Год Рейгара

– Один день это ждет, Арес. Вернулся мой сын. Это важнее клочка земли.

– Разумеется, ты прав, отец, – подчеркнуто громко сказав последнее слово, белокурый воин не торопясь покинул комнату. Рейгару тут же стало как будто легче дышать, словно присутствие названного брата душило его.

Крик поднялся с кресла, тяжело опираясь на подлокотник.

– Идем же скорее, сынок.

Рейгар последовал за отцом, по дороге недоумевающе восклицая:

– Что я сейчас услышал? План нападения? Мы решили напасть на других поселенцев? Отец, медведи никогда…

– Многое изменилось, Рейгар, – грубо прервал его Крик. – Раньше и мы не принимали у себя чужаков. А сейчас… посмотри на племя. Дай бог, половина из них – потомки древних. А остальное – пришлый сброд.

– Как ты допустил это, отец? – Рейгар не мог понять настроения отца. Он называл чужаков сбродом – однако в голосе его не было презрения или возмущения.

– А что я могу, – вздохнул Крик, заходя в свою комнату и зажигая свечи. «Анагон бы сделала это по щелчку пальцев», – вдруг подумал Рей. – Я старею, враги крепчают. Я потерял твою мать, мою единственную поддержку.

– Зато обрел Ареса, – зло прошипел Рейгар. К его удивлению, отец даже не собирался раскаиваться.

– Да, обрел, – чуть повысив голос, ответил воин. – Без него племя давно бы умерло, изжило само себя. Он спас и привел к нам множество верных воинов, которые теперь помогают нам захватывать новые земли.

«Это те же, кого ты только что называл сбродом?» – запутался Рейгар.

– Зачем? – непонимающе взвыл легат. Он устроился на полу подле отца, который тяжело плюхнулся в кресло и с громким кряком вытянул ноги. – Наша земля всегда достаточно плодоносила, на ней обитало множество зверей, которые позволяли нам безбедно и сыто жить. Зачем нам новые территории?

– Война, – тихо выдохнул Крик.

«Как я сразу не понял… Вроде же воевал даже. Пусть не на передовой, но все же…».

– Даже наша глушь, – продолжил отец. – Страдает от нее. Патрули пугают живность, на нашей территории строят новые форпосты, галифаксы регулярно наведываются к нам, чтобы забрать молодежь. А Правитель, говорят, скоро объявит войну Северу. Сражаться сразу против двух государств… не знаю, уцелеет ли хоть кто-то.

– Но, как я вижу, не особо много наших воинов отправилось сражаться.

– Мы пытаемся прятать наших людей. Сам бы ты отправился? Наверняка, нет. Ведь какой в этом смысл, верно?

Рейгар опустил голову.

– Я вернулся к вам с войны.

Крик ахнул.

– Не может быть… О, древние… ты сражался в армии Даорана?

– Нет. Я выступал на стороне Конора. Как ты знаешь, он сейчас открыто не участвует в войне. Но все же не сидит без дела.

Рейгар во всех подробностях рассказал отцу о событиях прошедших лет. Не утаил он ничего и про Пророчество. Отец никак не мог поверить в то, что его сын, объявленный погибшим столько лет назад, не просто выжил, но стал каким-то Избранным каким-то Пророчеством. По словам Крика, это слишком смахивало на сказку. Чтобы удостовериться, воин долго упрашивал Рея показать дракона. Рейгар сопротивлялся, ибо не был уверен, что дракон, как обещали Сет и Эней, стал добрым и послушным. Лишь когда оба воина вооружились секирами и приготовились, в случае опасности тут же применить их, легат скомандовал: «Элементаль-вира!». Появился дракон, скептически осмотрел агрессивно настроенных мужчин, фыркнул и свернулся клубком у ног Рея, заняв треть небольшой комнаты Крика. Мелкая алая чешуя, покрывавшая его бока, отливала перламутром при свете свечей, а крупные желтые платины, прикрывавшие спину, словно жабры, открывались и закрывались при каждом вздохе дракона. Витые рога венчали практически плоскую голову. Рей не удержался и постучал по них. Раздался глухой звук, словно стучали по камню. Ящер скосил на хозяина глаза и вновь фыркнул. Рейгар с удовольствием отметил, что ящер был ему абсолютно покорен, и спрятал его в кольцо.

– Да. Дела, – только и протянул Крик, когда Рей закончил повествование.

