Зал ожидания

Глава 1

Сознание включилось резко, в одно мгновение, как будто я проснулся от сильного взрыва над самым ухом. Тела своего я не чувствовал, хотя оно у меня, безусловно, было. Я стоял посреди длинного золотистого коридора, уходящего вдаль на сколько хватало взгляда, сливаясь там в одно смазанное пятно. Вдоль стен, на равных расстояниях друг от друга, стояли обыкновенные, ничем непримечательные скамейки. Между ними угнездились затейливого вида кадки, в которых произрастали странные на вид растения.

Как волна цунами, в меня ударил звук, тысячи звуков, оглушительно громких в первое мгновение. Человеческие голоса, крики, гомон многочисленных разговоров, шорох шагов. Вокруг меня находились люди, много людей. Они стояли возле стен, сидели на скамейках, на полу, бродили по коридору и… разговаривали.

От неожиданности я застыл на своём месте как статуя, с полуоткрытым ртом, глядя на невесть откуда взявшийся коридор и людей, которых ещё секунду назад не было и в помине. А они, как ни в чём не бывало, продолжали заниматься своими делами. Лишь некоторые из них проявили к моему появлению вялый интерес, пару раз взглянув в мою сторону.

Так я простоял столбом, наверное, около минуты, пока меня не вывели из ступора самым радикальным способом. Просто дёрнули за руку. Резко обернувшись, я узрел перед собой широко улыбающегося негра.

– Здорово приятель! – жизнерадостно произнёс он. – С прибытием!

– А? – выдавил я из себя, отпрыгивая от неожиданности в сторону и прикрываясь руками в некоем подобии боевой стойки.

– Эй, спокойнее, парень, – негр медленно поднял свои руки вверх, демонстрируя мне раскрытые ладони, практически белые, на фоне его остальной, достаточно тёмной кожи. – Не нервничай.

Ничего не ответив, я молча разглядывал своего неожиданного собеседника. Чуть продолговатое лицо с как бы сглаженными чертами, чёрные, коротко стриженные, вьющиеся волосы, большие, выразительные глаза, толстые губы – в общем, типичный негр. Одет в джинсовый костюм тёмно-синего цвета и чёрную футболку с ослепительно белой надписью на английском языке. На ногах красовались новенькие адидасовские кроссовки.

– Ну что, насмотрелся? – небрежно осведомился негр после минуты молчаливого обоюдного созерцания. – Пойдём, поговорим.

Он сделал шаг ко мне, протягивая вперёд руку.

– Стой! – крикнул я срывающимся голосом, медленно пятясь назад, – Не подходи!

– Ну вот, – негр поморщился, как от зубной боли. – И ты туда же. Не надо орать. Всё нормально, успокойся. Я тебе ничего не сделаю.

– Кто ты? – нервно облизнув пересохшие губы, спросил я. Ужас первых мгновений уже прошёл, и я мог более адекватно оценить ситуацию. – Где мы? Что со мной случилось?

– Ну-ну, не так быстро, – мой собеседник снова успокаивающе поднял вверх руки. – Я тебе сейчас всё объясню. Я такой же человек, как и ты, и мы оба попали в весьма хреновую ситуацию. Всё что тебе сейчас надо, это спокойно меня выслушать, а дальше ты сам решишь, как поступать. Идёт?

Нервно сглотнув, я огляделся по сторонам, чувствуя, как огромное напряжение, владевшее мною с момента моего неожиданного появления в этом странном месте, медленно начинает сползать горячей волной вниз по позвоночнику. Организм больше не мог находиться в состоянии стресса, ему нужна была передышка, и я покорился неизбежному. К тому же внутренне чутьё подсказывало мне, что человеку, стоящему напротив, можно было доверять. По крайней мере, пока.

– Идёт, – буркнул я, опуская руки.

– Ну вот, и славно, – заулыбался негр, медленно подходя ко мне. – Я сразу понял, что ты нормальный парень.

– В смысле? – настороженно спросил я, делая огромное усилие над собой, чтобы не начать снова пятиться.

– В смысле, что с тобой будет легко говорить. Ты быстро всё поймёшь.

– Да? А что я должен понять? И где мы, чёрт возьми, находимся?

Негр поморщился, то ли от моих вопросов, то ли от того, что я помянул чёрта. То ли ещё по какой-то, неведомой мне причине.

– Давай присядем для начала, – сказал он.

