- -
- 100%
- +
Пролог
Это было как в замедленном кино: к самой арке, украшенной каскадом белоснежных лилий, под которой стояли молодые и священник, подбежал мужчина, схватил невесту и со всех ног пронесся мимо тропических цветов по аллее, усыпанной белыми розами. Злобно гавкали маленькие собачки с рук потрясающе красивых женщин в шляпах, а другие гости, тоже наряженные в белые одежды, только, удивленно раскрывали рты, как рыбы на песке.
Все это было настолько комично, что Василию хотелось остановить это прекрасное мгновение. К счастью, за него это сделал жених, который наконец-то очнулся:
— Stop it! Give me back my wife!*
Василий был силен в английском! Впрочем, не только в нем, но в диалог вступать не хотелось.
Невеста, как мешок, стоит заметить, довольно тяжелый, продолжала висеть у Василия на плече, извиваясь и дергаясь как уж на сковородке, а он одной рукой держал ее за худосочную задницу, а второй - под коленками, чтобы она ненароком не сверзилась вниз головой. Ее голова покачивалась, белая фата волочилась по полу и мешала мужчине бежать.
«На хрена ей пять метров фаты? Только бы не запутаться в этой вуали и не грохнуться вместе с невестой на песок!» — промелькнула короткая молитва в голове у Васи, и он услышал топот позади себя.
Это бежал жених. Грек. Низенький, не очень симпатичный, с типичным орлиным носом – и огромными резными рогами, которые его невеста наставила ему прошлой ночью.
Да, да! Вот эта довольно тяжелая дамочка, которая, кстати, что-то там пищала и даже била Васю по спине, еще каких-то десять часов назад стонала под ним.
Можно было, конечно, остановиться и все это рассказать жениху, но зачем? Василий всегда был правильным мужчиной и никогда никого не сдавал.
Припаркованная «Феррари» ждала их с открой дверцей, куда мужчина с лету и загрузил невесту на пассажирское сиденье.
Пока та путалась в фате и продолжала что-то пищать, Василий прыгнул за руль, включил передачу и… увидел перед собой еще одну невесту, которая перегородила дорогу его красному автомобилю. Правда, вторая невеста почему-то была в сиреневом платье и стояла, поставив руки в боки.
Пока Вася раз двенадцать моргнул в попытках запустить свой мозговой компьютер, невеста в сиреневом платье положила руки на капот его машины и как перфоратор засверлила его своим аквамариновым взглядом.
Мужчина, продолжая хлопать глазами, посмотрел на девушку на пассажирском сиденье, которая наконец-то убрала километровую фату с лица, и с ужасом зажмурился.
Охренеть! Девушки-то абсолютно одинаковые!
— What the hell is going on?** – со свирепой гримасой на лице спросил запыхавшийся грек, с головы которого сейчас отваливались рога, заглядывая в открытое окно к Василию, но тот только пожал плечами и тихо ответил:
— Everything is fine!***
* - Остановись! Верни мне мою жену!
** - Какого хрена тут происходит?
*** – Все в шоколаде!
Глава первая
Пятнадцать часов до свадьбы
Василий сидел в баре за стойкой и терпеливо ждал друга. Музыка вовсю грохотала, и басы нещадно били мужчину в грудь.
Наконец-то его кто-то похлопал по плечу и присел рядом:
— Не злись, я опоздал всего на час. Что тут у нас? Есть достойные девочки? — спросил Владимир.
— Если только вон за тем столиком, — Вася еле заметно кивнул в сторону.
Друг, не стесняясь, обернулся и присвистнул:
— Очень горяченькие, прямо как пирожки с печенкой у моей мамы.
Василий закатил глаза, но все же решил обрадовать друга:
— Они русские, — добавил он и допил из стакана.
— Офигеть! Вот так повезло! Не придется ломать свой язык об вражеский! Чур, моя в синем платье! — воскликнул Володя.
— Это цвет индиго, — хихикнул Василий. — Бери на здоровье. Моя – в красном!
