Вакцинация

Такая особенность практически сводит на нет способность женщины к усвоению знаний, так как она не может концентрироваться на новых вещах. Кое-как закончила школу и техникум. Выглядит это так, как если бы ее память была привязана к конкретным предметам, вещам и образам. Прошлое всплывает настолько ярко, что у Марины практически нет возможности полностью сосредоточиться на происходящем вокруг нее. От реальности ее отвлекают погружения в прошлое и воспоминания.

С сотрудниками, имеющими навык выключиться в процессе выполнения работы, чтобы повспоминать пережитое, готов мириться не всякий работодатель. Марина смогла найти пристанище в колл-центре, где каждый телефонный звонок выдергивал ее из воспоминаний и напоминал о прямых обязанностях. Коллектив колл-центра состоял из трехсот с небольшим человек и принял ее достаточно тепло. Учитывая тот факт, что все сотрудники были разными, душой они были так же добры и открыты, как сама Марина. К тому же Марина всегда выглядела достаточно ухоженной: идеально подобранные вещи спортивного кроя, ухоженные ногти, легкий и всегда уместный макияж, стильная короткая стрижка. Марину всегда сопровождал тонкий приятный шлейф неплохого парфюма. А полнота и неуклюжесть, которых она так стеснялась, ни коим образом не повлияли на отношения с сотрудниками. Это также стало важным фактором при выборе места работы.

Разумеется, о ее способностях узнали и в коллективе колл-центра. Где бы Марина ни появлялась, еще со школьной поры, о ней шла молва. И, как следствие, на Марину периодически выходили разные профессора, врачи и исследователи, которые предпринимали попытки заполучить в работу ее необычно функционирующий мозг.

Таким образом, память Марины, хоть и являлась совершенной, была не в состоянии работать в том направлении, в котором ей это наиболее важно здесь и сейчас. Несмотря на то, что она прекрасно помнила каждую мелочь из своего личного опыта, ей сложнее, чем другим людям, было вспоминать, к примеру, какие-то простые школьные факты, абстрактные вещи.

– Плимп!

Марина моргнула, вернулась в реальность и почувствовала, что ее лицо намокло от слез.

«Кажется, телефон. Да, он светится, что-то пришло».

Она вытерла слезы, за которыми все расплывалось, и сосредоточилась. Разблокировка экрана позволила увидеть сообщение, поступившее на e-mail Марины, который она указывала только на сайтах при регистрации аккаунтов для покупок. В сообщении говорилось о каких-то миссиях, текст все еще немного расплывался, а мозг снова рисовал картинки прошлого. «Что за бредятина? Так, сосредоточься. Здесь и сейчас, сообщение, ты снова прочтешь и поймешь его!»

«Марина, привет. Меня зовут Денис. Я не сотрудник института. Я не исследователь. Но я знаю, как они тебя заколебали, правда. При встрече я отвечу на все твои вопросы: как узнал, откуда у меня твой адрес электронной почты и т. д. Просто я тоже не такой как все, я тебя понимаю. И у нас есть общая цель. Если хочешь – миссия наших жизней. Скрытая от чужого взора.

Давай встретимся завтра в кофейне «Эклер[4]» на Арбате в одиннадцать утра. Не отказывай мне, пожалуйста. Я буду за угловым столиком с журналом «Forbes[5]».

21 апреля; пятница; 20:58

«Господи, как я не хочу сейчас слушать рассказы о новых задачах министерства образования и истории в духе «а ты представляешь?!», – думала Катя, закрывая дверь за ушедшими пациентами. Телефон настойчиво оповещал о том, что звонит мама. «А потом объясняться, почему трубку не взяла? Тоже нет, бли-и-ин!»

– Алло? – голос Кати звучал устало, но вместе с тем выдержанно, спокойно.

– Катюш, не занята? Я тебе второй раз набираю, а ты чет не берешь, – бодро, но укоризненно начала диалог мама Кати.

«Двадцать пять лет как Катюша», – подумала Катя, но сказала:

– Мам, ну ты же знаешь, что в выходные я принимаю людей. Мне неловко их прерывать, они же не чаю попить заходят. Как у тебя дела?