Он аккуратно взял меня за руку и повёл к ближайшей свободной скамейке. Мысленно плюнув на всё, я покорно поплёлся следом. Сил на споры или протесты у меня просто не было.

Усадив меня на скамейку, негр плюхнулся рядом и сочувственно уставился мне в лицо.

– Как, ощущения?

– Странные, – немного подумав, честно ответил я.

– Неудивительно, – негр улыбнулся ещё шире, хотя, казалось, сделать это было уже невозможно. – Я как сюда попал, чуть не обделался от страха.

– Где мы?

– Ха, приятель, ты делаешь успехи! – неизвестно чему обрадовался мой собеседник. – Только вот на твой вопрос здесь никто точно не знает ответ! Все могут только предполагать. А как ты сам думаешь?

– Понятия не имею.

– Ничего, привыкнешь, – он успокаивающе похлопал меня по плечу. – Немного посидишь, обвыкнешься, глядишь, и мысли какие-нибудь появятся. Я ведь то же не сразу понял, что здесь происходит.

– А что происходит? – тупо спросил я.

– Просто посмотри вокруг.

Я послушно огляделся. Кругом было всё то же, что и прежде: коридор, люди, скамейки, кадки…. Но что-то всё же было не так. Понимание пришло неожиданно, как первый луч солнечного света, вырвавшегося из-за горизонта в беспросветную темноту ночи. От удивления я едва не присвистнул. Людское сборище было настолько различным, что это даже не сразу бросалось в глаза. Здесь были все, абсолютно все. Все расы, все национальности, всех возрастов от маленьких детей, до глубоких стариков. Сюрреалистический коктейль из всего населения земли. Но самое парадоксальное было то, что все они свободно общались между собой, как будто больше не существовала ни границ, ни языков. Этакий кошмарный сон завзятого расиста.

– Ни фига себе, – тихо сказал я, рассматривая эту потрясающую картину. – Как они понимают друг друга?

– Так же, как и мы с тобой, – серьёзно ответил негр. – Это один из даров этого места. Вот как думаешь, откуда я родом?

– Из Африка? – не слишком уверенно предположил я.

– Ну почему, всегда, когда видят чернокожего, сразу думают, что он из Африки? – возмутился мой собеседник.

Я смущённо пожал плечами, буркнув что-то нечленораздельное.

– Я сейчас говорю с тобой на французском. Ты владеешь этим языком?

– Господи, нет, конечно. Я кроме как на родном, русском, больше ни фига ни на каком. Ну, разве что пару фраз по-английски могу, да и то с акцентом.

– Тогда как ты объяснишь то, что мы без проблем понимаем друг друга, хотя говорим на разных языках?

– А ты точно говоришь на французском? – подозрительно спросил я. У меня было такое ощущение, что негр просто морочит мне голову.

– Точно. Просто слушай, что я говорю, слушай, как я говорю. И будь добр, расслабься.

Я расслабился. И принялся послушно вслушивался в слова, пока негр, без умолку болтал всякую ерунду. Впрочем, долго делать мне этого не пришлось. Фокус с переводом, я уразумел достаточно быстро. Слова, произносимые моим собеседником сразу же, как бы внутри моей головы, преобразовывались в понятные мне русские слова и выражения. А расслабившись ещё больше, я начал улавливать и истинное звучание чужого языка. Да, похоже, это французский. Мелодичные трели, как на кассетах с Джо Дассеном. Во всяком случае, уж точно не Челентано.

– Ну? – негр прервал затянувшуюся паузу, и я сообразил, что он уже некоторое время молчит, внимательно глядя на меня. – Понял?

– Да понял, понял, не дурак. В моей башке поселился переводчик синхронист с французского языка. А с других он то же переводит?

– Конечно. С любого. Я же тебя то же понимаю. Хочешь, угадаю, на каком языке ты говоришь?

– Давай, – сразу же радостно согласился я. Новые языковые возможности на столько захватили меня, что я даже забыл о том, что оказался непонятно где и непонятно как.

– Так, – негр сосредоточился. – Ну-ка скажи что-нибудь.

– А что тебе сказать?

– Точно, понял, ты русский. Ведь русский, да? Я правильно угадал?

– Ну да, – немного удивлённо ответил я. – А как ты так быстро… Блин!

Я хлопнул себя рукой по лбу, глядя на радостно ухмыляющегося негр.

– Я же тебе сам минуту назад об этом сказал.

– Точно, – негр, что есть силы, шарахнул меня по спине, так, что я чуть не слетел со скамейки. – А ты и правда не дурак.