Володя еще раз обернулся и не удержался от комментария:
— Странный, конечно, у тебя вкус…
Василий спорить не стал. Он и сам не мог точно определить, что в ней привлекло его внимание. Ее личико точно нельзя было назвать сногсшибательным. Нет, она определенно не уродина, но как будто бы каждая черта ее лица была немного крупновата. И пусть все вместе не выглядело как классическая красота, но взгляд эта женщина почему-то притягивала. Да и фигура, кстати, тоже была не в его прекрасном вкусе. Если говорить начистоту, то Василию нравились сочные дыни и упругая задница, а тут были персики и плоская, как телевизор «Самсунг», попа. Это хорошо просматривалось, когда все девушки поднялись и чокнулись бокалами.
Да, далеко не идеальная, только вот почему-то жар внутри Василия разгорался все больше и больше, стоило ему бросить на неё ещё один взгляд. Как странно… Даже интересно, как быстро изменился его вкус! Может быть, все дело в ее платье-футляре? Оно ярко-красное, а еще у нее потрясающие шпильки — высокие, с ремешками из сверкающего золота.
Василий еще раз посмотрел на выбранную девушку, и тут до него, наконец, дошло, почему она его так завораживает.
Взгляд. Все вокруг изображали скуку или неприступность, а она с удовольствием смотрела по сторонам, подтанцовывала каблучками в такт музыке и точно искала на свою такую плоскую попу приключения.
Ну что ж! Можно считать, что она их уже нашла. Не без его помощи.
— Как будем действовать? План «А», «В» или «Где находится нофелет»? — спросил Володя.
— Просто подойду и приглашу подрыгаться, — дернул плечом Василий, еще раз бросил взгляд на девушку и, когда та посмотрела на него из-под опущенных ресниц, встал и направился к их столику.
— Позвольте пригласить вас на танец, — по-русски произнес он, и все девушки, которые сидели рядом, завизжали, а одна даже захлопала в ладоши.
Девушка в красном платье закатила глаза и сказала, вставая и протягивая ему руку:
— Не обращайте на них внимания, они чокнутые!
Василий повел свою избранницу на танцпол, прокручивая в голове реакцию девушек. Наверняка они так обрадовались из-за того, что он заговорил на русском. Все же в Греции сейчас их не так много, особенно на таком удаленном острове.
Мужчина обвил рукой талию девушки и притянул к себе. Каждый раз, когда их тела соприкасались, по его коже пробегал электрический разряд, а сердце билось сильнее и быстрее. Находясь так близко, он прекрасно чувствовал тонкий цветочный аромат девушки. Ее восхитительно тонкие пальцы поглаживали его плечи, а у него внутри что-то трепетало. Может, это наконец-то прилетели бабочки и поселились у него в животе? От этих мыслей он чуть не влупил себе ладонью по лбу! Какие, на хрен, бабочки? Там нехилый кусок мусаки, штук пять долмы, дзадзики, цацики, а на десерт были три шарика пагато. Куда там поместятся бабочки?
И вообще, его раздражало собственное поведение! Потек, как крыша на пятом этаже в «хрущевке»!
Нет, надо было срочно прекращать пускать эти розовые слюни. Василий пришел сегодня в бар не для того, чтобы влюбиться с первого взгляда! Он пришел, чтобы хорошо провести время и перепихнуться! А эта женщина… нет, она очень плохо на него действовала. Как валерьянка на кота, не меньше. Особенно, когда провела пальчиками по щеке и спустилась к губам!
Василию захотелось громко мяукнуть и лизнуть ей руку.
— Как тебя зовут? — спросила девушка, и крыша соседнего дома в хрущевке залила верхний этаж пятиэтажки.
Какой же у нее голос! Просто песня, а не голос! Хворостовский в юбке!
— Василий, — сглотнув, представился мужчина.
Девушка перестала его гладить и двигаться под музыку:
— Ты – Вася? — спросила она удивленно.
— А что не так с именем Василий? — мужчина тоже перестал танцевать и серьезно посмотрел на девушку.
— У меня кота так звали. Помер, кстати.
— Надеюсь, от старости?
— От нелюбви к своему имени, — ответила девушка. — Пойдем выпьем, а заодно помянем моего Василия.
Она улыбнулась той непринужденной улыбкой, от которой по телу Василия снова разлилось тепло. Крыша течет, а в квартире тепло. Странное комбо, конечно.
Они подошли к барной стойке и устроились рядом. Мужчина заказал по коктейлю и спросил:
— Хорошо, у меня кошачье имя. А у тебя?
— У меня японское, — гордо ответила девушка.
