- -
- 100%
- +
– Ты откуда? – спросил Серый.
– Из Универа.
– А, блин, точно. Я забыл, хы-хы.
Тот, как сказала Света Оле, был на втором курсе БАУМНки. Ему было 19. Хотя внешне никак нельзя было дать ему такой возраст. «Максимум 16» говорили те, кто с ним знакомился. Парень, не смотря на рост и черты еще детского круглого лица, был крепким, здоровым, закаленным и повидал на много больше, чем все здесь собравшиеся. Он, также, как и Светка, не был москвичом: 12 лет назад переехал с семьей из Нижнего Тагила в столицу (Кстати, его фамилия, Свердлов, очень даже подходила ему, как человеку с Урала).
– Когда экзамены?
– Ой, давай не о них, – говорил тот с небольшой улыбкой на лице, – До сессии ещё полмесяца. Я эти дни буду тусоваться с вами.
– А твои однокурсники? Ты разве не с ними собирался…
– Да ни чё с ними. Козлы они, вот и всё. Москвичи, бляха. Нет, конечно, есть замечательные люди, но у них свои планы.
Все рассмеялись.
– Какие планы? – не прекращал тот разговор.
– Да, – молчание, – мы хотели в кино, но расписание посмотреть не удалось. Инет приказал долго жить. Решили завтра встретиться в скейтпарке, а сейчас – мы не знаем.
– Тогда слушайте мой вариант! – он потер руки.
Все развесели уши.
Ребята познакомились с ним, когда поступили в среднюю школу, в 5 класс. Из-за того, что здание школы было разделено, они не встречались раньше. Парень, который поступил в московскую школу сразу после переезда, на тот момент уже был в 7 классе и никак не изменился за эти годы со времен их первого знакомства. Такой же веселый, задорный и никогда не скучающий человек. Он порой находил плюсы там, где ими даже не пахло. Все друзья его любили и старались не упускать шанс провести с ним время. Он был холостой, хотя многим говорил, что в Свердловске его ждет Анька, которой по-настоящему не существовало. Все думали: «Почему же у такого «Петросяна» нет девушки?». Но ответ был прост – он её еще не нашел. Из-за этого он относился ко всем одинаково.
Часто водил друзей в лес, в походы, на заброшенные места или на активный мероприятия, типа страйкбола и фаертага. Также, одно из его самых важных качеств, как считали все, и друзья, и взрослые, – он умел мыслить очень далеко. Единственное, о чем он думал, если куда-то вмешивался, то это о последствиях, и он всегда к ним готовился, придумывая разные варианты событий и выходы из них заранее. Как сам говорил: «Я могу придумать ситуацию от того, что меня укусит муравей, до того, что на Землю упадет Астероид». Непонятно почему, но в эти слова многие охотно верили. Из-за этого качества каждый ощущал себя в безопасности рядом с этим человеком, хотя он сам порой творил странные вещи.
– Давайте завтра! Эм…да, завтра…Пойдемте на недостроенный небоскреб! Возле Москва-Сити!
У всех глаза стали круглыми. Конечно все понимали, что он предложит что-то необычное, но не до такой степени.
– Без меня! – прокричал Ярослав.
– Почему? Чё зассал?
– Нет, я на дачу уезжаю.
– Понятно! Ты на грядках. А вы чего?
– Это точно безопасно? – растеряно проговорил Серый.
– Да, Славик, не очкуй! Я там одну лазейку знаю, там ни охрана, ни милиция не увидит.
– Нет, ребят, нас же посадят! – провопила Ольга: – Или ещё чего. Это же административка.
– Вы теряйте огромную возможность! – все та же улыбка.
– Ну, не знаю, – вступила Света, – ты нас всегда водил там, где нельзя. Да, это было интересно, но не было таких жёстких правил, как сейчас. Оля права, нас могут поймать.
– А я бы сходил, – резко начал Гришка.
– Чего?! – пятеро друзей переглянулись.
– Ну посудите сами! Инет не работает, у этого подготовка, когда будет такая возможность? Нас же опять посадят в комнаты на карантин, если будет новая вспышка, о которой все говорят. Я ему доверяю и не против прогуляться.
– Красава, братан, красава! – тот дал другу краба и обратился ко всем, – Камрады, вы можете остаться дома и никак не переживать за то, что можно просидеть 15 суток в отделении, и то маловероятно, – он помотал ладошкой, – да, можно и так. Но я считаю, что самое страшное в жизни не ошибаться, а просидеть на жопе, ни о чем не думая. Для меня комнатный уют – самый последний вариант траты своего времени.
