- -
- 100%
- +
Упругий шаг снова всколыхивает мир вокруг и глаза выискивая путь в толпе помогают ей быстрее проноситься мимо. «Этого обойти… так… Опять старуха… Мороженое купить что ли? Нет скорее туда…» Обгоняя очередную фигуру она влетела в распахнутую перед ней дверь и не замедляя ни на секунду устремленного только вперед движения, лавируя между пытающимися помешать ей телами направилась к эскалаторам. «Карточка…» – вспыхнуло в памяти, когда она проходила через турникеты, но она удержалась и продолжила думать об умном. Взлетев на ступени идущей вниз лестницы она чуть было не побежала вниз, но удержалась и поправив осанку и выражение лица напряженно и горделиво замерла, стараясь не поворачивать голову в сторону поднимающихся навстречу людей.
Гремят сливаясь звуками воедино два эскалатора. «Ну вот… Опять…» как то тихо и удрученно звучит мысль. Где то внутри, то ли в желудке, то ли в груди появляется волна жара и быстро затухая пробегает вверх вызывая дрожь в плечах и ударяясь в голову. «Смотрят… нет? Посмотри сама…» и глаза быстро и боязливо прыгают чуть в сторону проскальзывая по лицам и скованно замирают где то впереди. На встречном эскалаторе видится что то большое, безликое: светлые пятна на фоне движущейся черноты, и где то в глубине, там, откуда появляется теплая нервирующая волна звучит маленькое и непонятное слово: «Смотрит…». Непонятно кто и зачем, неизвестно откуда и как, но кто то обязательно смотрит и взглядом оценивает ее поведение. И как только мысль робко заглядывает туда, в глубину и пытается скромно спросить «кто?», и глаза быстро-быстро следуют ей, пробегая по встречным лицам, из этой глубины следует ответ, который вновь обжигает щеки волной краски.
«Комплекс оценочной зависимости… Неуверенность в себе… Вам кажется, что…» – все знакомо и понятно. «Не ставьте их выше… Не должны никому нравиться…» уверенный голос из книжки звучит как в тумане и слова понятны, но смысл их ускользает. «Смотрят… смотрят… никто на тебя не смотрит!».
Девушка сошла с эскалатора и скорыми шагами пошла по платформе. «Почему опять… Ну почему…» плавает неосязаемым облаком чувство вины и обиды на себя . «Расслабиться, расслабиться… Спокойнее…» но еще сильнее напрягаются плечи – кажется что руки болтаются как две палки, и откуда то изнутри поднимается новая волна дрожи. « Все зависит от Вас самих, только вы … неосознанно…» пытаются подбодрить ее голоса умных людей, но ноги напряженно поедают мраморный пол, а глаза срисовывают его мелькающий рисунок. И мысль заглядывающая внутрь пытается найти очередное объяснение волнению и время от времени вспоминаются новые слова.
Двигаясь упругой и быстрой походкой она лавировала между вяло ползущих людей и угубленная в себя спорила с кем то и спорила с собой. Спина, которая по стародавней привычке все порывалась ссутулиться, непрестанно подбадривалась звучными окриками сознания, а плечи напрягающиеся при этом, были понуждаемы расслабиться и двигаться свободно в такт походке – все как надо по науке. Дойдя до середины платформы, она остановилась вполоборота к черному отверстию тоннеля, задумчиво опустив голову. Ноги встали на ширине плеч, уверенно опираясь на мощные подошвы ботинок и превратились в две красиво напряженные линии, подчеркнутые облегающими джинсами. Подхваченные ветром приближающегося поезда свободными движениями начали взвиваться волосы . Со стороны это должно было смотреться великолепно, почти патетически, и поглощенная динамикой движения она почти забыла волноваться, но остановившись сразу ощутила знакомое движение внутри и ноги вздрогнув изменили красивой стойке, а волосы заметались жалко и суетливо.
–…двери закрываются следующая станция Проспект… – тонет на заднем плане.
