Фуа-гра из топора
- -
- 100%
- +
Глава 1
«Семь раз посмотри на торт, один раз отрежь – и никогда не ешь».
Я постояла около холодильника, на дверце которого магнитом было прикреплено это объявление, сняла листок, покинула кухню, вошла в просторную комнату с офисными столами и сказала даме, сидевшей у самого входа:
– Уважаемая Лора, очень прошу вас более не украшать бытовую технику никакими дацзыбао.
– Танечка, я, как секретарь бригады, обязана следить за состоянием здоровья всех ее членов, – моментально отозвалась тетушка. – А лишний вес приводит к болезням – артрит, холецистит, тромбофлебит, гипертония…
Я решительно прервала Лору:
– Большое спасибо, я очень ценю ваше рвение, но лучше вам сосредоточиться на служебных вопросах, а не на том, кто из нас сколько пищи употребляет.
Секретарша обиженно поджала губы, но промолчала.
Я втянула живот, выпрямила спину и молча скрылась в своем кабинете. Намек на излишние килограммы явно адресован мне, начальнице подразделения Татьяне Сергеевой. Остальные сотрудники, включая саму Лору, все, как один, имеют подтянутую фигуру. Впрочем, меня тоже нельзя назвать кучей жира, я регулярно занимаюсь спортом. Просто у нас нервная работа, без четкого графика, и порой я весь день провожу в офисе, поневоле соблюдая диету, а подчас бегаю, высунув язык, по разным адресам и, падая в обморок от голода, глотаю первое, что попадется под руку. А что попадается занятому человеку под руку? Булочки, пирожные, гамбургеры, хот-доги и лапша быстрого приготовления. Чтобы съесть полезный салат из овощей, заправленный оливковым маслом, нужно зайти в кафе и потратить драгоценное время, которого у меня элементарно нет.
На столе захрипела серая коробочка, я нажала в нее пальцем.
– Татьяна, к вам пришла Ванда Комиссарова, – отрапортовала Лора.
– Проводите ее, пожалуйста, в переговорную, – ответила я, – буду там через пару минут.
– Разрешите приготовить кофе? – спросила секретарша.
Я подавила вздох.
– Пожалуйста.
– Можно подать к нему сахар? – не успокаивалась Лора.
Я собрала в кулак все свое терпение.
– Да.
– Позволите поставить на стол печенье? – усердствовала она.
Мое напускное спокойствие стало тихонечко таять.
– Вы прекрасно знаете, как организовать прием посетительницы. Пожалуйста, Лора, перестаньте задавать праздные вопросы.
Секретарь тут же ринулась в бой.
– Конечно, знаю. И мне казалось, что я отлично справляюсь со своими обязанностями, которые включают в себя и заботу о членах бригады. Но сегодня вы указали мне на ошибку, сняли предупреждение с холодильника, и я растерялась, боюсь совершить новую оплошность, поэтому жду от вас подробнейших указаний. Значит, кофе, сахар и печенье?
– Именно так, – стараясь говорить бесстрастно, согласилась я и открыла ящик своего письменного стола.
Где тут лежит небольшая упаковка шоколадных конфет, недавно подаренная мне Котовым? Антон был начальником бригады, я рядовым его сотрудником, а потом меня неожиданно повысили, сделали руководителем нового, недавно созданного коллектива, и жизнь моя стала такой нервной, что ежедневная порция шоколада мне просто необходима[1].
Признаюсь, впервые усевшись за стол в своем кабинете, я испытала эйфорию. Стать боссом, понять, что тебя ценят, считают нужной, было необыкновенно приятно. Я исполнилась желания работать как можно лучше, сплотить своих сотрудников в дружную команду, настоящую семью, где один за всех и все за одного. Конечно, я понимала, что свежеиспеченная бригада не сразу превратится в единый организм, и дала себе слово быть спокойной, интеллигентной, разумно строгой и по-деловому требовательной начальницей. Первым делом я съездила в книжный магазин, накупила пособий типа «Как правильно руководить фирмой и не заработать инфаркт» и тщательно проштудировала их. Кроме того, в моей домашней библиотеке появились брошюры «Как подобрать сотрудников», «Психологическое тестирование» и «Создание комфортного морального климата в коллективе».
Десять дней я сидела в офисе одна, ожидая, когда кто-нибудь из вышестоящего руководства пригласит на, так сказать, кастинг моих будущих сотрудников. И в конце концов дождалась – подчиненные сами явились на службу. Оказалось, их приняли на работу, не поинтересовавшись мнением новой начальницы. Таким образом, мне не пришлось применять спешно полученные знания по отбору кандидатов, я получила уже сформированный кем-то наверху коллектив.
