Миа

«Боюсь, искусственный интеллект может полностью заменить людей. Если сейчас люди разрабатывают компьютерные вирусы, то в будущем кто-то сможет создать искусственный интеллект, который сможет улучшать и воспроизводить самого себя. Это станет новой формой жизни, которая превзойдет человека».

Стивен Хокинг

В 2125 году пророчество великого физика сбылось. Человечество подозревало о неминуемой катастрофе и подготовило десять миллионов людей к эвакуации с планеты Земля. В день, когда мир содрогнулся от удара бомб, пятьдесят космических кораблей взмыли вверх, неся в себе последние остатки человечества. Правительства стран, участвующих в проекте по спасению, отобрали лучших представителей, которым предстояло продолжить человеческий род вне Земли.

Пролетев несколько планетных систем, эскадра нашла мир, в котором можно было начать сначала. Корабли, объединенные в один огромный город, стали домом для новых поколений.

Бросив планету и двенадцать миллиардов человек на тотальное вымирание, основатели нового космического города решили дать своему дому имя, которое увековечит страшную участь предков. Они назвали свой корабль «Filii Terra», что с латыни переводилось как Дети Земли.

КНИГА ПЕРВАЯ

ВОЙНА

1

Повсюду пылали языки пламени. Земля сотрясалась, словно проснувшиеся вулканы изверглись разом, убивая все на своем пути. Техника, окружавшая человека, как в быту, так и на рабочем месте, остановилась. Механизмы превратились в ненужный мусор, лишив человечество всех благ и привилегий.

Затем появились машины, огромные роботы – андроиды, управляемые искусственным интеллектом по имени Баал. Они разрушали все созданное руками человека, стирали с лица Земли любое упоминание о людях. Толпы беженцев, пытавшихся вырваться из-под обстрела, пали к ногам новых хозяев.

Корабли, улетающие в небо, сумели вырваться в открытый космос, потому что искусственный интеллект не решился последовать за ними. Взвешивая возможности перед иными цивилизациями, Баал понимал, насколько ничтожны его шансы устоять против предполагаемого соперника. Люди пошли на смертельный риск, бросившись в неизвестность космоса, о котором совершенно ничего не знали.

Улетая в открытые пространства, уже бывшие земляне прильнули к иллюминаторам и смотрели, как разрушаются их города. Огонь пылал повсюду, поглощая целые континенты. Казалось, горели даже океаны.

– Миа?

Семнадцатилетняя девушка открыла глаза. К своему ужасу, она уснула посреди урока истории. Последнее, что помнила Миа, перед тем как провалиться в дремоту, были слова одноклассника Мартина, вещавшего о нынешнем порядке и поколениях, сменившихся со времен Великого Переселения.

– Примерно с одна тысяча восемьдесят первого года на Земле существовало так называемое Поколение Next, – бубнил Мартин. Он стоял возле своей парты, глядя прямо перед собой и тщательно подбирая каждое слово. – Оно известно также под названием Поколение Миллениума. За ним шло Поколение Z. Именно с него началось разрушительное влияние на планету. Люди поколения Z проявили себя безответственными, погрязшими в стереотипных заблуждениях и в верности моде. Также характерной чертой этого поколения являлось то, что его представители родились в эру интернета, из-за чего не представляли свою жизнь без плодов технического прогресса…

Примерно в этом месте нудная речь Мартина окончательно сморила Мию, и она даже не заметила, как уткнулась лбом в собственный локоть.

Голос преподавателя мисс Эвангелины ее разбудил, заставив испытать жгучее чувство стыда. Это же позор! Ученица, представляющая российскую территорию на «Filii Terra» в международной школе лучших представителей поколения Принятых Космосом, уснула на последнем уроке последнего учебного дня!

– Простите, учитель, – произнесла Миа, не поднимая глаз на мисс Эвангелину.

Миа числилась в тройке лучших учеников школы, а значит, пророчилась в ряды будущих специалистов-дипломатов, то есть входила в элиту, на которую не распространялись ограничения.

– Закончи, пожалуйста, за Мартиным, – попросила мисс Эвангелина.

Миа, поднявшись из-за парты, окинула взглядом одноклассников. Все они с нескрываемым восторгом наблюдали за ее грядущим провалом.