Она отошла подальше от дверей и остановилась, взявшись за поручень. Глаза привычно бежали по изгибам текущих мимо проводов, играя в знакомую с детства игру…
…-Девушки, у вас так много места, вы нам клочок не выделите… – Взгляд быстро отскакивает от улыбающегося лица и вопросительно приникает к глазам сидящей напротив девушки, та, отрываясь от рассказа, безразлично смотрит на парней, потом переводит глаза на нее и пристально глянув в ее глаза говорит, слегка оттаивая: «Ну садитесь…»
Кто то настойчиво напирает слева и вынуждает подвинуться, серым пятном изчезает из окна облицовка очередной станции, провода…
…– ха-ха-ха-ха, – сидящая напротив девушка заливисто смеется над чем то, что шепчет ей на ухо этот парень, ее взгляд лишь скользит по вопрошающим и неискренне веселым глазам подруги, и игриво смотрит на собеседника и хохочет, позволяя его губам вновь приникнуть к уху… Рядом чья то рука с кружкой пива, глаза все так же радостно и напряженно смотрят на смеющееся лицо подруги, и губы тоже порываются радоваться вместе с ней, но уже понятно, что подруга смеется не для нее, и внутри гадкоее чувство скованности и тупости…
Ее губы сжимаются от такого воспоминания и лицо наполняет легкая краска. « Что же надо было… Дура… Ничего тебе не надо.. Ни на фиг не надо…»
… – Пустые стулья напротив и глаза избегают смотреть на целующуюся пару на танцевальной площадке. Лицо холодное и отчужденное «…ничего не надо…» и глаза уже насмешливо поглядывают на время от времени поднимающуюся вверх руку…
–А пиво невкусное у них, – она поворачивает взгляд на этот звук и становиться еще тоскливее от этого слабого голоса и натянутой улыбки. Ее лицо не изменяет выражения, но после этого взгляда молодой человек еще более съеживается и снова судорожно подтягивает пиво к губам… «Оно же невкусное» насмешливо и презрительно звучит в голове, но все сильнее что то крутится и кажется слезы сейчас хлынут из глаз…
– Пусти пройду… – выдавливает она из себя и стремиться в закрытое пространство, где ее никто не видит…
«И не надо… правильно…» в глазах несутся провода и утвердительные фразы… «Не надо.. на фиг…»
…Вспоминается лицо в зеркале. Оно выглядит спокойным и уверенным, но ей хочется взять сейчас это лицо и засунуть его под струю холодной воды. Девушки рядом шутят и смеются, помогают друг другу с макияжем и приходится бросать на них веселые взгляды и улыбаться, чтобы они не заметили… «Что… что… что… как…» и как ответ, обнадеживающе появляется мысль о новой книге, о новых словах, оторые наконец скажут что делать, и становиться легче и глаза отрываются от темного застеколья и пробегают по лицам людей. Лица… Интересно… Но вот чей то взгляд устремляется навстречу и она испуганно отдергивает свой и снова бросает в серую бегущую картинку.
А это? – Воздух замирает где то на пол пути к легким, сердце стучит ускоренно и руки дрожат и пугают своей непослушностью. «Успокоиться… Расслабление… совершенно спокойна… – прыгают на заднем плане знакомые выражения, произнесенные уже тысячи раз… Твердая походка и спокойное лицо, спокойна… Она оборачивается к аудитории и желудок куда то обрывается и хочет выпасть из тела… Стыдно… Злоба на себя окутывает и руки сосредоточенно открывают первую страницу, а голос сжато и неуверенно начинает чтение…
Никто не смотрит… не смотрит.. .Действительно не смотрит – молодежь перебрасывается самолетиками и болтает… Голос начинает звучать увереннее и мелькают знакомые мысли и вот уже интересно то, что написано там, внутри. Глаза то и дело приникают к сосредоточенным и заинтересованным глазам серьезной женщины, сидящей за столом справа, та слушает и удовлетворенно покачивает головой. Мысли возвращаются к книгам, понятным и близким и рука с текстом опускается и голос уверенно и заинтересованно продолжает рассказывать,отходя в сторону и рассказывая интеерсные подробности… «Могу… могу… А!»
…как когда то в будущем большой зал перед глазами и ровный голос, рассказывающий интересные и нужные всем вещи. Затаенное дыхание и нескрываемый интерес во всех видимых в ближайших рядах лицах, легкий ветерок силы и значимости… «не смогу… не смогу…» как острым уколом снова возникает чувство стыда и огромный зал в котором тысячи непонятных и сильных людей смотрят на нее пугающим ударом стукается в сердце. «могу…могу…» и еще желаннее и нужнее что то, что поможет ей, подскажет как…
– Станция … – отрывает ее от размышления бодрый голос над дверью, все выходят и она пристроившись за чьей то очередной спиной направляется к выходу.