Тонкими изящными пальцами перехватывая телефон с левой руки в правую и обратно, попутно забирая за ухо идеально подстриженные в каре каштановые волосы, Катя сорок минут слушала жалобы мамы на нововведения министерства образования и о том, что им там, наверху, наплевать на рабский труд школьных педагогов. Затем Катя послушала двадцатиминутный хвалебный рассказ мамы о подарках, полученных ею на день рождения от учеников. Потом еще пятнадцать минут Катя слушала о том, какой ремонт сделали родители Ванечки Симонова из 6 «А» класса, к которому мама Кати ездила вчера вечером заниматься английским. И еще двадцать пять минут Катя внимала предположениям мамы насчет развития событий семейного торжества, которое состоится завтра тоже по случаю ее дня рождения. В перерывах между рассказами мама, конечно же, интересовалась делами Кати, но при первом удобном случае переводила темы на себя. Как и всегда.

Катя очень любит свою маму и прекрасно понимает, почему та ведет диалог таким образом. Все проблемы из детства, как бы тривиально это ни прозвучало. Поэтому, она прекратила попытки перевоспитывать мать. Каждая мама неидеальна, каждая имеет какие-то особенности. Будь то навязчивая опека или завышенная потребность во внимании. Во всех случаях мам не выбирают. А лишние ссоры ни к чему. Вместе с тем Катя чувствовала любовь матери – а это бесценно.

– Катюш, слушай, как раз завтра погляди, что там справа у тети Маши болит, она мне перед тобой набирала и жаловалась, что сверлит там. Может, желчный? Она ж вечно сало лопает, вот и толстая поэтому.

Что-то твердое уперлось в икру Кати и проскользнуло под колено. Мейн-кун Гриша напомнил хозяйке, что она не давала ему кашу целых полтора часа, а это совершенно нарушает разработанный им график питания. Подергивая шерстью на спине и нервно виляя хвостом, кот еще более явственно указал хозяйке на ее ошибку, которая может стоить ей нескольких часов бессонницы среди ночи. Ты-гы-дык часов с трех утра, предположим, было бы уместно, подумал Гриша.

– Хорошо, посмотрю. Ты вышла на улицу? Шум фоном, – Гриша сменил тактику и уже лежал у Кати на коленях, притаптывая воздух вокруг нее свисающими передними лапами. При Катиных параметрах – росте 151 сантиметр и весе 43 килограмма – казалось, будто кот составляет половину ее хрупкого тела.

– Да в магазин решила сходить. Сейчас с тобой договорю и, надеюсь, мне больше никто не будет звонить. Я так устала от разговоров, но каждые пять минут кто-то что-то желает мне рассказать. Ой, погоди, – Катя услышала, как мать кричит: «Фомина, куда чешешь?», – все, Кать, я тебе завтра наберу!

Девушка поняла, что мама решила поболтать с соседкой Инной Константиновной, о последних событиях жизни которой она расскажет дочери и всем родственникам уже завтра на семейном ужине.

– Гриш, ты опять кушать хочешь? – кот обрадовался тому, что хозяйка наконец-то сообразила, в чем дело, и молнией подлетел к холодильнику. – Так, завтра к десяти утра подойдет мужчина с запястьем, а к одиннадцати девочка с головной болью. Странно, головная боль в детском возрасте, придется собрать подробный анамнез. – Гриша мурлыкал, похрюкивая в предвкушении вкусной еды, и все активнее терся о Катины ноги, полагая, что таким образом закрепит ее желание дать ему побольше кашки – а потом я успею спокойно собраться к родне. Блин, еще желчный тети Маши. Поесть не дадут!

С одной стороны, Катя привыкла, что все люди в ней видят лишь сканер болезней, этакий аппарат МРТ, который безошибочно показывает, где искать источник боли любого человека. Но, с другой стороны, она ищет в тех же людях хоть немного понимания и взаимной заботы. Но поиски ее порой безуспешны.

С одиннадцати лет Катя видела всех буквально насквозь. И принимала людей, которые приходили за помощью, чтобы она заглянула внутрь и рассказала об их болезнях. Мама, кстати говоря, как только в дочери обнаружился такой заманчивый источник дохода, начала неплохо на этом зарабатывать.

