«Иллюзия Свободы» Синергетический эффект часть 1

Данная история – не что иное, как квинтэссенция

историй известных рок-музыкантов

на примере вымышленного ансамбля,

пусть и являющейся, по сей день,

чьей-то мечтой и фантазией…

Иллюзия Свободы

Часть 1

Синергетический эффект

Предисловие

Ещё во времена отрочества я всегда имел желание музицирования в каком-либо рок-коллективе. Пусть, так и не суждено мне было осуществить эту заветную мечту, зато я написал про это целую книгу.

Данная книга посвящена моим друзьям, чьи прототипы с лёгкостью читаются в этой книге, в эти главах, в этих строках. Юра, Саня и Паша, без вас этой книги не было бы. К сожалению, не все из них смогут прочитать эту книгу. Во второй части об этом будет целая глава.

Остальные участники книги это, в основном, так же прототипы реально существующих людей, с которыми меня, так или иначе, сводила судьба. Но так как эти персонажи весьма вторичны в сюжетной линии, то прототипы этих людей не будут такими же логичными и узнаваемыми, как основная «четвёрка» героев «Иллюзии Свободы».

Многие ситуации из реальной жизни, так или иначе, перенесены в какой-то степени сюда. Названия рок-групп местной тверской сцены так же сохранены. Большинство названий песен так же реальны, и существуют в реальном мире.

Всем приятного прочтения.

Ваш автор:

Антон Разаев

Часть 1

Только вперёд!

1. Первые шаги

– Ребята, это наш новый вокалист.

Ребята не поняли, что произошло и зачем. Тони Ви, основатель подростковой рок-группы без имени, представил своего нового приятеля коллегам по группе. И если Алекс, бас-гитарист, был в курсе происходящего, то остальные музыканты были озадачены происходящим.

Связано это было с тем, что Тони Ви хоть и являлся человеком собравшим группу, найдя репетиционную точку в местной школе, где учились некогда почти все музыканты коллектива, но его авторитет постоянно оспаривал второй гитарист. Видимо ему и не нравилось то, чтобы обоих их звали одинаково, и оба были гитаристами. Странно, что они вообще здоровались друг с другом и находились внутри одного коллектива. Классический пример того, что противоположности не только не притягиваются, но и показывают друг другу средний палец.

Уже в этот момент Тони Ви подумывали исключить из группы, так как все хотели чего то своего, и уж точно не хотели идти за кем то одним. Подростковые амбиции каждого не позволяли подчиняться кому-то одному. Но из-за нового вокалиста сильнее всего напрягся барабанщик Дэн. Дэн в прошлом знал вокалиста Тони Роуза, они вместе учились в школе, и в виду старого конфликта одноклассника Дэна с новым вокалистом, картина была не радужная.

Тони Роуз: «Когда я пришёл на свою первую репетицию, то странная была ситуация. Напряжённость витала в воздухе. Гитаристы, которые, почти что, открыто, плевали друг другу в лицо, да еще, и мы с Дэном… Конечно же, шутки Алекса немного сглаживали углы, но толковой репетиции тогда так и не вышло, хотя я и привнёс тогда некоторое новшество. У парней была песня авторства Алекса, которая оказалась очень даже мелодичной, но вокальная манера была ужасно монотонной и убогой. Я же добавил более раздельного произношения и выразительности, что предавало жизни лиричному тексту, и мелодики в целом. И попробовав так спеть единожды, к изначальному варианту мы уже не возвращались. Ни тогда, ни когда-либо ещё».

Тогда же у парней стала зарождаться песня, похожая на какую-то провинциальную версию рэп-кора из какого-то богом забытого села. Но основателю группы уже будет не суждено участвовать в её создании, как и новому вокалисту.

Не смотря на то, что Тони Роуз и Алекс были знакомы дольше остальных, помимо этого, они были роднее и ближе друг другу, чем кто-либо из их коллег. Про взаимоотношения этих двоих можно писать отдельную книгу, потому что даже рассказом здесь не отделаешься. Здесь были мелкие хулиганские шалости в детстве, и череда ежедневных драк позже, у них даже родители были знакомы, и всегда приветствовали друг друга. Алекс даже был тем, кто впервые увидел тексты Тони. Странно лишь одно – это то, что Алекса не вырвало при виде этого кошмара.

