- -
- 100%
- +
Первая среди сидящих встала. Ее глубокий и сильный голос прозвучал в полной тишине, отражаясь эхом от стен мраморного дворца, будто парящего невдалеке, как призрачный замок – так легки и совершенны были его формы.
– Жители города! Назовите достойных – тех среди вас, кого вы станете почитать как своего короля и кто, по-вашему, сможет пройти Лабиринт.
– Что за лабиринт, какой лабиринт? – послышались голоса в толпе.
Мудрая жестом остановила ропот и сказала:
– Лабиринт – это испытание. Его пройдет лишь один. Природа откроет претендентам свои тайные тропы, но только тогда, когда соберутся вместе четыре стихии – земля, огонь, воздух, и вода. Назовите имена четырех, кто явит собой эти стихии.
Гул голосов снова поднялся над площадью. Странник с интересом наблюдал за людьми, шумно обсуждающими меж собой, кого назвать. Тем временем солнце поднялось из-за домов и осветило всех, кто стоял слева от возвышения, на котором сидели Мудрые. Сразу же поднялась вторая из них. Глашатай ударил в гонг.
– Земля! – воскликнула женщина и из ее вытянутой руки тонкой струйкой посыпалась земля.
Из толпы раздался голос:
– Мариус, фермер!
Люди, стоявшие вокруг постамента стали двигаться, освобождая путь фермеру; странника вместе со всеми оттеснили к краю площади. Перед Мудрыми появился почтенный мужчина, одетый в коричневый камзол и просторный берет. Широкие добротные брюки были заправлены в сапоги с высокими голенищами. Размашистым шагом фермер прошел к Мудрым и, поклонившись уважаемым дамам, повернулся к толпе.
– Есть ли среди вас тот, кто может отвергнуть претендента Мариуса? – спросила Мудрая.
В ответ послышались крики:
– Нет! Достоин! Хороший человек!
Глашатай снова ударил в гонг, утверждая выбор народа. Со вторым ударом встала третья из Мудрых.
– Огонь! – провозгласила она и раскрыла ладонь вытянутой руки.
На ней загорелся маленький язычок пламени.
– Кузнец Брегис! – выбрали люди.
С возгласом всеобщего одобрения кузнец вышел к Мудрым. Стараясь выглядеть степенным, он, нарочито покашливая, поглаживал курчавую бороду. Но странник заметил радость кузнеца, спрятанную в глазах под кустистыми бровями.
Четвертая из Мудрых провозгласила следующую стихию:
– Воздух! – раскрыв ладонь, она дунула на нее.
Звонкий девичий голос опередил всех:
– Молодой лорд Велес!
Толпа загудела:
– Молод еще, рано ему в короли!
– А что с того, что молод? Кто скажет, что не достоин?!
– Пусть идет, сам откажется!
Веселый смех, подхваченный десятками голосов, прокатился по площади.
Красивый юноша, смущаясь, вышел к Мудрым. После элегантного поклона, полного достоинства и уважения, он повернулся к людям. Светлые глаза, нежные и блестящие, как морская гладь, украшали его лицо, крепкий подбородок которого едва тронула редкая щетина. Высокий и статный, Велес с улыбкой смотрел на горожан, покоряя всех юношеской непосредственностью.
Мудрая строгим голосом спросила:
– Есть ли среди вас тот, кто может отвергнуть претендента Велеса?
– Да пусть идет!
– Достоин!
– Молодость – не порок, достоин! – ответили люди, и звон гонга закрепил их решение.
Вслед за следующим ударом глашатая, вперед вышла пятая из Мудрых.
– Вода! – воскликнула она и из собранных в лодочку ладоней пролилась тонкая струйка.
Первым раздался мужской голос:
– Странник, путешественник, прибывший в наш город сегодня ранним утром.
Путешественник узнал в говорящем хозяина харчевни – он стоял неподалеку и показывал на него рукой.
– Как он прибыл к нам? – спросила первая из Мудрых.
– Морем! – ответил хозяин харчевни, и добавил: – Он достойный человек, я с ним разговаривал.
Толпа вновь загудела, и было непонятно – то ли горожане одобряли претендента, то ли возмущались.
– Где сам претендент?
– Пусть выйдет!
– Покажись люду! – потребовали все.
Странник стоял как вкопанный. Он никак не мог осознать, что речь идет о нем. Недоумевая, он пожимал плечами, скользя растерянным взглядом по лицам. Кто-то подтолкнул его сзади, кто-то поддержал словами:
– Не бойся! Наш Грэг тоже был из чужих, а правил как надо! Иди, иди, смелей, чужестранец!
