Кипарисовый яд

Он поднял с пола фотографию Джима, перевел взгляд на тело в гробу и констатировал:

— Это не он. Прошу всех выйти из здания без паники, соблюдая спокойствие. Обещаю, мы во всем разберемся.

— Как вы могли так поиздеваться напоследок над моим сыночком?! Так его опозорить! Надо же, перепутать труп, какая халатность!

Гарольд смерил женщину долгим пустым взглядом, и вскоре она последовала примеру уходящих прочь людей. К боссу подошла Нина, лицо было бледным, губы синеватые, а в глазах читалась тревога.

— Мне нездоровится, хотела попросить больничный.

— В такой момент?

— Разбирательство займет какое-то время, если нужна будет моя помощь - я в своей комнате. Не в больницу ведь отпрашиваюсь. Я правда очень плохо себя чувствую.

— Хорошо, но не уезжай никуда, тебя наверняка захочет допросить полиция.

Нина кивнула и молча ушла. Сил на разговоры не осталось, ноги были совсем ватными, а мысли путались. В последнюю неделю она чувствовала легкое недомогание, но сейчас либо резкий стресс, либо накопительный эффект — ее самочувствие резко ухудшилось. Ее тошнило, голова раскалывалась, и, кажется, теперь еще появился озноб. Она кое-как дошла до своей комнаты, закрыла за собой дверь на засов и повалилась на кровать.

Утром следующего дня, ровно в то время, когда сотрудники бюро обычно садятся пить чай мистера Мина, раздался громкий ритмичный стук в дверь. Ближе всех была комната Иды, потому и дверь открыла она.

— Добрый день, это похоронное бюро «Ликорис», мы откроемся через тридцать минут, вы можете подождать в моем кабинете.

— Привет. — на нее сверху вниз удивленно взирал молодой мужчина с густыми светлыми усами и бритой светлой головой. — Извини, но я не клиент... Прости, ты тут работаешь? Это бизнес твоих родителей?

— Нет, я тут не работаю, нет, у меня нет родителей. Меня удочерил владелец этого бюро, и я немного помогаю по хозяйству. — Ида не сразу сообразила, что перед ней стоит полицейский, но успела опомниться и сказать так, как велел говорить Гарольд.

— Вы по поводу вчерашнего инцидента?

— Все правильно, я расследую это дело. Надеялся, что к утру от бюро будет какое-то разъяснение ситуации и мне не придется ехать в такую даль, но увы.

— Разъяснения нет, вы не зря приехали, никто из бюро не знает, что произошло и как. Не стойте в дверях, пожалуйста. Я сейчас позову остальных.

Полицейский поднял голову и посмотрел на зловеще возвышающееся над ним черное здание, переступил через порог и последовал за маленькой девочкой в «ее кабинет». Видимо, она так называла свою, нужно сказать, довольно скучную для ребенка комнату. Он сел в твердое бархатное кресло с подлокотниками из красного дерева и без толики стеснения уставился на Иду.

— Как тебя зовут?

— Ида.

— Что думаешь о вчерашнем, Ида?

— Я на допросе? — с искренним любопытством спросила она.

— Разумеется, нет. Ты же совсем маленькая. Я просто интересуюсь.

— А, заходите издалека, потому что служебная этика запрещает допрашивать детей? Хорошо, я поняла. Я думаю, что господин Джим не был мертв, когда мы привезли его. Поэтому он просто встал и ушел.

— И куда же он тогда пошел, раз все его друзья и родственники были здесь? И откуда взялся другой труп?

— Вы не представились. Это, знаете ли, дурной тон.

— Ты права, извини. Просто я так удивился, увидев тут ребенка, еще и такого умного. Можешь звать меня Ливхарт. Это моя фамилия, но по профессии ко мне чаще обращаются так, чем по имени. Возвращаясь к теме — наверное, мне не стоит разговаривать с тобой о случившемся, лучше подожду взрослых.

— Все в порядке, меня не расстраивают разговоры о мертвых. Я, знаете ли, делаю для них венки. Самые лучшие в мире! Хотите, покажу?

— Очень хочу, но давай чуть позже. Может, перед моим уходом?

— Хорошо. О, кажется, кто-то проснулся и идет сюда.

По лестнице торопливо спускался мистер Мин, подслушавший разговор. Он бодро перепрыгнул последнюю ступеньку, подошел к гостю и принялся внимательно рассматривать его.

— Здравствуйте, меня зовут Минцзе, давайте я расскажу вам все, что знаю о случившемся.

— Здравствуйте. Я весь внимание.

