Или я

– Ты не хочешь со мной перекурить? – Даша смущенно улыбнулась.

– Да, – было видно, что Илья занервничал.

Они шли по коридору, как всегда делали когда-то – он чуть впереди, а Даша старалась не отставать, параллельно разглядывая его.

–Ну как ты? – наконец спросил он, закуривая мальборо.

Тяжело вести непринужденную беседу, делая вид, что ничего не было, когда ты то и дело проматываешь в голове моменты, когда ты целовала его шею или переплетала его пальцы со своими. А сейчас не можешь даже заикнуться об этом.

– Хорошо, в отпуске была. А ты? – у Даши скребли кошки на душе от того, что ей приходилось выдавливать из себя эти общие фразы.

– Работал.

Это все, что он ответил. Они докурили молча.

Была пора уже уходить, как вдруг Даша выпалила:

– Илья, что за фигня?

Он словно избегал ее взгляда, смотрел куда угодно, но не на нее.

– Что? – он сложил руки в карманы.

– Пожалуйста, только не надо прикидываться, ты знаешь, о чем я. Меня не было столько времени, неужели ты даже не думал связаться со мной?

– Думал. Но пришел к выводу, что не стоит.

– Да почему? – Даша начинала выходить из себя. После эмоционального разлада, ей было сложно контролировать свои порывы.

– Мне проще так, чем объяснить тебе.

– Попытайся пожалуйста, – Даша не останавливала попыток поймать его взгляд.

Наконец он взглянул на нее. Было видно, что он подбирает слова.

– Мне не расстаться с Лолой.

Даша сделала шаг назад и скрестила руки на груди.

– Я здесь при чем? Для чего было меня впутывать? Использовать…

– Я полюбил тебя.

Даша не смогла сдержать истеричного смешка. Ее крыша уже ехала капитально.

– Ты издеваешься, да? – она поправила волосы.

– Нет, – он все также держал руки в карманах и исподлобья смотрел на Дашу. – Я пытался покончить с этим. Честно.

В этот момент дверь бизнес центра распахнулась и на улицу вылетел Карпов. Увидев этих двоих в курилке, он жестом показал Илье, чтоб он шел за ним.

– Мне надо идти, – сказал Илья и быстрым шагом вышел из курилки.

Даша шла одна обратно в офис как обычно в своих мыслях. Ее уже не столько расстраивала вся эта ситуация, сколько возмущала. Подойдя к пожарной лестнице, она услышала разговоры на повышенных тонах где-то между первым и вторым этажом.

– Блин, у меня ощущение, что вы городите чушь, все же нормально было, с чего вдруг такое решение, – голос явно принадлежал Илье.

– Мы думали, что нормально, но увы. Илья, нужно уйти на время с работы и попробовать сначала – ответил Карпов, – мы все организуем, не переживай.

– Я не хочу – рявкнул Илья.

– Так будет лучше, поверь, мы все желаем тебе только добра.

– Вы говорите со мной, как с психом, а я не псих. И не буду делать то, о чем вы просите. – Илья был в бешенстве. Даша услышала быстрые шаги вниз по лестнице и не придумала ничего лучше, как дать заднюю и спрятаться в ближайшем открытом кабинете, кабинете Ильи, даже не задумываясь о том, что он, вероятно, направится туда. Так и вышло. Не успела она закрыть за собой дверь, как в помещение влетел Илья. На его лице читалась и злость, и обида, и негодование. Но увидев Дашу он вдруг переменился, успокоился и тихонько притворил за собой дверь.

– Даш, – он сделал шаг вперед, приблизился к ней максимально, положил руку ей на горло, от чего она сходила с ума, и произнес: Поехали со мной. Сейчас. Уйдем через черный.

Даша смотрела на него, и ее мозг быстро выдавал заготовленные фразы, которые нужны были, чтоб при случае его послать за все то, что она пережила из-за него. Но сейчас, когда она смотрела в его глубокие зеленые глаза, чувствовала запах его парфюма и ощущала его прикосновение, она не смогла сказать ни одной из тех фраз. Поэтому она просто ответила: «Поехали».

Они шли быстрым шагом по коридору, Илья держал ее за руку, чтоб она не отставала. Выбежав на парковку, они сменили шаг на бег. Быстро запрыгнув на мотоцикл, двое рванули в неизвестном направлении. Спустя время они притормозили у небольшого парка на перекур.

–Даш, мне неудобно спрашивать, но можно я сегодня останусь у тебя? Я не хочу ехать домой.