Снова быстрые шаги несут по мраморному полу, по ступенькам вверх и вниз, снова колышется и разбегается в разные стороны мушиным роем толпа и снова кто то хочет помешать и задержать ее. «Красивая куртка, а?..» – глаза вырывают из текущего навстречу потока яркое пятно и какое то время преследуют его, пятно исчезает и снова глаза прыгают с тела на тело, скользят по мрамору и по пестрым вещицам торгашей в переходе. Широкая лестница. Быстрым шагом она спускается по ней и торопится к подошедшему поезду.
Она пропустила всех садящихся на поезд вперед,чтобы было удобнее выходить на следующей станции. В быстром беге исчезли позади фигуры людей и камни платформы и снова змейками повились провода. Вверх, вниз, вверх… плавно и вдруг скачком исчезают… «Куда они исчезают, а?…» глаза снова следят за проводами… «Исчезают… куда… Сбоку…» кто сбоку? Она не посмотрела и сердце смущенно застучало, кто стоит сбоку и смотрит на нее? Молодой человек, а? «Не смотрит…» Смотрит! «Нет!» Смотрит… Кто? Провода вьются и поезд ровно гудит железным воем. «Почему должен смотреть то… Кто… Дура…» Глаза пытаются оторваться от стекла и голова напрягаетя чтобы повернуться, но сил не хватает – она будто застыла в этом положении. В голове что то крутится и волнует сознание… Один вопрос натыкается на другой и сталкиваясь заставляет сердце стучать и глаза вздрагивать каждый раз, когда провода за стеклом на мгновение исчезают.
Перед глазами появляется знакомый вид платформы и плотная масса тел, ждущих движения.. Круговорот в голове не прекращается, но все увереннее и громче звучит одна мысль и сознание радуется этому плану. Двери открылись и на секунду замерев девушка бросила заинтересованный, но в секунду убежать взгляд направо,там где… Пожилая женщина смотрящая вниз, усталая и серенькая. И ноги снова быстро плюхают по мрамору и несут к установленной цели, и просыпается внутри какая то маленькая радость. «…получится…» и легкая улыбка падает в глаза.
…как она когда-то в будущем идет по платформе ровным шагом, звонко ступая высокими каблуками, гордая, богатая и красивое пальто вспыхивает при каждом шаге…
Рука сжимает черную резину и тело возносится вверх, подрагивая в такт движущейся лестнице. Глаза привычно опускаются вниз и осматривают ботинки и –низ—джинс, «Ой, грязные…»
Девушка рванулась наклониться и стряхнуть грязь с одежды, но остановилась и –поправила осанку–. «Бесполезно… тем более никто не смотрит на ноги… ноги… не смотрит» и еще сильнее захотелось нагнуться и стряхнуть застывшие капельки…
Наполняясь светом сверху вырос небольшой вестибюль, промчались сбоку лица застывших в ожидании людей и хлопнула перед носом, чуть не ударив, сильно распахнутая кем то дверь. Девушка мысленно ругнувшись с трудом толкнула тяжелое сооружение и сделав несколько шагов влилась в колеблющуюся толпу.
Сразу окутывает усыпляющей сыростью темнота. Далеко вперед видна мерцающая и переливающаяся светом река проспекта, завораживающая взор непостижимой сложностью и красотой. Слабо подрагивая в сыром воздухе желтые всплески фонарей очерчивают ее берега и свет от них взбегает вверх, соединясь с огнями букв и схваченных прожекторами застывшими изгибами зданий. Ограниченный этими высокими берегами, поток автомобилей кажется быстрым и бурным. Каждая отдельно, машина проносится по горящему своим, отраженным светом полотну и наполняет воздух тихим звуком льющейся воды. Проносится, оставляя после себя этот замирающий звук и легкое, танцующее в лучах облако из мельчайших капель. Проносится, и соединяется вдали с другими, становясь частью одного большого сверкающего и мигающего светом тела устремляющейся вперед реки. А звук поднимаясь со всех сторон прревращается в единый дрожащий гул потока, и капельки, сливаясь в мокрый туман наполняют тяжестью темный воздух и медленно кружась устремляются вверх, к невидимым за ярким свечением, но оттого еще более близким и суровым утопающим во тьме тучам.