Незадолго до того как Тони и Алекс начали совместную творческую деятельность, Тони окончательно расстался со своей девушкой, из-за чего он сильно страдал, причём, в большей степени во время отношений, что было весьма забавно. После этого разрыва Тони захотел написать текст. По понятным причинам текст был насквозь пропитан гневом гнетущим, который в тысячи раз преувеличил демонизм музы. Тони хотел в качестве музыкальной составляющей песни слышать эдакий постгранж, но весьма утяжелённый, что только бы подчёркивало мрачность текста. Но данной песне так и не было суждено родиться и прозвучать, что, скорее всего, и к лучшему. Хотя попытки расставить аккорды на листе бумаги были.

Алекс: «Эта был ужасный текст. Хуже и представить сложно. Даже, исполняемая нами тогда «Серым свинцом», в сравнение не шла с этим куском бреда. Я тогда согласился на написание музыки только из-за уважения, не более того. Да и, честно говоря, вокалист из Тони тогда был такой же, как и этот текст. Да и кто на текст придумывает музыку? Хотя сейчас этот момент вспоминается уже с улыбкой и приятной ностальгией».

Добрый и безобидный Алекс тогда и объединял все части несочетаемого в этой группе. Во всяком случае, до определённого момента, пока Тони Ви, основатель группы, не был выгнан. Далее знамя руководителя взял Тони Кей, набрав двух новых вокалистов из компании своих друзей, с которым вместе учился: Пол и Грэг. И на радость себе Алекс, Тони Кей, Дэн и вновь прибывшие Пол и Грэг начали стремиться подражать модным альтернативным музыкальным течениям, и перестали делать что-то идущее от души, как, например «Серым свинцом».

Тони Роуз ещё приходил на репетиции, но уже в качестве слушателя, и чтобы после репетиций попить пива. В основном, конечно же, из-за компании молодых собутыльников.

Алекс: «Не понимаю, зачем он находился на наших репетициях, и так рвался на них попасть. С другой стороны он не рвался выхватить микрофон, не мешал нам играть. Он до самого конца нашей группы был рядом, даже был со мной, когда я покупал себе новую бас-гитару. Один из немногих, кто реально поздравил меня с покупкой. Мне кажется, что пацаны из группы даже не особо разделяли мои чувства, нежели Тони».

Тони Роуз о распаде группы: «Парни стали выглядеть вторично и посредственно, а кому то даже мастерства не хватало для той музыки, которую они хотели делать. Просто в то время такого было и без такого с избытком. Да и идея называть себя неформалом в толпе тебе подобных – та ещё затея. С другой стороны, всем было по семнадцать – восемнадцать лет, и в эпоху юношеского максимализма, и на волне переходного возраста, сам бог не понимал бы, что кошерно, а что гнилой залечь.

Обиднее всего, лично мне, было то, что, как мне казалось, перспективную песню задвинули практически сразу же с набором новых вокалистов. Понятно, что сложно представить, скажем, “Knocking on heaven's door” в репертуаре у Slipknot…, но логичнее было бы уже назваться кавер-группой, и не морочить никому голову, играя каверы на Limp Bizkit, модных тогда Jane Air и еже с ними. А песня то была действительно хороша в двух смыслах: она мне нравилась не только как слушателю, но и как исполнителю. Лиричная, но не розовые сопли, рифовая, но не второсортный металл какой-нибудь. Но какая-то фантазия в голове у меня по поводу этой песни всегда была в моей голове, идея её реанимировать была всегда. Эх, Тони Ви, надо было бы ему самому Тони Кей гнать в шею, но получилось, как получилось».

Алекс: «Мы тогда всё реже и реже стали собираться всей группой и что-то обсуждать. Интерес к группе пропадал. Тони Кей со своей компанией стал после репетиций сразу уходить, игралось одно и то же, нового ничего не сочинялось. А на Грэга и без слёз не взглянешь тогда. Пытаясь навалить гроула, он всегда, как мне казалось, наваливал в штаны. Пол, фактически, работал за двоих. В конечном итоге все стали поступать в колледжи и университеты, и группы не стало до того, как ей дали какое-то постоянно имя. Оно, наверное, и к лучшему».

