Клиника Хайлса и Ликерис

– Открывайте, но медленно! – Крикнул я, снимая винтовку с предохранителя.

– Полегче, это мои люди. Я их взял чтобы девушки в машине не буянили. – С улыбкой произнёс мой клиент заходя во внутрь со своей свитой в экипировке химических войск Японского Империала.

– Пускай они стоят у выхода, то я вас всех положу на землю, а потом ударю каждому ногой по крышке гроба. Поверьте, может они и снаряжены как военный, но я участвовал в стольких рейдах за пару лет что даже подумать страшно. – Дал указание своему клиенту, что он медленным движением руки и сделал. Все его люди остались возле двери, а мы прошли к камерам.

– Как я вижу по руне «Potestate» то все девчушки уже готовы ехать со мной? – Спросил меня наглый IT-шник который наварил денег обманывая людей в интернете и теперь он являлся крупным наркобароном и моим клиентом.

– Да, но только есть один уговор. – Поставил я ему ультиматум, а он с удивлением начал меня спрашивать. – Я проводил сегодня по два тщательных осмотра и без пошлых мыслей гад, и ещё использовал много лекарств чтобы улучшить их состояние на сегодня. Поэтому с каждой ты мне дашь не менее четыреста тысяч. А за одну из них тебе придётся выложить почти миллион. – Когда я говорил про особенную пальцем я указал на камеру «Семнадцатой».

– По рукам. – С наглой улыбкой ответил он мне подходя к столу. – Переведите ему три с половиной миллиона кредитов. – Приказал он одному из своих людей после чего тот активировал свой наручный дисплей.

– Приятно было иметь с вами дела. – Ответил я своему клиенту после чего начал открывать медленно открывать двери каждой камеры смотря на каждую пленницу этого ужасного места с сожалением в своём взгляде.

Мне приходилось бить каждую током чтоб та выходила из своей клетки. Вот и наступила очередь «Семнадцатой». Я открыл её камеру и вошёл во внутрь. Подёргав её за оборванный конец её рубашки, она проснулась. Она радостно вскочила и накинулась на меня в объятиях. Похлопав её по спине, я отошёл от неё. Перешагнув через дверь, я посмотрел на неё и махнул рукой чтобы она шла за мной.

– Чёрт… – Про ругался я когда увидел, что рубашка упала с неё. – Дайте одну секунду. – Сказал я своему клиенту вновь заходя в камеру «Семнадцатой».

– Хорошо, у нас ещё много времени. – Ответил он мне смотря на тех пятерых девушек которые стояли вдоль стены у выхода.

– Как так-то? – Спросил я у «Семнадцатой» пока застёгивал пуговицы на её теле.

Мы начали выходить из камеры, и я почувствовал, как она взяла мою ладонь. Я выдохнул и помотал головой в стороны начал выходить с ней уже держась за руку. Мы подошли к клиенту, который с улыбкой взглянул на нас.

– Вижу кто-то привязался к своему похитителю. – Сказал он «Семнадцатой» проводя пальцем ей с шеи до груди.

– Узнаю, что с ней что-то случилось я соберу своих парней и пристрелю тебя. – Сказал я ему убрав его руку с неё.

– Как скажешь кавалер. Проверь, кредиты должны были уже поступить на твой баланс. – Указал он мне на мой наручный дисплей.

– Вижу, пришли. До встречи. – Попрощался я с клиентом и затем обнял «Семнадцатую».

Встав за стол, я начал целится в них всех чтобы если что пристрелить их. Не дай бог они начнут творить какую-то околесицу. Всё прошло гладко. Они покинули здание и закрыли за собой дверь. Посмотрев в камеры, я увидел лишь пустоту в каждой. Мне пора выезжать к своему врачу. То ещё попаду в очередь и потеряю там часов шесть. Накинув на себя пальто и небольшую сумку через плечо в которой лежали мои документы, сто тысяч кредитов, лекарства и пистолет на всякий случай я покинул свою лавку.

На улице было второе декабря. Улицы уже замело десятисантиметровым слоем снега, а температура опустилась до минус семи по Цельсии. Стемнело достаточно чтобы неоновые вывески загорелись после чего наша провинция становится по яркости не хуже того же Токио. Многие пары ходят друг с другом в пуховиках, и каждая чувствует себя замечательно. Снова. Вновь на меня напал приступ кашля, от которого я сутулился. Посмотрев на руки, я увидел лишь кровь и пару частичек Эктума плавающей в ней. Оттряхнув, я продолжил идти вперёд по улицам, где как мне на зло все люди были с широкими улыбками на лицах.

