- -
- 100%
- +
Вадик схватил смартфон, набрал номер друга.
– Петя! Здорово! Я тут чего-то засомневался, не дорого ли плачу за нового раба?
– А почем берешь? – живо поинтересовался Петя.
– Двенадцать тысяч блинкоинов.
– Дороговато, слушай, – протянул друг. – Я своего брал за восемь тысяч, но тогда были жиркоины. А что твой умеет делать уникальное?
– Он – инженер на электростанции. Я его из Рурунди выписал.
– Рурунди? Бывшая Бурунди? А разве там электростанции есть? Там же до сих пор бедность высочайшая, как французы оттуда ушли и пришли русские.
– Я не смотрел историю Рурунди, мне это абсолютно неинтересно. Мне главное, чтобы он в Розании устроился на электростанцию и добывал мне криптовалюту. Там, глядишь, как-нибудь неподконтрольно можно будет откачивать себе часть валюты. Втихаря от государства, не платя за электроэнергию. Ну, ты знаешь схемы…
– Конечно, дружище. Потенциал такого работника огромный. Я вот своего раба не могу обучить всей этой теме с добычей криптовалюты. Очень тупой, поэтому все дни напролет он вяжет веревки для политзаключенных. Зато на госслужбе, стабильно. Слушай, насчет твоего нового работника, я все-таки попробую выяснить, что там за электростанции в Рурунди. Разве что ГЭС. Мне казалось, там ничего нет и наше правительство тайные эксперименты проводит.
– Как хочешь, – безразлично отозвался Вадик.
– Ладно, отбой.
– Герда! – крикнул Вадик, едва положив телефон.
– Да, Вадим Михайлович?
– Ты вытираешь пол?
– Конечно!
– Тебя не видно.
– Я в тамбуре, здесь видеокамеры нет. Вот я, – Герда появилась на радарах и помахала рукой. Рабочий фартук уборщицы, волосы завязаны в тугой узел, приветливо улыбается.
– Хорошо, продолжай, – задумчиво откликнулся Вадик и зевнув, прилег у монитора. Работа за компьютером довольно быстро утомляла его. – Как же я буду управлять двумя рабами? Тяжело будет, – с тоской подумал он, погружаясь в дрему.
***
– Мам, ты ушла?
Ответа не последовало. – Отлично, – затрепетал Вадик в предвкушении. – Холодильник, давай сюда! – крикнул он во все горло. Он только что проснулся от ощущения безумного голода. Традиционной еды Вадик не употреблял уже шесть дней.
От стены отъехал высокий железный сейф, подкатил к Вадику, поприветствовал его.
– Что желаете, сэр?
– Поесть хочу.
– Назовите пароль, сэр!
– Скисшее молоко!
– Что желаете, сэр?
– Сказал же, поесть хочу!
– Что желаете поесть, сэр?
– А, ну… Суп из баранины, соленую скумбрию кусочками, ржаной хлеб со сливочным маслом и красной икрой сверху, овсяные хлопья с холодным молоком. А нет, молоко не надо.
– Всё, сэр?
– Да, давай быстрее!
– Одну минуту, сэр! Пока еда загружается, Вам накрыть стол?
– Да, скатерть там, ложки-вилки… А-а-а… какой я голодный… – Вадик облизнулся, поднял руки и начал слегка ими помахивать. – Перед плотным обедом зарядка не помешает, – расплылся он в самодовольной улыбке. Через минуту чуть не задохнулся. Вес почти в 130 килограмм давал о себе знать.
– Давай быстрее, что так долго?
– Пожалуйста, сэр! – железная дверь сейфа распахнулась.
– Ты почему пароль еще раз не запрашиваешь? – взбесился Вадик. – Сколько раз тебе говорил, чтобы запрашивал пароль дважды…
– Прошу прощения, сэр! – Дверь сейфа немедленно захлопнулась.
– Открой дверь! – взбеленился Вадик.
– Что желаете, сэр?
– Желаю поесть. Скисшее молоко.
– Назовите пароль, сэр!
– Сказал же, скисшее молоко!
– Минуту, еда загружается.
Вадик вздохнул и начал тренироваться по второму кругу.
– Запрашиваю второй раз пароль, сэр!
– Скисшее молоко, – устало проговорил Вадик.
Вскоре дверь сейфа распахнулась, и железная рука робота ловко выхватила из отделений холодильника банку с неизвестным белым содержимым.
