым: в штанах и сапогах.
Дина посмотрела на Риджара. Голова его поникла на грудь, и он повис на связывающих его веревках. Наркотик наконец одолел его невероятные усилия не допустить его действия. Дина закрыла глаза. Вид плененного Риджара разрывал ей сердце. Вместе с Лорджином она ждала рассвета.
Однако при первых лучах солнца случилось нечто неожиданное. На захвативших их кочевников напал другой отряд, тоже кочевников.
Сабли рассекали воздух, кровь заливала песок. Стоны, вопли, какие-то непонятные команды разорвали тишину пустыни. Дина заткнула уши и зажмурилась, чтобы не слышать и не видеть зрелища насилия.
Лорджин прижал ее к себе, спрятав ее лицо на груди, чтобы она не видела ужаса битвы. Их троих, явных пленников, нападающие не трогали.
Когда бой закончился, их окружило другое племя. Его предводитель подошел к ним, чтобы рассмотреть, что за добыча попалась ему.
Сначала он решительно подошел к Риджару. Схватив его за волосы, он грубо запрокинул голову и всмотрелся в налитые кровью разноцветные глаза. Тут же, сплюнув на песок, предводитель выхватил из-за пояса огромный кинжал. Испуганный Лорджин рванулся вперед, но предводитель со свистом взмахнул кинжалом и мгновенно рассек на Риджаре веревки.
Риджар устало опустился на песок.
– Я не выношу рабства, домашний дух, но имей в виду: берегись, мы все равно воры и убийцы.
Риджар медленно встал растирая занемевшие руки и ноги:
– Лучше вор и убийца, чем работорговец.
– Ха! – Предводитель хлопнул себя по ляжке, затем перевел взгляд на Дину. Глаза его загорелись. – Может, мы все-таки нашли здесь сокровище. – Взор его упал на ожерелье на ее шее.
Лорджин, увидя по его глазам, что он знает его ценность, сделал шаг вперед:
– Отпусти ее. Мы не причиним вам вреда, а предложить нам нечего.
Человек посмотрел на Лорджина:
– Нечего? Я вижу у нее на шее нечто стоящее... некоторые даже скажут – бесценное. – Он обернулся к своим людям: – На ней шимали!
Многоголосое «Ах!» встретило это заявление. Предводитель не отрывал глаз от Дины, но разговаривал с Лорджином.
– Она истинная носительница или нечестивая.
– Истинная носительница, – ответил Лорджин. Дина благоразумно помалкивала. Предводитель почесал подбородок:
– Скажи, чтобы она продемонстрировала свои чары. Если она это сделает, я вас отпущу целыми и невредимыми на свободу если не сумеет, вы умрете на месте.
Лорджин невозмутимо обернулся к Дине:
– Покажи свои чары, Адканн. – Дина взглянула на него как на сумасшедшего. – Делай это. Сейчас же.
– Ты что, рехнулся? – прошипела она. – Я же не могу...
Лорджин сжал ее в объятиях, чтобы заглушить ее последние слова, и прошептал ей на ухо:
– Говори что хочешь... любую чушь. Стихи читай, пой что-нибудь. Мне все равно, лишь бы это выглядело, как заклятие, в которое ты веришь сама.
В голову пришло только приветствие спортивных болельщиков, которому когда-то научил ее дед. Как там это звучало? Точно она, конечно, его не вспомнит, но этим типам все равно не понять.
Дина внезапно подпрыгнула на месте, размахивая руками, как на стадионе во время матча, и, продолжая скакать, завопила:
– Бракети-акс! Ко-акс! Ко-акс!
Хэй-хо! Хэй-хо!
Валею-валею-вакс!
Мо-лод-цы! Мо-лод-цы!
Шай-бу! Шай-бу!
Го-о-о-л!
Пронзительно завизжав в конце, она упала, уткнувшись лицом в песок.