Предвкушение нарастало с каждой секундой. Василий уже понял, что она шутит, и сейчас ему очень хотелось, чтобы она его не разочаровала. Женщин с чувством юмора намного меньше, чем красивых. Красоту можно сделать, купить, а вот чувство юмора не приобретешь ни за какие коврижки!
— Атомули, — протянула руку девушка, и Василий машинально ее пожал, — а фамилия у меня – Ядала.
— Атомули Ядала? — переспросил Василий, пытаясь не рассмеяться.
— Да, родители до сих пор помешаны на японской культуре, — качая туфелькой, сообщила девушка.
— Как интересно. А ласково они как тебя называют?
— Атомуличка, — удивленно ответила она, пожав плечами, мол, неужели ты сам не догадался.
— Я прям завидую тебе. Яркое имя, согласен. Не то, что у меня.
— А ты поменяй его, – предложила Ясука.
— На японское? — обрадовался Василий.
— Ну я не знаю, как ты относишься к японской культуре, — она снова пожала плечами и отпила из бокала коктейль.
— Я обожаю суши, этого достаточно?
Ясука помотала головой, мол, как банально:
— Думаю, что нет.
— Тогда может, предложишь мне? Ты же явно разбираешься в этом, — попросил мужчина.
Так весело ему давно не было. Нет, все же интуиция его никогда не подводила. Эта девчонка его обворожила и продолжала бросать дротики в его живот, переполненный бабочками. Тесновато им там было, ну да ладно.
— Какое у тебя любимое блюдо? — вдруг спросила Ясука.
— Лазанья, — честно признался Василий.
— Тогда тебе надо итальянское имя. И сразу же бери новую фамилию. Кстати, Вася, какая у тебя фамилия сейчас?
— Донской.
Девушка уставилась на него, не моргая:
— Василий Донской?
Мужчина кивнул.
— Ужас. Как ты дожил почти до пенсии? — закатила глаза Ясука.
Вася пожал плечами:
— Ну мне было сложно, не скрываю. Но сегодняшний день должен меня вернуть к жизни, ведь ты мне посоветуешь новое имя и фамилию, и я наконец-то заживу хорошо! Так ведь?
Она много раз кивнула:
— Да. Раз у тебя пенсионный возраст, то я предлагаю тебе взять не итальянские имя и фамилию, а римские. Они подойдут тебе, не переживай!
Василий, к слову, начал переживать. Нет, не по поводу новых ФИО, а потому, что она уже второй раз не просто намекнула, а прямо сказала, что он – пенсионер. И это в его «еще нет сорока»!
Все же Донской решил не акцентировать внимание на своей наступающей на ноги старости и сказал:
— Давай, Атомуличка, жги!
Девушка подняла глаза к потолку, делая вид, что очень активно думает и выдала:
— Нахалимус Нольэмоций! А? Как тебе?
Глава 2
Тринадцать часов до свадьбы
— Нет, я точно не смогу пойти, мне надо отлежаться. Идите без меня, — Рита жалобно посмотрела на сестру.
— Но это твой девичник! — воскликнула Марина.
— Мне плохо. Эти устрицы явно были несвежие, и я вам говорила…
Сестра перебила ее:
— Я десять штук слопала, и со мной все нормально. Ты явно симулируешь и просто не хочешь идти с нами. И почему-то я уверена, что только я уйду – придет твой Николас, и тебе сразу станет легче.
Маргарита ничего не ответила, только отвела взгляд. Ну что уж тут говорить, сестра всегда была такой. Вытащить ее куда-то из дома было огромной проблемой. Вот и сейчас она не хотела идти на собственный девичник! Где такое видано – отмечать последнюю ночь холостой жизни без самой невесты?
— Нельзя быть такой! — топнула ножкой Марина.
— Прости, — Рита легла на подушку, накрывшись покрывалом, и закрыла глаза.
Актриса из нее была так себе, но Марина решила не портить нервы. Не хочет? Ничего, сами погуляют!
В восемь вечера пять девушек собрались в баре, чтобы хорошенько повеселиться перед вступлением в брак их лучшей подруги, которая внезапно слегла от воспаления хитрости.
Усевшись за круглый столик, Марина сразу почувствовала себя опьяненной динамичной энергией. Музыка как будто пульсировала в ее венах, настроение наконец-то улучшилось. Скорее всего, это после трех выпитых коктейлей, но все же хорошо, что у нее хоть как-то получилось расслабиться.