– Конечно.

Они сидели за столом на Дашиной кухне, просто глядя друг на друга.

– У меня уже много лет есть женщина, которая не дает мне жить. Был период, когда я уже было смирился, что она преследует меня, не дает строить личную жизнь. До этого какое-то время мы жили душа в душу. Видимо поэтому до сих пор не отстает.

Илья пожал плечами. Это было все, что он собирался сказать. Даша сидела, скрестив руки.

– Мне сложно представить это. Как это может быть, что тебя не отпускают. Преследует? Спит под дверью? Что?

– Всякое. Но видишь в чем дело. Она чувствует тебя. Когда есть ты, она словно обижается и уходит. – Илья говорил мягко, но после этих слов его тон поменялся на серьезный и он добавил: Ты нужна мне, Даш.

Эти слова прозвенели в полной тишине и отдавались эхом в Дашиной голове. Она продолжала сидеть на месте, не зная, что предпринять и как реагировать. Тогда Илья поднялся с места, обошел стол, встал перед ней на колени обнял руками за талию, а голову положил на колени.

В этот момент Дашей овладели самые глубокие чувства, на которые только способно женское сердце. Она гладила его по волосам, ощущая, словно это самый родной человек сейчас рядом с ней.

– Я люблю тебя, – сказала она, поймав себя на мысли, что эта фраза будто сама по себе прозвучала в той тишине, без ее помощи.

– Что? – Илья поднял голову. Он все слышал. Просто пытался убедиться в том, что не ошибся.

Дашу это нисколько не смутило. Она спокойно смотрела ему в глаза, слегка улыбаясь и понимая, что сказала чистую правду.

– Я люблю тебя, Илья, – тихо повторила она.

Тогда он резко поднялся, потянув Дашу за собой. Он обнял ее так крепко, как никогда, целовал лицо и шею и, казалось, не собирался тормозить.

В ту ночь он остался у нее. Утром Даша позвонила в офис и сказала, что больна. Она сидела на краю кровати с телефоном в руках. Попрощавшись с Еленой и положив трубку, она повернула голову и посмотрела на Илью. Она вдруг подумала о том, что, когда он рядом, она чувствует себя тревожнее, чем, когда его нет.

– Заболела, говоришь? – спросонья спросил Илья, приоткрыв один глаз. Он сел на кровати, взял Дашу за руку и притянул к себе. – И на долго?

– А на сколько надо? – Даша поцеловала его в шею.

– Давай навсегда.

Они провели вместе три дня. В четверг утром за завтраком Илья сказал:

– Я бы съездил сейчас до дома за вещами хотя бы, со мной сгоняешь? – он с ухмылкой смотрел на Дашу, зная наперед что она ответит.

Двое летели на мотоцикле через город. Даша прижималась к Илье и вдруг поняла, что сейчас – тот самый момент, который она запомнит на всю жизнь. Момент, когда она чувствовала себя максимально счастливой, когда обе ее части – сердце и сознание – были в гармонии.

Они оставили мотоцикл возле подъезда и стали подниматься на нужный этаж. Илья на ходу достал ключи, и, когда начал вставлять их в замочную скважину, вдруг замер и тихо сказал:

–В квартире кто-то есть. Дверь закрыта изнутри.

Вдруг Даша услышала звук поворота замка. Кто-то с той стороны двери услышал, как Илья пытался ее открыть. Даше казалось, что это заняло целую вечность. Она стояла с широко раскрытыми глазами и ждала. Вот оно, сейчас она встретит эту Лолу. Возможно, они поговорят, Даша постарается все объяснить, она же женщина, может, поймет. Наконец дверь распахнулась, и Даша не смогла сдержать эмоций. Поэтому она достаточно громко выдала:

– ЧЕГО?

На пороге стоял Карпов, одетый в домашнюю одежду.

– Долго же тебя пришлось ждать, Илья. Где ты был? О, Дарья Михайловна, вот это неожиданность! Рад Вас видеть! – он улыбался своей снисходительной улыбкой, которая так и подбивала Дашу расцарапать ему лицо. Она испытывала отвращение от этого человека, он постоянно появлялся так не вовремя, и его искусственно вежливая речь бесила ее неимоверно. Тем более сейчас.

Он не дал ни одному из них ответить и продолжил:

– Илья, нам нужно с тобой сейчас отправиться по делам. Собирайся, нас ждут.

Илья стоял как громом пораженный. Вдруг он оглянулся на Дашу, она стояла и ждала, что он ответит. Затем снова перевел взгляд на Карпова.

