Снежная сказка

– Чуп, ты что творишь, ты кого сюда приволок? Сказано же было, берем только припасы, болван, – раздалось у Ники над головой.

– Но она так вкусно пахла, я чето не подумал, – продолжил уже более низкий и грузный голос.

– Не подумал он, не подумал, да ты вообще забыл давно, что значит думать, живо доставай ее из мешка.

Веревка на мешке ослабла и, в образовавшемся пространстве, показалась растрепанная голова Ники, которая испуганно озиралась по сторонам. Волосы были взъерошены и торчали во все стороны, но косички при этом все равно остались невредимы.

– Да не боись, выползай. Тебя как звать-то? Кстати, пахнешь действительно вкусно.

В блеклом свете звезд перед взором Ники нарисовалось неведомое ей существо, стоящее на двух лапах, небольшого роста, даже ниже самой Ники. Внешне оно напоминало медвежонка и огромного кота одновременно и было покрыто густой шерстью, кроме огромных свисающих остроконечных ушей. За ним, среди раскиданных то тут, то там каких-то мешков и коробок столпились еще шесть подобных созданий. Ника никак не могла взять в себя в руки, от страха исполняя зубами знатную чечетку.

– Н-н-ника, г-г-где я, г-г-где сэр Марсуа?

– Н-н-ника, забавное имя. А, ты про того шумного рыцаря, да там же на дороге остался. Да не переживай, с ним все в порядке, мы его даже пальцем не тронули, верно парни? – не оборачиваясь спросил он остальных.

В толпе раздалось невнятное неубедительное гудение и кивание головами.

– А ты сейчас у нас, как бы это сказать, – существо задумалось, явно вспоминая нужное слово. – В гостях. Мы тебя не обидим, не дрожи так. Меня зовут Хряп. Этого здоровяка, – он указал на самого пухлого или пушистого. – Ты уже заочно знаешь его, зовут Чуп, кстати, можешь ему выразить особую благодарность за свое похищение. Остальные это Вуп, Ляп, Снуп, Моп и самый мелкий, Сигизмунд.

– П-п-почему у него имя не созвучно с вашими? – страх отступал, но Ника все равно продолжала дрожать, как осиновый лист.

– Я рад, что ты снизошла до разговора. Видишь ли, так звали султана, у которого он раньше жил, видимо в шутку в честь него и назвали. А мы с братьями, когда его освободили, имя изменять не стали, ну, а что, очень солидно звучит, – Хряп широко улыбнулся. – Кстати, ты, это, не серчай на Чупа, вообще-то мы путников не похищаем, бывает, промышляем мелким разбоем продуктов по ночам, если уж совсем с едой туго, но всегда оставляем ее немного, чтоб путники одумались и вертались по домам.

– А зачем же вы тут живете, если даже приходится воровать еду?– удивилась Ника.

– Места тут конечно дикие и глухие, особо не разгуляешься, но нас устраивает, а главное, что мы тут в безопасности. Ладно, щас поясню. В общем, как ты уже успела заметить, мы все тут могваи. Про могваев ты, надеюсь, слыхала? – Хряп тяжко вздохнул, глядя на отрицательно мотающую головой Нику, и продолжил. – Нас в мире больше не осталось, мы последние, и поэтому на нас постоянно охотятся. Дело в том, что когда мы едим после полуночи или намокаем, то от этого уменьшаемся в размере и из нас появляются новые могваи, но не настоящие. Бывает один, а бывает и несколько сразу, а еще эти подделки становятся очень вредными и злобными, такими, что способны только лишь пакостить и разрушать. Некоторые плохие люди в своих коварных целях желают создать целые армии подобных существ. Вот мы с парнями и решили, что надо бы обезопасить мир и перебраться в такое место, где нас никто не найдет и мы точно не сможем намокнуть, ну а с питанием у нас все строго-настрого, – сказал Хряп и с укором покосился на Чупа.

– Постой, так тут же кругом снег, и если он растает, то вы все сразу намокните, – возразила Ника.

– Вот ты отжигаешь, как будто всю жизнь во дворце прожила и ничего не знаешь про мир вокруг, тут кругом заколдованный снег, он никогда не тает. Вот с едой и вправду беда, мы постоянно голодаем, приходится разбойничать. Помню, попался нам один купец, а в кибитке у него мы нашли коробку с тортом, ммм, вот это было лакомство! – Хряп облизнулся так сильно, что кончиком языка коснулся носа. За спиной у него раздались громкие вскрикивания.

– Торт, торт, торт! – кричали остальные могваи, падая на землю без сознания.

– Ой, что с ними? Что случилось?! – с беспокойством в голосе сказала Ника, показывая на развалившихся по всей поляне могваев.

– Да, не переживай, скоро очухаются, это у них вкусовая память разыгралась, – ответил Хряп, широко улыбнувшись. – Вот, теперь тебе, думаю понятно, почему мы тут живем, но я никак не пойму, что ты тут забыла?

– Я отправилась спасать отца, его похитили и держат в этих горах, может быть, вы видели тут девочку, как будто из снега, с парой сосулек в волосах?

