Там, где кончаются дороги Сиама

Он поднял на меня глаза.

– У вас проблема.

– Что?!

– В следующий раз мы не дадим вам штамп.

– Почему? – мой голос дрогнул.

– Меньше шести месяцев до окончания срока действия паспорта.

Я пытался объяснить, что сейчас ноябрь, а паспорт действует до начала мая.

Я был в шоке. Он шлёпнул штамп на месяц, и я, ошеломлённый, пошёл дальше. Всё рушилось. Все планы. Я рассчитывал проработать в школе до марта и накопить 5000 долларов. С этими деньгами хотел вернуться в Индию, а паспорт переделать на Филиппинах.

Я сообщил Сальникову.

– Да, Саня, косяк, – пожал он плечами.

Ехать в Россию казалось кошмаром. Мысль об этом пугала. Единственный вариант – Филиппины. Я уже договорился с консульством, забронировал дату сдачи документов. Делать паспорт будут три месяца. Получу новый – и вперёд, к новой жизни!

Сев в минивэн, я написал моей ночной подруге: «Еду назад. Хочешь встретиться?» Она ответила согласием. Это было видно по её сообщению.

Дорога назад пролетела быстрее. Я размышлял о вариантах из-за ситуации с паспортом, но мысль о новой ночи любви помогала отвлечься от грустного.

В четыре вечера мы выгрузились у станции метро Он Нут, возле ТЦ «Макро», откуда нас и забрали. Оставалось немного: вернуться в отель, снять номер, оставить вещи и встретиться с ней.

Всё прошло гладко, словно по щелчку.

Эни была в бежевых штанах и розовой кофточке. Мы снова встретились на мосту. Она мало улыбалась. Возможно, это была сдержанность или стеснение, несмотря на проведённую ночь.

Сегодня мы не пошли в кафе пить пиво, а заказали лапшу в фудкорте торгового центра. Всё быстро. Нужно было спешить в отель. Неподалёку сидела пара – иностранец и красивая тайка в обтягивающем платье. Я невольно скосил взгляд.

– Нравится? – спросила Эни с недовольством в голосе.

– Просто смотрю, что они заказали, – отмахнулся я.

Я не люблю, когда меня ловят с поличным. Эни была попроще, но всё равно хороша. В Индии такую найти было бы невозможно.

До отеля мы шли пешком, хотя Эни жаловалась, что далеко. Я пожалел 20 бат на мототакси.

По пути заглянули в 7-Eleven, где она купила закуски на вечер.

Это был уже второй вечер, который я провёл с одной и той же девушкой. Она снова захотела меня. Ещё днём она призналась, что у неё всё болело. Это подтвердило моё предположение: у неё давно не было секса.

На этот раз я решил не торопиться. Мы какое-то время лежали на кровати, полностью одетые, привыкая друг к другу заново. Я попросил её помассировать мне спину, и она, стоя, сделала это ногами.

В этот раз мы принимали душ вместе. Она тщательно вымыла меня, даже опустилась, чтобы помыть мои ступни, словно я был её господином.

И снова мы повторили всё, что делали вчера. Когда её киска устала, она легла на бок и предложила свой ротик. Я невольно вспомнил индийских девушек – они неохотно ублажают орально. Я двигался плавно, глядя на её красивое лицо.

Когда она оседлала меня спиной ко мне, я любовался её шикарными ягодицами. Не удержался и засунул палец в её попку, намекая, что не против анального секса. Она выглядела как модель, и если бы я вошёл в неё сзади, это была бы полная победа. Но она на это не согласилась.

Мы лежали в перерыве, и я начал восхищаться:

– Какая же ты красивая! Почему ты такая красивая?

Она ответила грубовато:

– Нет причины. Просто ты не привык. Ты встречался с менее привлекательными.

Её слова меня ошарашили. Она была права, но это выставляло меня каким-то неудачником. Могла бы просто мило отреагировать на комплимент.

Ночь снова пролетела незаметно. Я отказался идти на уроки, а она написала своему боссу, что нездорова. Утром мы ещё раз, напоследок, совокупились. И снова, с её разрешения, я кончил внутрь. Возможно, я хотел провести эксперимент: что будет, если она забеременеет? Просто стану папой, а там будь что будет.

Утро мы встретили вместе. Это было необычно, будто мы настоящая пара. Солнечные лучи проникали в комнату. Она иногда спала у меня на руке, которая порой уставала.