Оказавшись рядом с постаментом, где уже стояли все Мудрые, странник поклонился женщинам, опуская походную сумку и прикладывая правую руку к сердцу, как делали в его краях, приветствуя кого-либо. Повернувшись к народу, он произнес:
– Спасибо вам, добрые люди, за такой прием и доверие, но, я думаю, среди вас найдется кто-то достойней меня.
Старшая из Мудрых спросила его:
– Как твое имя, чужестранец?
– Меня зовут Мерим.
– Есть ли среди вас тот, кто может отвергнуть претендента Мерима? – спросила Мудрая, не обращая внимания на слова странника.
– Мы не знаем его!
– Нет, никто не может отвергнуть его, потому что не знает! – раздались голоса.
– Достоин! – крикнул хозяин харчевни.
Не получив отрицательного ответа, Мудрая обратилась к страннику:
– Чужестранец Мерим, ты согласен на испытание?
Странное чувство овладело путешественником. К своим тридцати годам он успел побывать в разных странах, видел много чудес и диковин, но такого испытания своего эго он и не предполагал. Стать королем в совершенно чужом, незнакомом городе, править людьми, которые почему-то решили выбрать его из толпы своих соотечественников… Он понимал, что впереди его ждет что-то необычное, может быть даже – страшное, но интерес ко всему происходящему взял верх, и Мерим ответил:
– Да!
2. Первое испытание
Многократные удары в гонг возвестили о том, что выбор сделан. Четыре претендента стояли в ряд внизу постамента, на котором также в ряд стояли Мудрые. Затем женщины спустились и неспешно, как и пришли в город, направились к своим пещерам. Избранники пошли за ними. По пути люди подходили к ним со словами напутствий, с пожеланиями победы и советами. Это были те минуты, когда любой житель города мог говорить все, что хочет, все, что он считает важным сказать будущему королю.
Так, сопровождаемые толпой, претенденты дошли до тропы, что уходила в сторону от дороги к меловым пещерам. Дальнейший путь жителям города был заказан, и наверх поднялись только Мудрые и четыре избранника.
От белой скалы, что грядой протянулась по вершине холма, открывался великолепный вид на равнину. Море осталось в стороне, но еще слышался шумный говор волн, разбивающихся о каменистый берег. В скале виднелись темные проемы гротов, в которых жили Мудрые. Перед одним из них, на гладкой, мощенной камнем площадке все остановились. Женщины встали полукругом, лицом к скале. Их белые фигуры, освещенные солнцем сзади, казалось, выросли и составили сплошную стену.
– Закройте глаза! – сказала одна из Мудрых, обращаясь к претендентам, которые оказались между скалой женщинами. – Не верьте глазам и ушам, смотрите и слушайте сердцем!
В повисшей тишине остались только звуки природы – шум листвы одинокого дерева, стрекот кузнечиков в травах холма, далекий зов моря. Но вот к этим звукам добавились женские голоса. Мелодия жизни, подхваченная Мудрыми, полилась ввысь и, закружившись с воздушным потоком, опустилась на головы людей, окутав их туманом, за которым растаяла действительность, растворилась песня и исчез холм вместе с городом и загадочными белыми скалами.
Мерим стоял с закрытыми глазами и ждал. Перед его взором мелькали разноцветные блики, приятное тепло согревало лицо. Но что-то удивительное происходило вокруг. Верней, не происходило: мир, казалось, замер, ни один звук не проникал сквозь ватную тяжесть в ушах. Странник открыл глаза и тут же прищурился – солнце ослепило его. Привыкнув к свету, он разглядел зеленую равнину перед собой. Сзади, насколько хватало глаз, виднелись холмы, неровным абрисом обозначив горизонт вдалеке. Чудесным образом исчезли Мудрые, исчезли и фермер, и кузнец, и молодой лорд. Не было никого – полное одиночество. Странник попытался крикнуть, но из горла не вышло ни одного звука, как он ни старался. Страх начал пробираться в сердце, мозг бунтовал. Мерим сел и, обхватив колени руками, попытался успокоиться.
«Я глух и нем! Но я вижу!»
Природа перед ним перестала казаться застывшей, она жила! Вздохнув, Мерим почувствовал запахи – вместе с воздухом в легкие прошел терпкий аромат тимьяна. Осмотревшись вокруг, он заметил несколько примятых кустиков.