Не пытаясь бороться и опережать толпу, девушка шла по пропитанному водой асфальту и заинтересованно вглядывалась в огни живущего проспекта. Справа исчезало в нетревожимой редкими фонариками темноте светлое полотно окованной камнями речки – и ей захотелось уйти вглубь города, по этому узкому и высокому тротуару набережной; слева могучим сфинксом грозно смотрел на нее уносящийся со светом вверх величественный собор, и ей показалось, что и сама она улетает куда то вверх по лучам отражающимся от купола; а вдали кружилась и мигала ей всеми своими огнями жизнь и ей хотелось бежать именно туда. Девушка резко свернула с тротуара и исчезла за высокой дверью.
Еще одна распахнутая дверь и глаза приникают к появляющимся то там, то здесь вывескам с названиями. «юридическая… бухгал… эконо…Вот…» Девушка подошла к стеллажу с экономической литературой и немного задумчиво остановилась перед ним. Глаза бегали по заглавиям книжек и старались найти хоть что нибудь знакомое… «Маркетинг… проходила… про что там?… маркетинг… это…Так, вот инновационный менедж… да… ведь было… было… Нужно учиться, да… Буду… книгу надо хорошую… стратегический менеджмент… вот, точно, это и говорили…» стратегический… перед глазами что то большое и великое, как и все впереди, и она должна знать это и будет это знать… Девушка взяла с полки книгу и бегло пролистала оглавление «планирование… ресурсы… Да, это надолго… нужно еще… нет с учебы хватит…» Глаза снова забегали по разбросанным в окружении табличкам, ноги пришли к ним на помощь. «Спорт… животные, дети… не то… но где же… где психология…», книга которая должна помочь была где то здесь, но где… «… спросить…». Она остановилась от этой мысли.
«Что спросить?» – мысль прогремела громко и злорадно и она сразу вспомнила, как резким движением бросила на стол вынутую из кармана записную книжку со списком литературы, вспомнила как некоторое время тупо смотрела на проездную карточку лежащую там же, потом схватила только ее и выбежала из дома, а потом всю дорогу шла и ругала себя за рассеянность и учила, как нужно собираться, чтобы ничего не забывать. Она остановилась перед полкой из которой выглядывали разноцветные книги. Их было много и все они были по психологии и какую точно ей нужно она не знала.
Она взяла одну. Интересно. Рука поставила на место еще одну книгу. «Спросить…» промелькнула мысль. «Спросить о чем… «Мне нужна книга… такая книга чтобы все сразу… Чтобы прямо прочитать и научиться управлять собой»… Ну, ну …». Она бросила взгляд на стоящую неподалеку женщину с табличкой на груди «Что?…» Внутри вспыхнула такая волна злобы, что она с хлопком бросила книгу на полку и не обращая внимания на удивленный взгляд женщины пошла к кассе.
Кассирша как назло не торопилась и медленными движениями ковырялась с книжкой, тыкая в нее прибором и запихивая в нераскрывающийся пакет. Снова ощущая злобный поток мыслей и сжимая в руке глупую книгу, девушка быстрым шагом ушла на улицу. Губы подрагивали от обиды и мышцы на лице напрягались так, словно хотели немного поплакать. «Чего такого то… чего волноваться…» мысли звучали ровно и сознательно, но глаза все равно угрожающе высыхали и хотели…. «господи, поедешь завтра и купишь эту вещь… в чем проблема..?» проблемы действительно не было, но плакать хотелось. Глаза даже не пытаются подниматься от земли и черный асфальт тротуара, гранит метро и облицовка эскалатора проплывают где то на заднем плане, не сильно мешая разыгравшейся буре мыслей и не отрывая от нее внимание.
«…обидно… специально ехала…» как будто кто то оправдывался, «ну и ничего, ничего, книгу то купила, тоже нужную…» звучало в ответ, но та, ноющая мысль не утихала. «Ну давай подумаем, чем ты недовольна», – была призвана на помощь логика, «тем что не купила сегодня эту книжку?.. Нет. Тем, что устала от поездки..? Нет.. Чем же?» «обидно…» – плакало что то внутри. «Что обидно то, уже кричал непонимающий и выходящий из себя голос разума, что тебе дура обидно?», «…обидно…»…
Что с этим делать? В глазах стояла только родная домашняя кровать, и тело уже ощущало мягкий удар о матрас, когда ворвавшись домой она разденется и пробежав в комнату уткнется носом в подушку и будет отдыхать. «…устала…» Усталость вылезала откуда то изнутри, и ноги такие бодрые всего час назад уже просили отдыха и дыхание было неровное и спертое, а на лбу напрягалась маленькая задумчивая морщинка. «Домой, домой…», ноги несутся в подземном движении и в глазах отражаются то разметка гранитного пола, то вьющиеся за окном провода. «Домой…» прыгает одна мысль и кровать – самое желанное место на планете.