Закончив Московский государственный медико-стоматологический университет, Катя смогла более точно устанавливать диагнозы и записывать их уже на профессиональном медицинском языке. Часто она ставила диагнозы точнее и оперативнее, чем ее более опытные коллеги-врачи.

Девушка закрыла глаза, все еще прокручивая план завтрашних действий, но уже утопая в мурчании Гриши, который мгновенно съел кашу и зауютничал, ловко прислонившись к ее голове. Вдруг снова зазвонил телефон.

«Кому я понадобилась, на ночь глядя? А вдруг острая боль…» – решала Катя, отвечать ли ей на звонок.

– Я слушаю.

– Катя, привет. Меня зовут Денис, у меня ничего не болит, а я, при этом, жив и здоров, – услышала она приятный мужской голос.

– Я, конечно, рада за вас, Денис, но чем обязана? Не хотелось бы поучать постороннего человека, но вы на часы смотрели?

– Линия была занята вашей мамой, я прошу прощения, – тут у Кати что-то замкнуло в мозгу: «Что? Откуда он может знать про мой разговор с мамой. Это кто вообще?!»

Но тут мужчина снова угадал и дал ей ответ на только что возникшие вопросы. Или не угадал, а знал?

– Я объясню завтра, откуда это знаю, окей? Понимаю, как ты не любишь отменять встречи с пациентами, но мой вопрос еще важнее, поверь. Эти пациенты, в конце концов, могли бы сходить в клинику, а не ждать запись к тебе.

Тут Катя совершенно подвисла. Ничего подобного в жизни она еще не испытывала. Ощущение, словно ее прямо сейчас читают, читают ее мысли.

– Кать, ты здесь?

Возникла пауза.

– Я…как вы себя назвали? Я забыла…

– Не страшно. Денис. Меня зовут Денис.

– Откуда у вас мой номер? – в голосе Кати появились нотки раздражения, за которым прятался страх. Ее кожа покрылась мурашками.

– Кать, все в порядке. Я не слежу за тобой. Ну, в том смысле, что я не маньяк какой-нибудь. Короче, это не телефонный разговор. Приходи завтра в кофейню «Эклер» на Арбате в одиннадцать утра. Я буду за угловым столиком с журналом «Forbes». Я уверен, что ты придешь. Если хочешь, возьми с собой тесак с кухни, – Катя почувствовала, как Денис улыбается собственной шутке, но ей было абсолютно невесело. Особенно по той причине, что тесак сейчас как раз лежал на столе в кухне.

До двух ночи она не смыкала глаз, потом написала сообщения своим пациентам о том, что не сможет их принять и рекомендует обратиться в клинику.

21 апреля; пятница; 21:19

Геля была погружена в мысли о предстоящем свидании. На днях она познакомилась в Тиндере с Игорем – парнем, который был моложе. Ей было совершенно неизвестно, голодной или сытой она вернется со свидания с новым знакомым, поэтому девушка предусмотрительно выбирала продукты на ужин в сетевом магазине недалеко от своего дома. Складывая их в корзинку для покупок, Геля мысленно прокручивала события последних лет.

Она вспоминала своеобразную коллекцию свиданий сезона осень-зима 2018 года, в котором были встречи с мужчинами из разных социальных слоев и разных возрастных категорий. Но у них, однако, было общее качество – тяга к искусству. Другими словами, эти мужчины были связаны с чем-то из сферы искусства: музыкой, живописью, резьбой по дереву, танцами… Причем Геле было совершенно неважно, являлось ли это занятие основной работой или имело статус хобби. Она изучала этих мужчин, как категорию.

И встречи были тоже разными. В некоторых случаях это были одноразовые свидания: недолгий разговор за чашкой кофе, прогулка по парку или ужин в ресторане, после которых Геля грамотно исчезала со всех радаров, понимая, что взяла максимум от мужчины из того, что вообще можно было взять. В других случаях встречи перерастали в затянувшиеся, на ее взгляд, отношения длиной в месяц, а то и в два.