Всеми компьютерными делами у меня занимается Роберт Троянов. Ему чуть больше сорока, он был женат, давно развелся и работал в разных местах. Справка, которую на него приготовил кадровик, выглядела как представление к высшей государственной награде: ни одного порицания, сплошные поощрения. Но я насторожилась. Если руководство, заходясь от восторга, хвалит подчиненного – и отдает его в другой отдел, это не очень хороший знак. По-настоящему ценного сотрудника будут изо всех сил ругать и никогда не отпустят. Так почему Роберт постоянно перемещается из одного подразделения в другое? Более трех лет он ни в одном коллективе не задерживался.
Оперативная работа лежит на плечах Дениса Жданова и Елизаветы Кочергиной. Лизу я, слава богу, знаю[2], и она мне нравится. Про Дениса пока ничего сказать не могу, кроме того, что он, если верить все той же служебной характеристике, ангел с пушистыми крыльями: ранее работал в полиции, а в нашу систему попал за ум, храбрость и сообразительность.
Меня не поразило малое количество подчиненных, все подразделения нашего управления немногочисленны. В тех, где я работала до того, как стала шефом нового, тоже было немного сотрудников. Но вот что странно, мне выделили секретаря. Лоре вменено в обязанности заниматься разными хозяйственными вопросами: подавать чай-кофе, проверять, чтобы в туалетах были бумага, полотенца и мыло, следить за порядком в комнатах отдыха (иногда сотрудники вынуждены оставаться здесь ночевать), отвечать на звонки городского телефона, пополнять запасы немудреной еды в офисном холодильнике и не вмешиваться в служебные вопросы.
Я была буквально поражена, когда прочитала личное дело Лоры. Даме исполнилось пятьдесят шесть лет, а как известно, в таком возрасте большинство женщин выходят на пенсию, и прежним местом ее работы была… общеобразовательная школа, где Лора Павловна Селезнева преподавала домоводство. Узнав подробности ее биографии, я впала в глубочайшую задумчивость. Зачем мне секретарь? Там, где я работала ранее, сотрудники сами нажимали на кнопки кофемашины и отвечали на телефонные звонки. И каким образом бывшая училка оказалась в строго засекреченной структуре?
Некоторое время я мучилась любопытством, а потом мне позвонила Лапуля, жена Димона, и все разъяснилось. Но давайте расскажу об этом по порядку.
С Димой Коробковым мы долго работали в одной бригаде и до сих пор дружим. Лапулю я люблю, но не всегда могу понять, о чем она говорит.
Вот и на сей раз супруга Коробкова, как обычно, забыв поздороваться, затараторила:
– Заиньки такие красивые, просто очаровашки! Но от кошек плачут. Зая совсем расстроился! Он хотел помочь, но не знал, что заиньки с кошками не дружат. Кисе ничего не говорит, ей и так плохо, с лапками беда. Зая весь на мыло изошел. Заиньки чешутся, кричат, никто не спит. Крокодиловна с ног падает. Ой, помоги, Танюша!
– Лапуля, позови Димона, – попросила я и, услышав голос друга, спросила: – Что у вас происходит?
Дима засопел и пробубнил:
– Да так, ерунда. Бытовуха.
Но я прекрасно знаю Коробкова, поэтому насела на него и выяснила, в чем дело.
У компьютерного гения есть сестра Олеся. Она моложе Димы, живет в небольшом провинциальном городке и не состоит в браке. Годы летят, выйти замуж Олеся никак не может, а биологические часы неустанно тикают. В конце концов она решила: раз уж не получается найти мужа, она родит ребеночка и будет его воспитывать одна. Сестра Коробкова владеет швейной фабрикой и сетью магазинов, где успешно сбывает произведенный товар, поэтому не боится материальных трудностей. Забеременев, Олеся наняла рабочих, и те оборудовали в ее уютном доме просторную детскую. Затем она нашла квалифицированную няню, договорилась со знающим педиатром и приготовилась руководить бизнесом дистанционно. Короче, предусмотрела все, кроме одного: узи показало, что у нее скоро родятся близнецы, причем мальчики.
Я не медик, поэтому не могу объяснить, почему лучший местный акушер-гинеколог посоветовал пациентке: «Отправляйтесь в Москву. Вам предстоит непростая операция, которую лучше сделать в крупной клинике». Вроде что-то у нее было не так с положением плодов. А еще, полагаю, врача беспокоил возраст женщины, которой предстояли первые роды. Ведь Олесе слегка за сорок. Наверное, врач решил перестраховаться. Есть у некоторых провинциальных эскулапов такая манера – увидят непростой случай и тут же спешат снять с себя ответственность. Мол, в столице в лечебницах есть прекрасная диагностическая аппаратура, не чета нашей бедной больничке.
