Мои сводные монстры
- -
- 100%
- +
Переключает камеру снова, и я вижу, что уже какая-то блондинка насаживается ртом на его член, а та, первая девушка, с чавкающими звуками втягивает в рот его яички.
– У тебя, что, не встает, если я не смотрю? – спрашиваю максимально холодным тоном. – Ты жалок… и отвратителен. И мне все равно, что ты с ними делаешь.
– Когда ты смотришь, кончаю приятнее, – смеется с придыханием, совершенно не стесняясь ни того, что происходит, ни своих признаний. – Смотри, начинается моя любимая часть.
Он чуть отталкивает девушек, и они, как дрессированные, разворачиваются к нему задницами, становятся рядом, соприкасаясь друг с другом бедрами. Гордей шлепает их по попкам, поочередно сжимает половинки.
“Стеф, сбрось вызов… прекрати это”, – умоляю я себя мысленно, и все равно смотрю на это, хотя внутри меня сердце словно прокручивают в блендере. Ненавижу его. Ненавижу. И себя тоже. Когда это закончится, пойду к Русу, и просто заставлю его сделать это. Хотя…
– Не удивил, – улыбаюсь той самой стервозной улыбкой. – Он все еще лучше. Первый и единственный. Хочешь, расскажу о своих ощущениях от первого раза? Чтобы тебе приятнее было кончать.
– Давай, Стефа, – я практически слышу, как он улыбается. – Расскажи мне про свой первый раз. Ты когда-то пообещала, что сделаешь это с кем угодно, но не со мной… Рад, что у тебя получилось сдержать слово.
Он приставляет головку к анусу одной из девчонок и давит, стараясь протиснуться внутрь крошечной дырочки.
– Я, в отличие от тебя, умею держать слово, – я почти плачу, слезный ежик в горле мешает говорить.
– А я, в отличие от тебя, умею не давать слово, которое не хочу давать, – простанывает он, проталкивая головку в ее узкую дырочку.
Я слышу, как девушка стонет, дергается вперед, но он удерживает ее сильной рукой, начинает двигаться в ней. И каждый его стон летит режущим осколком в мое сердце.
– Он стонал еще громче, когда первый раз вошел в меня. Я с ним боролась. Было больно. И Русу пришлось удерживать за бедра, чтобы преодолеть преграду и войти глубоко, по самые яйца. Никакой романтики. Прямо на полу. И я уже хочу его так же, как ты ее. Чтобы он и в этом плане стал моим первым мужчиной. Не пальцем, как некоторые, членом, – я вру, чувствуя кожей, как жалка и неправдоподобна моя ложь.
– А тебе бы хотелось романтики, мой маленький фетиш? – он выходит из попки первой девчонки, подтаскивает к себе вторую и так же, как и с первой, врывается в нее.
– Мне хотелось… и хочется никогда больше не видеть твою рожу, – выдыхаю я, чувствуя, что вены сейчас разорвутся от ведер больного адреналина, который выплеснулся в кровь. – Я нашла своего мужчину и больше не поведусь на твои дебильные игры.
– Главное, на свои не ведись, – хрипит он и ускоряется.
Он трахает ее жестко, так, что она едва не падает. Долбит во всю силу, а когда начинает кончать, почти достает член, оставляя в ней только головку. Чтобы я видела, как он пульсирует. Его сдавленный стон режет уши, пропускает через мясорубку внутренности.
– Жалкий неудачник, – мой голос сел, меня просто разрывает от боли и нездорового возбуждения (кажется, коснусь себя даже через пижаму и кончу вместе с ним). – Ты можешь перетрахать хоть всех в этом городе, мне насрать. Вот и бесись дальше оттого, что никогда не получишь желаемого.
Переключает снова камеру на себя, дышит тяжело, на лбу испарина.
– А я получаю желаемое прямо сейчас, – сверлит взглядом прямо в камеру. – Я хочу, чтоб ты сходила с ума. Как я сходил. И у меня это получается. Пока, Стефания. На сегодня шоу закончено.
Он сбрасывает, оставляя меня наедине со своими мыслями.
