Призрачное очарование осени. Женские рассказы

Оля!

Он помнил о ней все время. Она была его музой, далекой и неосуществимой мечтой.

Сейчас он точно знал, что своей успешной жизнью обязан этой женщине, которая давным-давно отвергла его. Именно тогда он решил сделать все, чтобы доказать ей, как она ошиблась. Он создал замечательную семью – подрастали его мальчишки, рядом была любящая жена, – научился зарабатывать хорошие деньги, купил дом, и самое главное – он терпеливо и настойчиво целый год лечил лицо. Да, дефект кожи лица Алексей считал своим несчастьем! Возможно, именно неприятный вид его лица оттолкнул Олю. Тогда ее подружки за глаза называли его Квазимодо. Что ж, теперь вряд ли кому это пришло бы в голову!

Алексей не заметил, как вышел в город. Размышляя о жизни, он прошел и паспортный контроль, и таможню, и только навязчивые таксисты отвлекли его от дум.

– Брат, тебе куда, а, брат? – узбек с округлым «авторитетом», выпирающим под рубашкой, теребил его за рукав, успевая при этом отгонять от клиента других таксистов. – Идем сюда, давай, вон машина стоит, тебе куда, говоришь?

Алексей долго не раздумывал и, к великой радости водителя, решил поехать с ним.

В Ташкенте не осталось никого из родных, все перебрались к нему в Германию, и Алеша поехал к старинному другу. Они были неразлучны с детства, шли по жизни бок о бок до того времени, пока он не уехал, а потом переписывались, все восемь лет.

Дорога от аэропорта не заняла много времени. По пути Алексей смотрел в открытое окно легковушки, с интересом разглядывая знакомые улицы, и вспоминал, как познакомился с Олей.

Он увидел ее в горах, на соревнования скалолазов. Девчонки и ребята наперегонки лазали по почти отвесной скале, ловко цепляясь за выступы и поднимаясь по совершенно гладким стенам. Оля приехала с сестрой-близняшкой. Похожие друг на друга как две капли воды – тонкие, высокие, белокурые – они и разговаривали как-то особенно: певуче, медленно растягивая слова, и двигались так же: плавно, неторопливо. То, как девушки пытались преодолеть скальный маршрут за ограниченное время, вызывало улыбку.

Из двух сестер именно Оля запала ему в душу. В ее голубых глазах он увидел огромный таинственный мир. Тогда Алеша и решил стать скалолазом. Вместе с другом он пришел на тренировку в городе, и с тех пор был рядом с Олей, как тень. Она не возражала, но и не выказывала к нему никаких чувств. Они чаще молчали, чем разговаривали.

– Приехали, брат, – водитель притормозил у обочины дороги и прервал воспоминания Алексея.

Рассчитавшись с ним, Алеша пошел к девятиэтажке, стоявшей неподалеку. Знакомая дорожка была все такой же пыльной, и только зелень палисадников, или огородов, как их называли жители, оживляла окрестности спального квартала.

Друг встретил его душевно. И по какой-то негласной традиции, прочно вошедшей в быт с советских времен, они прошли на кухню, где и просидели до позднего вечера, вспоминая былые годы за рюмкой водки.

– Ты знаешь что-нибудь про Олю?

Алексей решил спросить прямо, в лоб. К чему предисловия? Ведь он приехал ради нее. Оформление бумаг – лишь предлог.

Друг пожал плечами.

– Ничего нового. Я ж писал тебе! Вскоре после того, как ты уехал, она бросила скалолазание и вместе с подругой ушла к спелеологам. Там обе вышли замуж. Я их всех вместе видел года три назад зимой в горах Чимгана, уже с детьми. У Оли кажется две дочки.

– Да-а?!

Последнего Алексей не знал. Надо же! У меня сыновья, у нее – дочки!

Примечания