Амба. Хранитель Тайги

Глава 13. ПОДВИГ УССУРИ

В одно мгновение листья Дерева Жизни пожелтели, скрутились в узкие трубочки и засохли. Как будто кто-то нажал на выключатель, и в дубе погасла жизнь.

Амба увидел, как тигрица выпрыгнула из кроны дерева и мягко приземлилась рядом с чудовищем. Чудовище грызло ствол дуба и рычало. Но Хранительница даже не взглянула на него и прошла мимо с гордо поднятой головой. Она держала что-то в зубах. Тигрица несла это так осторожно, что Амба подумал, что это было что-то самое драгоценное в мире.

Уссури подошла к тигренку, наклонилась и осторожно разжала зубы. Тигрица положила на землю обычную, ничем не примечательную старую корягу. Амба удивленно посмотрел на нее. Сотни, а может и тысячи таких коряг он сгрыз, когда у него резались зубки.

– Спаси Лею, Амба! Теперь ты – Хранитель Тайги! – сказала Уссури.

Амба еще раз взглянул на корягу и теперь заметил среди копны тонких торчащих во все стороны веточек маленькую девичью головку. Она озорно смотрела на него своими большими изумрудными глазами, а ее крошечные пухлые губки изогнулись в кокетливой улыбке.

– Дух Леса – это ты? – спросил Амба.

Тигренок был удивлен. На церемонии благодарности Дух Леса казался ему самым могущественным и сильным на Земле. Но как эта маленькая хрупкая девочка могла управлять жизнью всей Тайги? Как она могла так легко поднять его высоко в небо?

– Какая ты… – Амба пытался подобрать слова, но растерялся.

– Красивая? Изящная? – мелодично пропела Лея.

– Нет! Маленькая! – ответил Амба и покраснел до кончика хвоста.

– Я предпочитаю «миниатюрная»! – сказала кокетливо Лея, и в ее глазах с еще большим озорством заплясали смешинки. На ее личике не промелькнуло и тени беспокойства. Как будто рядом не ревело чудовище и не было всего этого ужаса.

Глухое рычание пил вдруг перешло в пронзительный визг, и чудовище снова приковало к себе внимание тигренка.

Пилы беспомощно проскальзывали в стволе дуба и крутились вхолостую. Чудовище тряслось, упиралось всеми шестью ногами в землю. Оно пыталось оторвать свою голову от дерева, но та крепко застряла в стволе дуба.

Вдруг чудовище присело и оттолкнулось с такой силой, что отлетело на несколько метров назад. Оно оказалось на свободе. Но тут же его хищная голова разинула пасть еще шире и снова с жадностью вцепилась в ствол дуба. Острозубые пилы вонзились чуть ниже своего первого укуса, на месте которого осталась глубокая рана.

Снова раздался пронзительный визг. Но Дерево Жизни оказалось чудовищу не по зубам. Рев прерывался и становился все глуше. Чудовище снова застряло. Оно сильно затряслось и подпрыгнуло.

Браконьеры дрались. Вцепившись друг в друга, они катались по полу кабины и ничего не замечали. Лысый подмял под себя противника и навалился на него всем своим весом.

Вдруг машина подпрыгнула и подкинула браконьеров вверх. Таракан использовал момент и освободился. Он шустро вскочил на ноги, обошел неповоротливого Лысого и добрался до пульта управления. Он потянул рычаг на себя, и машина затихла.

Таракан бросил взгляд через лобовое стекло и закричал:

– Аааа! Тигры!

– Хватит врать! – рявкнул на него Лысый и неуклюже поднялся на ноги. Он сжал ручища в кулаки и направился к Таракану.

– Смотри! – взвизгнул Таракан и показал пальцем вперед.

Но Лысый не обратил на тигров никакого внимания. От гнева его багровые ноздри широко раздулись. Он тяжело сопел, не сводил взгляд с Таракана и неминуемо приближался к нему. И только когда Лысый добрался до пульта, он вдруг заметил Уссури и Амбу.

– Ага, тигры! – пробормотал он. – Что будем делать?