– Дайте милостыню господу нашему! – Опять эти фрики из Сибири пришли обкрадывать не богатый народ для всевышнего. Ко мне подбежал один из этой паствы и начал просить денег.

– Подайте милостыню для господа нашего и тогда он защитит вас! – Каждое слово вызывало у меня приступ гнева, но я сдержался.

– Если ваш господ сотворил целую жизнь на этой грешной земли, тогда какого же чёрта он просит у своих созданий денег? У него проблемы с финансами на небесах? – Ответил я ему посмотрев прямо в его лживые глаза гневным взглядом.

– Ну… ну… – Ему было нечего сказать мне, и я прошёл мимо этих воров без государственных и правительственных знамён, а с теми из-за которых люди всё ещё живут на этом белом свете.

В центре площади стояли люди и играли традиционные песни нашей страны. Достав тысячу кредитов, я положил в шляпу музыкантов и прошёл дальше, осматривая снежное чудо нашей провинции. Дети начали уже лепить снеговиков, взрослые сидели на скамейках под лентами гирлянд и смотрели на закат уходящего за горизонт солнца. Машин сегодня почти не было и по этой причине можно было спокойно перемещаться по дорогам и центру города, где не было ни одной машины. Завтра ночью здесь не будет так весело как сейчас. Центр города будет усеян телами солдат правительства, корпорации и также просто мирными жителями попавших под шальную пулю.

В небе появились красочные взрывы и из них начали появляться праздничные светящиеся всеми цветами радуги Виверны кружащие необычайными узорами в небе. Не зря я остался здесь жить, а не переехал обратно в Дэтерий к своим родителям. Правда во время празднования последнего месяца года на улице очень часто случаются пьяные драки двух и более оленей которые нажрутся до потери человечности в глазах других. Собственно, только надо было подумать и тут они. Двое пьяных урода начали приставать к молодой паре.

– Извините молодые люди может пойдёте поговорите с кем-то кто равен вам по силе?! – Крикнул я тем двум свиньям которые начали толкать парня.

– Слышь, я вижу ты до хрена смелый? Да?! – Начал он пытаться меня запугивать, но мне надо было лишь подпустить их поближе к себе.

– Да! Смелый, и по праву не то, что вы оба. – Раздвинув руки я начал гнать на них ведь у одного из них на поясе был нож.

– Если ты такой смелый, то мы отрежем тебе язык, которым ты показываешь свою смелость. – Достав нож он начал показывать себя крутым и угрожать мне.

Он сделал замах и начал наносить рубящую атаку. Я пригнулся и навалился на него со всей силы сбив его с ног. Забрав нож из его хлипких ручонок я ударил ему ботинком в голову вырубив его надолго. Раскрутив нож, я кинул его в ногу приятеля вырубленного который завопил как будто его проткнули ножом. Ударив ему ногой в живот, я свалил его на спину, как и его дружка.

– Какие же вы смелые. Вдвоём на одного так и с оружием. Знаешь почему вы проиграли какому-то слабаку? – Он через боль кивнул головой. После чего я завернул рукав пальто и кофты показав ему электронную татуировку моей старой банды.

– Ты из… «Арлекинов»? – Спросил меня со страхом в голосе лежащий парень с ножом в ноге.

– Как ты понял? После того как я показал тебе метку моей бывшей банды? Или после того, как я вас элегантно четырьмя ударами выбил? – Спросил я его сев на корточки доставая нож из его ноги. – Хорошо отоспитесь. – Сказав я встал и ударил его ботинком в голову вырубив его.

Дальше я подошёл к парочке, на которую они напали и дал две тысячи на лечение сломанного носа парня. Я подумал, что у меня начали идти галлюцинации, но оказалось всё намного проще. С небес пошёл снег, который отражал о себя свет Виверн. Дети бегали с бенгальскими огнями как я двадцать лет назад, когда меня родители привезли сюда к ныне покойной бабушке в гости. Счастливые лица окружали меня и такое ощущение что их становилась с каждой минутой всё больше. И снова приступ неконтролируемого кашля, от которого я упал на колени и открыв глаза увидел большую лужу крови с множествами каплями Эктума плавающие возле кусков моих лёгких.

– Хайлс?! – Послышался мне знакомый до ужаса голос. Обернувшись, я увидел своих родителей, подбегающих ко мне.