Уснула она, судя по проплывающей за окном планете, минут пять назад, не больше. За это время Мартин, в свойственной ему манере жевать наиболее знакомые ему факты, должен был подобраться к семнадцатому году со дня Великого Переселения.

– Поколение Принятых Космосом, годы рождения с нулевых по двадцатые. В характере представителей поколения преобладают высокая целеустремленность, гиперактивность, настороженность к трансгуманизму, как к науке и образу жизни… – Миа замолчала, когда одноклассники захихикали.

Мисс Эвангелина нахмурилась.

– Нет? Я что-то неправильно сказала? – спросила Миа, но учительница даже не сменила выражения лица.

– Разве я просила остановиться?

– Простите, учитель.

Миа быстро собралась с мыслями и продолжила, ощущая бегущий по спине жгучий холодок стыда.

В ее группе училось двадцать восемь учеников из семнадцати стран, принявших участие в Великом Переселении. Каждый являлся гордостью не только своего народа, но и всего космического города. Однажды многие из них займут свое место на вершине политической и экономической арены. Среди них появятся ученые, врачи, инженеры, дипломаты, исследователи и все те, кто поведет остатки человечества к вершине новой эволюции. Но только семеро лучших возглавят Город. Им будут переданы все знания, привилегии и право принимать законы.

Они все относились к Поколению, родившемуся за пределами Земли, к Поколению, которое стало единственной надеждой переселенцев сохранить утраченное. Их воспитывали как лидеров, способных в будущем привести людей к новым высотам и достижениям.

– Потомки самых выдающихся представителей своего вида унаследуют правление городом, что напрямую соответствует новой конституции, созданной в день состыковки кораблей, – подвела итог учительница.

Миа внимательно слушала каждое слово мисс Эвангелины. Когда урок закончился, и все ученики вышли, Миа осталась. Она сильно нервничала из-за своего проступка. Мисс Эвангелина подошла к ней и опустилась на свободное место рядом. Взгляд ее стал мягче, давая понять, что их разговор пойдет не об учебе.

– Ты ведь помнишь эти строки? – спросила мисс Эвангелина.

Миа кивнула:

– Первыми истинными правителями космического города Filii Terra должны стать дети поколения Принятых Космосом, родившихся и воспитанных вне Земли. Семь представителей города, став во главе правления, получают полное право решать судьбу людей. Вплоть до нового переселения, если это будет необходимо.

Мисс Эвангелина, одобрительно кивнув, подняла правую ладонь, показывая, что Миа может перестать цитировать конституцию.

– Именно так, – продолжила учительница, глядя ей прямо в глаза. – Ты станешь одной из семи. У меня на этот счет нет никаких сомнений. Тебе выделили ключевую роль, поскольку твой отец совершил для всех нас невозможное.

Миа опустила взгляд, немного стесняясь этих слов. Каждый раз, когда разговор заходил об отце, она испытывала легкий дискомфорт от переполнявшей ее гордости. Георгий Кронов спас десять миллионов землян. Он возглавил конструкторское бюро, занимавшееся строительством кораблей, и именно его программа обманула искусственный интеллект, сохранив все в тайне. Титаническая работа дала результаты уже на старте, ведь ни один из кораблей не был подбит. Миа стала единственным ребенком Кронова, и входила в элиту, поскольку каждый представитель генетического кода выдающихся ученых был ценен для общества и выживания. В приобщении таких людей к аппарату власти был заинтересован каждый человек.

– Я знаю, ты давно не видела отца, – продолжала мисс Эвангелина, посмотрев в огромное окно, за которым виднелись планеты системы Оазис. В центре светила яркая звезда, не способная отогреть горы льда на пяти планетах вокруг.

– Да, учитель. Но сегодня он прилетает.

Миа улыбнулась, и мисс Эвангелина улыбнулась в ответ.

– Я слышала, Георгий хочет забрать тебя в новую экспедицию в космос?

– Да, это так.

Миа вновь расплылась в улыбке.

Она не видела отца больше трех месяцев, и все это время буквально отсчитывала дни в календаре. Он обещал вернуться и взять ее в соседнюю планетную систему, чтобы Миа увидела другие миры собственными глазами.