– Сволочь, – воплю, срывая голос, и запускаю чертов телефон в стену.
Реву в голос, наблюдая, как он разлетается на части. Совсем как я.
8 (Стеша)
Не знаю, куда себя деть. Мечусь по своей спальне, натыкаясь на мебель. Сама того не осознавая, вылетаю в коридор, бросаю взгляд на дверь спальни Руслана.
– Приспичило тебе устраивать дебильные смотрины, когда ты так нужен, – зло выпаливаю в тишину абсолютно пустого дома.
Внутри словно все разрывается, превращается в кровавую труху. И если бы было так только из-за ненависти и обиды. Нет же. Я скучаю по этому мудаку. Точнее, нет, не так… Скучаю по тому, кем он был однажды. И это злит, бесит так, что я готова рвать на себе волосы и крушить все вокруг. И его тоже, но Гордея тут нет. Развлекается с этими шалавами. Господи, да сколько вообще их у него?
Спускаюсь на первый этаж и иду на кухню. Мне надо притупить эту боль. Стою у бара и выбираю анестетик. Шампанское? Нет, не оно – у меня не праздник. Тяну руку и беру с верхней полки квадратную бутылку с чем-то явно крепким. Долго вожусь с тугой крышкой, а потом делаю глоток обжигающего до тошноты спиртного прямо из горлышка. А потом второй… третий… пока в голове не образуется вата, и я не начинаю чувствовать себя отупевшей.
Замечаю у стены ящик с инструментами и валяющийся рядом молоток. Вчера ломалась вытяжка, или типа того, и, вероятно, инструменты забыли ремонтники. Молоток большой, без сомнений, тяжелый.
– Ты знаешь, где ножи, – проговариваю, хихикнув, его фразу. – О да, знаю, где ножи. И что тебе дорого тоже знаю, – продолжаю разговаривать сама с собой. – На чем ты катаешься сейчас? Синий “Скайлайн”, да? Стоит без присмотра даже не в гараже.
Соскакиваю со стула и вытаскиваю из подставки для ножей самый большой, подбираю молоток и, не забыв бутылку, иду к тачке. Что ж, его нет, зато есть на чем оторваться.
Провожу рукой по идеальной поверхности, которая гладкая и приятно холодит мою горящую огнем кожу. Такой красивый капот. Такой идеальный. Обхватываю рукоятку молотка покрепче, размахиваюсь и бью. Удар такой громкий, громче только мое собственное сердце, которое грохает о ребра. Вмятина, уродливая, глубокая, приводит меня в восторг.
Я размахиваюсь и бью снова и снова. Отлетает боковое зеркало, идеальные двери и капот покрываются вмятинами, а лобовуха – мутными раскрошенными кружками и трещинами. Рушу дорогущую тачку, пока не выбиваюсь из сил. Мало. Слишком мало. Беру нож и его острием процарапываю на дверце водителя одно из тех слов, которое прекрасно его характеризует: “предатель”.
Маниакально улыбаюсь, еще раз осматривая свою работу, забираюсь на раскуроченный капот, сажусь, подобрав под себя босые ноги, и вновь глотаю мелкими глотками спиртное, от которого уже тошнит.
– Как называется инсталляция? – он неожиданно стоит прямо передо мной метрах в трех. Давно смотрит? Руки в карманах, взгляд исподлобья.
Я одним движение соскальзываю с капота. Вены затапливает литрами адреналина, от которого я вмиг трезвею. Не свожу с него глаз, готовая в любой момент броситься наутек.
– Название простое, – улыбаюсь я самой стервозной своей улыбкой. – Наверное, ты догадываешься какое, – отступаю еще на несколько шагов, гравий противно впивается в пятки.
– Да куда уж мне постичь великий замысел творца, – делает плавный, звериный шаг в мою сторону. Что бы он ни пытался сейчас показать, он далеко НЕ спокоен.
– Я тебя ненавижу, – выпаливаю я, задыхаясь от бешеного сердцебиения, и опять пячусь к дому.
Смотрю на него и просчитываю в голове, как побегу и насколько он быстрее. Если поймает, то ничего хорошего не будет. Не хочу, чтобы он касался меня. Мама была права по поводу этого психа ненормального.