Таким образом, Геля собирала информацию о некой, обрисованной ею, субкультуре мужского пола, объединяемой романтизмом искусства. Придя к решению, что конкретно эти романтики ей больше не интересны, она перешла на другой уровень исследований, а точнее – к другой субкультуре – к мотоциклистам. Игорь был как раз одним из представителей мужского пола, обладающего сверкающим железным конем.

Вспомнила Геля и о влюбленности, которая возникла весной 2019 года и сопровождала ее весь тот год, пока чувства не притупились, и парень, с которым она была в отношениях, стал казаться ей среднестатистическим, без харизмы и совершенно обычным.

Вспомнила она и несколько совсем недавних встреч, впрочем, ничем не примечательных.

В этих мыслях девушка наклонилась, чтобы взять упаковку шампиньонов, и почувствовала резкий удар в лоб, о таком обычно записывают в следственных материалах по уголовному делу – «удар тупым предметом».

– Черт! – вырвалось у нее в момент, когда она сообразила, что тупым предметом был тоже лоб.

В нескольких сантиметрах от нее активно растирал красное пятно на лбу – в ее голове снова мелькнула мысль о тупом предмете – вполне себе симпатичный парень атлетического телосложения. Геля представила, как на месте красного пятна вырастает рог.

– Нет, меня зовут иначе, – наконец, заговорил атлет, слегка улыбаясь одной половиной рта, – Иваном меня зовут. А голова у вас крепкая! Я вас не больно ударил?

Геля тут же блеснула кокетливыми глазами.

– У меня не только голова крепкая! – хитро сказала она и так же кокетливо показала глазами парню путь к пятой точке, после чего позволила себе обронить девичий скромный смешок следом за довольно пошловатой шуточкой.

Иван немного смутился от такого открытого и вызывающего флирта со стороны совершенно незнакомой девушки, с которой он столкнулся как яйца в Пасху, но в то же время заинтересовался количеством подобных шуток в ее арсенале. И еще больше его взволновало другое: какова вероятность того, что за шутками последует их реализация.

– Ангелина, – Геля вытянула руку открытой ладонью для приветствия, – я живу в соседнем доме.

– А я мимо проезжал и забежал взять что-нибудь перекусить, так что живу я не в соседнем доме, – ответил Иван, четко понимая, что несет полнейший, явно заурядный бред, но ничего не смог с собой поделать. Он был очарован, и его мысли путались так, что было не до изобретательства в игре слов.

– Если бы ты оставила мне свои контакты, я бы с радостью с тобой встретился при более приятных обстоятельствах. И принес извинения за этот инцидент. Что скажешь?

– Когда мы успели перейти на ты? – Геля кожей почувствовала, что ее «сети» не подвели. Снова.

– Шик, шик, шик.

Идеально ровные колечки лука один к другому складывались на разделочной доске. На плите в небольшой кастрюльке аппетитно побулькивал грибной соус, и закипала вода под спагетти в другой кастрюльке. Только что Геля вернулась со свидания с Игорем, которое она прервала в моменте между просмотром модного фильма в кинотеатре и походом в ресторан. Поскольку Ангелине не нравился парфюм, которым пользуется Игорь – а, по ее мнению, чем неприятный парфюм не причина соскочить и удивить парня?! – Геля решила отметить очередную победу над мужским полом любимой пастой.

«Баба отказалась от ресторана? В Москве – от ресторана? От ресторана со мной?! Да она ж шизоид! Или я что-то не так сказал?..» – представила Геля умозаключения Игоря и, хихикнув, высыпала лук на раскаленную сковороду.

Звонок вернул мысли Гели в реальность. На экране мобильного высветилась надпись «Иван Пятерочка Лоб». Так она решила записать утреннего знакомого, чтобы не перепутать с другими Иванами, красиво вошедшими в ее грешную жизнь на какой-то срок и, в большинстве своем, уже ушедшими по Гелиной же инициативе, но иногда всплывавшими в телефонном общении.

– Геля? – голос Ивана звучал слегка неуверенно, оставляя вероятность того, что она могла дать не свой номер.

– Ваня? – игриво отозвалась она в ответ.

– Я не отвлекаю тебя поздним звонком?