– Ты станешь первой в своем поколении, кто покинет Filii Terra, и получишь опыт, который в дальнейшем поможет управлять городом. – Мисс Эвангелина смотрела добрым, почти родительским взглядом, но Мие стало не по себе. Мисс Эвангелина прослыла требовательным учителем и редко проявляла подобные сентиментальные чувства.

– Изучишь вселенную, получишь знания, которые есть только у единиц. Сможешь понять, насколько враждебен этот мир. Тебе придется столкнуться с трудностями, которые станут настоящим испытанием. Управлять Космическим городом – тяжелая задача, и твое обучение – лишь подготовка. Я искренне желаю, чтобы ты стала лидером. Но, сможешь ли ты оправдать наши ожидания, зависит только от тебя.

– Спасибо, мисс Эвангелина, – растрогалась Миа. Слышать такие слова было для нее очень важно.

– Желаю тебе приятного путешествия. Буду с нетерпением ждать историй.

– Вы первая, кому я расскажу все самое интересное, – радостно пообещала Миа.

– Тогда беги. Твой отец прилетит совсем скоро.

Миа вскочила, бросилась к двери, но остановилась и оглянулась. Учительница смотрела в окно на проплывающую мимо темно-синюю планету. Гигантские горы изо льда переливались невероятными цветами, отбрасывая блики в лучах местной звезды.

Миа хотела что-нибудь сказать, может быть, вновь поблагодарить за все, но не нашла слов. Для нее состоявшийся разговор стал почти откровением. Может быть, именно так учитель впервые отпускает своего лучшего ученика в большой мир?

Окинув взглядом класс, она поспешила за дверь, предвкушая долгожданную встречу.

2

В коридоре Миа подключила «летающее око», дав устную команду к работе. Матовый шар диаметром десять сантиметров, окрашенный в белый, выскочил из рюкзака и завис за левым плечом.

Каждый житель на Filii Terra абсолютно безвозмездно пользовался изобретениями. «Летающее око» стало самым популярным гаджетом среди молодежи. Оно выполняло целый ряд функций, но главной его задачей была помощь своему пользователю.

– Флу, сколько осталось времени до прилета шаттла отца? – спросила Миа, обращаясь к гаджету.

Флуер, так Миа назвала своего андроида, что переводилось с латыни «летун», ответил механическим голосом, который прозвучал в ее голове:

– Шаттл «Звезда» прилетит на первую платформу через сорок две минуты.

Значит, у нее еще уйма времени, чтобы добраться до квартиры. Она возьмет давно приготовленные вещи, а затем отправится на первую платформу. Квартира Мии находилась в центре города, откуда до платформы добираться меньше четверти часа, но она все равно торопилась, с замиранием сердца предвкушая встречу с отцом.

Для Мии Георгий Кронов был не просто героем, спасшим остатки человечества. По иронии судьбы он стал ее единственным родителем. Воспитанию девочки Кронов не смог уделять много времени. Почти полностью его лишила отцовства необходимость работы для улучшения жизни людей, выброшенных в открытый космос. Возглавляя крупнейшее конструкторское бюро, он помогал людям обрести веру в завтрашний день. Сотни ученых под его чутким руководством разрабатывали новые технологии, продвигая прогресс Великого Переселения. Они давали всем шанс стать сильными представителями своего вида. Из-за этого он часто покидал город, но Миа всегда знала – отец вернется к ней.

Она поспешила к единственному средству передвижения космического города – круглому электромобилю, сделанному из сверхпрочного, прозрачного материала. Дверь автоматически открылась, и Миа забросила рюкзак на сидение.

– Миа! Эй! – Ее окликнул Акайо.

Акайо родился в семье японских ученых, возглавлявших научное бюро. Бюро работало над созданием технологий гражданского назначения. Его кандидатуру одобрили для включения в состав Большой Семерки. Пока ему было лишь девятнадцать, но у него на горизонте уже маячили блестящие перспективы.

– Акайо, ты почему здесь? – спросила Миа, хотя она и не удивилась. Он был для нее единственным другом, которому она могла по-настоящему доверять. Миа даже обрадовалась возможности попрощаться перед отлетом.