– Мы в этом с тобой едины, – кривит губы он. – Я тоже ненавижу… себя.
Снова шаг ко мне.
– Хочешь теперь спрятаться? – вскидывает голову, почесывает густую бороду.
– Не смей ко мне подходить, – заговариваю ему зубы, чтобы дать себе шанс скрыться от него в доме.
– Не то что? – еще пара шагов, и он оказывается слишком близко.
– Не то я расскажу все Руслану, – еще один спасительный шаг, наращивающий расстояние между нами.
– Можешь звонить прямо сейчас, – приподнимает бровь. – Ты телефон хоть с собой взяла?
– Я тебя не боюсь, – хочу звучать холодно, твердо, но голос дрожит, а в глазах уже собираются первые слезинки. – Не смей ко мне – Позвоню, не переживай, – еще чуть-чуть, я уже почти у крыльца. – Приедет и открутит твою тупую голову.
– Разве я сейчас должен переживать, моя маленькая девочка? – его взгляд леденеет, и я понимаю, что больше у меня нет времени на разговоры. Он мне больше его не даст.
Я бросаюсь к дому, преодолеваю три ступени в один прыжок, залетаю в холл и захлопываю дверь, до последнего надеясь, что успею закрыть замок, но его рука не дает.
Дверь отлетает в обратную сторону, чуть ли не отшвыривая меня в стену. Не жду, пока он войдет, бросаюсь прочь.
Нужно бы бежать наверх, к себе, но лестница освещена, и он быстро меня нагонит. Несусь в кухню, совмещенную с гостиной – там темно и много мест, где можно затаиться. Ступаю осторожно, стараясь быть бесшумной, но мое сердце стучит барабаном. Мне кажется, он это слышит, и найдет меня только по этому звуку.
Музыка, тревожная и волнительная, раздается будто бы сразу во всем доме. Подключил всю акустическую систему. Чтобы… чтобы я сильнее боялась?
“Ты закрыла сердце на замок,
Чтобы я его открыть не смог,
Или я взломаю твой секрет,
Или ты сама ответишь мне…”
Голос разносится как будто бы внутри меня, заставляет кровь бежать еще быстрее, бьет в виски молотом.
– Поиграем в прятки, Стефа? – перекрикивает он исполнителя. – Как раньше?
“Как раньше”, – стучит в висках, и меня начинает подташнивать еще сильнее.
Чего я боюсь? Гордей не ударит меня из-за раскуроченной тачки. Это знаю точно. Это самое “как раньше” пугает куда сильнее, чем самое ужасное наказание. Если увижу хоть искру его прежнего, не смогу сопротивляться. А мне нужно его ненавидеть.
Я присаживаюсь за кухонным островом. Сейчас он войдет, и рвану из кухни, понесусь наверх… Эта музыка такая громкая, что мешает думать.
– Ты точно хорошо спряталась? – я почти физически ощущаю, как он приближается. Музыка сменяется с тревожной на мрачную, маниакальную. – Где ты? Я иду за тобою, – вторит он исполнителю.
“Я сделал бы тело себе
Из твоего запаха.
Я двери сносил бы с петель,
Чтоб ты заплакала.
Я продал бы душу, затем
Отнял обратно.
Чтоб ты любила меня
Неадекватно”.
Боже… Это же его плейлист? Он совсем сумасшедший?
На мгновение в моем обезумевшем от страха и возбуждения мозге возникает такая же сумасшедшая мысль. А может, позволить ему найти себя? Пусть делает, что хочет, лишь бы это безумие уже кончилось. Все равно этому извращенцу уже не будет в кайф, если я перестану быть его добычей.
– Чего ты боишься, Стефа? – снова сквозь музыку, снова в самое сердце. – Ты же знаешь, ни одна машина не стоит тебя.
Дело не в машине. И даже не в Руслане. Дело в нем. И во мне. И в нас, которых не стало. Дело в том, что он сделал мне очень больно, и я не останусь в долгу.