Тони Ви: «Я, конечно, не испытывал высоких чувств к нашему второму гитаристу и ударнику, и было понятно, что что-то надо было предпринимать внутри группы, но узнав о распаде, я не удивился, даже рад был. Было понятно, что с таким лидером, который стал после моего ухода, корабль сразу сядет на мель. Удивительно, что они продержались, где-то три месяца. Жаль, что мы тогда с Роузом не взяли группу в свои руки. Но, оглядываясь на всё это, могу сказать только одно, что не жалею, что я ушёл из этой группы. Такую группу покинуть совсем не обидно. Жаль только, что, на какое то время, наша песня умерла вместе с группой…, но, так сказать, дерьмо случается».

2. Судьбоносная встреча

Где то в параллельной вселенной, но внутри того же города и мира, жил ещё один забавный паренёк, которого звали Джордж. Он только что окончил музыкальную школу по классу фортепиано, что совпало с окончанием средней общеобразовательной школы. Не смотря на то, что образование получено по классу клавиш, он себя, как гитариста, мало как воспринимал. После окончания музыкальной школы у него появилось лишь одно желание – желание играть на гитаре. В виду того, что окончание музыкальной школы подарило Джорджу много свободного времени, то он два года усердно играл на гитаре, совершенствую свои навыки.

Джордж: «Я с самого детства пропитывался рок-музыкой. Мой отец любил музыку, да и сам я рвался вечно посмотреть музыкальный блок по утренним телеэфирам в выходные дни. Уже, ближе к окончанию музыкальной школы, у меня была моя первая акустическая гитара. Мне её отдал школьный приятель. Она была не новой, но звучала бесподобно, и была полностью исправна.

Именно после музыкальной школы появились первые идеи по созданию группы. Туговато было только с ударником. Мало кто хотел в хай-хэт бить, фронтмэнами все хотели быть или, хотя бы, просто трясти длинноволосой башкой под качающий риф».

Джордж тогда готовился к поступлению в университет на инженерную специальность, и, казалось бы, времени свободного не было, но он всё же делал всё возможное, чтобы играть в группе. С товарищами по музыкальной школе не получилось, так как все разбрелись кто куда, поэтому пришлось придумывать план «Б».

У мамы Джорджа была подруга, которая жила на другом конце города. У неё тоже был сын того же возраста, что и Джордж, которого звали Пол. Пол так же играл на гитаре, и хотел играть в группе. В отличие от Джорджа, он не оканчивал музыкальную школу, и так же самостоятельно научился играть на гитаре, подбирая известные песни, а потом прокачивал мастерство тем, что пытался повторить партии гитаристов из известных металл-команд.

Джордж о Поле: «С Полом мы давно были знакомы, просто не особо близко общались. Всё же родители наши общались, и мы пересекались, так или иначе. Но, чисто случайно списавшись, мы долго переписывались. Сложилось даже такое впечатление, что мы всегда были теми близкими друзьями, которыми стали уже позже. Когда я узнал о том, что Пол играет на гитаре и, сравнив его музыкальные предпочтения со своими, то понял, что лучшего шанса не будет. Я сразу же предложил поиграть вместе, а потом искать остальных музыкантов уже вдвоём. Судьба это или знак свыше, но произошло что-то невероятное, чего больше, пожалуй, не происходило в моей жизни. Безумная химия».

Позже Пол и Джордж стали регулярно посещать концерты метал-групп, проходящие у них в городе, начиная, в том числе, и поиски единомышленников, с которыми можно было бы собрать группу. В перерывах между концертами и прочими личными делами, Пол и Джордж неоднократно пытались вместе поиграть на акустических гитарах. По велению Всевышнего, они моментально сыгрались, и начали попадать друг в друга. Этот дуэт гитаристов, по части слаженности, можно было бы сравнить, разве что, с Кирком Хамитом и Джеймсом Хэтфилдом из Metallica. Как бы они не сбивались, они моментально подстраивались друг под друга. Такой дуэт музыкантов очень редко когда можно встретить. Одни на тысячу, если ни на миллион.

«Мы могли играть на гитаре часам, абсолютно не уставая, гоняя одни и те же песни. Серьёзность намерений была такая, что мы не тратили время даром на четырёх-аккордные песни таких групп как «Кинофильмы», «Газовая атака» и т.п. Мы сразу начали с «Мании Величия», двигаясь с каждым разом к более сложным и техничным партиям таких групп, как “Craddle of filth” и т.д.».