– Что есть – того не отнять, – позволил я себе улыбнуться, украдкой потирая спину. Сила у парня была та ещё.

– Здорово! – негр просто лучился от счастья. – Я всегда любил русских! У вас хорошая страна.

– А ты откуда знаешь? – удивился я.

– Был у вас. В Москве. Красивый город. Красная площадь, кремль.

– Ну, Россия большая. В ней не только Москва есть, – слегка обидевшись сказал я. – В Сибири, тоже есть много красивых городов.

Мне всегда не нравилось, что иностранцы, воспринимали Россию исключительно по двум городам. Москве и Питеру. Как будто, других городов в ней больше не существовало. По крайней мере в интернете было полно роликов о похождениях иностранцев в столице. И ни одного об его родном Новокузнецке.

– Да я знаю, – негр успокаивающе похлопал меня по плечу. – И про Сибирь тоже. Но не бывал. Извини.

– Да ладно, – ответил я немного смутившись.

В конце концов, чего я хочу от негра? Что бы он знал про мой Новокузнецк? Или, тем более, там побывал?

– А ты сам откуда? – спросил я.

– Из Марселя. Я там вырос. Не бывал?

– Нет, не приходилось.

Я не стал упоминать о том, что дальше своего родного Новокузнецка выбирался только один раз в жизни. Правда, сразу за границу. На курорт, в Турцию.

– Ничего, может, ещё побываешь. В следующей жизни.

– То есть? – я внутренне напрягся. – Может, всё-таки объяснишь, что здесь происходит?

– Ну, – негр почесал в затылке, – разве что как я это понимаю.

– Давай хотя бы так, – без особого энтузиазма согласился я.

Мой собеседник ненадолго задумался, испытывающе глядя мне в лицо.

– Винсент, – сказал он, наконец, протягивая мне руку.

– Чего? – не понял я.

– Винсент, – повторил негр. – Меня так зовут. Вернее, звали.

– А-а. Дима, – сказал я, пожимая протянутую руку, пропуская мимо ушей странную оговорку моего собеседника.

– Очень приятно, – пробормотал негр и снова замолчал.

– Ну, – поторопил я, – после нескольких минут томительного ожидания, – чего ты ждёшь?

– Понимаешь, Дима, – Винсент смущённо посмотрел на меня, – в точности никто не знает, что с нами происходит…

– Я это уже слышал, – раздражённо произнёс я, – давай ближе к делу.

– Ну, в общем…

Неожиданно мимо нас пронёсся молодой парень, с выпученными от ужаса глазами, оглашая коридор диким криком. Люди вокруг поспешно расступались, давая ему дорогу.

Я в недоумении проводил его взглядом, пока он не исчез где-то вдалеке, но крик его ещё долго был слышен. Страшный крик, на одной протяжной, высокой ноте.

– Что с ним? – спросил я, поворачиваясь к Винсенту.

– Не обращай внимания, – негр обречёно махнул рукой, – здесь каждый ведёт себя, как хочет.

– Да что тут происходит, в конце концов?!

Не выдержав, я схватил Винсента за воротник его куртки, и как следует, встряхнул.

– Что происходит?!

– Успокойся!

Негр попытался оторвать мои руки от своей куртки, но у него ничего не получилось. Держал я его крепко, от напряжения даже костяшки моих пальцев побелели.

– Что?!

– Да ничего! – Винсент то же закричал. – Просто мы все умерли! А больше ничего не произошло! Ничего!

– Как, умерли? – тихо спросил я.

Пальцы мои медленно разжались.

– Как? Очень просто, – Винсент то же стал говорить тихо. – Как обычно умирает? От болезней, от старости, от несчастных случаев. Убийства, наконец.

– Не понимаю, – пробормотал я, глядя в стену перед собой. – Не понимаю.

– Подумай сам! Ты помнишь, что с тобой сегодня происходило?

– Да, – я ещё раз перебрал в уме свои воспоминания. – Помню. Я был на улице, а потом, потом…

– Понятно, – Винсент невесело улыбнулся, глядя на мои мучительные попытки в борьбе с памятью. – Похоже, у тебя появилось странное ощущение в воспоминаниях, не так ли?

– Это как будто кусок их стёрли? – уточнил я.

– Во! – негр торжественно воздел вверх указательный палец. – Именно!

– И что это доказывает? – поинтересовался я.