– Папа? Мама? – Начал я спрашивать, вставая с колен.

– Нет блин. Фашисты! – Мой отец никогда не признавал нецензурную брань и всегда все маты занимал на обычные ругательства.

– Как я рад вас видеть. – Сказал, подходя к ним с распростёртыми руками.

– И мы рады видеть тебя сынок. – Ответила мне моя мать держась за плечо отца.

– Какими судьбами вы попали ко мне в провинцию? – Спросил я их с удивлением ведь им невероятно дорого сюда приезжать из-за того, что недавно был небольшой конфликт между Кетерианской Империей и Японским Империалом.

– Нам один знакомый подарил совместную путёвку в любую провинцию Японского Империала, и мы сразу же решили приехать погостить у тебя. – Ответил мне отец, хлопая меня по спине. Вновь приступ кашля, из-за которого я встал на колени.

– Сынок? Всё в порядке? – Спросила меня мать садясь рядом со мной.

– Вполне. – Ответил я ей смотря на свои окровавленные руки естественно с частичками Эктума.

– Что с тобой? – Спросил отец, подходя ко мне и осматривая мою руку. – Йостерская болезнь…

– Чего ты такого говоришь? Наш сын никогда бы не заболе… – Она не успела договорить как я её прервал.

– Да. – Ответил я отцу вставая с колен.

– Сколько осталось? – Спросил он у меня осматривая мои руки.

– Пять лет если буду принимать таблетки. – Ответил ему с честностью ведь он всё равно разузнает это у моих знакомых.

– Хайлс. – Приглушённо сказала моя мать обняв меня.

– Сейчас я шёл к врачу чтобы спросить, что делать так как начали лёгкие отмирать и возможно умру я ещё раньше. – Сказал я отцу пытаясь выйти из объятий матери.

– Анна, давай не мешать сыну. Ты где нас встретишь после врача? – Спросил у меня отец, отцепляя мать от меня.

– У лавки в часов семь. – Ответил я отцу отходя от них вновь идя к Зештеву.

Огромную площадь заменила аллея с множеством небольших магазинчиков с выпечкой, украшениями, одеждой и прочими вещами. От каждого здания исходил тёплый и приятный свет освещающий уже тёмную провинцию ведь закат закончился. Включились гирлянды и уличные фонари. Я услышал, как затряслась дорожка, по которой иду и увидел, как в некоторых местах резко начал таить снег. Под снегом появились дорожки из искусственного льда, под которым засветились гирлянды. В этой провинции живётся просто великолепно если бы не одно «но». Зазвучала воздушная тревога и в небе показалось два бомбардировщика со стороны Канады. На их перехват вылетело семеро истребителей класса «Звёздный ястреб» которые не оставили от бомбардировщиков ни следа. Каждый месяц одно и то же. Правда пару раз они успевали сбросить бомбы в жилые кварталы. Тогда Японский Империал нанёс Канаде невероятно сильный удар по Кубе, где не было воздушной обороны. Потери были колоссальные. Как и со стороны Канады так и со стороны нашего десанта.

Люди по выходили из магазинчиков, в которых они прятались от надвигающийся угрозы и вновь начали веселиться как будто ничего не произошло. На улицу вышли уличные художники с люминесцентными красками и начали рисовать ёлки, подарки, игрушки, снежинки и прочее на стенах и к следующей ночи все они будут гореть яркими цветами. Дети уже начали играть снежками и один из них случайно попал мне в спину.

– Извините сэр! – Крикнул какой-то мальчишка позади меня.

Когда я повернулся в их то все отбежали от виновника, который попал в меня шальным броском снежка. Я наклонился и за пару секунд слепил снежок и кинул в него. Все начали смеяться ведь они ожидали чего-то похуже. Повернувшись обратно, я вновь начал идти к своему лечащему врачу. «Может купить кружечку кофе?» пробралась в мою голову, мысль которую я решил воплотить в ближайшей ко мне кофейной. Зайдя в новую кофейную которой где-то, неделя я подошёл к баристе который только обслужил нового клиента.

– Добрый день. Можно мне кружку крепкой арабики? – Спросил у баристы доставая двадцать кредитов и положил их на кассу.

– Добрый. Извините, но вы случаем не знаете местного владельца травяной лавки? Она в провинции единственная. – Он начал спрашивать владельца травяной лавки не знает ли он владельца травяной лавки. Чуть не рассмеявшись, я попытался ответить.