– Что это?! – изумился Вадик.
– Скисшее молоко, сэр.
– Я его не заказывал!
– Заказывали, сэр. Вы сказали: желаю поесть скисшее молоко.
– Как же я тебя ненавижу, тупой робот!
Холодильник, не обидевшись, молчал.
– Теперь я хочу: суп из баранины, соленую скумбрию кусочками, ржаной хлеб со сливочным маслом и красной икрой сверху, овсяные хлопья с… просто овсяные хлопья.
– Назовите пароль, сэр!
– Скисшее молоко.
– Минутку, сэр, загружаю еду. – Спустя некоторое время. – Назовите пароль, сэр.
– Скисшее молоко.
Дверь холодильника распахнулась. – Прошу сэр! – Железная рука достала глубокую тарелку, в которой была налита прозрачная вода и плавало несколько кусков сырого бараньего мяса. На плоской тарелке лежало несколько тончайших слоев масла и десятка два красных икринок. Третьим блюдом стала крохотная глубокая миска с горсткой желто-коричневых хлопьев.
– К сожалению, ржаного хлеба в наличии нету, сэр. Заказать?
– Ах ты, гад! Дразнить меня решил?! – Вадик подскочил и со всего маху ударил холодильник ногой. – А-а-а!!! – заорал потерпевший. Железный сейф молчал, ожидая развития событий.
– Что это такое?! Почему вместо супа сырое мясо в пресной воде?
– Сэр, это совершенно новый рецепт, который я загрузил из Интернета.
– В самом деле? – озадаченно почесал затылок Вадик.
– Это вкусно и полезно, сэр. Тысячу лет назад наши предшественники только так и ели мясо.
– Разве они не жарили его на костре?
– Уверяю Вас, сэр. Сырое мясо придаст Вам силы, молодость и здоровье.
– Ну кто это говорит?!
– Блогер Постин.
– А, ну так бы сразу и… – Вадик махнул рукой, не договорил, схватил кусок мяса руками, жадно откусил. Примороженная баранина захрустела на зубах. С куска струями потекла вода. – О-о-о… действительно вкусно! – застонал Вадик. – Зубы у него были острые. Он впивался ими в огромный кусок, делал сильный укус и тряс головой в разные стороны, пока мякоть не оторвется. Через пять минут с мясом было покончено.
– Так, а это что? – взволнованно поинтересовался Вадик, указывая на прилипшее к тарелке масло и жалкую кучку икринок.
– Сэр, ржаной хлеб закончился. А для большего количества икры необходимо пополнить Ваш баланс.
– Сколько стоит банка икры?
– 450 блинкоинов, сэр.
– Почему так дорого?!
– Эксклюзив, сэр. Браконьерский рыбный промысел.
– Звери! Ладно, так поедим. – Вадик вздохнул, высунул язык и начал вылизывать тарелку. Периодически он брал щепотку хлопьев и бросал их в рот. Жевать сухие, колючие хлопья было трудно, но на помощь приходило подтаявшее сливочное масло, смазывавшее горло. Икринки лопались и приятно горчили. Вадик смаковал их особенно медленно.
– Какой, ты говорил, блогер новые рецепты изобрел? – спросил он у холодильника.
– Блогер Постин, видео от первого апреля.
– Что-о? – оторопел Вадик. – Это ведь День дурака.
– Не могу знать, сэр.
Вадик мгновенно нашел видеоролик, запустил.
На экране возник бодрый молодой человек в рваном джинсовом балахоне до щиколоток и весело начал: – Перед началом выпуска я бы хотел порекомендовать вам, господа, отличные витамины, заряжающие энергией и оптимизмом на весь Божий день. – Вадик со злобой выключил звук и начал проматывать. – … по ссылке в описании и получите… розыгры… блинко… есть шанс, что… получ… восхитительные ви… получ… подписы… лайк… совершенно беспл…
Наконец, на экране возникла небольшая кухня. Молодой человек бодро накинул на балахон бело-сине-красный фартук, потер ладони и бойко начал.