– А если я не поеду? – тихо спросил он.

Карпов пожал плечами.

– Тогда ты знаешь, что будет.

Илья снова повернулся к Даше.

– Дарья прости. Я вызову тебе такси, куда скажешь.

Даша отказалась. Она сказала, что прогуляется. В ней не было ни негодования, ни обиды, она шла, сама не зная куда, и думала. Какого хрена этот противный Карпов ждет Илью в его квартире? Откуда у него ключи? Почему Илья его так смиренно слушается? Ее мозг воспалялся, желание выяснить что к чему овладело Дашей, и она стала метаться в своих мыслях. Вернувшись в квартиру, она написала Елене, что сможет выйти на работу через день. Она решила протянуть свой липовый больничный, чтоб Елена не догадалась, что Даша соврала.

Вечером Даша курила на балконе, когда ей вдруг позвонили.

– Алло

– Здравствуйте, Дарья Михайловна. Вас беспокоит Кузнецов. Жду Вас завтра к восьми вечера.

– Добрый вечер. Я думаю, что не смогу прийти, спасибо за звонок.

– Я все же настаиваю. Встреча будет бесплатной.

Даша задумалась, с чего бы такая щедрость. Но по его голосу она поняла, что все не просто так, поэтому она ответила:

– Хорошо

Глава 14

Вы никогда не задумывались, от чего некоторые люди подвержены влиянию погоды, а другие нет. Почему одни плохо себя чувствуют после общения с определенными людьми, а другим все по боку. Зачем одни употребляют наркотики и уходят от социума, а другие пропагандируют ЗОЖ и считают тех первых – второсортными. Почему одним тесно в своей голове, а другим нормально.

Раздумывая над подобными вопросами, можно прийти к выводу, что есть некий канал восприятия, который открыт не у всех. И когда ты это понимаешь, у тебя срабатывает классическое человеческое любопытство – что это за дичь липнет ко мне постоянно. Откуда она? И Главное – что там есть еще? И вдруг ты поднимаешь голову и обнаруживаешь, что ты все это время жил под небольшим мутным куполом, внутри которого все, что ты видишь и знаешь, а за его пределами – нечто иное, неизведанное, как темная материя. Ты словно идешь со свечой по узкому коридору и улавливаешь только то, на что она может отбросить свет. Для многих людей эта территория, что под куполом – норма. Все что идет извне – патология и болезнь. Все потому что страшно думать о неизвестности, она, как черная дыра, утягивает в пучину познания себя безвозвратно. И ты словно делаешь выбор – остаться нормальным или стать изгоем и отправиться в одиночное путешествие к себе и пониманию вселенной. И тогда ты становишься сумасшедшим. В картине мира других людей. Единственный вариант существования – притворяться нормальным, ибо люди – стадо. И тебе в нем жить. Нужно помнить только одно: таких как ты на самом деле много, все они где-то рядом, возможно, проходят мимо тебя каждый день, как и ты мимо них. Жаль, что вы все притворяетесь.

Даша приехала в клинику к Кузнецову вечером на следующий день. Она старалась не запускать механизм мыслей до этого, чтобы не напридумывать себе раньше времени того, чего нет и в это не поверить. В таких случаях человек себе обычно сочиняет самое простое объяснение и в него упирается. Но чертова интуиция. Не давала спать Даше в ту ночь абсолютно.

Уже другая девушка с ресепшн повела Дарью по каким-то другим коридорам, они перешли в соседний корпус здания, который выглядел совершенно иначе. Больше был похож на больницу. Там они остановились у белой двери, и администратор попросила постоять Дашу снаружи. Но той не пришлось долго ждать, ее сразу же пригласили. Помещение также было кабинетом, только скорее похоже на кабинет врача в поликлинике, нежели психолога. Там не было окон, горела только лампа на столе, за которым сидел доктор Кузнецов.

– Здравствуйте, Даша. Будьте добры, закройте за собой дверь. – Кузнецов не отрывался от каких-то бумаг.

Даша сделала то, что он попросил. Молча прошла к столу и села на стул.

– Дарья, вы догадываетесь зачем я Вас пригласил?

– Понятия не имею.

– Вам знаком такой человек как Мичурин Илья?

У Даши стало неметь лицо. Илья что, тут лечится? От чего? Стой. Не гони.

– Предположим.

– А у меня есть неопровержимая информация, что да. Войдите, – вдруг громко сказал он.