«Я чувствую запахи! – обрадовался он. – Я могу думать!»
Последнее открытие обрадовало его больше всего. Обрадовало и успокоило.
«Что ж, все это непривычно, но не страшно. Это, наверное, вход в Лабиринт. Не совсем понятно, что же есть Лабиринт на самом деле, но это – начало!»
Странник встал и осмотрелся еще раз. Он понял, что надо действовать, куда-то идти, двигаться, но куда? Пологий спуск манил вниз. Не успев сделать и шага, Мерим остановился, развернулся и пошел вверх, рассуждая:
«Зачем мне вниз? Там я ничего не увижу! Поднимусь на холм и осмотрюсь!»
Он шел легко, поднимаясь по склону большими зигзагами, так, что примятая трава образовала за ним серпантин. Ближе к вершине горы подул ветер. Его порывы усиливались с каждым шагом, и странник вынужден был пригнуться. Он склонил голову к груди, чтобы легче двигаться вперед. Наконец, Мерим выбрался наверх. С высоты холма, далеко внизу, он увидел море. Ему показалось, что на берегу, в том месте, где среди скальных выступов образовалась небольшая песчаная бухта, стоит лодка. Появилось сильное желание побежать к ней, сесть и быстро, насколько это возможно, грести, грести до тех пор, пока не останется никаких сил в руках.
«Как я попал в такую переделку? – задавал себе вопрос Мерим. – Король? Я? А как же моя свобода? Ведь тот, кто правит, ее не имеет вовсе! Хочу ли я этого? Нет!» – кричала душа.
И тут странника оглушил внезапный шум – мощный, резкий. Мерим закрыл уши руками, крепко сжав зубы от боли. Ватную плотину прорвало многоголосье мира: ветер, как оркестр без дирижера, собрал все звуки и, смешав их, завыл, оглушая привыкший к тишине мозг. Страннику пришлось повернуться в другую сторону, таким образом, чтобы порывы ветра пролетали мимо ушей, не оглушая. Не опуская рук от головы, он побежал вниз, к скалам, острыми копьями торчащими из тела земли. Укрывшись за большим валуном неподалеку, Мерим сел и осторожно опустил руки. Звуки стали привычней, такими как всегда. В монотонный гул птичьего гомона и пения цикад ворвался шум падающих камней. Опытный путешественник, Мерим догадался, что камни падают от того, что кто-то потревожил их – там, за скалами. Осторожно ступая, он подошел к острым макушкам и, посмотрев вниз, понял, что стоит наверху глубокого узкого каньона. Снова послышался шум падающих камней.
– Есть там кто-нибудь? – тихо спросил путешественник, зная как опасно говорить громко в таких местах. Вибрации голоса, усиленные эхом, могут спровоцировать камнепад.
– Помогите! – раздался голос снизу.
Мерим лег, распластавшись на земле и заглянул вниз, в ущелье. Недалеко от него метрах в трех-четырех, на узенькой каменной полочке стоял фермер, всем телом прижавшись к скале, шаря руками по ее поверхности, стараясь нащупать удобный зацеп. Но камни отрывались, как только он брался за них, и падали, не оставляя человеку никакого шанса на спасение.
– Не шевелитесь! – сказал Мерим. – Я сейчас что-нибудь придумаю, чтобы вас вытащить.
Он отполз подальше от края, встал и, осмотревшись по сторонам, понял, что нет ничего такого, чем он мог бы помочь фермеру. Тогда странник начал раздеваться – он снял почти все вещи, связал их покрепче и с такой веревкой вернулся к пропасти. Устроившись на ее краю так, чтобы не соскользнуть при нагрузке, он бросил один конец веревки вниз.
– Эй! Мариус, – позвал он, – хватайтесь, только не висните, а старайтесь ставить ноги на любые выступы.
В ответ послышалось падение камней, и вдруг веревка резко натянулась, а сам Мерим начал сползать вниз, ощущая голой грудью все шероховатости земли. Он старался зацепиться носками ботинок, упирался локтями, но крепко держал второй конец веревки. Наконец, показалась голова фермера. Его бархатный берет, видимо, упал в пропасть, и непокрытая голова блестела лысиной, обрамленной жидкими прядями волос. Мариус пыхтел и поднимался, перебирая веревку дрожащими руками. В конце концов, он выбрался! Как только его колени коснулись верха скалы, он пополз на четвереньках подальше от края, не обращая внимания на почти голого странника, распластавшегося на земле.