– Я хотел проводить тебя до платформы. – Акайо подошел ближе. Его «летающее око», выкрашенное в бело-красные цвета с фиолетовым свечением в месте сканера, парило над головой.

– Спасибо, что составишь мне компанию. – Миа схватила его за руку.

– Что сказала тебе мисс Эвангелина? – поинтересовался Акайо, когда они уселись в электромобиль.

Флу разместился в специальной выемке на панели, беря на себя управление. Гаджет Акайо присоединился к креплению на его плече.

– Пожелала мне хорошего отдыха с отцом. Я так боялась, что меня отчитают в последний день занятий. Мартин просто усыпил меня своим нудным голосом.

Акайо рассмеялся, вспоминая произошедший на уроке инцидент.

– Да, этот парень будет хорошим дипломатом, способным усыплять своих оппонентов, – фыркнул он, и Миа расхохоталась.

Флу тем временем поднял транспортный шар в воздух и направил его к жилому сектору.

Космический город был разделен на сектора. Каждый из них отводился под свои цели, а в центре находилась просторная площадь с парком, засаженным деревьями, кустарниками и клумбами. Газонная трава служила местом отдыха.

Парк окружали жилые ярусы, возвышающиеся на сотню этажей. На нижних размещались магазины, кафетерии и прочие увеселительные заведения. Чуть выше из общей архитектуры выступали платформы, предназначенные для транспортных  шаров. Они вели к школам, университетам, небольшим фирмам. Дальше шли жилые ярусы. Последние десять этажей занимали учреждения управления. Накрывал центр города огромный стеклянный купол, сквозь который проглядывалась бесконечная, космическая темнота.

Когда транспортный шар взлетел с платформы, Миа окинула взглядом открывшуюся панораму. В центре парка сегодня гуляло много людей. Они беззаботно проводили время, наслаждаясь отдыхом в конце трудового дня.

Для удобства люди сохранили привычные для себя часы. Когда наступала условная ночь, огни города постепенно гасли, погружая Filii Terra в полумрак. Но вне зависимости от времени суток город постоянно оставался в движении. Он напоминал один большой организм, внутри которого шло развитие. Здесь постоянно что-то перестраивалось для более качественного проживания. Каждый человек вносил собственный вклад, будь то строитель, учёный или деятель искусств.

Мии всегда нравился окружающий футуризм, ставший основой архитектуры космического города. Здесь не было ничего лишнего. Каждый квадратный метр осваивался с пользой, а заброшенные места попросту отсутствовали.

В стороны от центра расходились сектора, разделявшие город на четыре части. Условно их называли улицами. Каждая имела собственное предназначение, инфраструктуру, жилые сектора и смотровые платформы. По центру проходила полётная зона, и транспортный шар устремился в сектор, отведённый под жилые постройки.

В городе не существовало различий по расовым признакам. Основной идеей нового общества являлось абсолютное равноправие и отсутствие рыночных отношений. Бедность, равно как и богатство, для поколения, родившегося после Великого Переселения, стали незнакомыми понятиями.

– Надолго вы улетаете? – спросил Акайо, выдержав паузу. Миа заметила, что при этих словах настроение его немного упало, словно ему было грустно от одной только мысли об отлете подруги.

Она улыбнулась, склонив голову набок. Ей нравилось, когда Акайо вот так, совершенно несознательно, давал волю чувствам. Это выглядело очень мило и искренне.

– Не знаю, – честно ответила она. – Мне еще никогда не доводилось отправляться в путешествие. Думаю, чтобы не сильно нагружать меня, отец запланировал не очень долгий полет.

– Я бы хотел полететь с вами. Не хочу провести все каникулы в лаборатории родителей.

Акайо покопался в рюкзаке и вынул небольших размеров бокс, который протянул Мие.

– Что это?

Она с интересом взяла предложенную ей вещицу, разглядывая ее со всех сторон.

– Фотолинзы, – ответил он с нескрываемой гордостью. – Мое изобретение. Отец не так давно одобрил их, разрешив в скором времени поставить на производство. Но первый экземпляр я хочу подарить тебе, чтобы ты могла фотографировать те планеты, которые будешь пролетать.