– Не нужно тебе в эти горы. Отца, конечно, твоего жаль, но ты там точно сгинешь без следа, – голос Хряпа стал серьезным и печальным. – Там обитают ледяные чудовища, огромные жуткие великаны, мы сами стараемся лишний раз не приближаться к подножию гор.

– Мне все равно, великаны или чудовища, ничто меня не остановит, я ничего не боюсь! – сердито буркнула Ника.

Хряп замер, сосредоточенно разглядывая Нику, повисла неловкая тишина, но через мгновенье, он разразился истерическим смехом, хватаясь, то за живот, то за голову.

– Ух, ну и умеешь же ты развеселить народ, бесстрашная девочка, – сказал он, вытирая слезы, катящиеся по его мохнатым щекам. – Пять минут назад зуб на зуб не попадал, и, хоп, чудеса, перед нами великая воительница.

– Ну, хватит издеваться, лучше помогите мне, раз уж я стала невольной участницей вашего собрания.

– Ладно, ладно, отговаривать не стану, я за свободу выбора, так сказать. Видел я твою девчонку, последнее время часто тут бродит кругами, а потом уходит к себе в пещеру, но мы ее сторонимся, мало ли, что у нее в голове.

– Видели, правда?! – Ника оживилась и засуетилась. – Мне нужно спешить скорее к ней.

– Да, сядь, не мельтеши, куда ты так сорвалась, ночь же еще. Это мы хорошо видим в темноте, а ты, боюсь, меня-то едва различаешь. Вот смотрю на тебя и гадаю, а Вы с Чупом не родственники, случайно?

– В смысле родственники, почему? – удивилась Ника.

– Да просто он ни о чем не думает и ты, я гляжу, такая же. Ты в горы в этом собралась? – Хряп ткнул лапой на сандалии и плащ Ники. – Там вообще-то очень холодно. Эх ты, спасительница. Кого потом только спасать придется, – сказал Хряп, ехидно прихрюкнув. – На вот, примерь, – покопавшись в одной из многочисленных коробок, Хряп достал меховую накидку и сапоги.

– Откуда это у вас, вы же не носите одежду? – спросила Ника, но уже явно догадываясь, откуда вещи.

– А, это все благодаря стараниям нашего драгоценного Чупа, он периодически вместо еды приносит всякие ненужные вещи, недавно даже целую девчонку приволок, – уже явно не скрывая смех, ответил Хряп.

Ника одела переданные ей вещи. Сапоги были в самую пору, а вот в полушубке она буквально утонула.

– Ну, слегка великоват, конечно, но это на вырост, – хохотнул Хряп. – Ладно, дай-ка сюда, – Взяв полушубок в лапы, он одним резким движение оторвал от него знатный кусок. – Вот, не благодари, – затем Хряп кинулся тормошить лежащих могваев, – Так лежебоки, а ну подъем, хватит валяться во вкусных снах!

Через мгновенье все уже были на лапах.

– Давайте проводим нашу нежданную гостью к горе, – сказав это, Хряп развернулся к Нике. – И вот еще что, дай нам всем слово, что никому не расскажешь о нас и, что тут видела.

– Хорошо, даю вам слово, что никто не узнает о Вас и где Вы живете, – решительно ответила Ника, прижав правую руку к груди.

– Вот и славно, потопали, братва.

Могваи нестройной толпой засеменили по тропинке, а Ника, подобрав все еще длинный полушубок, поспешила за ними вслед. Долго ли коротко ли, но вскоре под сапогами захрустел снег, а щеки стал обжигать колючий ветер. Лучи восходящего солнца разогнали ночную тьму и заиграли, отражаясь от снега, яркими бликами. Глаза никак не могли приспособиться к такому насыщенному свету, поэтому Ника шла, прищурившись, едва различая дорогу.

– Ну, все, дальше нам ходу нет, теперь слушай внимательно,– сказал Хряп, остановившись. – Иди вон до того гребня, не сворачивая с тропы, она приведет тебя к ледяной пещере, там эта девочка и живет.

– Спасибо, друзья мои, вы мне очень помогли. И хоть наше знакомство началось ужасно, но я рада, что нашла таких замечательных друзей, – Ника обняла каждого могвая и особенно сильно Чупа.

– Да ладно тебе, мы же все понимаем, нет ничего дороже семьи, – сказал Хряп, окинув взглядом своих братьев.

– У меня для вас всех есть подарок, мне отдал его один мой друг, но вам это важнее, – Ника протянула Хряпу кусок коры. – Она волшебная, если откусить немного, то голода как не бывало.

– Так вот почему ты так вкусно пахла, теперь понятно. Спасибо и тебе Ника, береги себя, – Хряп сам еще раз обнял ее, похлопав лапой по спине. Могваи долго стояли гурьбой и махали ей на прощанье.

– Что будем делать, старшой? – спросил Чуп, глядя на Хряпа, как только Ника скрылась за поворотом.

– Да сваливать нужно отсюда, братва, девчонка, хоть и добрая, но если проболтается, то жди беды. Так что давайте лапы в лапы и уходим.

И еще немного потоптавшись на месте, могваи двинулись в обратный путь.