Мерим поднялся, присел; отдышавшись, развязал узлы на одежде. Брюки его порвались, но прочная куртка выдержала нагрузку. Одевшись, странник пошел искать фермера. Тот лежал на спине невдалеке от каньона, на зеленой лужайке.
– Как вы, Мариус? – странник присел неподалеку и, пожевывая стебелек травинки, искоса взглянул на кузнеца.
Мариус, прищурившись, смотрел в небо. Казалось, он не слышал вопроса и не видел ничего вокруг, кроме голубого свода.
– Что ж, не хотите разговаривать, не надо, – Мерим встал. – Я пойду, уже пора и выход найти, что-то затянулась наша игра.
Фермер слишком резво для его возраста вскочил на ноги.
– С чего ты решил, что это игра? Кто позволил тебе спасать меня? Как ты посмел унизить меня? Ты, чужеземец, что ты можешь знать о нас, что согласился стать королем?
Мерим не ожидал такого поворота. Он не сразу нашелся, что ответить. А когда удивление прошло, то слова и вовсе показались бессмысленными. Ведь фермер по-сути ничего и не спрашивал – он обвинял.
– Не знаю, как вы оказались там, – странник показал в сторону каньона, – но я сделал то, что считал нужным. Прощайте!
Он развернулся и пошел вдоль каньона вниз, больше всего желая в этот момент оказаться на берегу моря у той маленькой лодки. Но каньон сворачивал в другую сторону, и прохода через него не было.
Мерим остановился. В другой ситуации он бы восхитился тем видом, который открылся перед ним: гряда красно-коричневых скал уходила вдаль, искривляясь и топорщась острыми пиками, напоминая хвост гигантского дракона. Где-то глубоко, на самом дне ущелья бежала река – шум стремительной воды достигал слуха, пугая и настораживая. Холодом веяло снизу, холодом, пронизывающим сердце.
Странник решил идти в сторону от каньона, надеясь обогнуть холм с другой стороны и выйти туда, куда манил его пологий спуск в самом начале испытания. Мерим повернулся в тот момент, когда Мариус налетел на него сбоку. Он сбил чужестранца с ног и опрокинул бы в ущелье, если бы ударил в спину. Но странник лишь отлетел в сторону, и на его глазах фермер, не сумев задержаться, упал со скал. Крик отчаянья, усиленный эхом, еще долго звучал в каньоне.
3. Каждому по заслугам
Высокая трава, примятая телом, склонилась, прикрывая его. Черточки теней от зеленых стебельков сплелись на лице в решетчатый узор, созданный солнечным светом. Время неумолимо шло вперед, приближая вечер и конец испытания. Мерим глубоко вздохнул – запахи разнотравья прояснили ум. Странник открыл глаза. Присев, он отвернулся от слепящего солнца. Поведение фермера, его смерть никак не укладывались в сознании. Он так и не понял, за что Мариус возненавидел его.
День пошел на убыль.
«Надо торопиться! – подумал Мерим. – Скоро стемнеет, а я даже не знаю, как долог путь!»
Он встал и направился вниз по склону. Сделав несколько шагов, странник почувствовал, как земля под ним зашевелилась, и в следующее мгновение он полетел вниз. Все произошло так неожиданно, что Мерим и испугаться не успел.
В подземной пещере, где он оказался, было темно и тихо. Сверху лился дневной свет. Он освещал место приземления, лишь немного разбавляя темноту. Слышался звук капели. Когда глаза привыкли к полумраку, Мерим разглядел причудливые друзы, свисающие с потолка, словно гроздья винограда. Странник хотел было встать, как острая боль пронзила спину. Он замер, но, совладав с собой, повторил попытку, поворачиваясь сначала на бок, а потом уже садясь. К счастью все кости остались целы, спина ныла, но это не мешало двигаться. О том, чтобы выбраться наверх не могло быть и речи – потолок нависал куполом на высоте пяти-шести метров, и Мерим решил поискать другой выход. Он прошел вдоль стен пещеры, ощупывая ее, и нашел несколько узких лазов, ведущих вглубь, в темноту, в неизвестность. Отчаявшись, странник сел у последнего лаза и закрыл глаза. Снова вспомнилось море: тихий шелест волн, одинокая лодка на берегу, свежий, соленый ветер. Защемило сердце – свобода!
«Нет! Я не могу остаться здесь, я должен найти выход к своей свободе, во что бы то ни стало!» – подумал он и попытался сосредоточиться.