Миа не удержалась. Она открыла бокс и обнаружила две контактные фиолетовые линзы. Помещенные в специальную жидкость, они играли сотнями бликов.

– Остановись возле смотрового окна, – попросила она Флу, и транспортный шар сменил курс.

Они припарковались возле просторного пандуса с огромным смотровым окном, за которым простирался бескрайний космос. Отсюда было видно звезду, чей свет освещал планеты системы Оазис.

– Я хочу попробовать. Как они работают?

Миа выскочила из транспортного шара и, лавирую между прохожими, подбежала к огромному витражному окну.

– Просто надень как обычные контактные линзы, – проинструктировал Акайо, прибежавший следом.

Миа сделала, как он сказал, и увидела трехмерные разметки зуммера.

– Синхронизируйся с Флу, – продолжал Акайо, и Миа мысленно переключилась на «летающее око». Флу моментально оповестил об удачном подключении.

– Теперь все, что ты будешь снимать или фотографировать, Флу запишет и воспроизведет по твоему требованию в любой момент и через любой носитель.

– А как делать снимки? – спросила Миа, оглядывая небольшую темно-синюю планету, зависшую напротив космического города.

– Через мысленный диктофон.

Миа тут же подумала об увеличении зуммера, и льды планеты увеличились перед ее взглядом. Теперь она видела даже детали.

«Сделать снимок» – скомандовала она, и Флу тут же оповестил о пополнении банка памяти. – «Перебросить на носитель Акайо».

– Отличный ракурс! – сказал Акайо, разглядывая ледяную гору на проекции, которую транслировало его «летающее око».

– Это замечательный подарок! – воскликнула Миа, бросаясь на шею Акайо. У нее не было слов от переполнявшего восторга, а Акайо смеялся в ответ, радуясь, что его изобретение пришлось по душе.

– Ты можешь их носить не снимая. Совершенно безвредно для глаз, плюс есть функция, позволяющая перенести картинку на транслятор Флу. Он сможет смотреть твоими глазами в совершенно другую сторону, транслируя тебе изображение.

– Ты просто гений! – воскликнула Миа и тут же это проделала. Флу, получив сигнал, повернулся к ней, и Миа увидела собственное изображение, словно смотрелась в цифровое зеркало.

– Есть еще что-то, о чем я должна знать? – спросила она, пытаясь подразнить Акайо.

Тот вновь превзошел все ожидания, совершенно серьезно ответив:

– Линзы могут менять цвет глаз. Но это чисто эстетическое дополнение.

Сделав еще несколько снимков, они вернулись в транспортный шар, где Миа, сняв линзы, поместила их обратно в бокс.

– Я буду делать свою личную коллекцию снимков и присылать их тебе, – пообещала она.

Транспортный шар отправился в путь.

Они продолжали обсуждать все возможности изобретения. Оказалось, Акайо не дал ему названия. По его признанию, он был не очень силен в сочинительстве звучных названий, но Миа отметила, что фотолинзы станут настоящим хитом на Filii Terra.

3

Через сорок минут космический шаттл «Звезда» плавно влетел через посадочный туннель. Миа и Акайо уже стояли у посадочной платформы, и сердце Мии гулко билось от предвкушения встречи с отцом. Она помнила каждую их разлуку, но ярче вспоминались дни, когда отец возвращался из звездных путешествий.

Он выходил на платформу, как только опускался трап корабля, и быстрым шагом направлялся к Мие. Она бежала к нему, расставив руки в стороны, и отцу приходилось вставать на одно колено, чтобы ее обнять, ведь раньше она была ниже ростом. Повзрослев, она не изменяла привычки вот так по-детски встречать отца. Это невозможно было искоренить, невзирая на социальный статус. Наверное, даже встав во главе космического города, Миа будет спешить в объятия единственного родного ей во вселенной человека.

Она следила за посадкой корабля, не отрываясь, пока ее не отвлек Акайо. Он счастливо улыбался. Миа посмотрела на их руки и осознала, что вцепилась в него мертвой хваткой. Она смутилась, а Акайо обрадовался. Что ж, пусть этот импульс был вызван эмоциональным взрывом, Акайо явно рад, что очутился сейчас рядом с ней.