— Что же, как вам известно: тело мы привезли сами, было это почти в полдень. Затем наша танатопрактик провела все необходимые процедуры, рабочий заколотил гроб, и мы вместе занесли тело в зал, где уже сидели по местам все гости. В конце церемонии прощания мать погибшего сорвала крышку, и оказалось, что тело подменили.

— Как ей удалось открыть заколоченную крышку гроба?

— Рабочий перепутал гвозди - они были слишком короткие и не удерживали крышку должным образом.

— Вы хотите сказать, что с момента привоза тела до момента запечатывания гроба видеть его могли только сотрудники бюро. Более того, работа шла непрерывно, и работники были рядом с телом все время?

— Получается, что так.

Мистер Минцзе, или мистер Мин, как его коротко все называли, был человеком честным, добрым, радушным и щедрым настолько, насколько это было возможно. Но, как и большинство людей, проживших так долго, он успел накопить немало скелетов в своем изящном, украшенном резными узорами самодельном шкафу. Нет, лучше сказать - в сейфе. Общение с госслужащими, а в частности - с полицией, стало для него чем-то вроде заваривания чая. Сначала ты знакомишься с ним: нежно дышишь теплым воздухом и вдыхаешь ответный аромат, рассматриваешь листья на предмет испорченности и по форме пытаешься понять, как именно он ферментировался. Потом засыпаешь заварку в заранее подготовленную, прогретую посуду и промываешь от пыли водой, которая должна идеально подходить выбранному чаю по температуре, заливаешь, закрываешь крышкой - прям как с гробом, и, наконец, чай готов к тому, чтобы стать твоим лучшим другом на ближайшие пятнадцать минут. Но Адам Ливхарт не был готов. Это сначала насторожило мистера Мина, а потом навело на интересную мысль. Не перепутал ли он сорт.

— Вы не из полиции, верно?

Его поймали. Когда тебе в лицо бросаются такими фактами, отпираться смысла нет — только глубже себя закопаешь.

— Верно.

— Так кто же вы? Может, мне стоит вызвать настоящих полицейских и рассказать, что вы приходили и интересовались недавним происшествием? Как там принято считать? «Преступник всегда возвращается на место преступления»?

— Я объясню... — Адам ничуть не менялся в лице, видимо, готовый к тому, что его раскроют, он заранее обдумывал этот разговор. Может, даже репетировал его перед зеркалом в своей маленькой квартире. Квартире напротив той, где скончался Джим. Такой же маленькой, с точно таким же зеркалом и остальной планировкой. Квартире, куда Адам Ливхарт заходил с четырьмя стеклянными бутылочками холодного пива каждую неделю в одно и то же время вот уже четыре года. Вскоре к разговору присоединился Джош — в виде слушателя.

— Может, разбудим босса и пусть он сам думает, а, дедушка?

— Может, и стоит. — мистер Мин задумался. Ситуация, в которой они находились, была под контролем только потому, что полиция не торопилась с расследованием, давая бюро возможность самостоятельно объяснить случившееся. Как ранее заметил самозванец - сотрудники бюро все время были рядом с телом и в произошедшем так или иначе виноват кто-то из них. Пока они не поймут что, как и почему произошло, нельзя торопить полицию. Не к чему выносить сор из избы.

Зазвонил телефон.

— В любом случае, вам пора, мистер Ливхарт. Ждите официального заключения полиции. Джош вас проводит. Всего доброго.

— Похоронное бюро «Ликорис». Полный спектр посмертных услуг. Чем могу помочь?

Ида ответила на звонок, и рабочий день официально начался.

3

— Опиумный корень мандрагоры.

— Что?

— Корень мандрагоры. Похож на человека, много кричит. Я о вас. Первое, что я услышала, когда взяла трубку утром, когда вы позвонили - крик. Все по-разному переживают утрату, это нормально. Не обижайтесь, пожалуйста.

— А почему опиумный?

— У него такие свойства. А в вашем случае... вы трезвы сейчас?

— Я... подожди. Сколько тебе лет, говоришь?

Новый день, новая смерть. Она никогда не повторялась. Индивидуальный подход должен быть и к венкам. Такой профессионализм в одиннадцать лет, да еще и в самой мрачной сфере, какую только можно вспомнить, мог бы внушать страх, не будь люди в этот момент так расстроены. Но неопределенное чувство неестественности происходящего все же нависло леденящим фантомом над Робертом Уотерстоуном. Оно летало вокруг него назойливой мухой, словно хоронить через час должны были не его брата, а его самого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.