Неделю назад ее бросил парень. Мужчина, в которого она была влюблена без памяти и которого добивалась три года. Целых пять месяцев они были вместе, Марина уже придумывала фасон свадебного платья, как Виктор назвал ее «недалекой», а потом и вовсе «шлепнутой». Под конец он ее совсем добил, сказав, что жаба в постели и то теплей.
Девушка так сильно его любила, что, может быть, и проглотила бы все это, но Виктор предусмотрительно улетел в Штаты и заблокировал ее номер.
— Какой красавчик сидит, видели? — спросила Ангелина и кивнула головой в сторону барной стойки, за которой сидело несколько мужчин.
— В рваных шортах и синей футболке? — скривилась Марина.
— Ну а что? Модненький! — хихикнула Ульяна.
— Кто у нас свободная в полете птица без обременений? — допив очередную порцию текилы, поинтересовалась Ангелина и сама же ответила: — Марина! Вот ее и нужно сегодня пристроить в хорошие руки.
— Лучше не в руки, а куда-то посущественней, — снова хихикнула Ульяна.
— Ставлю пятьдесят баксов, что он нашей Маринке не по зубам! — заявила Юля — единственная блондинка в их женской компании.
— Ставлю сто баксов, что я даже попу с этого диванчика не подниму! — воскликнула Марина, вытащила из позолоченного портмоне сто долларов и положила их на стол. — Он сам подойдет и пригласит меня на танец.
Девчонки стали доставать из кошельков деньги и делать ставки. Получалось, если выиграет Марина, то она получит триста долларов, а если красавчик в рваных шортах не подойдет к их столику, то Юля получит двести баксов.
Официант принес пять порций текилы, девчонки поднялись, чокнулись и осушили рюмки.
Марина посмотрела на мужчину, который должен был очень скоро подойти и пригласить ее на танец.
Он явно высокий, с широкими плечами, черты лица даже с расстояния притягивают взгляд, в общем, все в нем было идеально и пропорционально, как будто он – живое воплощение Золотого сечения. Только вот эти все замечательные данные никак не будоражили Марину. Мужик и мужик! В сердце-то у нее жил другой, с прекрасным именем Виктор!
Официант наконец-то принес закуски, и девчонки накинулись на них.
Только Марина взяла одну гренку со шпротой, как Юля воскликнула:
— Вау, к нему пожаловал друг! Чур, он мой!
Все посмотрели в сторону бара. Мужчины перекинулись парой слов, и новичок обернулся и сосканировал их маленький женский коллектив.
— Они явно нами интересуются! Кстати, парни-то совсем не похожи на греков! — заявила Юля.
— Ставим теперь ставки на национальность? — хихикнула Ульяна.
— Нет, я и так уже на нуле, — скривилась Ангелина.
Прошло совсем немного времени, и широкоплечий мужчина в рваных шортах поднялся и подошел к их столику.
Девчонки резко замолкли и многозначительно уставились на незнакомца.
— Позвольте пригласить вас на танец, — по-русски произнес он, и все девушки вскочили и заверещали.
Марина не спеша встала и протянула ему руку:
— Не обращайте на них внимания, они чокнутые!
Под громкие аплодисменты подруг они вышли на танцпол.
Мужчина положил руку ей на поясницу. У Марины ничего не дрогнуло, но в целом его прикосновение было уверенное, а значит, и мужчина решительный. Чуть потанцевав, они направились в бар. Поскольку Марина не планировала ничего большего, чем сделку на одну ночь, свое настоящее имя ему говорить не хотелось. Тут лучше сохранить анонимность.
Красавчик представился Василием, а Марина – идиотским шуточным именем Атамули Ядала.
Их беседа была окутана флером юмора, но при этом никто из них даже не улыбался. Девушка внимательно следила за Василием, все настойчивее пытаясь разгадать пределы дозволенного.
В какой-то момент ей даже стало интересно, как далеко дадут зайти. Марину ничего не останавливало. Потерять его – совершенно не жалко, а вот испытать на прочность очень хотелось. Да и переспать с ним тоже. Скорей всего, ею уже давно управлял алкоголь в крови, правда, и месть Виктору тут тоже сыграла не последнюю роль, когда она сама же и предложила:
— А давай-ка, Васька, мы сбежим отсюда, а?