– Что делать? Я знаю, что делать! Звонить Боссу!

Рука Таракана стремительно нажала на кнопку пульта. Над головами браконьеров захрипели динамики. Из них рявкнул резкий недовольный голос:

– Что там у вас?

– Эээ… Босс, здесь тигрица с тигренком… – крикнул Таракан. – Что нам делать? А?

– Что делать? – прогремел в ответ голос. Он заполнил собой всю кабину, и в ней сразу стало тесно. Браконьеры как будто сжались в два раза. – Схватить, идиоты! За их шкуры дорого заплатят!

Чудовище разжало челюсти и рвануло голову назад. Оно выпустило дуб из своей мертвой хватки. На его стволе зияла еще одна глубокая рана, и она была гораздо больше первой.

Чудовище повернуло голову и хищно посмотрело глазами-пилами на тигров. Вдруг пилы быстро закрутились, и их пронзительный визг разрезал тишину. Чудовище зашевелило лапами и поползло прямо к тиграм. Амба оцепенел от ужаса.

– Беги, Амба! Спасай Дух Леса! – крикнула Уссури.

Словно сквозь сон Амба услышал слова мамы. Он очнулся и схватил зубами корягу, но хищные глаза монстра смотрели прямо на него. От страха его лапы примерзли к земле. Он не мог двинуться с места. Вдруг Уссури прыгнула и встала между тигренком и чудовищем. Она закрыла собой сына. Только тогда Амба смог повернуться и побежал.

– Рррр! – услышал Амба у себя за спиной грозный рев матери, но не посмел обернуться. Он знал, что она пошла в атаку.

В кабине Таракан нервно дергал рычаги, пока голова машины-лесоруба не направилась прямо к тигрице. Она развернулась, замахнулась и нанесла удар!

Но Уссури ловко увернулась и в следующее мгновение запрыгнула на монстра. Она подошла к лобовому стеклу и посмотрела в упор на браконьеров.

Таракан уставился на тигрицу. Его руки затряслись от страха, со лба потекли капли холодного пота. Он рванул рычаг на себя. Машина дернулась и резко остановилась.

От внезапной остановки Уссури покачнулась, но тут же снова твердо встала на лапы.

– Рррр! – раздался пронзительный рев тигрицы, и она уткнулась острыми клыками в стекло.

Дикий рев самой Тайги ворвался внутрь кабины, и леденящий ужас сковал браконьеров. Лысый и Таракан отпрыгнули от пульта и спрятались в глубине кабины. Их колени тряслись от страха. Обе руки Таракана сами собой взлетели вверх.

– Сдаемся! – взвизгнул Таракан, и Лысый тоже поднял руки.

Хранительница Уссури смотрела на дрожащих трусливых людей. Один лишь ее взгляди не давал им пошевелиться. Победа была за тигрицей!

Вдруг раздался выстрел.

III.

Глава 14. МАМА

Лапы маленького тигренка утопали и путались в густой таежной траве. Но он все бежал и бежал по лесу, мимо срубленных деревьев и растоптанных чудовищем кустов. Только когда Амба оказался далеко от поляны, он наконец замедлил шаг и позволил себе отдышаться.

Тигренок остановился у срубленной сосны. Дерево упало, но концом ствола все еще держалось за свое основание и лежало под углом к земле. Амба разжал зубы и бережно положил Дух Леса на мягкую траву. А сам быстро вскарабкался по наклонному стволу на самую вершину. Амба вытянулся как струна и жадно всматривался вдаль. Отсюда он мог хорошо видеть возвышающееся над Тайгой Дерево Жизни.

Вдруг прогремел выстрел, и Тайга замерла. Казалось, она затаила дыхание, и Амба не дышал вместе с ней. В следующую секунду листва дуба взлетела вверх и зависла над ним облаком черных точек. Облако стало расти и закрыло собой небо. Точки приближались, и Амба узнал в них стаю черных воронов.