Дверь позади Даши отворилась, она обернулась на стуле в надежде увидеть Илью. Она уже приготовилась сорваться с места, чтобы обнять его, но к ее сожалению вошел в кабинет никто иной как Карпов. Он молча закрыл дверь за собой и на нее же облокотился спиной.

– Здравствуйте, Дарья Михайловна. – на его лице уже не было улыбки, что вызвало в Даше большую неприязнь.

Она сделала вид, что его нет. Снова повернулась к Кузнецову и взглядом дала понять, что ждет от него слов.

– Даша, вы же умная девушка, попробуйте сами сложить паззл.

Даша ощутила, что ее руки холодеют. От нее требовали мозговой деятельности, на которую ее сознание было неспособно, а вот подсознание выдавало все ей в голову, как автомат. Она старалась держать в себя в руках, но напротив нее сидел врач-психолог, который видел ее нервозность как ее саму, сидящей напротив него. Она медленно приложила ладони к губам и произнесла:

– Он болен, да?

Кузнецов кивнул головой.

– Чем? – Дашин голос дрожал, однако взгляд, устремленный в доктора, был тверд.

– Даша, ты еще не поняла?

Даша молчала. Она боялась даже моргнуть.

– Хорошо, как давно ты общаешься с Ильей? – продолжил Кузнецов.

– Мы знакомы чуть больше двух лет, – тихо ответила Даша.

– А близко как давно?

– Месяца два-три.

– И неужели за это время ты не заметила ничего странного?

Даша перевела взгляд в пустоту. В ее памяти стали прокручиваться все события последнего времени. Она словно смотрела видеофильм, который был доступен только ей.

– Он – она сделала паузу – пропадал постоянно куда-то.

– Это лишь следствие. А причина какова?

Даша вновь подняла глаза на врача. В кабинете никто не шевелился. Только фразы разрезали пространство, как нож. Больше не было никаких колебаний.

– Девушка какая-то там. Лола. – Даша чувствовала себя дурочкой, которой объясняют пример дважды два. Она зажмурила глаза, потому что ощутила, что эти белые стены давят на нее. Эти два человека давят.

– Дарья, вы знакомы с Лолой? – Кузнецов вдруг на секунду перевел взгляд на Карпова, затем снова на Дашу.

– Нет.

– Вы когда-нибудь видели ее?

–Нет…

На этом слове Даша громко выдохнула. У нее закружилась голова. Она собрала остатки сил и спросила:

– Ее не существует, да? Он ее придумал? – Она надеялась услышать положительный ответ, ибо это был самый безобидный вариант.

– На первый вопрос ответом будет «да». На второй – «нет».

В этот момент время замерло. Казалось, что для Дашиных раздумий. Но на самом деле от холода, который пробежал по ее спине. От огромной черной дыры, в которую проваливалось ее сердце. От внезапной слабости в руках. До нее вдруг дошло. Она вспомнила, как Илья ей говорил, что от этой женщины невозможно отвязаться, вспомнила Лолин голос, который был неестественно высокий, всю эту косметику в ванной, картины, которые Илья бы сам не нарисовал; то он вдруг исчезал, то снова появлялся.

Даша смотрела в пол широко раскрытыми глазами. Они были стеклянные и пустые, словно в этом теле сейчас не было души.

– Он и есть Лола…

Все верно, – вдруг громко выдал Кузнецов, откинувшись на стуле. – у Ильи серьезное диссоциативное расстройство, за которым я и моя команда наблюдаем уже много лет. У него в моей клинике даже есть своя комната, в которой на самом деле, он проводит большую часть времени.

Даша продолжала сидеть неподвижно. Это все было слишком для нее. Она оглянулась на Карпова, который так и стоял позади нее. Слезы наворачивались на глаза.

– И Вы? Вы все знали?

Он кивнул.

– Не стоит из-за этого обижаться, Даша. В Бизнес центре, которым владеет мой брат, все руководители компаний это знали.

– И Елена? – Даша чувствовала, как темнота, сбивавшая ее с толку, начинает отступать и картина становится отчетливее.

– И Елена. Иначе у Ильи могли быть проблемы, ему приходилось иногда отсутствовать, сама знаешь.