– Только прошу, отец. Обо всем, что я тебе рассказал – никому. Я могу пострадать как от людей – за то, что сражался за врага, так и от нелюдей, которые не хотят, чтобы Пророчество сбылось, – Рейгар рассказал отцу о Порождениях, но старый медведь, никогда не видевших их вживую, однако сражавшийся со многими сильными врагами, не сильно обеспокоился словами сына.

– Конечно, я все понимаю, сынок. Но как же это все…

– Нереально? Знаю, отец. Но это моя жизнь, без прикрас, – Рейгар развел руками и замолчал. Только сейчас он пригляделся к комнате, к которой они сидели. Раньше это был кабинет отца, где тот читал или работал – в чем заключалась эта работа, маленький Рей не интересовался. Сейчас же рабочий стол был оттеснен в сторону и завален кипами бумаг и стопками запылившихся книг. Из комнаты для гостей сюда перенесли кровать, на которой, видимо, и отдыхал отец. Два стулья, погребенные под кучей одежды, служили шкафами. Во всем чувствовалась какая-то брошенность и неухоженность. «Наверное, отец после смерти мамы сдал намного сильнее, чем показывает это племени. Даже переехал сюда, чтобы не спать там, где они спали вместе». Глаза воина защипало, и тот поспешил заговорить, чтобы ненароком не посмотреть на отца с той жалостью, что вдруг наполнила его. – А теперь расскажи, как вы…

– Знаешь, Рей, я уже не молод, время не раннее. Позволь, мы закончим этот разговор завтра, – вдруг засуетился отец, вставая и практически отталкивая сына к двери. Рей, хоть и был задет этим жестом, виду не подал. Он проворно вскочил с пола, отряхнулся и протянул отцу руку.

– Конечно, отец. Как тебе будет удобно. Доброй ночи.

– Доброй ночи, – воин вяло ответил на рукопожатие. – Спроси у Лиры, где тебе расположиться на ночь. Я бы принял тебя тут, но кровать столько лет пустовала, так что быстро ее приготовить не получится.

С этими словами Крик закрыл перед сыном дверь. Идя по коридору, ведущему в гостиную, Рей все пытался понять настроение отца и поэтому чуть не влетел в Ареса, явно направляющегося к Крику.

– Отец устал.

– Меня он всегда готов принять, – осклабился медведь, сверху вниз смотря на Рея.

«Как непривычно видеть кого-то выше себя. Вот как чувствовали себя остальные ребята в группе».

– Не обессудь, братец. Просто ты утомляешь. Ты исчез – начались проблемы, ты появился – у нас снова проблемы. Но ничего, скоро я все решу, и мы с тобой еще пропустим по стаканчику пива, а, что скажешь?

С этими словами Арес толкнул Рея в бок так сильно, что легат впечатался в стену. Медведь загоготал и пошел дальше, на ходу обронив:

– А если ты хочешь поразвлечься один… Лия живет в крайнем доме. Не перепутай только с Лирой, Лира – моя.

«Да как он смеет! Она же помолвлена. Хотя из всего, что я увидел, можно сделать вывод, что она не особо этому рада».

Рейгар вышел на улицу. Там еще было светло, но летние ночи в принципе светлые, как известно. «И куда мне? Отец сказал спросить у Лиры, но там наверняка будет и Лия, а она очень странно себя ведет. Ладно, просто зайду, спрошу и все».

Пока легат шел к окраине поселения, он вновь отметил, как много новых домов и лачуг появилось. Несколько человек попалось ему навстречу, которые поздоровались с ним, но Рей не узнал никого из них. «Это больше не мой дом», – пронеслось в голове у воина, и сердце его болезненно сжалось. «Не сюда я мечтал вернуться все эти годы».

Вдруг его окликнули. Он обернулся и не сразу увидел в полумраке, кто его зовет. Через пару секунд к нему подбежал молодой воин с черными как смоль волосами и грустными карими глазами. Рей вспомнил эти глаза, но не воина.

– Рейгар, дружисе, караулил тебя, караулил, а вссе равно чуть не пропустив.

Картавость парня напомнила легату его имя.

– Райзел! Как ты изменился!

– Так сколько лет минуло. Как я рад, что ты вернулся! – брюнет дружески обнял его и похлопал по плечу. – Ты как? Осваиваешься?

Рейгар замялся. Вопрос был несложным, но ответ на него неутешительным. Райзел заметил его замешательство и предложил пройтись по поселение. Решив, что Лира никуда не денется, легат согласился. Они шли между домов. Райзел расспрашивал Рея о том, что ему удалось пережить. Воин нехотя рассказал о шахтах и службе легатом. В детстве они с Райзелом дружили, но парень был жутким сплетником – хуже некоторых девушек. Легат знал, все, что он расскажет сейчас к утру будет знать все племя. Потому воин поспешил поскорее закончить рассказ о себе и спросил друга:

– А что нового у вас? Я вижу так много лиц. И не вижу многих, кого знал до похищения.