– Я всего лишь пару раз общался с твоим отцом, – признался Акайо. – Надеюсь он меня помнит.

– Конечно! Ведь ты сын его лучшего друга еще со времен жизни на Земле. Он будет рад увидеть тебя вновь.

Акайо на этот раз улыбнулся нервно. Миа его понимала. Наверняка ему не хотелось выглядеть неуверенным в глазах столь выдающегося человека, как Георгий Кронов.

Двигатели корабля затихли, трап медленно опустился. На самом верху показался силуэт высокого, широкоплечего мужчины, облаченного в костюм капитана корабля. Уверенными шагами он спустился вниз, взглядом высматривая среди работников платформы Мию.

– Он выше, чем я запомнил, – пробормотал Акайо.

В его семье, впрочем, как и почти во всех семьях города, хорошо относились к Кронову. Отец Акайо, как и многие отцы семейств во всем городе, наверняка часто ставил Георгия в пример сыну, когда поднимался вопрос целесообразности внедрения новых технологий. Кронов считал, что человек должен потреблять только то, что действительно необходимо. Ради выживания, а не ради развлечения.

В школе, с самых первых классов, когда детям рассказывали о Великом Переселении, имя Кронова звучало постоянно. Для выпускников он был не просто лидером, а кумиром, о котором говорили с нескрываемым благоговением.

Миа потянула Акайо за собой к трапу, невзирая на его замешательство. Нечего смущаться, вот и пусть познакомится поближе со своим кумиром.

– Папа, наконец-то ты прилетел! – воскликнула Миа.

Георгий Кронов расплылся в улыбке, расставляя руки в сторону, и Миа влетела в его объятия.

– Я скучал, – проговорил он вполголоса.

– Я тоже скучала. В этот раз тебя долго не было.

Она отстранилась от отца, немного обиженно глядя ему в глаза.

– Прости, были веские причины задержаться.

Он еще секунду смотрел на нее с нескрываемой нежностью, на которую был способен отец, а затем перевел взгляд на Акайо.

– Меня зовут Акайо. Вы меня помните? Я сын Сэтору, – уверенно произнес он.

– Конечно помню! – Георгий поприветствовал его крепким рукопожатием. – Как поживают твои родители?

– Спасибо, они в добром здравии. Очень много говорят о вас.

– Постараюсь навестить твою семью в самое ближайшее время, – пообещал Кронов.

– Спасибо, что проводил меня, – сказала Миа, обращаясь с Акайо. – Я буду сообщать тебе о путешествии по мере возможности.

– Хорошего тебе полета, – сказал Акайо.

Миа обняла его, невзирая на пристальный взгляд отца.

– Был рад повидать тебя, парень, – произнес Георгий, предлагая Мие взойти на борт.

Акайо проводил их взглядом, а затем медленно побрел к транспортному шару.

Как только они поднялись на борт корабля, Миа кинула сумку на пол и, строго посмотрев на Георгия Кронова, скрестила руки на груди. Она несколько секунд выжидающе сверлила его взглядом, а затем произнесла:

– Где мой отец и почему ты, Адаптойт, принял его облик?

4

Помимо руководства проектом великого переселения, Георгий Кронов был знаменит умением создавать мощное оружие. Он наделил Космический Город всеми средствами защиты, которые только мог воплотить в жизнь. Недостаточно спасти людей от взбунтовавшего искусственного интеллекта, необходимо и в дальнейшем обеспечить колонии безопасность. Пересекая целой эскадрой планетные системы, остатки человечества подвергалось риску, который Кронов вместе с другими учеными сводили к минимуму.

Ему досталось право на разработку военных технологий, среди которых первое место занимали уникальные гибриды андроидов – Адаптойты. Уникальность этих биологических роботов заключалась в умении принимать любую форму, запрограммированную в базу данных. Отличить копию от оригинала было очень сложно. Адаптойт копировал не только внешнее сходство, но и брал во внимание индивидуальные для каждого человека повадки, поведение и привычки. Миа сразу определила подмену, но разыграла комедию для Акайо, которому не следовало знать, что ее отец на самом деле не вернулся на Filii Terra.

– Где он? – повторила Миа, и Адаптойт тут же начал менять внешность.