Один ворон летел прямо к тигренку. Он был огромный. Амба вцепился в него взглядом и словно провалился в его черноту. В темном, как ночь, силуэте ворона он увидел звездное небо Вселенной и знакомые янтарные глаза.

Да, он не ошибся! Это были глаза его мамы. Они смотрели на него с такой нежностью и любовью, что Амба не выдержал и крикнул:

– Ма-а-ам?!

Но никто ему не ответил.

Ворон подлетел совсем близко, и Амба заглянул в его черноту еще глубже. В ночном небе он рассмотрел тигрицу Уссури. Она была вся соткана из звезд и стала такой же волшебной, как Тигр и Олень из его утреннего сна. Ее янтарные глаза светились теплом и с любовью смотрели на Амбу. Но вдруг в них промелькнула печаль. Тигрица закрыла глаза, и из уголка одного из них упала звезда.

Амба потянулся навстречу маме, но тигрица отвернулась и побежала прочь. Она растворилась в глубине черного неба Вселенной. В том месте, где исчезла Уссури, ярко вспыхнула новая звезда.

Вдруг Ворон взмахнул крыльями перед самым носом тигренка. От неожиданности Амба вздрогнул, потерял равновесие и кубарем скатился с дерева вниз.

На земле он быстро вскочил на лапы, встряхнул головой и вцепился взглядом в спину улетающего ворона. Он не упускал его из виду, пока тот не превратился в черную точку на горизонте и не исчез за пеленой облаков.

– Ма-ма! – крикнул вслед ворону Амба и в следующую мгновение бросился бежать назад к дубу.

Но тут будто в его голове послышался голос мамы: «Спаси Лею, Амба! Теперь ты – Хранитель Тайги!»

Амба замедлил шаг и посмотрел на Лею. Ее глаза были прикрыты. Она безмятежно спала. Во сне Лея выглядела еще более хрупкой и беззащитной.

Тигренок засомневался и остановился. Чувство долга и желание помочь маме, словно два хищных зверя, боролись у него внутри. Амба вставал то на сторону одного, то второго, но нигде не находил покоя. Его сердце бешено колотилось. Мысли роились в голове: «Теперь он – Хранитель Тайги и должен защищать Дух Леса. Но мама???… Ей нужна помощь!»

Амба резко встряхнул головой и как будто выбросил из нее все мысли разом. Теперь он слушал только свое сердце.

Амба подбежал к Духу Леса и бережно взял корягу в зубы. Быстро осмотрелся и обнаружил в стволе срубленной сосны дупло. Тигренок встал на задние лапы и дотянулся до него мордочкой. Разжал зубы, и Дух Леса упал на дно дупла.

– Ах! – послышался удивленный голос Леи.

Амба просунул мордочку в дупло и посмотрел на нее. Лея проснулась и открыла глаза. Темнота вокруг явно испугала ее, и она тут же нашла глазами Амбу.

– Мне нельзя быть долго в темноте! Без света и воды я погибну! – сказала она мягко нараспев.

– Не бойся! Я скоро вернусь! Помогу маме и вернусь! – крикнул в ответ Амба.

– Но твоя мама… Амба?!

Но голова тигренка уже исчезла из дупла, прежде чем Лея успела закончить фразу.

Рыжее пятнышко мелькнуло среди деревьев и скрылось в чаще леса. Амба не видел, как в дупле зажегся золотистый свет. Его лучи то вспыхивали, то гасли в ритме спокойного дыхания. Дыхания самой Тайги.

Глава 15. ОТВЕТНЫЙ УДАР

Амба бежал так быстро, как только мог. Лапы тигренка путались в траве, а ветки кустарников беспощадно били по мордочке и бокам. Но он не чувствовал боли. Амба думал о том, что сейчас он найдет маму, и они вместе убегут от чудовища далеко-далеко.

Наконец, между деревьями он увидел просвет. Это была поляна. Тигренок выбежал из леса и остановился.

Поляна показалась ему совсем чужой. Он зажмурился, а когда снова открыл глаза, то с трудом узнал ее. От утреннего великолепия не осталось и следа. Кругом царили разруха и беспорядок.