– Этот момент, который ни ты, ни я, ни, кто-либо другой из здесь находящихся не помнит, и является моментом смерти.

– Ну-ну, – скептически пробурчал я, – смелые выводы. Только бездоказательные.

– А здесь любые выводы бездоказательны, – развёл руками Винсент. – Ты бы походил, послушал, о чём тут люди болтают! Такое выдумывают, что просто дух захватывает!

– То есть, ты хочешь сказать, что я просто шёл по улице и умер?

– Ну да.

– И как это, интересно, у меня получилось?

– Да как угодно! – Винсент от возбуждения начал размахивать руками. – У тебя мог случиться инфаркт, инсульт…

– В моём то возрасте? – саркастически поинтересовался я.

– А сколько тебе лет? – спросил Винсент, внимательно приглядываясь ко мне.

– Двадцать три.

– Ну, ладно. Мало ли что. Ты мог отравиться…

– Ага, вот так сразу. У нас, в городе, воздух, конечно не самый лучший, но и пока ещё не настолько ядовитый.

– …Мог споткнуться и сломать шею, – продолжал Винсент, не обращая внимания на мои едкие замечания. – В конце концов, тебя могла сбить машина.

– М-м-м…

Против машины возразить мне было нечего.

– Ну, хорошо, – сдался я. – Допустим, ты прав. И что это тогда за место, по-твоему?

– Некий тамбур, отстойник. Сортировочная станция. Здесь наши души распределяются для дальнейшей жизни.

– Души, говоришь? – я задумчиво потёр подбородок. – А откуда у нас тела? И…, – я внимательнее осмотрел себя. На мне была моя одежда, в которой я покидал свой дом. – Одежда?

– Это что бы удобнее было ждать здесь, – не задумываясь, пояснил Винсент. – И так ведь страшно. А представь, как бы ты себя чувствовал, если бы летал тут в образе духа, а? К тому же ведь тело своё ты почувствовал не сразу.

– А ты откуда знаешь? – подозрительно осведомился я. В душе у меня начала зарождаться смутные сомнения.

– Ну ты даешь! – негр расхохотался. – Мы ж все через это прошли!

– Да, действительно, – буркнул я, чувствуя себя полным идиотом.

– К тому же тело то необычное, – продолжал веселиться Винсент. – Прислушайся к себе.

Я, уже ничего не соображая, последовал его совету. И тут же почувствовал, больше интуитивно, нежели физически. Моё тело вроде бы оставалось моим, но в то же время было другим. Как бы обновлённым. Только что рождённым. Его переполняла необычайная лёгкость, дышалось легко и свободно. Уже зная, что я увижу, я взгляну на свою правую руку. Так и есть. Это была моя рука, но ни одного из трёх шрамов, приобретённых мною в разные периоды моей жизни, на ней больше не было. Я не стал исследовать другие участки моего тела, в этом не было необходимости. Я всё понял. У меня было старое и вместе с тем абсолютно новое тело.

– Ты понял? – наблюдая за моим лицом, спросил Винсент.

– Да.

– Вот такие вот дела.

Ничего не ответив, я уселся в позу философа, подперев рукой подбородок и задумался. Очень хотелось курить. Машинально сунув руку в карман джинсов, я порылся в нём в поисках пачки сигарет, но таковой почему-то не оказалось. В другом кармане наблюдалась та же картина. Обследовав остальные свои карманы, без особой, впрочем, надежды на успех, я окончательно удостоверился в том, что они пусты. Ни сигарет с зажигалкой, ни паспорта, ни ключей – всё куда-то исчезло.

– Ну вот ещё, – окончательно расстроился я.

– Что? – Винсент вопросительно взглянул на меня.

– Сигареты пропали, – пожаловался я.

– Понятно. Я бы то же покурил, – вздохнув, произнёс негр и уставился в стену грустным взглядом.

Так мы сидели в молчание какое-то время. Я пытался хоть как-то привести мои мысли в порядок, но в голове царил полнейший хаос. Винсент то же молчал, видно понял, что мне надо немного подумать в одиночку.

От тягостных и практически бесплодных размышлений меня отвлекло очередное происшествие. Услышав крики неподалёку, я посмотрел в ту сторону и увидел весьма забавное зрелище. Дрались двое. Молодой парень, в каком-то панковском прикиде и уже пожилой мужчина, одетый, в нечто, напоминающее больничную пижаму. Вернее, дрались – не совсем верное слово. Приглядевшись, повнимательнее, я понял, что они пытаются драться. Но то, что у них в итоге получалось, больше походило на шутовской бой в какой-нибудь юмористической передачи, вроде «Шоу Бенни Хила». Понаблюдав за этим спектаклем некоторое время, я повернулся к Винсенту. А тот веселился вовсю, просто ухохатывался, держась за живот, чуть ли не падая со скамейки.