– Да, знаю. Я его знаю как себя. – Ответил со смехом ожидая свою кружку кофе.

– Прекрасно, то я как раз не могу найти его лавку. Мне там надо купить несколько трав. – Сказал он мне доставая кружку из кофемашины и доставая деревянную ложку и пакетик с сахаром.

– Держите мой номер и позвоните завтра, то его лавка сегодня закрыта. Позвоните где-то в десять часов утра. Я вам обязательно отвечу. – Ответив и вручив ему одну из нескольких бумажек со своим номером (Которые я постоянно с собой ношу на всякий случай), я взял кружку с кофе и высыпав сахар начал медленными методичными движениями размешивать его.

– Спасибо, вы не представляете как выручили меня. – Поблагодарив он отошёл и взяв листок бумаги и написал на него свой номер и вручил его мне. – Это если я вдруг забуду вам позвонить. До встречи.

– До встречи. Удачи вам! – Попрощавшись я взял кружку и вышел на улицу.

Когда я дышал из рта выходил пар. Помню, как в детстве представлял из себя дракона тогда правда пока я дурачился нечаянно врезался в бетонный столб. Но от этого воспоминание наверно и закрепилось так крепко в моей голове. По левую сторону от меня стояла бригада, вешающая гирлянды на деревья. В такие моменты и на моём угрюмом лице выступает невольная улыбка.

Через несколько минут я дошёл до ворот больницы и сев на скамейку принялся допивать свою кружку кофе. Встав и дойдя до ближайшего мусорного ведра и выбросив в него кружку, я направился к воротам больницы. Пройдя через двор, где стояли машины скорой помощи и экспериментальная машина на кристаллах Абстракции. Поднявшись по лестнице и открыв дверь я попал в недавно построенный обеззараживатель который на момент моего последнего посещения был не достроен. Подойдя к регистратуре, я принялся ждать девушку, которая уже меня на лицо помнит.

– Здравствуйте Хайлс. – Прозвучал её голос позади меня.

– Здравствуйте Эльера мне, как всегда, к Зештеву. – Ответил ей сев на против её рабочего места.

– Хорошо, держите талон дорогу вы уже знаете. До встречи. – Попрощавшись со мной она начала сразу же обслуживать следующего посетителя.

Я прошёл мимо нескольких десятков людей, ждущих своей очереди к фальшивым врачам (Или же к настоящим что мало вероятно) которые будут их лечить. Из-за того, что на улицах стали работать десятки бригад, украшающие город зимними украшениями освещение в больнице, иногда мигало благо основное освещение в больнице были подключены к городской линии, а аппаратура и освещение в операционных и подобных помещениях стояло вместе с энергонакопителями. Электричество при полных энергонакопителями могло быть в больнице около суток после выключения. Завернув за угол в сторону лестницы, я увидел нескольких врачей, наряжающих коридоры больницы. Теперь под потолками висели также гирлянды, а на кофейных столиках искусственные ёлки с подарками из того же материала.

Поднявшись по лестничным пролётам и попав на третий этаж, я подошёл к кулеру и налил в стакан воды и решил выпить перед встречей таблетки и обезболивающие. Запив свои лекарства я подошёл к дверям Зештева и постучавшись услышал фразу «Входите!». Войдя во внутрь, я увидел Зештева со своей напарницей которые попивали кофе разговаривая друг с другом.

– Добрый день. – Поздоровавшись с ними обоими. Сев, напротив, Зештева начал ждать его реакции.

– Добрый день Хайлс, как ваше здоровье? – Спросила меня его напарница, ставя кружку на стол.

– Если не считать его ухудшение, то всё нормально. – Ответив ей я сразу повернулся в сторону Зештева который только поставил свою кружку на стол.

– Хайлс, рассказываете подробнее что стало причиной вашего прихода сюда. – Сказал Зештев включая какие-то программы в компьютере.

– Кашель усилился и из-за этого стало больнее в области грудной клетки. – Ответил я Зештеву ища деньги в сумке на спине.

– Вы начали принимать обезболивающее которое я вам сказал? – Вновь спросил он меня оглянув мимолётным взглядом.

– Да, совсем недавно начал, но. Также при кашле начали рассыпаться лёгкие изнутри и вылетать вместе с частицами Эктума. – Дополнив свой рассказ он удивился и оторвавшись начал смотреть на меня.

– Дела у вас плохи Хайлс. – Сказал он, соединив пальцы в замок.

– Я будто не знаю. – Ответив я продолжил слушать.