Так продолжалось около пяти месяцев, пока не случилась ещё одна судьбоносная встреча. Это знакомство дало большой багаж опыта устройства взаимоотношений в группе, а так же навыки организационных мероприятий.

На одном из концертов местных метал-команд выделялся всем своим пафосным видом Дэн. Он давно общался в кругах местных музыкантов и организаторов таких концертов. Его близкой подругой была организатор половины таких мероприятий. Одному Богу известно насколько они были близки, слухи ходили разные, но, как говорят злые языки, о взаимоотношениях этих двоих можно написать ещё одну отдельную книгу, и снимать многосерийную экранизацию. Но надеюсь, что ни один сценарист и режиссёр не возьмутся за такую арт-хаусную трэш-метал работу.

По стечению обстоятельств на этом мероприятии был Алекс – завсегдатай участник таких концертов со своей группой «Тень», которая настолько часто меняла музыкантов, что там только ленивый не играл. Его пафосу и напыщенности позавидовал бы и сам Дэн, и не только. Сам Мэрилин Мэнсон позавидовал бы.

Вспоминает Джордж: «Ну как вам сказать, желание сунуть кулак ему в лицо – оно появилось сразу – при первой встрече. Дядя этот странно выглядел, просто мозолил глаза всем своим видом. С учётом того, что он был старше, практически каждого из участников выступающих музыкантов, лет на десять, то выглядел он, как … нет, не могу придумать достойного сравнения. Одному Богу известно сколько раз мы его послали к чёрту, освистав выступление группы «Тень» в том числе. Но внешний вид – это полдела».

Пол: «Господи, нелепость и ходячий второсортный анекдот. В дальнейшем мы долго думали, почему с ним музыканты играют? Он что, паспорта отнимает? Ну, или … страшно даже подумать».

Так получилось, что сойдясь на шутках, Джордж и Пол начали общаться с Дэном. Как оказалось, у них достаточно похожи были музыкальные предпочтения, о которых они долго разговаривали в баре, когда спутница Дэна уже ушла по своим делам. Но тут было не возникновение прочной, практически кровной, связи, как у Пола с Джорджем. Тут Дэн выступал, скорее, в качестве наставника. Слово за слово, зашёл разговор о совместной группе. Дэн сказал, что он собирает группу, и что у него уже есть клавишница и бас-гитарист. После приглашения Дэна, парни даже не думали, а сразу согласились. Оценив возможности Дэна, особенно в самом начале творческой деятельности, это был тот вариант, от которого нельзя отказываться.

Джордж: «Не смотря на то, что просто потрясающе, что в дальнейшем наши дороги разошлись, но именно в тот момент упускать такой шанс было бы просто незаконно. Пол это тоже понимал, и мы хором согласились. Не смотря на то, что мы втроём уже были изрядно пьяны на тот момент, выпив бесконечное количество пива, но и на трезвую голову ничего бы не изменилось. И даже на тот момент у нас не было места для пива, которое вот-вот пойдёт обратно, от Дэна мы приняли ещё по бокалу в знак сотрудничества. Название же мы придумали уже на следующий день, освободив свои тела от расслабляюще отравляющего алкоголя».

И будет имя им «Харон». В виду связей Дэна, они быстро начали занимать место в музыкальной метал-среде. Хотя в круг общения входили многие коллективы города. Были и унылые готичные коллективы, типа «Тени», были и более лёгкие стили.

Всем им хотелось добиться популярности, как правило хотя бы, двух коллективов: «Паха Пау» и «Хоккей», так как те регулярно выступали на крупнейших музыкальных фестивалях страны. Причём настолько яркие были выступления, что их регулярно транслировали на местных радиостанциях.

3. Местная сцена

Тони Роуз: «Хоккей были настолько яркими, что на выступлениях группы невозможно было оторвать от них взгляд. Эта бешеная энергетика просто отрывала голову. Я никогда не прыгал на концертах, но они… добились своего исключения. С учётом того, что я имел возможность общаться с некоторыми участниками этой группы лично, я только убедился в том, что это искренне, потому и звучит так круто. Хотя, по сути, это просто качественная версия «Blink-182».