– Что это с ними? – недоумённо спросил я.

– Идиоты! – простонал Винсент сквозь смех. – Ты только посмотри на них. Просто кретины!

– Почему они так себя ведут? – не унимался я, теребя веселящегося негра за плечо.

– Ну да, ты же ещё не знаешь, – Винсент немного успокоился. – Здесь нельзя драться. Вернее, невозможно.

– Как это? – не понял я.

– Как бы тебе это объяснить. Понимаешь, физический контакт тут не запрещён. То есть я могу до тебя дотронуться, ты можешь до меня дотронуться. Но если захочешь ударить… Попробуй меня ударить.

– В смысле, – не понял я.

– Просто ударь. Кулаком.

Я с сомнение посмотрел на Винсента. Нет, с драками проблем у меня никогда не было. В городе всегда было достаточно идиотов, которые не понимали русского языка. И речь, здесь, вовсе не об иностранцах. Поэтому драться я умел очень хорошо и никогда этого не избегал.

Но мама моя была учительницей. И не просто учительницей, а учительницей русского языка. И физическое решение любых бытовых вопросов, мягко говоря, не приветствовала. Поэтому, я хоть и умел драться, сам никогда первым драки не начинал, стараясь, в первую очередь решить вопрос с помощью цивилизованного диалога. По крайней мере в тех случаях, когда видел подобную возможность.

Винсент, ничего плохого мне не сделал. Наоборот, старался помочь, пытаясь, в меру своих сил, объяснить мне, что происходит вокруг. Поэтому бить его просто так у меня не было никакого желания.

– Я так не могу, – сказал я выжидающе глядящему на меня негру. – Просто, ни за что.

– Да ударь, ничего не будет.

– Э..

– Да что я тебя как девочку уговариваю! – разозлился Винсент. – Бей давай.

– Ну ладно.

Я несильно ткнул Винсент кулаком в плечо, ожидая всего чего угодно, начиная от грома небесного и кончая тем, что пол разверзнется у меня под ногами, но ничего не произошло.

– Не так, – поморщился Винсент. – Кто так бьёт? Вот как надо!

И он со всего размаха залепил мне кулаком в лицо. Инстинктивно, я успел чуть пригнуть голову и выставить руку, но это всё равно бы меня не спасло. Впрочем, удар так и не состоялся. Я лишь почувствовал движение воздуха возле своего лица. И больше ничего.

– Ты чё, охренел! – заорал я, вскакивая со скамейки.

Винсент не шелохнулся и лишь довольно лыбился, глядя на меня.

– Испугался? – поинтересовался он.

– Нет, – буркнул я, уже понимая свою оплошность и садясь на место. – Как это получилось? Вернее, не получилось.

– Это трудно объяснить. Лучше попробуй сам, быстрее поймёшь.

– Да как-то нет у меня желания бить тебя, – честно признался я.

– Ты что, пацифист? – Винсент с интересом посмотрел на меня, как на диковинное животное.

– Да нет, – я отвёл взгляд проклиная в душе своё дурацкое воспитание. Вечно оно мне мешает в самый неподходящий момент. Не смог врезать по физиономии какому-то паршивому негру. – Я просто не привык бить людей просто так. Без повода.

– Понятно, – вынес вердикт Винсент. – Ну, попробуй тогда оторвать лист от дерева. Надеюсь, это ты сделать в состоянии?

– Это, да.

Встав со своего места, я подошёл к ближайшей кадке с растением. У него был небольшой ствол, толщиной с моё запястье и множество небольших веток, оканчивающихся широкими листьями, разрезанными на манер папоротника. Возможно, на Земле это растение имело какое-то название, но я никогда не был силён в биологии.

Бросив взгляд в сторону незадачлив драчунов, я заметил, что они уже поняли тщетность своих попыток набить друг другу морду, и разошлись в разные стороны.

Оставив их в покое, я сосредоточился на растении. С виду оно было вполне обычным, правда, листья его были до неестественности насыщенного, ярко-зелёного цвета. Так, обычно, выглядят искусственные пластиковые цветы. Но оно было живым.