– Итак, господа, устраивайтесь поудобнее, мы начинаем готовить баранину по совершенно новому рецепту. Мы берем с вами… – с этими словами блогер Постин взял маленький пузырек, открутил крышечку и высыпал на ладонь несколько зеленых горошин. – Что бы кто ни говорил, господа, а начать день без отличных витаминов… – Вадик злостно бросился мотать вперед, – … получ… совершенно беспл… молодость и долголе… всего за… есть шанс… подписы… лайк… лай… лай… берем с вами этот чудный кусок мяса и отправляемся в туалет. – С этими словами место действия видеоролика переметнулось в туалет, где блогер Костин приподнимал крышку старого унитаза, – зачерпываем водичку и орошаем, господа, орошаем нашу баранину. Возвращаемся на кухню и ставим наше блюдо в морозилку на несколько минут, чтобы вода как следует намерзла на продукт. – Открыл морозилку. – Ой, что это у нас выпало? Это же чудесные витамины «Алеша Попович» …
Вадик выключил видеоролик и с печалью в глазах повернулся к холодильнику.
– В следующий раз будешь готовить только по моему рецепту.
– Вам же понравилось, сэр? – робот изобразил удивление.
– Я могу отравиться и умереть. Из-за того, что ты, тупая машина, не понимаешь черного первоапрельского юмора и заказных государственных кампаний. Ладно, – помолчал, – спирт мне достанешь? Попробуем дезинфицировать организм.
– Что желаете, сэр?
– Бутылку спирта, быстро.
– Назовите пароль, сэр!
– Скисшее молоко!
– Минуту, спирт загружается.
– Чтобы получить спирт, назовите пароль, сэр.
– Скисшее молоко.
– Прошу Вас, – дверца открылась, и рука поставила на стол трехлитровую банку с жидкостью.
– Технический спирт, – прочитал Вадик и поморщился. – А медицинского не было?
– Никак нет, сэр. Разбирают. Очень высокий спрос.
Вадик махнул рукой, нажал на крышку банки, из нее тут же выехал крохотный гусиный краник и пропищал: – Сколько Вам налить, господин?
– Лей полный, – небрежно бросил Вадик и подставил стакан. Краник принялся цедить. Вадик понаблюдал за банкой – уровень жидкости от верха едва понизился. Когда стакан наполнился, Вадик склонился над источником многих бед на Руси. Полную тишину нарушало монотонное дыхание робота-холодильника. Вдох-выдох, вдох-выдох.
– Алгоритм, имитирующий человеческое дыхание, скаченный с Интернета, – с горечью подумал Вадик и залпом опрокинул стакан.
***
Вот уже более двадцати лет в стране бушевала тотальная мода на витамины. Государство шквальным огнем бомбардировало средства массовой информации, убеждая народ в преимуществах «новой еды» над «старой». Поначалу витамины пользовались большим успехом. Население с удивлением отмечало внезапные приливы радости и счастья, лучший сон, исчезновение ряда болезней, связанных с нервными переживаниями. Попутно сошли на нет еженедельные уличные митинги политически несогласных граждан. Спрос на традиционную еду резко упал. Мясокомбинаты, молочные и хлебные заводы разорились и закрылись. Государство пошло дальше и ввело запрет на «немодную» пищу. Оставшиеся немногочисленные производители, став нелегальными, ушли в подполье. Мясо, молочные продукты и хлеб бешено взлетели в цене, а их поставщикам и потребителям в случае обнаружения грозила уголовная ответственность. Витамины же стоили сущие копейки, продавались везде, доставлялись на дом, производились под тщательным государственным контролем.
Вскоре о «новой еде» выяснились любопытные подробности. Действуя на протяжении десятилетий, витамины неотвратимо замедляли развитие человеческого интеллекта, были способны подавлять волю и желание в последний, решающий момент, когда человек стоял на грани самопреодоления. Довольно быстро, наряду с политическими пассионариями, исчезли олимпийские спортсмены. Затем и обычные спортсмены стали домоседами-криптоменеджерами. Разгорающееся пламя витаминного скандала резко потушили, объявив ученых и исследователей влияния новой пищи врагами здорового образа жизни, отправив их в психиатрические лечебницы.
Для Вадика сегодняшний страх голода был сильнее любой будущей тюрьмы. Всякие попытки усиления государственного запрета на традиционную пищу разжигал в Вадике дополнительный голод. Витаминами он, в отличие от большинства окружающих людей, не наедался. Попытки матери приучить Вадика к «новой пище» оказались тщетными. Несколько дней без животного белка и Вадик превращался в хищного зверя – голодного и злого. Свою раздражительность он обычно вымещал на Герде. Но сегодня вечером ему предстояло познакомиться со своим новым рабом – Васильевым Василием Федоровичем.
Глава 4. Прибытие в Африку
2075 г. Восточная Африка, Руанда.