Все помолчали минуту. Дети не обращали на разговор внимания, они жили своей жизнью и что-то активно обсуждали. В то время, пока все думали, как поступить, студент легко посмеивался, глядя на друзей. И эта ухмылка действовала как провокатор. Прервал молчание Петька:
– А какая возможность? Ты сказал, что мы упускаем возможность.
– Вы же любите разные активности. В октябре же на ЛЭПе прыгали, в феврале с крыши в сугроб, а в последнее время только этим и можно заниматься. Пора залезть и на высоту – паркур на крыше, – он растянул фразу, – под моим надзором, хе-хе, – резко добавил, – У девчонок отличный шанс сфоткаться на фоне заката или зари. В зависимости от того, когда мы пойдем. Да! Идти надо либо вечером, либо ночью.
– Я не смогу, – сказала Оля, – за мной родители следят, я не смогу.
– Понято! Тогда в следующий раз! А вы?
Спустя еще минуту друзья ответили:
– Да хрен с тобой! Погнали ночью, – присоединились Петька и Серёга.
– Свет?
– Я вам позвоню сегодня, когда решу.
– Нет, Свет. Контора же прослушивает звонки из-за экстремистов, террористов и «иностранных агентов», – произнес друг с лживой интонацией и показал руками кавычки, – решай сейчас.
Светка постояла, потом подвела к себе Катьку и спросила:
– Принцесса, ты же не против, если я пойду с друзьями сегодня ночью?
– А ты меня с собой возьмешь?
– Нет, ты что? – Света захлопала глазами, никак не ожидая такого ответа. Катя надулась, – Но я тогда…, – старалась повысить настроение сестры, – я тогда…я тогда… – Светка задумалась. «Чтобы такого пообещать сестре?»
– Но тогда мы тебе расскажем одну тайну, если ты не будешь говорить своим родителям, о том, что Света идет с нами, – резко вмешался студент. Он сделала паузу, – Ты хоть знаешь зачем Света идет? – он присел на корточки, встретившись с Катей глазами.
Девочка захлопала глазами. Старшая сестра мало чем отличалась. «Действительно? А зачем?».
– Зачем? – сказала Катя с детской наивностью и глубочайшим интересом.
– Света идет с нами, чтобы найти старую письменность, в которой скрыты легенды о рыцарях и драконах, – загадочным голосом пробасил студент, – ты обещаешь, что не расскажешь?
– Конечно! Я никому не скажу! – Катя повернулась к сестре, – Правда, правда! – завопила она.
– Хорошо, – начала Света, – только никому.
– Никому!
– Никому, – повторила Света, закрепив слово их тайным жестом, который являлся для сестры их старым способом крепкого замка обещания: вытянула вперёд указательный и мизинец правой руки. Катя тут же схватила своим мизинцем и указательным и потрясла, закрывая замок обещания.
– Ну тогда договорились! Всё! Удачи вам. В два сорок жду вас возле моста, – студент развернулся и тут резко добавил, – около Москва-Сити, да?
– Замётано! – сказал Гришка и показал знак «Ок».
Все развернулись и пошли в сторону своих домов на позитивной ноте. Кто-то предвкушал ночной поход, кто-то ожидал легенды, а кто-то просто был рад познакомится с новым человеком. С этими мыслями друзья разошлись по домам.
Глава 2
В 01:00 Света тихо встала, оделась, как мышь прокралась в коридор квартиры, одела кроссовки и джинсовую куртку, вышла и закрыла дверь. С собой взяла: телефон, фонарик, ключи, бутылку воды и профессиональный фотоаппарат Nikon, с разными фильтрами на ремне. Проверив все вещи, она отправилась в путь, который начинался с лестницы классической Хрущевки.
Света сначала не совсем понимала зачем идет на запретную территорию. «Ну небоскреб, ну да интересное место», – думала она. Но после того, как друг сказал про зарю, она поставила себе цель – сфотографировать это явление. С ее любовью к природе упоминание про зарю стало пушечным выстрелом в ее голове. Если этот уралец, которого она знает еще с 2016 года не врет, а это не в его стиле, то она получит и своеобразное приключение, и отличную картинку для фотоальбома и Инсты, хотя в последнем смысла не было – Интернет ломался по всему миру.