Снова душ, снова секс. Мы проголодались, и она заказала KFC в номер. Когда еду принесли, я понял, что не голоден. Эмоции захлестнули. Чтобы встретить курьера, она надела мою чёрную рубашку и выглядела как высокая, хорошенькая школьница. Она тоже съела немного курицы.

Я засмотрелся на неё. У меня никогда не было высокой любовницы. Её худоба не портила её, даже плоская грудь. У неё были необычные соски – длинные, как два небольших отростка. Я осторожно мял их губами.

Но пора было собираться. Мы полумолча дошли до станции метро. В поезде она села на сиденье и положила мой рюкзак себе на колени.

– Мне жарко, – сказала она. – Может, это температура?

Она взяла мою руку и приложила ладонь к своему декольте. Прямо на глазах у всех. «Она смелая», – подумал я. Ей было всё равно, что подумают окружающие.

На станции «Сиам» мы вышли, чтобы попрощаться. Спустились на другую платформу: ей – в одну сторону, мне – в другую.

Я верил, что это только начало.

Когда я добрался до Чумпона, было уже темно. К счастью, автобус довёз меня до городской станции возле рынка. Оттуда я мог дойти пешком.

Всю следующую неделю мы переписывались и созванивались. Она прислала милое фото в пледе из офиса, а я отправил своё из класса. Мы были похожи: оба работали и оба хотели друг друга.

Наконец, она написала:

– Скажи прямо, я тебе нужна?

Это было неожиданно. У меня не было запасных вариантов.

– Да, ты мне очень нужна, – ответил я.

Это была чистая правда. Я ещё не был уверен, что готов к серьёзным отношениям, ведущим к свадьбе, особенно с тайкой. Все эти годы в Индии я мечтал о местной девушке, а тут другая – из другой страны – прямо спрашивает: «Я тебе нужна?»

Да, я нуждался в ней. Она была красива, стройна. Кто бы отказался? Я жаждал женского тепла и ласки, секса. Хотел жить вместе, быть вместе.

Я чувствовал себя одиноко в домике с огромной кроватью в курортном городке, где в 20 минутах езды – шикарные пляжи. Жизнь с ней была бы как сказка.

К концу недели я уже изнемогал от ожидания.

Пятница. Главное – не проспать. Она должна прибыть в 3 или 4 часа ночи. Она прислала фото билета – выехала из Бангкока.

Я ликовал. Сердце гулко билось, а в животе порхали бабочки.

Когда она написала, что подъезжает к городу, и прислала свою локацию, я оседлал своего железного конька и мгновенно примчался к автобусной стоянке. Я позвонил ей.

– Секунду! Выхожу, – ответила она.

Эни появилась на пороге зала ожидания. Вся в розовом, с розовым рюкзачком, розовыми губками и двумя детскими косичками по бокам. Но почему-то меня слегка ошарашило, что она казалась на один процент другой. Не хуже и не лучше – просто немного иной. Я стряхнул головой. Ну и что с того? Человек в разных ситуациях выглядит по-разному.

Мы обнялись. Я усадил её позади себя на мотоцикл и помчался домой, словно она была долгожданная жена, возвращающаяся с работы, а я – заботливый муж, подвозящий её до дома. Боже, как это было мило. Я снова чувствовал себя на седьмом небе. Счастье переполняло меня. Всё происходящее казалось правильным, словно я следовал какому-то плану. События стремительно развивались, и я отдался на их волю. Главное – ничего не испортить. А что тут портить, если всё хорошо? Пусть так и продолжается.

В прихожей горел свет – я специально оставил его. Решил пошутить.

– Эни, не пугайся. Там несколько парней спят. Мы пройдём в свою комнату.

Она опешила:

– Что?! Ты не один? Ты говорил, что живёшь один… Ну ладно.

Она взяла себя в руки. Как мужественно! Она доверяет мне.

Я тут же хихикнул, обнял её и открыл дверь.

– Я пошутил. Мы будем одни.

– Алекс! – она слегка хлопнула меня по плечу.

Моя хибара была далека от люкса, но просторная и уютная. Я успел прибраться, помыть полы – всё выглядело прилично. Я надеялся, что выходные будут, как длинная сказка.

Она ничего не сказала про квартирку, как будто уже бывала здесь. Сразу ушла в туалет. Переоделась, и мы завалились спать.

– Ночью не домогайся, я хочу спать, – предупредила она, прильнув ко мне.

Я возбудился, но осознание, что она никуда не денется, успокоило меня, и я уснул.