…Не обращая ни на кого внимания и толкнув пару попавшихся под руку человек, девушка рванулась на освободившееся место, безвольно плюхнулась на сиденье и закрыла глаза. «Спокойная… расслабленная… совершенно спокойная…», но забытое было слово вдруг с новой силой вспыхивает внутри и самой желанной кажется мягкостьт постели, «..обидно…». «…спокойная… спокойная…» травка… солнушко… Вспышка. «спокойна… покой… а чего волноваться… зачем… обидно, да, но ведь все ошибаются…Да все ошибаются, постоянно и вообще, кто знает что правильно, а что нет…» эта последняя фраза звучит уж очень противоречиво и снова тело вспоминает успокаивающую мягкость подушки, но уже не ударяет в мозг громкое слово. Дыхание успокоилось и мысли не прыгают – удалось забыть, хочется только одного – домой, скорее домой. Еще две остановки, потом десять минут на автобусе и дома… «Все… устала сегодня. Завтра буду…»
Вагон значительно опустел и только несколько человек в разных его концах были вынуждены стоять на ногах. Глаза рассеяно пробежали по лицу молодого человека, стоящего почти напротив. « смотрит…» безразлично сказали они. «что смотрит?..» глаза еще раз остановились на его глазах и достаточно долго противостояли им. «смотрит… ничего не надо…» вспоминается недавний вывод и в глазах снова лишь покой и мягкая постель. Боковое зрение тем не менее не спит, оно чувствует, что молодой человек смотрит в ее сторону и легкое волнение привычно начинает выползать из под спокойной кровати. «о боже…» Глаза менее спокойно, но уверенно и вызывающе обращаются в его сторону, но зря готовилась – он явно смотрит не на нее, а на девушку сидящую рядом. «Ну вот» удовлетворенно успокаивается мысль, но звучит она с легким оттенком обиды. «Скоро, скоро…» и глаза вновь останавливаются на лице этого человека и он снова смотрит прямо в них. Внутри нарастает накопившаяся за день злоба и порывом хочется встать и сказать что то обидное этому нахалу, но он отводит свои глаза и продолжает смотреть на девушку сидящую рядом. «Нахал… Смотреть неприлично…» и сливаются в одно чувство разные мысли, но вдруг мелькает новая мысль и она вспоминает как долго смотрела ему в глаза и ее глаза опускаются вниз, а внутри зарождается знакомая волна дрожи и когда она снова бросает быстрый взгляд на молодого человека, волна легким толчком ударяется обо что то в ее голове.
«Подожди, подожди, подумай. Поток чувств еще никому никогда не помогал. Посмотри что тебя так взволновало? Ты видишь двух девушек, они тебе нравяться, проблема в чем?» Его глаза встретились с сияющим взглядом сидящей напротив девушки. «… в чем… чем… думай! ГОсподи, просто: проблема в том, чтобы выбрать!» он снова опустил взгляд в пол и лицо его приняло озадаченное выражение. «И та и та нравяться, как то по разному, что ли… Эта просто неотразима, хоть меня и постарше немного, но божественна и по глазам видно, чего хочет…» Он вновь бросил быстрый взгляд на гордый профиль, ему показалось, что губы слегка улыбались… «Эти губы…» Гадать то не надо, человека по лицу раскрыть не возможно, но попытаться понять… Понять, как всех других… Зачем? Я уже долгое время смотрю на них и каждый раз что то новое – каждого понять невозможно. А эту? Почему именно эту? Ее я и так приблизительно понимаю. Взрослая женщина, наверное без мужчины, раз кольца нет, деловая и занятая, а секса хочется, а парень красивый… Надо это, а? Не надоело ли?… Но она ведь не глупа, видно что гордая и уверенная в себе… Или самодовольная…
Но чем же мне эта девочка нравиться? Она же не красива совсем. И видимо не умна. Зажатая вся, боязливая… Но как глазами сверкнула! Что это бывает такое? Сила? Вера в себя? Вот чем… Вот чем нравится. Что ж? Просто «понять и отпустить? Она мне больше интересна, это точно. Как завораживает все таки эта борьба с собой, каждый раз когда видишь… Понять а может и помочь…» Он почувствовал как из груди поднимается боьлшая и добрая волна и на мгновение она стала такой большой и хорошей, что у него свело скулы и глаза немного увлажнились. «Время есть… Повожу ее на репетиции, познакомиться с Людьми…».