***
Через час она без всяких проблем с полицией (внешне она выглядела совершеннолетней) дошла до Москва-Сити. У нее в запасе еще было 30 минут. «Надо дойти до начала моста, договорились вроде там». Пройдя еще 20 метров, она увидела человека. Приглядевшись, она узнала в нем Гришку и побежала к однокласснику:
– Гриш, привет!
– О, привет, ты уже здесь!
Они обняли друг друга, перекинулись несколькими фразами и стали ждать остальных.
Спустя 20 минут пришел Сергей.
Спустя еще 5 минут пришел Петька.
– Всем привет!
– Привет!
– Так, – Петька посмотрел на часы, время – 02:35, – еще один! Почему все приходят точь-в-точь, а не раньше?
– А, вы уже здесь! – раздалось сверху.
Все повернулись. На выступе двухэтажного дома на кортах сидел организатор.
– Грех, что с тобой? – спросил он Гришку, – я здесь начал сидеть еще до того, как ты пришел. – говорил он все также с улыбкой на лице. – Реально меня не заметил? Ты чё?
– Я думал это статуя, – прокричал тот, указывая на друга.
– Ну раньше здесь действительно была статуя! – ответил друг, – ну да ладно!
Мгновение и он внизу.
– А куда делась статуя?
– Я её снес! – ответил тот, как быдло.
На этот раз он был одет серьезно: военные штаны с наколенниками, камуфляжная куртка (расцвет типа «Березка»), горный штурмовой рюкзак на спине, на голове кепка со встроенными светодиодами в козырьке (никто не понимал, как он это сделал), на ногах армейские берцы, на руках тактические перчатки без пальцев и встроенными пластиковыми костяшками.
– Так кроссовки это – правильно, – сказал он, осмотрев друзей, – кеды тоже пойдут, – относилось к Сереге, – Ну? Пошли!
– А тебе удобно будет в берцах? – заметил Серега, – У них же тяжелая подошва.
– У этих нет, – подняв берец, друг стал показывать подошву, – Я специально такие искал. У этих легкая подошва, они предназначены для горных подразделений, но это фигня. Они хороши везде кроме одного – не предназначены для того, чтобы маршировать на Красной площади, как многие аналоги с тяжёленькой пяткой, – спросил он с улыбкой, – Вопросы есть?
– Нет.
– Как ты мне говорил в Замоскворечье, – произнес Петька, – Веди меня, Сусанин!
– Веду!
***
Пройдя метров 30, все повернули в сторону недостроенного небоскреба. Справа была набережная, за которой текла река. Шли они через двухэтажные и одноэтажные дома, которые пустели, т.к. в них давно никто не жил. Их путеводитель выбрал правильную дорогу – через переулки, потому что они не освещались никакими фонарями. Были освещены лишь главные улицы, набережная, сами небоскребы и окрестные улочки вокруг них. Когда до ограды оставалось метров 80-100, проводник резко свернул влево, в узкий переулок. Легко забравшись на двухметровый бетонный забор, он сел и подал руку:
– Залезайте! Тут через заброшку, на второй этаж, а потом по трубам.
Он всем помог перелезть, затем повел на второй этаж какой-то двухэтажки. Внутри был беспорядок. Сразу видно, что здание давно не использовали: пыльные стены, сорванные обои, поломанная мебель, разбитые стекла. Поднявшись на второй этаж, тот залез на подоконник, осмотрелся и шагнул вперед. Действительно, толстенные трубы и кабели проходили напротив окна, вели через дорогу, располагавшуюся под ними, на территорию заброшенного небоскреба, затем уходили в сторону к остальным 19, действующим небоскребам Москвы-Сити.
Допрыгнуть до труб было легко (между ними и домом было всего лишь полметра), забравшись на них сверху, студент осмотрелся и дал знак о том, что можно перелезать. Минута и 5 друзей уже сидели на связке разных труб и кабелей. Было довольно высоко, но эта высота ничто по сравнению с тем местом, куда они направлялись.
Света устроила поудобнее фотоаппарат и дала всем знать, что готово двигаться дальше. Но, когда все уже хотели пойти в сторону небоскреба, организатор резко остановился. Посмотрев вправо, он обернулся ко всем подставил палец ко рту – «Ни звука!». Затем показал всем жестом чтобы присели. Сначала Света не поняла, что не так, а потом увидела причину команды «Ни звука!». Внизу, прямо под ними шел патруль, двое Рос-Гвардейцев. Они топали по дороге и о чем-то болтали.