Я обожал просыпаться по субботам в своём милом домике. Зеленая полянка рядом, домики окружены садиком – что-то вроде рая. А ещё, когда просыпаешься утром в охапке с желанной девушкой, это рай втройне. Солнечные лучи проникали через шторы, за окном раздавались звуки пробуждающегося дня.

Я приоткрыл глаза и вдохнул аромат её волос. Её запах меня сводил с ума. Наверное, 40% моей любви к ней было из-за этого аромата. Шампунь, смешанный с запахом её кожи, создавал волшебное сочетание.

Она вздрогнула, просыпаясь. Я чмокнул её в плечо.

Мы по очереди сходили освежиться. Когда я вернулся, она уже была в соблазнительном пеньюаре выше колен. Волосы распущены. Проходя мимо неё, я слегка коснулся её руки. Она ответила взаимным прикосновением. Это ли не любовь? После душа мы занялись любовью. Она была такой удобной и изящной.

Позже, видя её высокую фигуру в пеньюарчике, я снова возгорелся и, подойдя сзади, обнял её. Она резала помидор. Потом мы продолжили у раковины, прижав её к стене…

Завтрак прошёл чудесно. Я предложил прогуляться, и мы отправились в городской парк. Она надела розовые короткие шортики, и я любовался её длинными ногами, удивляясь, как мне так повезло. Мы вспоминали нашу первую встречу и переписку.

– Алекс, возьми меня тут! – вдруг пошутила она, хихикнув.

Я подыграл ей, делая вид, что снимаю штаны. Как же легко и мило наше общение! Если тема разговора не находилась, мы просто наслаждались моментом.

Вечером, когда я смотрел на её мирно спящее лицо, я думал: пусть эти дни длятся вечно.

Мы посидели на детском тренажёре в виде полусферы. Я немного подтянулся.

– Ты любишь тренироваться, – заметила она с улыбкой.

Пообедав дома, я отвёз её на пляж. Мы долго плескались в волнах, как дети, смеясь и наслаждаясь водой. После этого сели на траву у памятника-крейсера и ели сосиски. Поблизости возвышался храм принца Чумпона, добавляя обстановке атмосферности.

Вечер она предпочла провести дома. Мы пытались смотреть кино, но быстро отвлеклись друг на друга – слишком долго оба голодали по таким чувствам и близости.

Воскресенье всегда чуть грустный день: в нём ощущается налёт приближающегося понедельника. Но утро вновь было чудесным, и я не хотел выпускать её из своих рук.

Сегодня я решил свозить её к большому озеру, которое недавно обнаружил, катаясь в обед около детского садика. Это место оказалось безлюдным, но ухоженным. Парк с чистым озером окружали зелень и небольшие беседки на высоких деревянных вышках.

Мы закупили еды и поднялись на одну из беседок по винтовой лестнице. Оттуда открывался великолепный вид: гладь озера отражала пушистые облака и густую зелень, обрамляющую берега.

Она неожиданно встала на колени и, кокетливо улыбнувшись, предложила рискнуть. Я спустил её шортики, и мы дали волю своим чувствам. Однако до конца дело не дошло: внизу кто-то появился. Мы поспешно отпрянули, рассмеялись и вернулись к еде. Папайя-салат и жареная курица показались особенно вкусными в этот момент.

Наступил вечер, и я начал тосковать по ней. Она лежала на животе, копаясь в телефоне. Её длинная фигура, потрясающие ноги, выпуклая попка – я снова не мог оторвать взгляд.

Она не была против, что я снова был с ней, напоследок. Когда она сказала, что устала, я подсел к ней и поцеловал её, а затем вошел в её рот.

Так хотелось оставить её при себе. Мне не надоедало её присутствие. Я постоянно её хотел. Мне было приятно просто сидеть с ней на кухне и есть. Бывали моменты, когда после секса я терял интерес к девушке, но с Эни было иначе. После каждого раза я всё больше привязывался к ней.

Будильник на её телефоне пропищал, пора спешить на автобус. Я её отвёз.

Когда она села на втором этаже в первый ряд, я остался внизу на байке. Я ожидал, что она будет смотреть в окно и посылать мне поцелуи, но этого не случилось. Я не понял, что происходит.