Поезд замедлялся – это конечная станция. Он заинтересованно разглядывал новый для себя вид и глаза улыбались, доброе чувство наполняло грудь и было приятным и бодрящим. «Ну действительно, не просить же ее подвинуться, чтобы познакомиться с соседкой, она и так то наверное недовольна будет, хотя чего ей…» и улыбка вновь тронула его глаза, когда он в красках представил эту сцену. Девушка встала и подошла к двери. Он следил за ее движениями и понимал, что все ее внимание сейчас приковано только к одному существу в мире. «Что же ей сказать», он подошел и встал за ней, почувствовав, как она напряглась, «сказать, что меня поразил блеск ее глаз – не поверит… Любовь… тоже, я думаю у нее самооценка более менее объективная… Говорить надо всегда только одно – то что думаешь… Хорошо что у меня это как правило совпадает с тем, что правильно…» «Как правило, что правильно… Тафтолог пятой степени!» И уже улыбаются губы и накопленное чувство нетерпеливо ждет выхода в веселом общении.
Двери открылись и он на мгновение застыл перед выходом. Голова повернулась и он бросил пристальный и глубокий взгляд в глаза сидящей еще женщины. «И она интересна… что то есть… скрытое…». «Поздно», он рывком вышел из вагона, увидев в последний момент, как женщина встала и направилась к другой двери…
«Что ж это ты старушка…» она подходила к выходу и глаза заитересованно приникли к черной полоске между вагоном и платформой – казалось, что там очень глубоко…
–Девушка, извините что я… – послышались пролетающие мимо слова.
Она сначала не поняла и глаза удивленно взметнулись вверх, оторвавшись от провала, и хоть в следующую секунд уже определили ситуацию и снова стали недоступными и сосредоточеннымиё, но этот голос как будто продолжал звучать в ушах, затихая вместе со стуком всколыхнувшегося было сердца.
«Что ж ты старушка… Неужель у тебя еще способно сердечко биться, а?… При виде маленьких мальчиков… Красивеньких, сочненьких… Старая шлюшка.» Легкая улыбка над собой тронула губы и во взгляде на мгновение показалась удаляющаяся пара: сосредоточенная и скованная девушка и молодой человек просто и дружелюбно с ней болтающий, показалась и потерялась в толпе а взгляд нашел более интересные виды. Она расправила плечи и сосредоточилась на собственном шаге.
Стук, стук… Каждый шаг сопровождается громким и отчетливым ударчиком – это нога облаченная в точеную туфельку прикасается к земле ее каблучком. Прикасается, чувствует над собой воздушную легкость проносящегося тела, элегантно и мягко сгибается и отрываясь от земли готовится к новой с ней встрече, выпрямляясь в умопомрачительную, стройную струнку. И медленно отрывается от земли и незаметно тает в воздухе легкий туман красоты, поднимающийся от сливающихся позади в линию следов и вздрагивает и в легком волнении клубиться встревоженный облакокрылыми взмахами фалд улетающего вперед прекрасного белого пальто.
Продолжая двигаться и ощущая мягкие толчки от соприкосновения ноги с землей она начинала ощущать прекраное и возвышенное, поэтическое чувство. Сначала казалось,что она дарит свою красоту лишь окружающим, которые с восхищением в глазах все, и мужчины и женщины, смотрят на нее, но вскоре и сама начала наслаждаться движениями отточенных ног и красивых плеч. На подходе к эскалатору глаза еще один раз вырвались и бросились куда то вверх, но ножки быстро и прочно утвердились на движущемся постаменте и глаза снова безразлично и холодно смотрели в никуда, не обращая внимания на бесконечные молящие взгляды спускающихся навстречу мужчин.
Стук, стук… Плавным потоком она направилась к единственной открытой на выход двери, стараясь не касаться кружащихся около нее сжатых узким пространством выхода тел. Люди видели ее и бессознательно расступались, предоставляя дорогу, так они подчинялись ей, глупые и некрасивые люди, умной и прекрасной…
Сзади немного подтолкнули, и ее лицо почти прижалось к грязной и плохо пахнущей кожаной куртке. Какой то амбал впереди даже не почувствовал толчка ее рук, которые попытались отстранить лицо от этой гадости и медленно и грузно продолжил движение вперед. Сразу вернулось ощущение реальности и все переживания этой поездки вновь восстали перед ее глазами.