Райзел, разочарованный тем, что ему удалось узнать так немного, начал отвечать:

– Некоторые решили податься в армию. Там сейчас неплохо платят, говорят. Так?

– Неплохо, – уклончиво ответил Рейгар. Он вдруг понял, что зарплату он получал лишь первое время, пока дежурил на улицах Тьяго. А когда отправились к Энею о деньгах речи и не шла. Да и не нужны они были – едой, одеждой и оружием их полностью обеспечивал тан, а на развлечения не было ни сил, ни времени.

– Вот ребята и рванули туда. Кто уже погиб, а кто и выслужился, как Самдар.

– Отчего они решили бросить племя? – Рейгару в детстве казалось это нереальным. Он все свою жизнь планировал провести в этом лесу, с этими людьми. «А судьба решила иначе». – Неужели дело только в деньгах?

– Не только, – признал Райзел. – Ты, наверное, еще не успел прочувствовать, но дух племени очень изменился.

«Прочувствовал».

– Те, кого ты не знаешь, даже не медведи. Рыси, кабаны, барсуки. Вон, смотри!

Парень указал куда-то пальцем. Там вокруг костра уселись кругом четверо мужчин. Вокруг глаз их будто сажей были нарисованы черные круги, а волосы были беспорядочно выкрашены в белый и черный. Образ их напоминал барсуков, и Райзел подтвердил догадку друга. Мужчины воздели руки к небу и что-то глухо шептали, закрыв глаза.

– Молятся своим богам. Если пройдешь туда – увидишь, как танцуют олени. А там играют на флейтах зайцы. Сейчас время вечерней молитвы.

– И отец допускает это?

Райзел удивленно вскинул брови:

– А что не так? Он сам предложил им. Точнее, Арес. Он подумал, что нашим новым друзьям будет неловко просто смотреть на нас во время наших бдений, и разрешил молиться своим богам.

«Арес разрешил. Кто он такой, чтобы разрешать?».

При упоминании Ареса легат вспомнил, что ему еще надо попасть к Лире. Он наскоро распрощался с Райзелом, пообещав поболтать завтра. Через десять минут воин дошел до маленького домика, с резными наличниками, выкрашенными в тускло-розовый цвет, и пару раз ударил в дверь ногой.

– Лира! Это Рей. Мне нужно кое-что спросить у тебя.

Дверь распахнулась почти мгновенно. Миниатюрная блондинка, в фартуке, перепачканная мукой кивнула, приглашая воина в дом.

– Заходи. Накормлю тебя, а ты спросишь, что хочешь.

– Да я, собственно… – не голоден, хотел сказать Рей, но дурманящий аромат свежей выпечки не дал ему договорить.

Расправившись с пирогами, Рей откинулся в кресле, сквозь прикрытые от удовольствия веки глядя на хозяйку. Лира смиренно ждала, пока он заговорит.

– Все-таки хорошо возвращаться после долгого отсутствия. Все так соскучились, все стремятся накормить, – рассмеялся воин. Лира засмеялась в ответ. – Спасибо тебе, было очень вкусно. Аресу однозначно повезло.

Лира тут же смолкла и потупила взгляд. Не смотря на свое разомлевшее состояние, Рей заметил перемену в ее настроении.

– Я надеюсь, он думает также. Так о чем ты хотел спросить?

– Да много о чем. Но перво-наперво – откуда вы здесь? Твоя сестра никак не хочет мне отвечать.

Лира отвела взгляд и медленно, будто заученную фразу, произнесла:

– Арес спас нас. От Кабанов. Те окружили наш дом и хотели сожрать нас живьем. Они уже убили Кайла, моего супруга, и почти сломали дверь в нашу с сестрой комнату, когда подоспели Арес и Грег. Они спасли нас и забрали в племя.

– То есть вы не медведицы.

– О, нет. Мы вообще не Обращающиеся. Просто люди.

– Но Арес выбрал в невесты такого простого человека. Для воина его уровня… и самодовольства. Прости, что я так о нем, но мы росли вместе, и я помню, что он всегда пытался отобрать у всех все самое лучшее. Блин, я не к тому, что ты плоха… – Рей зарделся и замолчал.

Лира чуть махнула рукой и помотала головой, показывая, что поняла его.