Проводник ребят резко, почти не слышно сел на корточки, оперся на левую руку и стал следить за Гвардейцами. Со стороны выглядело так, как будто хищник наблюдает за своей жертвой.
У Светы внутри всё похолодело, она никак не хотела оказаться в отделении по такой глупости, поэтому сидела, не дергавшись и почти не дыша. Остальные не подавали каких-то эмоций, но было видно, что у них в голове происходило тоже самое.
Через 20 секунд гвардейцы исчезли за поворотом. Патруль прошел мимо, не заметив и даже не заподозрив присутствие нарушителей. Подождав минуту, «Иван Сусанин» повернулся и сказал шепотом:
– Пошли.
– Да ты прямо «Хищник», – произнес тоже шепотом Петька.
«Сусанин» легко хмыкнул на шутку. В положении полу присед он пробежал по трубам, ведущие через дорогу, сел и стал ждать остальных. Все перебегали по одному, через минуту перебрался Серый – он был последним.
Спуститься с труб было легко, хоть и высоко – прямо под ними была куча шин, куда нарушители прыгнули как на батут (по одному). Неожиданно Гришка задал вопрос:
– Сюх, а ты уже ходил здесь?
Тот обернулся, вытянул лицо, поднял брови и сморщил лоб:
– Не-э-э-т, – произнес тот, как какой-то алкаш.
У всех внутри потеплело. Шуточка зашла.
***
Перед ними стоял небоскреб, построенный где-то на 40 процентов. В высоту он уходил на 80 метров, по сравнению с действующими он казался одиноким карликом, как будто его «старшие братья» отвернулись от него и забыли. «Старшие братья» светились ночью, от работающих ламп на каждом этаже, и блестели днем от преломления солнечных лучей от стеклянных окон, а этот младший ни блестел, ни светился. Он был один. От этого зрелища в душе стало жутко, но интерес не пропадал. На часах было 03:15, путеводитель всех повел в здание:
– Нам нужно на самый верх, – друг сделал паузу и развернулся ко-всем грудью, – Оттуда открывается «шикарнейший вид», – произнёс он и развел руки в стороны, – люди сверху нас там не увидят, а снизу и подавно, – он отвернулся и добавил, – ведем себя тихо.
Все ускорились и приободрились. Первые 8 этажей миновали по ступенькам бетонной лестницы, а вот на 9 появилась проблемка: лестница была не достроена, а поблизости стремянок не было. Все ожидали чего-то от проводника. Тот в свое время снял рюкзак и достал оттуда веревку, обвязку, пару карабинов и один жумар. Затем он обратился к Гришке:
– Ты ведь штурмовым альпинизмом занимался?
– Да, и продолжаю.
– Значит – будешь обвязывать и отправлять. Я буду принимать сверху.
– Окей.
Тот, подпрыгнув и зацепившись за одну из горизонтальных балок, подтянулся, сделал «Выход силы» и очутился на 9м этаже. Обмотав вертикальную балку и завязав узел «Восьмерка-проводник», он прицепил короткий конец, где был узел, к карабину, который закрепил за обмотанную часть, а длинный конец сбросил вниз.
– Ты на что вязал?
– Восьмерка-проводник.
– Так это неправильно.
– Я не знаю, как правильно, но знаю, что так надежно. Проверить хочешь?
– Нет, так можно, но неправильно.
– Вы прямо сейчас это будете обсуждать? – ворвалась в разговор Светка. Друзья потупились.
– Короче, надевай на них обвязки и закрепляй, – сказал тот Гришке, – я надеюсь, все помнят, как пользоваться жумаром?
В ответ все закивали.
В 2017 году они вместе поехали в спортивный лагерь, где и научились одевать обвязки и пользоваться жумаром. Через год лагерь закрыли, но воспоминания остались на всю жизнь.
Спустя 15 минут все были на 9м этаже. Подобная процедура подъема повторилась и с 10м, последним этажом. Общее время подъема 30 минут. В 03:50 все были на верху. С минуты на минуту должна была начаться заря. Уже вдалеке была видна белая черта, но над головой еще была темная ночь.
Бесспорно, «Сусанин» был прав: восточную часть Москвы было видно очень хорошо, все девятиэтажки и новые постройки просматривались четко. Было ощущение, что эта заброшка – самое высокое здание в Москве.
Петька подошел к краю и закричал: «Я король мира!»
В ту же секунда ему прилетело по шапке: студент подскочил к нему, заткнул рот рукой и уронил на спину.