– Он пропускал работу, потому что был здесь? – Даша уже и сама понимала, что так оно и было, она не могла заставить свой мозг работать, чтобы найти действительно нужные вопросы, она тяжело дышала, чтобы справиться с подступающей истерикой

– Так и есть. С тех пор как погибли его родители, мои хорошие друзья, я взял опеку над Ильей. Наблюдал за его недугом, пытался его купировать. Я много раз общался с Лолой, – в этот момент Кузнецов сделал паузу, – это абсолютно самостоятельная личность, и в определенный момент я стал замечать, что Лола стала приходить все чаще и чаще. Последней попыткой ее загасить стало трудоустройство Ильи, была вероятность что его сознание станет сильнее за счет активной мозговой деятельности и взаимодействием с людьми. Чтобы он был под присмотром, я попросил моего брата – тут он снова взглянул на Карпова – устроить Илью к себе. Чтобы понаблюдать. И мы увидели положительную динамику на какое-то время.

Даша молча достала сигарету и закурила. Кузнецов поднял брови, завидев это действо, однако ничего не сказал.

– Летом Илья пробыл в клинике месяц.

Даша сразу вспомнила про «отпуск», о котором Илья обмолвился за пару дней до его «отъезда».

Кузнецов продолжил:

– Затем мы заметили, что Лола практически перестала появляться. Илья с ней начал ругаться, откровенно уничтожая то, что она делала: картины, записи, деловые связи. Не знаю, известно ли Вам, что Лола рисовала картины под заказ. Не буду скрывать, это талантливая женщина.

Даша не могла поверить своим ушам. Врач отзывался о ней, как об отдельно взятом человеке.

– Сергей Петрович, – с этими словами он указал на Карпова – очень мне помог, понаблюдав лично за Ильей, посмотрев по камерам что он делает. И мы выяснили, что причина – в тебе.

Даша выдохнула дым. Все сошлось. Но что дальше? Где Илья? Ей захотелось поговорить с ним наедине, сказать, что ей плевать на его недуг, что она поможет ему с ним справиться и будет рядом, что бы ни произошло. Но Кузнецов продолжал:

– Но увы, Лола снова стала приходить, и Илье требуется изоляция и, вероятно, на эту работу он больше не вернется. Мы решили раскрыть Вам, Дарья, все карты, какими бы печальными они не были, когда увидели, что вы сблизились. Это не очень хорошо ни для Ильи, ни для Вас.

Даша уже ничего не слышала. Все смешалось у нее в голове, одно она знала точно, они не дадут ей увидеть его.

Все трое вышли из кабинета в коридор. Даша выглядела и чувствовала себя так, словно сама является пациентом этой клиники. Она смотрела в пространство прямо перед собой и быстро соображала, что она сейчас может сделать.

– Спасибо, Дарья, что пришли, – спокойно сказал Кузнецов, – Сергей Петрович проводит Вас до выхода. Если нужна будет помощь, у Вас есть мой номер.

Даша ничего не слышала, в эту секунду она устремила взгляд в конец длинного больничного коридора, где за угол сворачивал Илья. Совершенно не раздумывая, Даша рванула по направлении к нему, она бежала, а где-то сзади раздавались голоса Карпова и Кузнецова: «Дарья, остановитесь, Вы заблудитесь здесь» Она слышала их быстрые шаги где-то позади себя. Добежав до поворота, она свернула направо, куда ушел Илья и увидела его, стоящего у какого-то стенда. Подлетев к нему, она быстро затараторила:

– Мне все равно, слышишь, я обещаю быть рядом, если ты позволишь, уйдем со мной сейчас…

В этот самый момент человек развернулся, и Даша осознала, что ошиблась. Вместо ее любимых зеленых глаз, она увидела карие и равнодушные. Парень снисходительно смотрел на нее.

– Могу вам чем-то помочь? Вы из какой палаты?

– Это не пациентка. Пока. – раздался до боли знакомый голос сзади. С этими словами Кузнецов подошел к ней и взял под руку. – Вы не найдете его здесь, Даша. Не стоит даже пытаться.

К выходу все трое шли молча.

–Вам вызвать такси? – любезно спросил Карпов.

–Нет – Даша продолжала смотреть на него, как на врага.

– Дарья, прошу, не злитесь на меня, я лишь делал то, что должен был.

– Я знаю… До встречи.

Она даже не оглянулась, ушла в темноту незнакомой ей улицы. Даша не знала даже, сколько она прошла пешком в тот вечер. Около полуночи она обнаружила себя, сидящей у порта на Васильевском, где когда-то они были с Ильей. Понимая, что в ней больше нет сил, она вызвала такси и отправилась домой. В машине она думала о том, насколько она беспомощная. Ей совершенно не хотелось мириться с тем, что она больше не увидит Илью, она так много еще не сказала. Все планы по проникновению в клинику разбивались в ее голове об здравый смысл. Она смотрела на проплывающий за окном город, облокотившись лбом на окно, затем с горечью закрыла глаза и уснула.