Марина положила свою ладонь на его.
Мужчина сразу сжал ее руку, наклонился и на ухо прошептал:
— Мне не нравится, когда меня называют Васькой!
— Нахалимус лучше? — подняла правую бровь девушка.
— Называй меня Херанука. Я же говорил, я тоже люблю Японию.
— Мммм, — замычала Марина ему на ухо, — какое замечательное имя. Зачем ты его от меня скрывал?
— Ты еще фамилию не слышала, — так же тихо произнес Василий.
— Удиви меня.
— Херанука Пороялю, — выдал мужчина.
— Похоже, у нас у обоих прекрасные японские корни.
— Похоже, мы с тобой просто оба шлепнутые, — мужчина встал и потащил девушку на выход.
Глава 3
Двенадцать часов до свадьбы
— Куда мы идем? — спросила Марина, когда они вышли из бара.
— Туда, где тебе будет хорошо, — самоуверенно ответил Василий и протянул ей руку.
Их пальцы переплелись, и у него снова по телу пробежали горячие мурашки. Как же эта девушка странно на него действует! Он не мог вспомнить, чтобы когда-либо чувствовал такое. И тут дело не только в том, что он был возбужден, просто Донской никогда не испытывал настолько сильного сексуального влечения.
Последний раз он уводил девушку из клуба на прошлой неделе, и, конечно же, повел ее в один из самых дешевых отелей на острове. У Василия имелся годами выработанный план действий, который он не нарушал. Дешевый – чтобы девушка не подумала, что он богат. Это был не просто пунктик, а пунктище! Если Донской когда-нибудь в кого-то влюбится, то он должен был быть уверен в том, что она будет с ним не из-за его денег.
Они подошли к небольшому отелю: здание затрапезное, двухэтажное, название на греческом и рядом – три звездочки.
Девушка никак не отреагировала и продолжила следовать за мужчиной. Это Василия очень обрадовало, потому что некоторые начинали сразу крутить носом, предлагали выбрать другой отель, а одна так и вовсе сразу отказалась, назвав Васю нищебродом.
Небольшим мотелем, в который они зашли, заведовал знакомый Донского и поэтому Вася всегда получал небольшой, но достаточно чистый номер с хорошим постельным бельем. Да, не шелковым, но свежим и накрахмаленным.
Швейцара в отеле не имелось, Вася открыл перед Атомули дверь и попросил посидеть на маленьком синем диванчике.
Сам же он подошел к стойке регистрации, быстро и почти по-хозяйски взял ключ и уже через минуту потянул девушку за собой.
Наконец-то они остановились у двери в конце длинного коридора.
Василий вставил карточку в кармашек и драматично произнес:
— Сезам, откройся!
Замок щелкнул, мужчина повернул ручку, и, посмеиваясь, они вошли в полутемный номер. Вася вставил пластиковую карту в кармашек у стены, и в комнате загорелся свет. Ничего необычного: кровать, две тумбочки и шкаф.
Василий прижал девушку к стене и жадно накрыл ее рот своим. Она
ответила на поцелуй, но потребность мужчины была намного сильней, чем когда-либо. Он никогда не испытывал такого сильного голода.
Продолжая ее целовать, он ловко расстегнул молнию на спине ее красного платья и стянул его вниз, позволяя с шорохом упасть вокруг прекрасных женских ног. Тихий вздох восхищения слетел с его губ, когда он обнял девушку, а его лицо застыло от плотского наслаждения, будто в каком-то лимбо.
На ней было белое кружевное белье. И хоть, когда он рассматривал ее в баре, ему казалось, что у девушки маленькая грудь и плоская попа, сейчас он с радостью убедился в том, что у Атомули все в порядке. Да, не Памела Андерсон, но уверенная “двойка” или даже начальная “троечка” точно присутствует.
— Ты рассматриваешь мою грудь? — усмехнувшись, спросила девушка.
— Почему нет? — улыбнулся Василий.
— Тогда давай на берегу обменяемся размерами и сантиметрами? Вдруг тебя что-то не устроит?
Не девушка, а колючка! И даже не понять, говорит она это серьезно или нет. По крайней мере, Атомули не улыбалась и, кажется, все ожидала от него что-то.
— Ты идеальна, - как можно более томно произнес Василий, но девушка с самым серьёзным видом взяла его за руку и повела к кровати.