Поляна была завалена стволами срубленных сосен и кедров. Их огромные ветви торчали вверх, словно подняли свои мохнатые лапы, попрося о помощи. Они загородили проход к Дереву Жизни, и маленький тигренок ничего не мог за ними разглядеть.

Амба инстинктивно пригнулся к земле и пополз к дубу. Он прятался за стволами поваленных деревьев, иногда поднимал голову и озирался по сторонам. Но мамы нигде не было видно.

Вдруг рядом раздалось громкое рычание. Амба нырнул под пушистую ветку ели, и она скрыла его в своих колючих объятьях. Тигренок притаился и ждал. Пугающие звуки повторялись снова и снова. Наконец, Амба осмелел и высунул голову из укрытия. И тут он увидел их!

Таких животных он не видел ни разу. Они стояли на двух лапах, и на них не было шерсти. Только у того, который был поменьше и как будто все время взвизгивал, торчал на голове жидкий клочок волос. Второй же был почти в два раза больше и не имел на своей голове шерсти совсем.

– Рррр! – прорычал Лысый. Он растопырил пальцы, словно тигриные когти, и наступал на Таракана. На его лице играла хищная улыбка.

– Да я вообще не испугался! Если бы не Босс, я бы сам с ней справился! – сказал Таракан, но на всякий случай сделал шаг назад.

– Рррр! – продолжал наступать на него Лысый.

– Прекрати! Смотри, сколько нарубили. До завтра не управимся! – взвизгнул Таракан.

– Это точно, – недовольно согласился Лысый и опустил руки. – Работы невпроворот.

– Босс сказал взять только вот эти двухсотлетние кедры! Они пойдут на отделку элитных яхт. Он-то знает в этом толк.

– Угу!

– И сваливаем отсюда, пока нас не поймали.

– Угу!

– Да, и бери только основание ствола! Шесть метров. Не больше! Оно самое дорогое, – сказал Таракан, и на его лице расплылась довольная улыбка. – Поторопись! Покупатель ждет!

– А остальное? – спросил Лысый.

– Остальное нам не надо, – ответил Таракан и пошел прочь.

Амба смотрел на двуногих и думал: «Вот они какие, Человеки! Самые страшные звери на Земле!»

Наконец, тигренок преодолел страх, пригнулся пониже к земле и пополз за спинами браконьеров. Он перелезал через стволы и пробирался сквозь спутанные ветви. Он искал маму, но нигде не мог ее найти. Набравшись смелости, Амба тихонько позвал ее:

– Мам?! Где ты? Ма-ма!

Но она не откликнулась.

Амба поднял голову и увидел дуб. Его вид поразил тигренка. Дуб казался неприветливым и чужим. Он стоял совершенно голым. Его кривые острые ветви пронзали небо. На них, словно обгоревшие листья, сидели черные вороны. Малыш завороженно смотрел на Дерево Жизни, и его сердце наполнялось тоской.

Вдруг на тигренка надвинулась чья-то тень. Амба обернулся. За его спиной стоял Человек!

Он был в несколько раз выше Амбы. Его темный силуэт загородил собой солнце. Человек широко, по-хозяйски расставил ноги и стоял твердо, как скала. Он сделал еще шаг и навис над тигренком.

Теперь Амба мог получше его разглядеть. Длинные худые, обтянутые узкими штанами, ноги держали широкоплечее, почти квадратное туловище. Оно было одето в черную кожаную куртку, из-под которой торчала ослепительно белая рубашка. На крепкой шее сидела угловатая, словно вырубленная из камня голова. Из нее высовывался острый, похожий на клюв нос. Ястребиный взгляд Человека жадно впился в тигренка.

Амба понял, что среди всех людей, которых он видел сегодня, этот был самый главный. Это был Босс лесорубов.

Босс наклонился к Амбе. Растопырил длинные острые пальцы и потянул руку к загривку тигренка.

– Лесной котенок! Такой же беломордый, как и мать! Иди сюда! За тебя мне дорого заплатят! – Босс довольно ухмыльнулся. На его рубленом лице появился белоснежный оскал.