В самолете было тихо и прохладно. Приглушенный свет мягко стелился вдоль узкого прохода меж огромных пассажирских кресел. Вилли снял куртку, взял у стюардессы-робота пушистое одеяло и в одной рубашке погрузился в атмосферу домашней постели. Бархатистые подлокотники полностью расслабили мышцы рук, две мягкие подушечки нежно подпирали поясницу, третья, совсем крохотная – нежила черную шею Вилли. Скоро ему предстояло оказаться под неистово палящим африканским солнцем…
– Черт! – осенило Вилли. – Я ведь не настоящий негр, я сгорю на солнце! Кожа не привыкла к африканской жаре. Где я там найду солнцезащитный крем? А если поднимется температура? Вот же не подумал никто. Такая мелочь, а можно на ней провалиться.
Спокойствие сменилось тревогой и раздражением. Нажал кнопку вызова стюардессы. – Скажите, у Вас есть солнцезащитный крем?
– Сэр, здесь нельзя загорать, – вежливо улыбнулась женщина-робот.
– Да не здесь, а когда приземлимся. – Снова в ответ вежливая улыбка.
– Сэр, а зачем Вам солнцезащитный крем? Для Вашей кожи солнечные лучи не опасны.
– Я не себе, а белому человеку.
– Сэр, если Вы приобретаете товар в самолете не для собственного пользования, Вы должны будете уплатить специальный налог и заполнить декларацию, где укажете, что приобрели товар в подарок…. Данный налог был введен государством недавно, – добавила стюардесса, заметив убийственный взгляд Вилли.
– Хорошо, я готов заплатить любые деньги, только принесите крем.
– Сэр, Вы будете оплачивать американскими йепкоинами или русскими блинкоинами?
– Йепкоинами, я же американец. Или я что, похож на русского?
– Одну минуту, сэр. К сожалению, солнцезащитный крем закончился.
– Как закончился?
– Сэр, я сделала запрос на склад. Мне сообщили, что он закончился.
– А где у Вас склад?
– В задней части самолета.
– А сразу запрос было не сделать? Зачем было задавать столько ненужных вопросов?!
– Сэр, Вас что-то раздражает?
– Вы! Глупая, бездушная машина!
– Не понимаю, сэр. Вызвать охрану?
– Никого не надо. Уйдите, ради всего святого.
Стюардесса-робот удивленно поджала губы и удалилась.
– Хорошо, что обижаться они не умеют, – подумал Вилли. – Надо мне перестать что-либо хотеть. Значит, перестать думать. Хотя бы до конца полета. – Он закрыл глаза.
– А все-таки, почему я лечу без удовольствия? Вероятно, мне не нравится моя текущая миссия. Мало того, она неуютная, рискованная, непредсказуемая, но она и примитивная. Раздуть революцию, чтобы отнять кусок чужой территории, на которой будет производиться электроэнергия с целью создания денег. Неужели сотни лет человек стремился и гнался создавать технологии, имея финальной целью нечто подобное? Отъем территории и накопление ресурсов, что сейчас завуалированно называют расширением сфер влияния и успешным ведением бизнеса.
Вилли вздохнул.
– А я не лидер! – с отчаянием подумал он. – Я не отнимал в жизни ни у кого ничего и никогда. Разве я смогу убедить людей возненавидеть их землю, поднять восстание, а затем добровольно отдаться врагам? Я сам не жажду восстания. Мне противно побуждать людей не то, что совершать убийства, а даже просто становиться недовольными.
Лицо Вилли серело с каждой минутой.
– Но ведь сидеть в кабинете девятый год подряд было жутко тоскливо, – возразил он себе. – Писать официальные письма, запросы, выполнять одинаковые распоряжения начальства, зевать на скучных совещаниях… В кого я превратился в Нью-Йорке? В серого, раздражительного, вечно недосыпающего бюрократа. А теперь меня бросают в стан врага и требуют стать пламенем революции?
– Как мне не верится в то, что у меня всё получится, – прошептал Вилли. – Почему я не чувствую никакой надежды на хороший исход? Ни одна душа не дает мне импульса веры. Ни начальство, ни жена, ни ребенок. Не только веры… Есть ли необходимость в том, что я делаю? Может, если мне не нравится то, что я делаю, значит, я не должен этого делать?
Вилли помрачнел еще сильнее.