Джордж: «Как же достал он нас своим Хокеем. Просто помешался. Я его никогда не рассматривал как вокалиста только из-за того, что мистеры Дэлонг и Хопус играли некую версию «Green Day», которые были версией «Ramones». И так до бесконечности можно перечислять. На меня тогда влияли, в основном метал-команды. Местные в меньшей степени, так как в период «Харона» мы ориентировались на блэк-метал, а таких коллективов было не много».

Алекс: «Я тогда начал уходить от панк-влияния Тони, переходя как слушатель, на метал-группы. И с Джорджем, в основном, согласился бы насчёт восторга Тони по поводу «Хокея». Но его расчёт был и на наши навыки на тот момент. Да и пел он на тот момента не многим лучше убогого вокалиста «Т!».

В то время, местными организаторами был сформирован фестиваль, преимущественно местных рок-коллективов. Заявлен этот фестиваль был ещё месяцев за девять. Причём в хэдлайнерах числилось несколько столичных имён, которые тогда были очень популярны. И так, по степени подготовки и организации, количество исполнителей пополнялось, пока в конечном итоге не сформировался провинциальный «Вудсток». Так же на фестиваль, в последний момент, включили группу, которая окончательно сформировалась только за три-четыре месяца до фестиваля. Это была «Шуньята», которая подавала очень большие надежды.

Джордж: «Для нас, как для молодой группы, это мероприятие было очень познавательно и полезно, так как там выступало много исполнителей тяжёлых жанров метал-музыки. Конечно, там выступали и шлаковые группы, например, при выступлении которых, половина публики уходила с площадки. Удивительно, но одна из таких групп и по сей день существует, изредка выступая в местных клубах.

Конечно же, мы были впечатлены, самым диким образом, группой «Бэлфор». Банда состояла всего из четырёх человек, но тот звук, та мощь и энергетика, которая исходяли от них, просто сносили с ног. Для нас эти мужики сразу же стали творческим ориентиром».

Тони Роуз: «Тогда на сцене «Big Air Feat» было огромное количество достойных ансамблей. Шуньята и Хокей, покорившие моё сердце, например. Но «Бэлфор» впечатлили и меня. Музыка была очень тяжёлой, которая мне обычно не нравится, но энергетика и внешний вид музыкантов заставляли просто выпадать в осадок и сушить, наполненные восторгом, штаны».

В тот день трио встретилось впервые, но знакомы они ещё не были. У Джорджа была своя компания, у Алекса и Тони – своя. Забавно было то, что тогда в компании Тони Роуза и Алекса был их школьный друг Тони Ти (ещё один Тони, какой по счёту?), который, в свою очередь, уже хорошо был знаком с Джорджем и его компанией. И во время выступления группы «Река», когда половина публики покинуло площадку, сосредоточившись на покупке пива, навстречу компании Тони Роуза и Алекса прошла компания Джорджа и Пола. Тони Ти просто поздоровался с теми, с кем был знаком, так и прошла первая встреча «Великой четвёрки».

Алекс: «Да из нас никто не помнит первой встречи. А то, что она, якобы, была на фестивале, вообще не факт. Мы к тому времени, как «Река» начала выступать, были пьяны, как и Джордж, поэтому уже никто не помнит, была ли та встреча на самом деле или нет. Один чёрт, это ничего не значит. Но Роуз считает, что была, ему виднее».

В тот момент Тони Роуз обзавёлся мечтой, даже целью, что хотя бы одну песню со своим коллективом, в котором он будет полноценным участником, сочинит и запишет. Чего бы оно того не стоило, не смотря на то, что группы у него не было, и понимания что и как делать так же не было. Но это желание было настолько сильным, что не так-то просто его было взять и погасить.

Проснувшись на следующее утро, Тони вспоминал все группы, которые ему понравились на том фестивале, перебирая их названия в голове: «NQ, Xo’key, Amnezia, Sunyata, Balfor и т.д.». Он твёрдо задался целью не только выпустить песню, но и выступить на сцене, хотя бы, с коротким сэт-листом.