Амба попятился, а Человек наклонялся к нему все ближе и ближе. Его рука неумолимо приближалась к тигренку. Вдруг из ворота рубашки Человека выскользнул медальон. Он повис на его шее и раскачивался из стороны в сторону перед самым носом тигренка.

Амба сразу же узнал его. Это был амулет Хранительницы Уссури. Его мама никогда бы не рассталась с ним, если бы была жива. Была жива… Острая болезненная мысль, словно стрела, пронзила тигренка. Он все понял. Мамы больше нет! И этот Человек убил ее!

Эта мысль за секунду пролетела в его голове, и страх вдруг исчез. Амба остановился и больше не отступал. Он чувствовал, что где-то внутри него растет невероятная сила. Тигренок сжался и, когда Человек наклонился еще ближе, отчаянно бросился ему на лицо.

Лапа тигренка вцепилась своими острыми когтями в правую щеку Человека. Босс дернулся назад. Когти Амбы соскользнули по щеке вниз и оставили на коже глубокие раны. Из них потекла кровь.

– Аааа! – взвыл Босс, схватил щеку руками и зажал рану.

Амба повернулся и помчался прочь, но ему навстречу выбежали два браконьера.

– Что случилось, Босс? – спросил Таракан. – Ого! Кто вас так разукрасил?

– Схватите его! – взревел Босс и указал пальцем на тигренка.

Амба вжался в землю. Браконьеры наступали на него. Таракан заходил сзади, а Лысый – справа. Слева путь загораживали срубленные деревья. А впереди стоял Он. Убийца его мамы!

Круг сжимался. Люди окружили его со всех сторон, и Амба побежал навстречу Лысому.

– Стой! – крикнул Таракан и бросился за ним.

Лысый неуклюже растопырил руки и уже собирался схватить тигренка, но Амба юркнул к его ногам и проскользнул между ними. Таракан прыгнул за ним и влетел вслед за тигренком прямо между ног Лысого. Он распластался на земле, но успел схватить тигренка за лапу. В этот момент Лысый, наконец, неуклюже сомкнул руки и схватил под мышки своего напарника вместо тигренка.

– Ха-ха-ха-ха! – от щекотки заржал Тарака.

Он разжал руку и выпустил лапу Амбы.

– Ха-ха-ха! Отпусти! – крикнул сквозь смех Таракан. – Лови тигренка, а не меня, идиот!

Но Амба уже со всех ног бежал к лесу. Он слышал, как за спиной раздался рев Убийцы.

– За ним, идиоты! Поймайте его, живого или мертвого! – кричал Босс.

Амба скрылся в спасительной чаще леса. Он мчался со всех ног и не оглядывался. Он слышал, как за ним гнались люди.

Глава 16. ЗОЛОТО

Лысый вбежал вслед за тигренком в лес. Он тяжело переваливался с ноги на ногу и прерывисто дышал. Ветки под его ботинками громко хрустели, оповещая о его приближении всю Тайгу.

За ним по пятам следовал Таракан. Он видел, как Лысый исчез в темноте чащи, но идти туда ему совсем не хотелось. Таракан замедлил шаг и отстал от напарника.

– У-у! – вдруг раздался рядом с ним чей-то крик.

Таракан замер. Он поднял голову и увидел огромные желтые глаза филина. Они хищно смотрели на него. Вдруг рядом с ними появились еще одни глаза и еще. Со всех сторон из темных крон деревьев десятки диких зверей и птиц пристально следили за ним.

Страх мелкой дрожью пробежал по телу Таракана, и он сделал шаг назад.

– Уууу! – вдруг раздался за его спиной пронзительный крик.

А-аааа! – закричал Таракан и бросился вслед за напарником. – Лысый, подожди-и-и!

Лысый забрел далеко в лесную чащу. Туда, где густые кроны деревьев почти не пропускали солнечный свет. Он вертел головой по сторонам в поисках тигренка, но в полумраке тайги его не было видно.