– Ты че творишь?! Решил всех нас конторе сдать? – шепотом «кричал» друг.
– Ладно извини, – пробормотал Петька, ехидно улыбаясь.
– Мы на этажах говорили, но не орали, потому что нужно было. Соблюдай тишину!
– Да понял, понял.
– И вы тоже! – это относилось ко всем.
***
04:05. Началось.
Восход солнца был чудесен: маленький кусочек солнца осветил весь город, стеклянные дома легонько поблескивали от солнечных лучей, белые густые облака не мешали картине, а наоборот приукрашивали ее, заставляя задуматься о том, как прекрасен этот мир.
Их организатор одел солнцезащитные очки, сел, надел наушники (в отличии от друзей музыка у него была скачена на память телефона и не требовалась сеть для ее работы) и стал любоваться пейзажем, мотая головой (все были в курсе, что он ярый меломан по тяжелой музыке). Гришка достал из сумки бутерброт и газировку, сел на сумку и начал свою трапезу. Петька и Серега сделали пару фотографий и устроили соревнование: кто дальше от края отойдет, кто до балки допрыгнет и все в таком роде (как дети). Светка же не переставала любоваться зарей, периодически делая снимки.
Она сидела, подставив солнцу щеки, и наблюдала за городом так, как любит это делать: замерев на месте, не произнося ни звука, будто боясь потревожить жизнь лишним шумом, медленно оглядывала окрестности глазами, не двигая головой.
Вдалеке бегали одиночные машины, из труб заводов шел белый дымок, в небе виднелись белые яркие огоньки – самолеты. Самолеты летали круглосуточно, из Москвы или в Москву постоянно ходили рейсы. Со стороны эта картина выглядела довольно странно: белые точки шли прямо на город, но в последний момент сворачивали куда-то в сторону, словно устали и ушли с маршрута, не достигнув цели. Но это лишь вид со стороны. Самолеты сворачивали в аэропорт, туда, куда им нужно и никак иначе. Даже Катька, сестренка, знала, что небо над Москвой закрыто, нарушителей воздушного пространства сбивали.
Вдруг к ней подошел Сеня и нарушил тишину:
– Давай я тебя щёлкну!
Света, не раздумывая, с большой улыбкой на лице отдала фотоаппарат (ей очень хотелось иметь фотографию себя на фоне Московской зари) и стала позировать. Тот сделал по две фотографии на каждую ее позу, используя каждый фильтр Nikonа, затем отдал фотоаппарат.
– Спасибо.
– Да не стоит.
– Нет, спасибо, что позвал. Ты был прав. Это прекрасно, нельзя упускать такую возможность. Особенно мне – человеку, который любит такие пейзажи. Похоже, я за этот год позабыла об этих чувствах.
– Не сидите на месте. Рискуйте, изучайте, пробуйте, а то так вся жизнь пройдет и не заметите.
Он снова сел на место. Посидел минуту и сказал:
– Который раз убеждаюсь в том, что самое интересное время – это время перед рассветом.
– Почему? – спросил Гришка.
– Потому что, после этого наступает новый день, – сказал тот, приподняв брови и указательный палец левой руки.
Все замолчали и стали любоваться восходом солнца, даже юные «паркуристы».
***
Спустя полчаса студент встал и сказал:
– Всё нам пора, а не то могут заметить.
– Ты же говорил, что нас не заметят от сюда, – запротестовал Серега.
– Да, нас и не заметили. Сейчас уже светло. Надо идти.
Друзья нехотя встали, и направились за ним.
Спустились с 10 и 9 этажей на много быстрее, чем поднимались. Общий спуск занял минут 10. Спрыгнув на бетонную лестницу, студент упаковал снарягу в рюкзак и пошел вниз первым, так как они все еще были на запретной территории. Шли молча и тихо, все старались шагать бесшумно. Никому не хотелось провести этот, только что начавшийся день в отделении.
Миновав 4й этаж, ведущий резко остановился и уставился на проход. Вся компания остановилась тоже. Спустя 2 секунды раздался грубый и противный голос:
– Э, вы чё здесь делайте, на?!
У всех душа ушла в пятки. Все испытывали одни и те же эмоции: «Все! Мы пропали! На кой черт мы согласились?!» Однако голос виновника всего собрания всех переубедил:
– Мужики, извините. Мы этажом ошиблись.
– Каким этажом, на?! Это наша точка ё*та!