Звук капели стал ритмичней, он более отчетливо пробивался с противоположной стороны. Мрак перед глазами сначала казался беспросветным, но потом появились цветные блики. Они плавали в омуте сознания, то сливаясь вместе в радужное облако, то рассыпаясь на мелкие шары, похожие на мыльные пузыри, переливающиеся на солнце. Странник встал и, открыв глаза, пошел туда, где слышнее всего была капель – к противоположному краю подземного зала. Нащупав округлый вход бокового ответвления пещеры, он решительно полез в него. Узкий лаз сжал его тело со всех сторон. Мерим упирался локтями и коленями, какими-то немыслимыми движениями заставляя себя двигаться вперед. И вот вытянутая рука повисла в воздухе – лаз закончился. Но что дальше? Мерим не знал, и сердце сильней заколотилось в груди. Справившись с участившимся дыханием, он выполз из узкого хода до груди, ощупывая руками все пространство вокруг. Предательский страх мурашками пополз по спине оттого, что руки шарили в пустоте, не находя пола или стены. Мерим наполовину висел над пропастью. Вернуться назад он не мог, без опоры для рук протиснуться обратно внутрь лаза нечего и думать! От отчаяния он зарычал. Звук его голоса эхом отозвался в пустоте, подтверждая предположение странника о пространстве куда более широком, чем тот зал, в который он свалился. К эху его голоса присоединился другой. Он шел снизу. Кто-то, находящийся прямо под лазом, взволнованно спрашивал:
– Кто тут? Кто тут есть?
– Я – Мерим, путешественник, а кто вы? – слух висящего над бездной напрягся до предела.
– Кузнец Брегис!
Странник вспомнил лицо пожилого мужчины, довольно ухмыляющегося в бороду там, в городе, когда он вышел к Мудрым. Сейчас его голос не был столь уверенным, но Мерим обрадовался ему, как самому близкому человеку.
– Помогите мне спуститься! Я ничего не вижу!
Брегис поднял руки и, шаря в темноте, соприкоснулся с руками чужестранца.
– Давай, сынок, вылазь, здесь не так уж и высоко, – подбодрил он. – Смелей!
Мерим выполз, и упал бы вниз, но кузнец успел перехватить его под грудь, тогда как странник обнял его за плечи. Оба, не удержав равновесия, повалились на бок.
– Ничего, ничего, садись сюда, поближе к стене.
Снова – тишина, пустота, темень. И теплое плечо человека рядом. Страх прошел, Мерим вновь обрел способность мыслить.
– Брегис, как вы здесь оказались?
Кузнец похлопал его по ноге:
– Наверное, так же как и ты – свалился сверху, когда шел по холму.
– И что вы думаете делать дальше?
– Я жду! Со мной здесь был лорд Велес. Он ушел, велел ждать.
Мерим удивился:
– Вот как! А вы уверены, что он вернется? И куда он ушел? Может и нам стоит пойти туда же?
– Нет, сынок, мы будем ждать! – твердо сказал кузнец. – Лорд – благородный человек. Он найдет выход и вернется.
Мерим не мог усидеть на месте. Он вскочил и поддался вперед, но кузнец ухватил его за руку и с силой вернул назад.
– Там пропасть, бездонная! – Брегис нащупал камень и бросил его вперед – камень ударился о невидимую стену и потом, сколько Мерим не прислушивался, никаких звуков больше не услышал. Но почувствовал холодный порыв ветра из глубины, от которого кровь стыла в жилах.
– Двигаться можно только вдоль стены, и очень осторожно, – сказал Брегис. – Лучше бы ты успокоился и сидел на месте как я. Ждать всегда трудно, сынок, но иногда это – единственное, что нужно делать.
– Спасибо, отец, я буду ждать!
4. Чувства или здравый смысл?
Время под землей имеет свойство растягиваться. Там невозможно определить, что сейчас – день или ночь. Нет привычных звуков, запахов, нет ни света, ни сумрака, а только полный мрак. Внутренний мир людей, казалось, тоже застыл, замер. И только слух вылавливал в пещере самые незначительные шорохи, из которых воображение человека рисовало пугающие образы, заставляя сердце замирать от страха.
Мужчины потихоньку беседовали, рассказывая друг другу о своей жизни, таким образом коротая время, но ни на мгновение не ослабляя внимания. И вот, послышался шум пробирающегося между камнями человека.