– У меня есть пара минут. Я тебя слушаю, Ванечка, – Геля старалась говорить нежно и успокаивающе, что безотказно возвращало ее кавалерам мужскую уверенность.

– Завтра выходной, суббота, как насчет того, чтобы прогуляться утром по Арбату, поболтать? Я с удовольствием угостил бы тебя завтраком и кофе, – Иван буквально слышал, как от нарастающего волнения колотится его сердце. «Я что, влюбился?», – сверкнула мысль.

– Неплохая идея, мне нравится! – ответила Геля таким же томным голоском молоденькой кокетки.

– Если ты не против, я забрал бы тебя в девять утра. Прогуляемся по утренней Москве без суеты вокруг.

– Хорошо, Ваня, я буду готова к девяти утра. До завтра.

Геля отключила телефон, вернулась к приготовлению ужина и погрузилась в прокрутку сценариев завтрашней встречи с новым, весьма приятным ухажером.

Странный звук компьютера привлек внимание Ангелины. По пути в комнату она вытерла руки о полотенце и бросила его на тумбочку с цветами: «Обратно пойду, надо захватить полотешку».

Прохладная поверхность мышки. Клик. Яркий свет проснувшегося экрана ноутбука ослепил Гелю. «Ах, блин, электронка. Неужели снова рекламный спам?! Поем, отпишусь от всего нафик!»

Геля кликнула на сообщение: «Ангелина, приветствую! Нет, не реклама, не предложения, не мужики. Я могу дать тебе ответы на все вопросы, в том числе на главный – почему ты. Потрать минуту времени, прочитай, ты все поймешь…», – так начиналось электронное сообщение, вырвавшее девушку из приятного забытья, сопровождавшего ее в процессе приготовления ужина.

Геля немного покрутила колесо мыши и почувствовала, что палец липнет к нему. Щурясь от яркого света ноутбука, она попыталась рассмотреть указательный палец, на котором темнели какие-то пятна:

– Ну, вот, опять порезала!

Она появилась на свет двадцать семь лет назад с редкой патологией, называемой хромосомная делеция (если точнее, делеция участка плеча 6-ой хромосомы). Потеря участка хромосомы привела к тому, что Геля с рождения не чувствует болевых ощущений. Ей практически незнакомо и чувство опасности, так как она не переживала в своей жизни наказание болью за неосторожное поведение, хотя и такого поведения Геля со своей стороны сознательно не допускала.

Ангелина была долгожданным и любимым, «зацелованным» ребенком. Родители Гели знали об особенностях здоровья дочери почти с ее рождения, и сказать, что они приложили все усилия, чтобы защитить Гелю от преждевременной гибели, значит ничего не сказать. Разумеется, Геля с малолетства была обучена определять угрозу здоровью и жизни, а также методам первой помощи самой себе.

В некоторых случаях способность Ангелины оказывалась неоценимым подарком судьбы. Она помогла выжить, когда ее сбил автомобиль. Машина буквально переехала через спину девочки, протащив малышку несколько метров, пока не остановилась. Единственное, что позволило Геле остаться в живых, это то, что она не была напряжена, так как не почувствовала боли и страха.

До самой смерти родители Ангелины не могли простить себе тот факт, что оставили тогда дочь под присмотром ее родной, но уже не очень шустрой бабушки на детской площадке, расположенной рядом с дорогой. Родителей Гели не стало пару лет назад.

Еще одной отличительной особенностью Ангелины является то, что она никогда не ощущает усталость или голод, поэтому живет по расписанию, составленному командой врачей и ее матерью еще при жизни.

Работая учителем английского языка в гимназии, Ангелина умело скрывает свои особенности, ведет, казалось бы, обычную жизнь молодой девушки и успевает разбивать сердца московским красавчикам. Взаимоотношения с мужчинами являются для Гели, по большей части, хобби, спортивным интересом, поскольку она не верит в любовь «до гроба» и в аналогичные истории о взаимоотношениях мужчин и женщин.

«Геля, привет. Меня зовут Денис. Давай встретимся завтра в кофейне «Эклер» на Арбате в одиннадцать утра…»

«Божечки, они теперь по электронке знакомятся? Это вообще как?»