– Йостерская болезнь начала прогрессировать ко всем нашим опасениям и теперь у вас времени ещё меньше, чем пять лет. – Приглушённо сказал мне Зештев посмотрев на свою помощницу.

– И сколько же? – Спросил я, его думая о четырёх или трёх годах жизни.

– Вам осталось всего два года. – Ответил он, посмотрев на мою карту пациента.

– Теперь как я понимаю таблетки перестанут продлевать мою жизнь? – Спросил я, его достав из сумки двадцать тысяч кредитов.

– Да, теперь они носят лишь свойства ослаблять боль при кашле. – Ответил он, клацая ручкой, которой он пишет лишь в моей карточке.

– Просто потрясающе… – Посмотрев в сторону ответил Зештеву кладя деньги на стол.

– Извините, здесь мы уже не сможем помочь вам. Надеюсь, Хайлс вы проведёте свои последние годы жизни счастливым. И ещё кое-что. Заберите деньги я напишу, что это была ваша первая консультация, а тему её я сам придумаю. До встречи. – Я просто помахал ему рукой и засунув руки в карман вышел из его кабинета.

Всего два года, а потом конец моей жалкой жизни. Мне даже тридцать не стукнет как я умру. А шансы выздороветь меньше процента ведь у людей с отрицательной группой крови шансы вылечиться от этой болезни равны одной пятой одного процента. А у меня как раз отрицательная. Спустившись по лестнице вниз, я прошёл мимо Эльеры и сразу пошёл к выходу. Пойду в лавку хоть пообщаюсь с родителями и наверно не буду их огорчать этой новостью. Пускай думают, что у меня всё намного лучше, чем на самом деле.

Меня встретил тот бариста из кофейной и поздоровался, а я лишь прошёл мимо него. Не до него мне сейчас. Наверно следующая вылазка за пленницами будет последней, а потом начну просто жить обычной жизнью, которой у меня никогда и не было. Конечно, жаль, что лекарств от этой болезни нет, а лишь удача может тебе помочь, но она у меня всегда была той ещё хренью. Войдя в лавку, я краем глаза увидел родителей, идущих в мою сторону. Включив свет, я пошёл сразу запирать дверь к камерам чтобы родители не дай бог увидели мою ужасную сторону. Родители постучались в стекло в двери, и я просто махнул им рукой чтоб они заходили.

– Привет Хайлс, вижу, хорошо ты тут обустроился. – Сказал мой отец, осматривая помещение и декорации на стенах.

– Сколько трав на полках я даже не могу представить сколько люди отдают за всё это денег. – Начала восхищаться моя мать взяв с полки банку с корнем имбиря.

– Не так уж и много, как вы думаете. У меня по сравнению с аптеками тут всё довольно дёшево. – Ответив ей я закрыл дверь к камерам до конца и подошёл к отцу.

– Сколько в месяц ты зарабатываешь за продажу лекарств? – Спросил он меня посматривая на ценники самых дорогих вещей.

– Если не брать редкие продажи самых дорогих товаров, то четыреста тысяч с учётом на пополнение товаров, аренду и налоги. – Услышав мой ответ он был приятно удивлён ведь его зарплата без налогов составляет девяносто тысяч.

– Не хиленько, а зарплата сотрудникам? Ассистентке к примеру? – От его вопроса я встал в ступор пытаясь придумать какой-либо ответ.

– В смысле ассистентке? – С недоумением спросил я у отца пока мать с любопытством рассматривала лекарства на полках.

– Не показывай из себя дурака, у такого паренька как ты она должна быть. – С улыбкой сказал отец, подходя к матери.

– Я могу даже показать то, что её у меня нету так как тогда в документах по тратам была бы и зарплата рабочим. – Начал я пытаться опровергать мысль что у меня есть ассистентка.

– Значит она у тебя бесплатно работает, значит всё ещё лучше, чем я ожидал. – Рассмеявшись сказал отец, подойдя к матери. Я понял, что бесполезно отбивать его мысли от этого и решил уже заговорить со своей матерью.

– Что-то приглянулось ма? – Спросил я у неё встав рядом с ней.

– Нет, просто рассматриваю какой обширный у тебя ассортимент. – Ответила она мне положив на полку превращенный в пыль не активный кристалл Абстракции.

– Если что-то надо для твоей больной ноги, то можешь брать. За мой счёт. – С улыбкой сказал я ей садясь на стол, где стояла касса.

– Можно? – Переспросила она меня на всякий случай.