– Я знаю, что ты хочешь сказать. Арес выбрал Лию. А когда ту поймали с Грегом, Крик объявил об их помолвке. Типа в наказание. Тогда Арес пришел ко мне.

– Как-то это все неправильно, – Рей мотнул головой. – Но не мне вас судить.

Они помолчали. Наконец, легат решился задать вопрос, тревоживший его все это время.

– Лира, скажи мне. Не как невеста, не как спасенная. Арес – хороший вожак?

Внезапно, впервые за весь разговор, девушка всем телом обернулась к медведю, подалась вперед и, глядя прямо ему в глаза, твердо сказала:

– Нет.

Тут же дверь в дом распахнулась и впустила внутрь женский заливистый смех и притворное мужское ворчание.

– А я не пускаю тебя домой!

– Ахаха! Ну пусти! Кто ты мне такой, чтобы не пускать!

– Тайный поклонник!

– Не такой уж ты и тайный!

В комнату вбежала Лия и тут же застыла при виде Рея. За ней бежал незнакомый легату воин – не Грег точно, который, пискнув «извиняюсь», тут же ретировался. Лия отвесила неуклюжий реверанс.

– Лира, а что ж ты не сказала, что к нам такие именитые гости придут?

– Это бы что-то изменило? – усмехнулся Рей. Девушка наигранно надула губки, но тут же рассмеялась.

– Я бы хоть причесалась.

– По-моему тебе и так отлично, – Рей встал и направился к двери. – Ладно, доброй ночи вам!

– Ты не останешься? – грустно протянула Лия.

– Нет, извини. У меня ещё есть дела.

– Ну вооот, вечно я пропускаю все. Ладно, доброй ночи, – выдохнула Лия и вдруг начала расстегивать платье прямо тут, в коридоре, ничуть не смущаясь Рейгара. Зато Рей заметно смутился и исчез за дверью. «Какая же она все-таки… безбашенная. А я безголовый, так и не спросил, где мне можно переночевать. Вернуться? Хотя она там уже совсем разделась, наверное». Так, стоя в нерешительности перед дверью, Рей невольно дождался Ареса, возвращающегося от отца. Когда Рейгар заметил его силуэт на тропинке, ведущей к домишку, уходить или скрываться в тени было уже странно. Он кивнул воину, надеясь на этом и закончить, но Арес остановился и заговорил:

– Ты оттуда или туда? Учти, я устал и хочу выспаться, но если вы обещаете вести себя тихо…

Рея передернуло от его разговоров.

– Прекрати. Ты омерзителен. Ничуть не изменился за столько лет.

– Как и ты. Все тот же нытик и слабак. Папенькин сынок. Только папеньку теперь придется делить. Но помни: все эти годы рядом с ним был я. А ты пропадал непонятно где. Какие-то галифаксы, какие-то задания, какие-то пророчества.

Арес усмехнулся, увидев перекошенное лицо брата.

– Что такое? Ой, папа рассказал мне все, да. У нас с отцом нет друг от друга секретов. В отличие от тебя, мальчик из Пророчества. Давай, покажи мне, чему ты научился!

Арес внезапно снова толкнул Рея. Тот не устоял на узком крыльце и свалился вниз, на некошеную траву, попутно собрав ребрами все три ступеньки. Задыхаясь от возмущения, Рейгар вскочил, но не посмел напасть на воина. «Но я же не трушу? Я же никогда не трусил, каким бы сильным не казался враг». Но сейчас вся решимость будто оставила легата. Он просто стоял перед белокурым воином, мерно покачиваясь из стороны в сторону.

– Ну не гипнотизируй меня! Боишься – так и скажи. Ничего в этом постыдного нет. Меня все боятся. Я – Вождь. И ты признаешь это. Либо покинешь племя.

– Я никогда не назову тебя вождём. И дом я покидать не собираюсь.

Он хотел было схватиться за секиру и уже сделал привычное движение рукой, но в вспомнил, что оружие осталось в доме отца. Легат выругался.

– Что ж… – казалось, медведь только этого и ждал. Из-за ближайших домов начали выходить воины, сплошь все незнакомые. Почти ни у кого из них не было когтя, что означало, что они не медведи и не крики. Они окружили братьев, один из которых нахально улыбался, глядя в лицо второму, который из-за всех сил старался выглядеть спокойным.

«Нагулялся, Рей. В собственном доме, собственный названный брат тебя и прикончит».

– Идем, парни. И ты, Рейгар, тоже пойдешь с нами.

– Куда мы направляемся?

– В гости к лисам. А то слишком хорошо они живут.