Сестра Коробкова дама предприимчивая, самостоятельная и хорошо обеспеченная, заработавшая капитал своим умом и трудолюбием. Она не из тех, кто впадает при малейшей трудности в панику и начинает истерически рыдать. Будущая мать выбрала в столице медицинский центр, встала там на учет, за две недели до родов собралась ехать в Москву, и тут ей, словно что-то почуяв, позвонил старший брат, который ничего не знал о беременности Олеси.
Почему она, несмотря на прекрасные отношения с Димой, скрыла от него столь важное событие? На то имелось несколько причин.
Владелица швейного производства понятия не имеет, где на самом деле трудится Димон. Коробков сказал ей, что служит в военной организации, работает на оборону страны, поэтому у него ненормированный график, и подчас он живет в служебном кабинете. Вот Олеся и не хотела волновать брата, отвлекать его от исполнения важных для государства обязанностей. А еще она побаивалась, что братишка, узнав о том, что скоро станет дядюшкой, воскликнет:
– Леська, ты сошла с ума! Не делай глупостей! В твоем возрасте очень опасно впервые рожать. И подумай, ты ставишь крест на своей личной жизни. Мало найдется мужчин, готовых полюбить чужого ребенка. Может, пока не поздно, откажешься от этой затеи?
Олесе не хотелось спорить с Димой, поэтому она избрала тактику партизана на допросе в гестапо – ни словом не обмолвилась брату о предстоящих родах. Но Коробков что-то почуял, звякнул сестрице и живо вытянул из нее правду. Выяснив, что Леся вот-вот должна приехать в столицу, Димон категорично заявил:
– Прекрасно. Я сам встречу тебя на вокзале и препровожу к нам с Лапулей домой.
Олеся попыталась объяснить ему, что нашла в Москве хорошую квартиру, и ей не хочется стеснять семейство Коробкова. А после появления на свет близняшек она уедет домой, где все уже приготовлено к приему детей и матери.
Но Коробок был неумолим, и ей пришлось остановиться у брата.
Олесю радостно приняли все обитатели огромных апартаментов: две престарелые тетушки, Лапуля, крохотный малыш и четыре кошки.
Роды прошли успешно. Мальчики появились на свет здоровенькими, и оба, что редкость для близнецов, имели вес чуть больше трех килограммов, а рост пятьдесят сантиметров. Олеся тоже прекрасно себя чувствовала. Одним словом, ничто не предвещало беды.
За день до выписки Коробкова пошла на очередное узи-обследование. Идти ей предстояло по длинной галерее, пол там выложен плитами из искусственного мрамора. На середине пути какая-то тетка схватила Олесю за руку и принялась умолять:
– Спрячьте меня! Я в ужасной опасности!
Леся сразу поняла, что незнакомка не в себе, попыталась уйти, но сумасшедшая вцепилась в нее мертвой хваткой.
Как назло, в галерее никого не было, а психопатка оказалась невероятно сильной. К тому же Олеся была слаба после операции, вот и не смогла дать отпор напавшей. А та разошлась не на шутку. Чокнутая баба ударила мать близнецов головой о подоконник, Леся потеряла сознание и рухнула на пол. Очнулась она в реанимации с диагнозом: тяжелое сотрясение мозга и перелом костей таза. Слава богу, что в тот момент, когда ополоумевшая тетка начала избивать упавшую Коробкову, в галерее наконец-то появились двое студентов-медиков – они скрутили безумную и вызвали врачей для Олеси.
Сейчас сестра Димона лежит в том же центре. Она находится под воздействием сильных лекарств. Владелец клиники, боясь, что история с нападением станет известна широкому кругу людей, сказал примчавшемуся Димону:
– Сотрудники, не проследившие за душевнобольной, доставленной для проведения операции по прерыванию беременности, уволены. Олесе Коробковой мы окажем необходимую помощь в полном объеме. Вип-палата, питание по высшему разряду, наблюдение лучших травматологов – все бесплатно. Я не снимаю с себя ответственности за произошедшее, но, поймите, никто не застрахован от форс-мажорных обстоятельств.
Димон не собирался судиться с больницей, прекрасно зная, что это бесперспективное дело, поэтому просто сказал:
– Надеюсь, вы поставите сестру на ноги.
И новоиспеченный дядюшка забрал близнецов к себе домой.