Он уже почти рядом со мной. Я медленно, на корточках двигаюсь в противоположную сторону. Рывок с места, и я оказываюсь на пороге кухни, выбегаю в слабо освещенный холл, где музыка грохочет просто оглушающе. Сил уже почти нет, но я рвусь к спасительной лестнице.
Снова смена песни на какую-то очень даже не грустную, а трагичную. Замираю на середине лестницы, потому что он сидит на верхней ступеньке. Локти на коленях и взгляд на меня. Застываем, сцепленные взглядами. И просто смотрим друг на друга под эту как нельзя подходящую музыку. Его музыку.
“Мало, мало мне боли, боли,
Раны по швам и вали, вали.
Мы же большие, ломай, круши.
Вот тебе шея, ты и души.
Все будет круто, мальчик-кураж,
Ты же Иуда, ты и предашь”.
Он себя Иудой считает? Или меня?
– Я оплачу ремонт твоей чертовой тачки, – делаю шаг назад и спускаюсь на ступеньку ниже. – И музыка у тебя идиотская. И борода эта тоже.
– Мне по херу на машину, – смотрит, даже не моргая, кажется. – Ты почему вернулась?
– А мне по херу на тебя, – тут же выпаливаю я то, что точно разозлит его еще больше. – У тебя не спросила, нужно ли мне возвращаться домой. К родителям вернулась… и к Руслану.
– Я пять лет тебе писал, – бросает он спокойно ту самую фразу, которая выворачивает меня наизнанку.
Делаю еще шаг назад, и слишком поздно осознаю, что опоры нет. Хватаю пальцами воздух, надеясь схватиться за перила. Лечу вниз спиной, и мне даже как-то все равно.
Сильные пальцы сковывают мое запястье, дергают на себя. Прижимает меня крепко к себе, утыкая мое лицо себе в грудь, зарывает пальцы в волосы на затылке.
– Все соцсети, мессенджеры ты заблочила. Почту сменила. Трубки не брала, а потом вообще сменила номер. Я пять лет писал на твою старую почту, надеясь, что хоть случайно ты туда зайдешь. А потом вдруг я приезжаю в этот дом на очередной прием и вижу тебя, – каждое его слово отдается гулом в его груди, смешивается со стуком его сердца.
Я судорожно всхлипываю, помимо собственной воли вдыхаю полные легкие его запаха, по которому так скучала, который так хорошо запомнила.
– Отпусти меня, Гордей, – упираюсь ладонями в его грудь – уж лучше кубарем вниз по лестнице, это не так больно. – Писал ты мне. Отослал меня, поняв, что наши отношения становятся проблемой. Просто избавился, а потом писал. Пошел ты!
– Я не имею власти кого-то отсылать, ты не заметила? – сжимает мои плечи, встряхивает меня так, что голова начинает кружиться. А может быть, это от его близости. – И ты обрубила все контакты, вместо того, чтобы поговорить со мной! Ты не взглянула на меня ни разу за тот чертов вечер! О том, что ты приезжаешь, знали все, кроме меня. И ты что-то говоришь о том, что я избавился? Какая же ты лицемерка, Стефа. Или полная дура!
– Я сказала, убери от меня руки! – вновь пытаюсь оттолкнуть его от себя. Не хочу верить его словам, не могу просто. – Я тебе не верю!
– Я. Не. Могу. Убрать. Руки, – смотрит на меня колючим безнадежным взглядом. И я вдруг понимаю, что он действительно не может. Он же больной. Ненормальный абсолютно. Мама была права во всем. Я правильно сделала, что уехала.
– Чего ты от меня хочешь? – проговариваю я почти спокойно, хотя внутри меня все грохочет и разносится пылью. – Что я должна сделать, чтобы ты отвалил от меня? Хочешь трахнуть меня? Давай сделаем это быстро, и ты покатишься к чертям!
9 (Стеша)
Секунду смотрит почти с брезгливой ненавистью, а потом цедит, облизав губы:
– Хорошо. Раздевайся.
– Не стану, – проговариваю четко. – Ведь насильникам положено рвать на жертвах одежду, брать силой. Я тебя не хочу, Гордей. Давай сделай это, и я пойду спать.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.