Автобус тронулся. Я видел его красные задние фары, а по щекам текли слёзы. Я рванул по газам и стал мчаться по улицам. Я боялся вернуться в своё одинокое жилище, теперь пустое, где всё напоминало о ней. Я выбирал тёмные переулки, удлиняя дорогу домой. Иногда я останавливался и громко рыдал, скрываемый темнотой и безлюдностью. Я рыдал, как ребёнок, выкрикивая её имя – Эни, Эни. Будто у меня вырвали игрушку из рук. Я проклинал свою судьбу, за то, что она такая недолговечная. Всего два дня изменили меня. Я уже не мог дышать без неё.

Я послал ей обиженное сообщение, почему она не проводила меня взглядом, уезжая.

Она ответила: "Иначе я не смогла бы от тебя уехать. Я бы разрыдалась". Это успокоило меня. Так же я поступал, когда после первой ночи оставил её в номере и поехал в Камбоджу. Это было схоже.

В понедельник я чувствовал себя, как не свой. Уроки мелькали перед глазами, дети в голубых униформах. Они по-прежнему были трудными для меня, точнее, подготовка к ним. Это заставляло меня собираться с мыслями и продолжать работать.

С Эни мы переписывались, и она снова хотела приехать ко мне.

Возвращаясь домой после уроков, я замечал, как пустыми кажутся стены моей обители. Всё напоминало, что её здесь нет.

Но на следующие выходные она уже заранее договорилась поехать к родне. Придётся потерпеть.

Учительница приходила ко мне, но мне уже не хотелось с ней спать. Я даже рассказал ей, что встретил другую и влюбился в неё. Она всё поняла, но всё равно приходила, покупала еду. Ей было одиноко, и ей требовалась хотя бы какая-то компания.

Наступившую субботу я не хотел проводить взаперти. Вскочил на байк и помчался исследовать округу. Мне нужно было побороть небольшую тоску по ней, развеяться. Я уехал далеко, выбирая неизведанные дороги. Я решил посетить местный заповедник. Подъехав ко входу, я узнал в кассе, что билет дороговат, и, немного задумавшись, развернулся обратно. Разминулся с другим иностранным мотоциклистом. Позже мы снова встретились у моря и решили путешествовать вместе. В конце пути был тупик и выход к океану без пляжа. Вид был красивый. Припарковавшись, мы встали полюбоваться и разговорились.

Его звали Стив, он был американцем под пятьдесят, выше меня, плотный, с брюшком. Работает редактором в газете в Бангкоке. Был женат на индианке в США, а в Таиланде на тайке, но с обеими развёлся. Я рассказал о себе, что я учитель английского, упомянул Эни. Мне хотелось похвастаться, так что я добавил, что она так в меня влюбилась и хочет замуж, а я не уверен. Надеюсь, когда я это говорил, у меня не было самодовольной улыбочки.

Стив показал, за кем он ухаживает. Это была молодая тайка лет двадцати с аппетитными формами. Я заподозрил, что ей нужны от него только деньги и, возможно, американская виза.

Мы заехали в местечко с пирсом, откуда ходили катера на остров, из фильма "Пляж" с Ди Каприо. Лапрао пирс был длинным и дощатым. В конце стоял работник, который помахал рукой, запрещая дальше проходить.

Возле офиса и билетных касс мы встретили престарелых иностранцев. Один из них рассказал, что он со своей тайской женой заправляют кафе немецкой пекарней. Он уже много лет в Таиланде. Я задумался и представил, смог бы я так. Я не нашёл чёткого ответа.

Мы стояли группой у начала пирса и разговаривали. Вернее, говорили они, а я уже давно потерялся и не чувствовал включенности. Может, я стеснялся своего уровня английского. Забавно и иронично: учитель английского стесняется перед носителями языка.

Позже со Стивом мы поехали пообедать на Сайри пляж, заказали по фрайд райсу. Я вернулся к теме Эни. Мне хотелось совета: как мне быть? Принять её окончательно или просто развлекаться?

Возвращаясь в город, мы договорились встретиться вечером и заглянуть в ту немецкую пекарню. Я был не против – как тронуться, так провести время с новыми знакомыми.

Придя в его отель, мне в голову пришла мысль: а не подумает ли он, что я гей? Ведь я пришёл в номер к мужику, которого раньше не видел. Я посидел у окошечка, подождал, пока он оденется. Собравшись, американец выразил сомнение, что нас действительно ждут, и предложил отправиться в бордель. Хм, не плохая идея, – ответил я. – Давно хотел сходить, но не решался, да и найти не мог. Так мы и поступили. Покатались по местным улочкам. В первом борделе уже собирались работницы в чёрных коротких платьях.