– Велес? Лорд Велес? – с надеждой спросил кузнец.
– Это я, Брегис, я нашел выход, – часто дыша, ответил лорд.
И сразу темнота перестала пугать, появилась уверенность, желание немедленно действовать.
Велес позвал:
– Идите вдоль стены на мой голос, осторожно, не спешите, Брегис. Поможете мне слезть, а то здесь, знаете ли, не развернуться.
– Иду, иду! – повеселев, отозвался кузнец. – А я тут не один! Лабиринт привел к нам и чужестранца! – сообщил он, наощупь двигаясь вдоль стены.
– Приветствую вас, лорд! – отозвался Мерим.
– Что ж, очень хорошо, втроем нам легче будет выбраться! – ответил Велес.
Преодолев узкий лаз, мужчины один за другим пробрались в небольшой зал, с потолка которого, как лианы, свисали корни деревьев. Слабый свет лился сверху из бокового проема в стене, словно зарешеченного корнями или ветками растений. Мерим улыбнулся.
– Здесь метра четыре, встав друг другу на плечи и цепляясь за корни, мы сможем вылезти.
Кузнец подошел под самое окошко и, осмотревшись вокруг, встал, широко расставив ноги и уперев руки в бока. Стены пещеры изгибались, создавая вогнутый свод потолка, лезть по ним или даже упираться в них ногами не представлялось возможным.
– Давайте, парни, по очереди лезьте на меня, вы легкие, потом вдвоем меня вытащите.
Не заставляя себя долго ждать, Велес взобрался кузнецу на плечи, ловко, как обезьяна, подтянулся на корнях, немного качнувшись, ухватился за край окошка. Рука сорвалась, вниз осыпалась земля. Велес снова качнулся и на этот раз ухватился за прочные ветки. Крепко держась руками, он, в конце концов, выбрался наружу.
Мерим и Брегис наблюдали за ним снизу, прикрывая руками глаза от осыпающейся земли.
Лорд не сразу вернулся. Снаружи слышался шум падающих камней, какая-то возня. Наконец, в проеме показалось его лицо.
– Мерим, давай! – крикнул Велес.
Кузнец помог страннику взобраться наверх, и присел в сторонке, ожидая свой черед.
Как только Мерим высунулся наружу, яркий свет ослепил его.
– Не спеши, чужестранец, не спеши, – предостерег Велес.
Он стоял на узком выступе, прижавшись всем телом к скале, одной рукой придерживаясь за изогнутый ствол дерева, нависающего над выходом.
Когда Мерим привык к свету, глазам его открылась великолепная панорама. Впереди до самого горизонта блестела гладь моря, усиливая свет солнца, отражаемый с его поверхности. Скала, на середине которой они с Велесом и находились, круто уходила к морю. О том, чтобы спуститься, нечего было и думать. Каменная стена – ровная, почти без уступов – не оставляла никакой надежды.
Мерим посмотрел вверх. Прямо над ним нависал скальный карниз. Со стороны, где стоял Велес, росло дерево, закрывающее обзор. С другой стороны виднелись кустики трав, украшающие прикрытые землей покатые полки.
– Да, чужестранец, нам один путь – наверх, – показывая пальцем, подтвердил лорд.
– Я вижу только дерево, за которое ты держишься, оно закрывает обзор, но, думаю, нам туда.
Велес подтвердил предположение, согласно кивнув головой.
– Ты попробуй пока вытащить кузнеца, а я пролезу чуть выше, посмотрю, что за карнизом.
Он ловко забрался на тонкий ствол и, пошарив сверху, нащупал два острых выступа. Закрепившись одной рукой, придерживаясь за надежные ветки другой, парень, поднял ногу, подыскивая опору на стене. Когда нога легла на небольшую выемку, он подтянулся и резко выпрямился, закидывая руку выше. В конце концов, ему удалось забраться на карниз.
Мерим, тем временем, разговаривал с кузнецом.
– Брегис, осмотритесь хорошенько, надо найти самый длинный корень, который вы сможете достать. Придется немного подтянуться. Давайте, у вас сильные руки!
Кузнец отодрал от стены извилистый отросток, нагрузил его, проверяя на прочность, но корень оторвался еще больше, так, что его верхний конец оказался на другой стене, далеко от выхода. Странник наполовину завис над проемом, пытаясь найти корень под руками. Он отдирал какие-то от купола пещеры, но они оказывались очень короткими, для того, чтобы кузнец мог дотянуться до них.