Вся кампания тут же поняла, что это не менты, а гопники, которые за последний год, первый после карантина, обрели новую волну и стали развивать своё влияние. От осознания этого легче не стало.
– А че у Огрызка не значитесь? А ё*та? – резко ответил ведущий.
Рожи у двух гопников поменялись. Они поняли, что это не лох перед ними, а серьезный пацан, который был в курсе правил местных барыг. Но друзьям стало ещё страшнее. Ещё бы: их друг, культурный, добрый и веселый, оказывается шарит в криминальной игре. Жуть!
– Так, на, – начал один из бандитов, – гони косарь, и мы в расчете!
– Ага, б****, ещё чего тебе?! Чаю заварить?!
– Так, короче, этот, – упырь в кепке подтянул к себе Гришку, – остается у нас, если не будет пять косарей…
– Э, руки убрал, у*бок! – начал сопротивляться тот, но сразу заткнулся, когда к лицу подвели лезвие ножа.
– Слышь! – попытался встрять Серёга, чтобы продемонстрировать разговорчивому, что их больше, и они положат его самого и его подельника (и чтобы не терять авторитет в глазах Светы), – грабли свои убрал от него!
– Молодые, не возникайте! – парировал тот: – А то ваш друг может стать короче! – проговорил он, медленно поводив лезвием в воздухе.
Гришку парализовало, он был будто кукла, которой управляет кукловод. Всем стало совсем страшно. Светка хотела рыдать. Её тихо обнимал Петька, успокаивая. Всю жизнь они не встречались с вооруженными людьми и не думали о том, что встретят так, как в Москве во время первого карантина нарушителей жёстко пресекали, и уровень преступности был низким, чего не скажешь о после-карантинном периоде. Подростки никак не ожидали повстречать таких, особенно на заброшенном никому не нужном небоскребе.
– Так, мля, если через час ты не принесешь пятерку, то мы его сбросим, ты понял? – сказал гопник в лицо проводнику. Он был чуть ниже уральца, но в руках держал короткий нож, поэтому не боялся, – не слышу отве…
Гопник не договорил. Меньше чем за секунду ему провел серию из двух ударов. Удары были мощные, так как вкладывалось все тело, а также на перчатках были накладки, что увеличивало урон. Светка резко вспомнила, что её знакомый полтора года занимался Тайским боксом и даже участвовал в соревнованиях. Серия ударов, положила спать бандита: отлетев на метр, со сломанным носом и разбитой губой, гопник упал на пол без сознания, нож улетел куда-то в сторону. Серёге захотелось тоже продемонстрировать силу, только на другом, и он уверенно стал наступать… Второй, резко отбежав от Гришки, начал пятиться назад от наступавшего, показывая пустые ладошки:
– Братан! Братан! Тихо! Я понял, прости! Можешь ходить здесь! И братаны твои тоже! Всё! Всё, на!
– Завали е****. Вас Огрызок кончит!
Положив руку на плечо Гришки, он пошёл вместе с ним вниз. Серёга напоследок плюнул в сторону лежащего и пошёл за друзьями. Остальные не отставали. Всем хотелось поскорее убраться от сюда.
Все сначала думали, что придется лезть на трубы, но нет: Сенька посмотрел через забор, убедился в том, что никого нет, поставил деревянную лесенку, которая валялась возле кучи шин, и начал всех переправлять на противоположную сторону, на дорогу.
Спустя 10 минут ребята стояли на том месте, где они встретились в первый раз за эти сутки. Их проводник остановился и повернул к себе лицом Гришку:
– Эй, брат, ты в порядке?
– Да нормально всё! Каждый день мне угрожают ведь! Просто супер!
Уралец крепко обнял друга и сказал:
– Давай крепись.
Гришка мотнул головой, но ничего не сказал. На его лице не было никаких эмоций.
– Простите меня, надо было с самого начала проверить и убедиться. Я вас подставил…
– Чувак, это было п***** как круто! – вскрикнул Петька.
Тот озадачился. Он никак не ожидал положительных эмоций.
– Слушай, а ты реально шаришь в криминальной игре?
– Я ожидал другой реакции, но скажу тебе так: криминальная игра никогда не была и не будет игрой.
– Ты первый раз встречаешь гопоту? – спросил Серый.
– Нет.
– Ну, было видно, – ответил тот.
– Подожди, – пробормотал Петя, – Если ты знал, что тут есть гопники, почему не вооружился? Е-ман, ты конченный!