– Да, естественно можно. – Ответил я матери после чего она взяла с полки мазь из корня Целантина. – Вы пока осматривайтесь, а я приберу свою квартиру. – После своих слов я покинул их и поднялся на второй этаж здания.

Он весь был в полном беспорядке ведь в течении двух лет я не то, что девушек не приглашал, я даже не приглашал сюда самых близких мне людей. Первым делом надо было убрать гостиную, ванну и кухню. Ведь навряд ли они будут заходить в мою спальню. Я решил начать с ванны так как её я постоянно протираю и единственное что надо было сделать это положить все таблетки в шкаф-зеркало и смыть кровь в раковине. Сделав это за минуты три я выключил свет в ней и пошёл в гостиную. Здесь происходил сущий хаос. На полу валялись пустые баночки, из-под разных таблеток, которые были предназначены, как и мне так и девчонкам. Также пару шприцов, которые на этот раз были предназначены только для девчонок. Я начал быстро подметать ведь, зная своих родителей, которые могли появиться, как всегда, в самый не подходящий момент.

Собрав все лекарства что смог найти при быстрой проверке я положил их в мусорный мешок и завязал его верёвкой. Подправив картины на стенах и переставив мебель на свои места на меня вновь напал приступ кашля. К удивлению, крови было крайне мало, а частиц Эктума была довольно мало так что я смог обойтись лишь одной салфеткой чтобы вытереть руки. Сложив одежду, которая висела, где не попадя я принялся переодевать кофту ведь в ней я уже около недели. Половину вещей сложил обратно в шкаф, а другую бросил в стирку. После моей уборки в гостиной теперь можно было отдыхать (хотя отдыхать было слишком натянуто) или же просто посидеть что было уже ближе. Перебежав на кухню, я даже не смог представить куда девать банки от таблетки. Принеся мусорный мешок из гостиной я принялся развязывать его, а потом складывать все банки от таблеток и шприцы. Если так взглянуть, то мой дом был похоже на пристанище наркомана. Правда неправильного наркомана ведь вместо марихуаны или растворённых кристаллов Эктума в кислоте здесь везде лежали таблетки для поддержания женского здоровья.

Сложив весь мусор и положив тарелки в посудомойку я начал слышать, как поднимались мои родители. Завязав пакет и положив его в угол я поставил глиняный чайник на огонь и пошёл в гостиную. Сев на диван и включив канал с музыкой девяностых годов (Которая как, по-моему, лучшее что выходила за последние сорок лет) я принялся ждать родителей.

– Неплохой домишка у тебя. – Сказал отец, осматривая стены и фотографии на них.

– Спасибо, здесь я и жил все года, когда я съехал от вас. – Ответил я ему подходя к ним обоим.

– Можно ведь осмотреться? – Спросила меня мама после чего я показал ей рукой чтоб она проходила.

– За сколько купил? – Спросил меня отец, держа свои руки в карманах своей старой куртки, которая у него с тех времён, когда мне было лет семь.

– Не за сколько, я же говорил, что снимаю это здание. – Ответив я взял пульт и перемотал назойливую рекламу чтобы вновь играла музыка.

– Ладно, за сколько снимаешь? – Подправил он свой вопрос садясь на диван.

– Тридцать семь тысяч в месяц. – Ответив я пошёл к маме на кухню услышав, как она ворошится в холодильнике.

– Больше трети моей зарплаты. – Тихо сказал отец, переключая канали по телевизору.

– Что ищешь? – Спросил я у матери, которая доставала чайные пакетики из тумбочек.

– Искала что-то к чаю и, собственно, сам чай. – Ответила она, достав пакетики и положив их в кружки.

– Я сам. – Сказал я ей взяв чайник и наливая воду в кружки. – Вы тогда посидите в гостиной, а я приберусь по быстренькому в своей спальне.

Взяв кружку чая, я направился мимо отца в свою спальню. Поставив кружку на стол и сделав быстрый анализ бардака в комнате и поняв, что здесь произошла похоже война, выдохнув принялся убирать её последствия. Застелив кровать, я увидел ещё таблетки, которые здесь лежали больше трёх лет. Тогда я и с пленницами общался в своей комнате, а эти таблетки отключали мышцы и не давали им ничего делать. Я до сих пор ненавижу себя за то, что делал с ними. В тот момент я был не лучше своих клиентов если те покупали их, то я просто для профилактических мер. Выкинув эти мысли из своей головы и выбросив банку от таблеток в окно.