Мы окинули их взглядом и посидели у стеночки внутри. К нам присоединилась красивая и высокая тайка с загорелой кожей. Она вполне могла бы работать моделью, но говорила она больше со Стивом. Меня это заедало, и я думал, если наберусь смелости раскошелиться, то возьму другую, чтобы отомстить. Странно. Она была лучше всех и заметнее.

Мы решили сделать еще один круг по городу – вдруг найдем другие интересные места. Я вспомнил одно место неподалеку от моего дома. Проезжал мимо не раз, но ни разу не решался зайти.

Мы поехали туда. Но оказалось, что это вовсе не бордель, а хука-бар. В этом заведении были отдельные комнаты, где девушки старались раскрутить клиентов на еду и напитки. За дополнительную плату могли предложить массаж или что-то большее. Однако уровень обслуживания и атмосфера явно уступали первому борделю.

Мы вернулись обратно. Когда вошли, заметили, что у девушек был какой-то тренинг. Их босс что-то объясняла, а они слушали, внимательно кивая. Через стеклянные двери было видно, как менеджер, в красивом платье и с бейджиком, вышла к нам. Она спросила, кого мы выбрали.

Я неожиданно выпалил:

– Тебя.

Девушка удивленно улыбнулась, думая, что это шутка.

– Правда? – переспросила она. – Ладно, тогда подождите, я сейчас.

Стив похлопал меня по плечу, одобрительно усмехнувшись. Через пару минут я уже вез ее на своем скутере к себе домой. Никаких угрызений совести я не испытывал. Мы приняли душ, после чего перешли в спальню.

Единственный момент, который меня смутил, – это пластиковая вставка во влагалище, созданная для придания узости. Ощущения были странными, будто это что-то ненастоящее. Хотя сама девушка была шикарной, я невольно вспомнил Эн – разница была колоссальной.

Через некоторое время ей позвонили. Она извинилась, сказав, что задержалась, и если мы хотим продолжить, потребуется доплата. Я решил не затягивать, взял ее контакт и отвез обратно, хотя она предлагала дождаться машину. Хотелось почувствовать себя джентльменом.

Когда мы подъехали, другие девушки смотрели с завистью. Видимо, мой визит стал для нее поводом гордиться.

На следующий день мы снова встретились со Стивом. Он рассказал о водопаде, который находился в 30 километрах отсюда. Идея меня вдохновила.

Дорога заняла около часа. Водопад оказался у самого входа, но выглядел невзрачно. Мы долго колесили по лесопарку, в надежде найти что-то впечатляющее, но безрезультатно. Вернувшись к началу, мы поняли, что это и был тот самый водопад.

Не хотелось так просто уезжать, поэтому мы посидели у воды минут двадцать, а затем отправились дальше. На выезде я заметил вывеску храма и предложил заехать. Стив согласился.

Пройдя еще пару километров, мы добрались до пещерного храма. Смотритель включил свет, и мы спустились внутрь. Огромные залы с высокими потолками, сталактиты и летучие мыши произвели на нас сильное впечатление. День выдался удачным.

По дороге назад мы заехали на заправку. В кафе при ней перекусили рисом. Стив снова начал флиртовать с официанткой. Я невольно удивился: почему женщины неизменно выбирают его? Это ощущение, пусть небольшое, но неприятное, накатывало снова и снова. Быть "вторым номером" вызывало дискомфорт. Неужели я, как мужчина, не такой уж привлекательный, каким себя представляю? В тот момент я решил: лучше быть одному или выбирать таких друзей, которые не затмевают тебя.

Закончив с заправкой, мы не вернулись в Чумпхон, а поехали к пляжу Кабана. Там совершенно случайно встретили иностранцев, которых видели вчера на пирсе. Они остановились здесь, в местном резорте. Поздоровавшись со мной, они тут же переключились на разговор со Стивом. Я почувствовал себя лишним. Вдруг им показалось, что мы пара? Ведь Таиланд – одно из любимых направлений для гей-туристов. А мы как будто идеально вписываемся в этот образ: он – старый развратник, я – молодой жиголо. Ездим вдвоем… Эта мысль напрягала. Хотелось поскорее попрощаться.

К пяти вечера мы вернулись в Чумпон. Я решил показать Стиву, как я живу. Но едва мы зашли, как подошла хозяйка дома, напомнив о счете за свет.

– Стив из Америки, – пояснил я ей. Но тут же мелькнула мысль: а вдруг она тоже решит, что это мой любовник?