«…Кофейня уютная, в это время народу там почти нет. Угощаю без подкатов, ты клевая, но цель встречи у нас другая, не парься. Все по делу…»

«Как без подкатов?!»

«…Ты нам нужна…»

«Нам? Нужна?!»

«…Мы оба знаем, что ты особенная. Нет, я не следил за тобой, мы ни разу не виделись…»

«Что-то я вообще ничего не понимаю.»

«…Просто я тоже особенный, я умею чувствовать особенных…»

«Что? Он про мои… О, господи, как он узнал!? Зачем я ему?»

«…Поверь, будь у меня корыстные или темные мыслишки, я бы позвал тебя в другое – более позднее время и не в центр Москвы. Согласна?..»

«Ну, допустим, логично, да».

«Я отниму у тебя где-то час времени, все озвучу, а решение примешь позже. Я буду за угловым столиком с журналом «Forbes». Возможно, не один, а с такими же, как мы, особенными».

«Ну, дела. Это мне теперь не до встречи с Иваном, когда тут такое!»

Заклеивая порезанный палец пластырем, Ангелина мысленно уже подбирала наряд из шкафа, стыкуя его с прогнозом погоды на завтра. Легка на подъем, как бабочка.

В этот момент компьютер повторил странный звук, и Геля поняла, что это точно электронное сообщение. Она взглянула на монитор – тот же электронный адрес. Кликнула мышкой на сообщение: «А с Иваном все-таки встретилась бы, он хороший парень». И все, больше ни слова, хотя больше и не требовалось. Ангелина почувствовала себя в полном нокауте, если так можно было выразиться.

21 апреля; пятница; 22:14

Вечером в начале одиннадцатого Макс уже спал под звук, доносящийся из динамика домашнего кинотеатра, который вещал его, хоть и спящему, но идеально впитывающему даже во сне мозгу про капитализацию российского рынка акций Московской биржи в секторе «Основной рынок», выросшую на 0,28 % и составившую 42 285,645 миллиардов рублей. Эта информация, несомненно, поможет ему сыграть на бирже следующим утром. Поскольку режим сна на его мобильном включается в одиннадцать вечера, телефонный звонок проорал в обычном режиме и вырвал Макса из сна. На экране телефона высветился неизвестный номер.

– Алло, – хриплым недовольным голосом ответил Макс, уже пожалевший, что не сбросил звонок.

– Было бы нелогичным отложить прочтение сообщения на завтра, – услышал Макс ровный мужской голос в телефоне. Только Макс собрался выяснить у незнакомца, откуда тот взял его номер, как собеседник на другом конце отключился.

«Ну и скоты же», – подумал Макс. Но не успел он погасить экран телефона, как пришло сообщение на электронную почту, начало которого можно было прочитать, не открывая самого сообщения: «Макс, здесь есть то, что ты не найдешь в других источника…». Сообщение нельзя было прочитать полностью, но его начало заинтриговало Макса, использующего все возможности, чтобы утолить свой голод к познанию.

Почесывая шрам, прятавшийся над левым ухом, Макс прикосновением открыл сообщение. «Макс, здесь есть то, что ты не найдешь в других источниках. Я знаю, что ты искал логическое объяснение работы собственного мозга, но нашел лишь то, что ты – аномалия, больной человек. Это все хрень собачья! Давай посмотрим под другим углом.

Абсолютное знание языков, идеальные математические расчеты и логические выводы – это, конечно, круто. Но, Макс, ты когда-нибудь думал о том, что смысл жизни состоит не только в том, чтобы заработать на примитивных людских потребностях? Согласись, вполне логично, что твои возможности даны тебе не для того, чтобы прожить жизнь чуть богаче, чем большинство. Давай вместе прикинем, что мы можем получить от того, что имеем. Конечно, ты спросишь: «Ты кто такой, мужик?!». При встрече я все тебе объясню. Можешь брать своих амбалов, но пусть не слушают наш диалог ни реально, ни посредством своих жучков. Жду тебя завтра в кофейне «Эклер» на Арбате в одиннадцать утра. Ты же любишь это местечко. Я буду за угловым столиком с журналом «Forbes».

Примечания