Глава 15

Стоит ли намеренно забывать людей, которых любил когда-то? Из-за которых ты испытал боль, по которым безмерно скучал. Можно, ведь столько способов есть сделать это. Страшно только однажды проснуться через много лет и понять, что все было напрасно и никого ты не забыл. Ты пронес этого человека в сердце сквозь время, и вот чертова память бьет тебя, словно током, напоминая о том, что ты, ничтожество, не властен над ней. Возможно, этого не случится. Никогда не знаешь. Если в той точке, где вы разошлись, оставалась нежность, зажимы в подреберье и несказанные слова, то, скорее всего, будет, как в одном замечательном стихотворении:

Но боюсь я рано или поздно

Памяти тяжелой на подъем

Мне напомнят музыка и звезды

О существовании твоем.

И тогда я возвращусь к долинам,

Где прошли минувшие года,

И пойму, что свет сошелся клином

На тебе одном и навсегда.

Спустя год Даша вернулась к прежней жизни. Все ее сообщения, отправленные Илье и Лоле так и остались без ответа. Где-то месяцев шесть назад она перестала их писать. Снова был конец лета. Даша прошла курс у психотерапевта, конечно же не у Кузнецова. Она чувствовала себя лучше, рядом постоянно был Вадик, с которым месяц назад они таки сходили в Mill’s. Упертый оказался парень. Даша так и не рассказала ему, в чем была причина ее поведения, и что вообще произошло у нее в жизни. Маринка ни разу даже не обмолвилась об Илье в их разговорах, за что Даша была ей безмерно благодарна. Карпов, встречая Дашу в бизнес центре, делал вид, что ничего не произошло, и все так же вежливо ей улыбался. Все как будто вернулась на круги своя.

В тот вечер она собиралась на встречу с Вадиком. Стоя в коридоре уже готовая к выходу, она ковырялась в телефоне с улыбкой на лице, отвечая ему на очередные забавные сообщения. Он был добрым, честным человеком и очень хорошо относился к Даше. И в ее душе наконец стал наступать покой. Вдруг она услышала какую-то возню за дверью. Не обратив особого внимания, Даша надела туфли, сложила в сумочку все необходимое и открыла дверь. Что-то вдруг упало с грохотом, который отозвался эхом по всему подъезду. Она с любопытством заглянула за дверь и обомлела: на полу лежала запакованная рама. Холодок пробежал по коже, Даша уже присела, чтобы поднять ее, как вдруг услышала, как где-то внизу захлопнулась дверь подъезда. За долю секунды в ней что-то щелкнуло. Она быстро сбросила туфли и, даже не закрыв дверь, побежала, как сумасшедшая, вниз по лестнице. Выбежав босиком на улицу, она стала оглядываться вокруг себя, когда увидела в конце дома человека в шлеме, садящегося на мотоцикл. Было уже достаточно темно, она не могла рассмотреть в деталях ни его, ни сам байк. Не помня себя, она побежала к нему. Поняв, что он ее не видит и вот-вот уже уедет, она крикнула что есть сил:

«ИЛЬЯ»

Он даже не оглянулся. В момент ее крика, он завел мотоцикл и в ту же секунду умчался.

Даша вернулась домой, еле волоча ноги. Оказалось, что она наступила на какое-то стекло, пока бежала, даже не заметив этого. Дверь ее квартиры оставалась открытой нараспашку, Даша подобрала брошенные туфли, взяла картину за угол и втащила внутрь. Сев на пол прямо в прихожей, Даша развернула ее. Это была та самая картина, которая когда-то давно была замечена ей в офисе Ильи. В последний раз она видела ее разодранной у него в квартире, но сейчас она была отреставрирована. Никакой записки не было, только надпись сзади оставалась прежней: «С чего все начиналось, к тому все вернется. Люблю.» Даша помнила, что там должна была быть авторская «Л» в качестве подписи, но сейчас ее не было. Может, это была другая картина?

Она не сказала никому про то, что случилось в тот вечер. В понедельник Даша вышла на работу. По дороге она зашла в магазин за сигаретами, хотя не курила вот уже несколько месяцев. Вот уже несколько месяцев она не спускалась в коридор техобслуживания. Весь день пачка так и оставалась лежать закрытой в ее сумке.