– Будь проклята эта хорошая память и знание русского языка! Зачем всё учил? Мог бы спокойно лет через тридцать, выплатив кредит за домик, умереть в собственном фруктовом садике… Нет же! Умру в пучине ругани с этими слабоумными роботами…
Ненависть от осознания собственного бессилия захлестнула Вилли.
– Как я хотел общаться по жизни с умными людьми! Думал, образование приблизит меня к гениальным людям. А в итоге? Пьющий Чарли с похабными шуточками, вояка Моррис с бесконечными приказами, собрания с бюрократической трескотней, по вечерам Линда… Она же почти робот. Что делать с сыном, которого Линда учит быть как все? О чем говорить с ним в пятилетнем возрасте? Стоить его учить всему, что вместила моя память?
Приземлились. Из самолета Вилли вышел молча, максимально отвернув голову от попрощавшейся с ним стюардессы.
– Черт! Куда меня занесло в мыслях? – Вилли тряхнул головой. – Я ненавижу всех и не знаю, что делать. Этим всегда кончалась любая моя попытка рационально осознать происходящее.
– А меж тем надо включить режим повышенной бдительности, – приказал себе Вилли, крепко прижав к себе маленький кейс. Перед ним раскинулась столица государства Руанда – город Кигали, ныне американская колония. Пассажирские самолеты из Нью-Йорка сюда летали крайне редко, чаще военные – охранять американскую территорию, пограничную с российской колонией – государством Рурунди. В последнюю Вилли и предстояло проникнуть.
Через пять минут пребывания в Руанде Вилли был потрясен великолепием этой маленькой холмистой страны. Повсюду раскинулись поляны алых, розовых и голубых цветов. Среди них лежали, словно огромные киты, темно-синие панели солнечных электростанций. Меж них, покачивая лопастями, высились ветрогенераторы. Везде суетились люди. Их было так много и все они были одеты в разноцветные одежды, что у Вилли, привыкшего к пустому Нью-Йорку, закружилась голова. Насколько Вилли знал из американских источников, вот уже более десяти лет Руанда являлась одним из государств-рекордсменов по добыче криптовалюты. После страшного геноцида в далеком 1994 году страна развивалась семимильными шагами, к 2030 году существенно обогнав своих географических соседей. Американские власти, пришедшие сюда в 2050 году, довели это небольшое африканское государство до совершенства, проведя полную электрификацию страны. Местными работниками управляли дистанционным способом большинство населения Соединенных Штатов – американские криптоменеджеры.
Рядом со зданием аэропорта располагалась железнодорожная платформа. К счастью, в жару Вилли не попал. Было комфортно тепло – около двадцати пяти градусов выше ноля. В ожидании поезда разведчик присел на лавочку. Пятьдесят лет назад здесь, вероятно, стоял киоск по продаже бумажных газет, а теперь гигантский, размером с обеденный стол, планшет. На нем плавно сменяли друг друга местные новости. Вот счастливые темнокожие лица горделиво подняли вывеску, гласившую о десятимиллионном произведенном йепкоине. Далее следовало сообщение о вышедшей на рекордную мощность гидроэлектростанции на севере Кигали. Были и новости не производственного толка: две спортивные деревенские команды схлестнулись в соревновании по прыжкам в озеро Киву.
Лишь дуновение ветерка выдало бесшумно подъехавший электропоезд. Мрачно темно-серый цвет – популярный нынче сверхлегкий углепластик, обтекаемый аэродинамический нос – для развития сумасшедшей скорости, сощуренные узкие фары – изящная работа дизайнера. Гигантская океаническая рыбина распахнула свои врата. Вилли с любопытством и некоторой опаской вошел. В Нью-Йорке он не путешествовал на поезде уже много лет. Вилли сел, и через минуту мощное ускорение вжало его в спинку кресла. Свирепо рассекая воздух, поезд понесся на юг в сторону Рурунди. Внутри оказалось много народа – рабы американских господ. Все они общались со своими хозяевами посредством аудиосообщений, убеждая их в своей выдающейся работоспособности. Говорили на корявом английском – далеко не все сумели овладеть языком за двадцать пять лет колониализма.
Вскоре поезд влетел в тоннель и начал уходить вниз, с каждой минутой погружаясь все ниже и ниже. Через десять минут, по расчетам Вилли, они должны были достичь окраины страны. С каждой новой станцией из вагона исчезало все больше людей. Миновало еще несколько коротких остановок и объявили о конечной. Граница с Рурунди.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.