Перед отъездом Стив оставил свой контакт, предложив остановиться у него в Бангкоке бесплатно, если я там окажусь.

В то время я заканчивал работу в школе. Увольнялся тихо, чтобы не привлекать внимания своей агентши. Мне нужно было получить зарплату и больше не появляться на уроках. Хотя не хотел подводить напарницу Натчу, все же рассказал ей, что уезжаю из-за необходимости обновить паспорт. Также написал главной учительнице Тип. К моему удивлению, она отреагировала с пониманием:

– Не говори агентше, иначе она не заплатит.

Значит, она на моей стороне. Все складывалось удачно. Я проработал до среды, после чего в пятницу просто не вышел из-за государственного праздника.

Эни собиралась провести со мной четыре дня. Это было счастье – почти как семейная жизнь. Я старался игнорировать факт, что скоро уеду. Даже купил билет до Манилы за 150 долларов – дешево.

Сдал мотоцикл, чтобы не тратить лишние 2000 бат. Жил на чемоданах. Когда Эни снова приехала, подвезти ее было уже не на чем. В три часа ночи она прибыла в Чумпон. Я опоздал на десять минут, добираясь на велосипеде. Неловкий момент. Она стояла и ждала.

– Я без байка, – оправдался я.

– Ничего страшного, – ответила она, сев на мототакси.

Когда я добрался, она стояла у двери. Я извинился, мы обнялись. Как и в прошлый раз, быстро переодевшись, она легла спать рядом.

На утро я проснулся счастливым, увидев ее рядом. Мы долго занимались любовью приоткрытых дверях. В такие моменты я чувствовал себя полностью свободным – никто не мог помешать.

Эти четыре дня должны были стать вечностью. Чтобы их растянуть, я решил наполнить их событиями. Однако я осознавал две вещи. Во-первых, если после поездки в Россию я сразу вернусь в Таиланд, меня развернут в аэропорту, и я потеряю деньги. Во-вторых, работа учителя была для меня невыносимой. Ночи напролет я готовился к урокам, и это истощало меня. Вернуться в Таиланд? Нет. Планировал поехать в Индию, а с Эни – время покажет.

Мы вышли на улицу в поисках еды. Разговор не клеился, и я внутри себя ругал за то, что сдал мотоцикл. Прогулка заменяла общение, которого я избегал. Свернув в проулок, мы нашли простое кафе, где готовили дамплинги. Утром в Таиланде их подают в деревянных коробочках с разными начинками. Мы перекусили, и мне вновь стало тепло от того, что Эни была непритязательной и довольствовалась простым.

Вернувшись домой, мы попытались посмотреть фильм, но все снова закончилось сексом. Она предложила не двигаться, а продолжить смотреть фильм, оставаясь в этом положении. С ней любая поза была удобной.

Вечером я попросил хозяйку дать мне мотоцикл на прокат, но она отказала. Тогда мы арендовали у другой женщины. Новый мотоцикл оказался мощнее, ездить на нем было приятнее, а бензина он потреблял меньше.

Мы доехали до пляжа Сайри. Игрались в воде, смеялись, словно дети. Я предложил уединиться за валуном, но люди мелькали поблизости, и мы не решились.

На обратном пути мы остановились на смотровой площадке Кхао Матри. На крутой горе был небольшой храм, уютное кафе, качели, с которых открывался захватывающий вид на закат. Люди приходили сюда за атмосферой: чтобы наблюдать, как солнце медленно тонет за горизонтом, окрашивая небо всеми оттенками оранжевого.

Мы выбрали столик с лавочкой у края площадки. Я заказал нам порцию быстрой лапши, и мы ели её пластиковыми вилками, обжигаясь от остроты, но смеясь.

– Какая же она ядреная, – Эни смахнула слезу.

– Это точно, – я улыбнулся, глядя на неё.

Наверное, не было в моей жизни более романтичного момента. Лапша, закат, её глаза, сияющие от счастья. Я ощущал себя живым, проживая этот миг полностью.

– Знаешь, – тихо сказала она, отвлекая меня от размышлений. – Здесь так спокойно. С тобой спокойно.

Я не нашел, что ответить, и просто взял её за руку.

В пятницу вечером я договорился встретиться с Врежем, знакомым армянином. Он предложил собраться компанией.

– Только я буду с подругой, – предупредил я его заранее.

К шести часам мы с Эни подъехали к его дому. Я чувствовал её лёгкое волнение.