Вдруг что-то сверкнуло между деревьев. Лысый остановился и присмотрелся. В холодном полумраке леса мерцал золотистый свет. Его сияние манило к себе, и браконьер пошел к нему.

Золотой свет горел в дупле срубленной сосны. Он мигал и как будто звал браконьера. Лысый приблизился и засунул в дупло руку.

Лея открыла глаза. Она увидела, как огромная человеческая рука приближается к ней. В одно мгновение ее головка исчезла, и она превратилась в обычную корягу. Золотой свет тут же погас.

Лысый обшарил все дупло сверху донизу, но ничего не нащупал, кроме кривой палки. Он схватил ее и вытащил наружу.

Лысый уставился на свою ладонь. Она сжимала старую сухую корягу. Он крутил ее своими толстыми неуклюжими пальцами, но это была совершенно обыкновенная, трухлявая кривая деревяшка. С досады Лысый схватил корягу обеими руками и сжал так, что она изогнулась и вот-вот готова была хрустнуть. Но вдруг по коре пробежал золотистый блеск.

Браконьер поднес корягу к глазам и открыл рот от изумления. Он не верил своему счастью. Под чешуйками ее коры сверкало золото!

– Гы-гы-гы! – вырвался из его груди алчный смех, но Лысый тут же подавил его и прошептал: – Золото!

Браконьер подозрительно осмотрелся по сторонам. Тишина. Вокруг никого. Только безмолвная тайга окружала его и была свидетелем его удачи. Он спрятал корягу за пазуху и улыбнулся.

– Лысый, ты где? Ты поймал его? – внезапно за его спиной раздался голос Таракана.

Лысый вздрогнул и обернулся. Из лесной чащи на него смотрел напарник. Его тараканьи глаза, как всегда, шарили по сторонам и что-то искали.

– Не… Нет! – быстро ответил Лысый.

– Тогда иди сюда! Бегай тут, ищи тебя по всей тайге! Как будто заняться больше нечем! – крикнул Таракан. – Расставим ловушки! Рано или поздно тигренок в них попадет!

Глава 17. ПРОПАЖА

Уже смеркалось, когда Амба отыскал ту самую срубленную сосну. Он забрался по наклонному стволу и засунул лапу в дупло. Несколько раз ощупал его изнутри сверху донизу, но ничего не нашел. Свесил голову вниз и заглянул в дупло. Там было пусто. Дух Леса пропал!

Амба вытянул голову вверх и тревожно осмотрелся. Его окружали лишь молчаливые деревья. Духа Леса нигде не было видно.

Множество мыслей запрыгало у тигренка в голове, и он не мог их остановить. Они не давали Амбе покоя: «Ты не должен был оставлять Лею одну! Ты ослушался маму! Ты виноват! Во что бы то ни стало нужно найти Дух Леса! Иначе…»

И словно ему в ответ вдруг поднялся сильный ветер. Кроны деревьев тревожно зашумели. Тигренку казалось, что сама Тайга ругала его и требовала вернуть ей Дух Леса.

Амба посмотрел на верхушки деревьев и увидел, как порыв ветра одним махом сорвал с них листья и направился к нему. Вихрь из сотен листочков закружил вокруг тигренка. Он толкал его в бока то слева, то справа и, наконец, сбросил с дерева вниз. Амба кубарем скатился на землю.

Быстро вскочив, тигренок увидел, как прямо под его лапами зеленая трава вдруг пожелтела и засохла. Он испугался и отошел назад. Все вокруг него в одно мгновение изменилось. Деревья потеряли листву и стали голыми. Из летнего лес превратился в позднеосенний.

«Если исчезнет Дух Леса, тогда Мира не станет. Хаос снова наступит…» – всплыли в памяти Амбы слова из легенды, и тигренок отчаянно бросился искать Лею. Он обнюхивал каждую травинку, заглядывал под все кустарники и пни. Бесполезно. Дух Леса бесследно исчез.

– Лея!!! Где ты, Лея? – в отчаянии звал Амба, но никто не отвечал ему.