4. Долгожданная встреча

Шли месяцы прежде, чем что-то начало меняться. Тони Роуз со своими друзьями поступали в университеты и колледжи, а занятия музыкой все забросили. Бас-гитара Алекса уже и забыла, как это, когда на тебе играют. Только у Джорджа и Пола было какое-то движение в творческом пути.

Спустя два года (возможно меньше), из-за нетерпимости к эгоизму и пафосу Дэна, группу покидает Пол.

Джордж: «Нет, ну чисто технически мы оба ушли от Дэна в тот момент, плюс ещё и басист ушёл. Эти унылые и псевдоготические темы нас совсем не интересовали. Мы хотели играть тяжёлый метал. Да и пафос этот всё убивал».

Пол: «Да нечего тут усложнять. Дэн – чудак на букву «М». С ним так никто долго играть и не смог. А составы у него так часто менялись, что «Харон» больше напоминал группу «Стрелки», или и того хуже. Да и, честно говоря, мне показалось, что я перерос эту группу».

Но ситуация оказалась не совсем простой. Спустя неделю после ухода Джорджа и Пола, Дэн позвонил Джорджу, и, назначил встречу для некоторого серьёзного разговора. На тот момент у Дэна появилась замена Полу, и он решил найти тех, кто сможет занять место второго гитариста и бас-гитариста.

Джордж: «Если честно, то я просто ох…ел от предложения стать бас-гитаристом. Поначалу это воспринималось как обидное понижение по карьерной лестнице, но потом я понял, что я просто хочу играть. Бас? Ну и ладно. Тем более у меня был тогда достойный инструмент. А сразу после осознания того, что ничего плохого не произошло, я предложил своего друга Элайджа на роль второго гитариста. После этого мы, практически сразу, начали выступать на сцене местного рок-клуба».

Примерно в это же время, на одной из пьянок после репетиции, в кругу группы «Харон», появились двое парней, которых привела в компанию Люси – на тот момента девушка Джорджа. Джордж сразу же оценил одного из них по мерчу американской панк-группы «Misfits». В достаточной сильном пьяном угаре они проговорили на тему рок-музыки около двух часов. После этой встречи они всегда могли найти общий язык: и пьяные и трезвые. Хотя, в дальнейшем, такая же прочная связь произошла и у Алекса с Джорджем. Эта встреча изменила многое, образовав некое «братство». Таким образом, встреча Джорджа, Алекса и Тони официально состоялась, пусть, пока, и без каких-либо общих творческих идей и желания создать свою рок-группу.

Тони Роуз: «Скажем так, это была такая встреча, которая образовала своей энергетикой просто ядерный снаряд. Сразу же, с первого слова, стало ясно наше родство душ. И чёрт с ними с “Misfits” и “Ramones” мы бы и без них нашли общие точки соприкосновения и темы для разговора.

Знаете, в речи американцев иногда встречается фраза, скорее даже, шуточное выражение – «брат от другой мамы». Сначала я его не понимал, мне казалось это какой-то глупостью. После встречи с Джорджем я начал понимать смысл этой фразы. Собственно, у них с Полом было то же самое, как мы узнали позднее. И каждое прощание меня и Джорджа, либо Пола и Джорджа, всегда было достаточно болезненным, особенно, если это прощание было последним. Но, на момент финального прощания, мы все были настолько близки, что казалось, будто бы физически связаны друг с другом.

Словно, предчувствую наше будущее, я постоянно брал с собой Алекса при встрече с Джорджем, пока и у них двоих не наладилась эта прочная братская связь».

Джордж: «В Тони я почти сразу увидел «братана». Произошла «химия» как, например, у “Aerosmith”, “Beatles” и еже с ними. В тот момент у меня в личной жизни был тотальный ужас, и мне был необходим такой человек. Пусть я ему многое, что и не рассказывал, но из болота мрака он всегда мог, хоть и на время, выдернуть. Особенно в тот момент, когда мы с Полом стали общаться и встречаться всё реже и реже».

Алекс: «Для меня Джордж и Пол воспринимались как старшие братья, хотя в дальнейшем эта грань ушла, и они стали восприниматься вровень со мной и Тони. И я сразу заметил, сделав выводы, что у него своя группа, и он то же бас-гитарист. А после того, как я узнал, что он больше ритм-гитарист, то я сразу же понял, что именно с ним хотел бы играть в одной группе».