Плюхнувшись на нее своей идеальной попой, она похлопала рукой по постели:
— Давай, садись, обменяемся данными.
— Вообще-то у меня хороший глазомер – и я абсолютно доволен тем, что вижу.
— Рада за тебя. Тогда покажи мне, что там у тебя.
И так как мужчина еще не успел присесть, девушка потянулась к его ремню на шортах.
Василий на секунду растерялся и отпрянул от нее, но потом сообразил, что стыдиться ему нечего, а даже наоборот – есть чем гордиться, и сделал шаг вперед.
Атомули щелкнула застежкой и спустила шорты Василия. Ее зрачки явно расширились, так как белья под шортами не оказалось.
— Не натирает? — чуть ли не шепотом спросила она.
— Не жалуюсь, — ответил Донской, стянул с себя синюю футболку и в один миг оказался полностью обнаженным.
То, что маячило перед ее глазами, начинало увеличиваться, и девушка немного отодвинулась и сказала:
— Ну, сантиметров двенадцать точно есть.
Это было настоящее оскорбление!
Василий плотно захватил свое достоинство одной рукой и помотал головой:
— Двадцать – минимум!
Атамули рассмеялась:
— Ты себе льстишь! Давай линейку!
— Где я тебе ее сейчас найду? Оставим на следующий раз измерения, я уж подготовлюсь, — пообещал Василий.
— А как его зовут? — вдруг спросила девушка и кивнула на то, что мужчина продолжал держать в своей руке.
— Я уже понял, что у тебя какая-то манечка с именами, да? — Донской серьезно посмотрел на нее.
Девушка ему, конечно, очень нравилась, но она делала все для того, чтобы возбуждение у Донского пропало на корню.
И, кажется, Василий уже понял, что таков, скорей всего, и был ее план. Или вызов. Мол, справишься с моей странностью, получишь меня. Поэтому он присел с ней рядом на постель и спросил:
— Ты вообще кем работаешь?
Атомули захлопала ресницами. Личными данными она явно не спешила делиться.
— Бухгалтер, — вдруг выдала девушка, и это явно было чистейшее вранье.
— Точно не твоя стихия. Тебе срочно нужно устроиться в ЗАГС, в отдел, где выдают свидетельства о рождении. Приходит к тебе пара, которая хочет называть мальчика Максимом, а ты им такая: ну что вы, разве это имя? Назовите его лучше Дормидонтом!
— А что, красивое имя, — невозмутимо согласилась девушка и кивнула на пах мужчины. — Так все же – как его зовут?
— Хулио! — гордо ответил Василий.
— Нет, до Иглесиаса ему далеко, — цокнула языком Атомуля.
— Тогда пусть будет Челентано.
Девушка закатила глаза:
— Не смей трогать святое! Итальянская попса - форева! Феличита - на все времена! – и, снова посмотрев на пах мужчины, сообщила: – Я буду звать его Егорка.
— Чего это вдруг? Тут целый Егор Васильевич! — гордо поднял подбородок Донской, а потом резко повалил девушку и добавил: — все, хватит нести чушь, давай займемся делом!
Глава 4
Четыре часа до свадьбы
Он коснулся ее губами, и Марине они понравились: мягкие, и скорее приглашающее, чем берущее прикосновение.
Горячие искры возбуждения пробежали по ее телу, даже кончики пальцев легонько кольнуло.
Девушка не поняла, как и почему так произошло. Везде писали, что женщина любит сердцем, и если она без ума от мужчины, то и секс с ним будет офигенным. Марина безумно любила Виктора, но секс с ним ей не нравился с самого первого раза, когда он довольно грубо лишил ее девственности. Она тогда растерялась, заплакала, но мужчина решил ее успокоить:
— Если бы я долго тыкался в тебя, то тебе было бы еще больней. Так что не хнычь, я все сделал правильно. Через неделю все заживет, и будешь еще просить тебя трахнуть.
Просить она, конечно, не просила, но близости с любимым мужчиной Марине все равно хотелось. Больше ласки, чем самого акта.
Виктор, к сожалению, почти не баловал ее нежностью. Прелюдия тоже длилась максимум минуту. А этот Херанука уже сейчас удивил её – Василий совсем никуда не спешил.
Это было ново для Марины, и ей это очень понравилось.