Я осторожно погладил ворсистый, мягкий лист. Лист, как лист. Сжав его покрепче, я попробовал его оторвать. Не тут-то было. Лист сразу же выскользнул из моих пальцев, вернее это мои пальцы, как бы сами собой, отстранились от листа. Теперь я просто держал воздух вокруг него.

– Прикольно, – пробормотал я, отводя руку.

Постояв немного, я снова осторожно погладил лист. Всё нормально. Я вполне реально ощущал его под своими пальцами. Попробовал оторвать, и снова у меня ничего не получилось, как будто между моими пальцами и листом возник некий невидимый барьер.

– Ясненько, – сказал я сам себе и вернулся на скамейку к Винсенту.

– Ну что, понял? – спросил он.

– Ага. Вроде бы, – без особой уверенности сказал я. – Оно как будто бы читало мои мысли. Если я не хотел причинить ему вред, оно позволяло к себе прикасаться. Но как только я хотел ему навредить – сразу же возникал какой-то барьер.

После этих слов Винсент молчаливо разглядывал меня, так долго, что я уже начал было беспокоиться.

– А ты хорошо сказал, – наконец задумчиво произнёс он. – Я бы так не смог объяснить. Но всё верно, ты прав. Нам не дают тут причинять вред.

– То же особенность этого места?

– Да.

– Как думаешь, что это? Мера предосторожности? – спросил я.

– Что-то вроде, – согласился Винсент.

– Зачем?

– Посмотри, сколько здесь разных людей. И, наверняка, не всем нравится такое соседство. Нас охраняют друг от друга. Я думаю, что это что-то вроде полицейского контроля.

– Лихо, – присвистнул я.

– Кстати, по этой же причине, я думаю, у нас пропадает всё из карманов.

– Ради безопасности? – уточнил я.

– Да. Представь себе, что тут может натворить человек с оружием.

– Несмотря на запрет на насилие? – удивился я.

– На огнестрельное оружие особо запрет не наложишь, – серьёзно сказал Винсент. – Ему всё равно, это механизм. Да и другими предметами можно воспользоваться не по назначению. Дай только возможность, а уж люди придумают, как навредить себе подобным.

– А шнурки? – бросив взгляд на свои кроссовки, спросил я. – Почему остались шнурки? Это ведь то же можно использовать как оружие.

– Каким образом? Придушить ты всё равно никого не сможешь.

– Зато могу попробовать повеситься сам, – возразил я. – Как, интересно, местный запрет сможет мне в этом помешать?

– Хм, – буркнул Винсент, – а ты умный парень! Этого мне в голову ещё не приходило. Попытаться выбраться отсюда, убив себя. Ловко. Я ещё не видел никого, кто бы попробовал так отсюда слинять. Правда, – он покрутил головой по сторонам, – повесится тут негде, но при большом желании можно попробовать придушить себя вручную. Ты как, не хочешь провести подобный эксперимент?

– Да нет, как-то не особо горю желанием, – ответил я, слегка удивлённый тем, что моё, в общем то спонтанное, предложение, нашло в лице негра такой живой отклик. – Да и не получится мне себя задушить. На самоубийство я пока ещё не готов.

– Я тоже, – качнул головой негр. – А жаль. Было бы интересно посмотреть, что из этого получится. А то что-то становиться скучновато.

– Слушай, Винсент, ты тут столько всего знаешь. Сколько времени ты уже здесь? Давно, наверное?

– Времени? – Винсент как-то странно улыбнулся. – А что такое время?

– Ну, как, – я несколько растерялся от подобного вопроса. – Время. Часы, минуты…

– Это я и сам знаю. А ты попробуй почувствовать время здесь. Ты можешь мне сказать, сколько ты сам здесь уже находишься?

– Сколько? Ну…

Я задумался, пытаясь прикинуть, сколько времени прошло с момента моего появления, и с удивлением понял, что не могу этого сделать. Я совершенно не представлял себе, сколько я уже нахожусь в золотистом коридоре. Минуту? Пол часа? Час? Время как бы растянулось и сжалось одновременно. Нет, оно не прекратило своего существования, не застыло. Оно изменилось, стало другим, и я решительно не мог больше воспринимать его течение. По крайней мере, в стандартных, общепринятых единицах.

– Время, – прошептал я. – Что с ним. Оно… другое?

– Да, наверное, – согласился Винсент. – Другое. Теперь понимаешь? Я не знаю, сколько я здесь нахожусь. И ты этого не можешь знать.