Глава 2
Тетушки Димона, засучив рукава, начали ухаживать за детишками. Но учтите, совокупный возраст отважных пожилых дам равен примерно ста шестидесяти годам, и в квартире есть еще один младенец – ребенок Димы и Лапули. Коробков быстро понял, что им нужна няня, порылся в Интернете, поднял на ноги всех знакомых и в конце концов нашел некую Эмму Гавриловну, которую Лапуля тут же переименовала в Крокодиловну. На пару дней в доме воцарилась относительная тишина и некое подобие порядка. А потом новорожденные разом заболели – у них поднялась температура, начался насморк, кашель, полились слезы из глаз. Спешно вызванный педиатр с ходу поставил диагноз: у крошек аллергия на кошачью шерсть, необходимо убрать из дома животных.
Дима страстный кошатник, но ему пришлось спешно эвакуировать из квартиры своих любимиц. Киски с пакетами своего корма, туалетами, мягкими матрасиками, ошейниками и прочим богатым приданым временно перебрались ко мне. Однако близнецам лучше не стало.
Был вызван другой врач. Он подтвердил вердикт своего коллеги: да, у мальчиков аллергия. Но ее причиной являются не четверолапые обитательницы апартаментов.
– На глазок диагноз не поставить, – вещал педиатр, – надо провести лабораторные исследования, чтобы установить аллерген.
Около недели в квартире Коробкова все стояли на ушах, а потом пришли результаты анализов. Выяснилось, что близняшки столь негативно реагируют на кожные частицы… Лапули. Да, да, причиной золотухи детей Олеси являлась жена Димона! Очень редкий, но подробно описанный в научной литературе случай аллергии на человека.
Коробков приехал ко мне забирать реабилитированных мурок и сказал, что сейчас спешно ищет квартиру, куда перевезет Эмму Гавриловну с парнишками. А я предложила ему обменять кисок на детей.
– Зачем тратить деньги? – убеждала я друга. – В Москве приличную жилплощадь сдают за круглые суммы. А у меня три комнаты, просторная кухня, два санузла, лоджии, плюс стиральная машина с функцией ухода за детскими вещами и разная другая бытовая техника. Меня почти не бывает дома, сплю я, как кирпич, никакого неудобства от присутствия малышей не почувствую. Они мирно лежат в кроватке, не бегают, не разговаривают, с кошками и то забот больше, чем с новорожденными. Да и не мне же предстоит печься о них, для этого есть Эмма Гавриловна. Друзей надо выручать. Ты, Димон, неоднократно помогал мне, теперь настал мой черед оказать тебе услугу.
Крокодиловна с малышами живо перебралась по новому адресу, и теперь мы живем вместе, весьма довольные друг другом.
Эмма Гавриловна милая женщина, она постоянно хлопочет по хозяйству, я теперь завтракаю вкусной геркулесовой кашей на молоке и пью какао. А вечером, когда возвращаюсь домой, на столике у плиты стоят заботливо завернутые в одеяло кастрюльки с тушеными овощами и рыбой или картофельным пюре и куриными котлетками. Уплетая простую, но очень вкусную еду, я ощущаю себя третьим близнецом. Правда, немного мучаюсь совестью, ведь у Крокодиловны хватает своих забот, а она еще и меня успевает баловать.
Пару дней назад, собираясь на службу, я открыла шкаф, обнаружила идеально отглаженные блузки и сказала Эмме Гавриловне:
– Извините, я, наверное, случайно бросила свои высушенные кофточки в корзинку с неглажеными вещами мальчиков. Я вовсе не собиралась подсовывать вам собственные мятые наряды.
– Нет, Танюша, – улыбнулась Крокодиловна, – вы очень аккуратно складываете свою чистую одежду на полку в кладовке. Но у работающей женщины нет свободного времени на то, чтобы махать утюгом, а мне глажка доставляет удовольствие.
Я окончательно смутилась.
– Огромное спасибо, но, право, мне как-то неловко.
– Я вас понимаю, – кивнула Эмма Гавриловна. – Но тогда я не буду есть шоколадные конфеты, которые вы покупаете специально для меня. Сами-то, я вижу, сладкое стараетесь не употреблять.
– Вашей фигуре может позавидовать любая девушка, – вздохнула я, – похоже, у вас сорок второй российский размер, а я едва влезаю в пятидесятый. Шоколадки позволяю себе лишь в момент стресса, я успокаиваюсь от сладкого. Вам нравятся марципаны в шоколадной глазури, вот мне и хочется вас порадовать. Я люблю делать людям приятное.
– А я люблю гладить, и мне приятно вас порадовать, – парировала Крокодиловна. – Детки спокойные, особых хлопот не доставляют, у меня много свободного времени остается. Ну, так как, продолжаем радовать друг друга?
Я улыбнулась.
– Пожалуй, сегодня я прихвачу к вечернему чаю еще и трюфели с орешками.
Эмма Гавриловна кивнула. И неожиданно добавила:
– Забыла сказать! Я лучше всех умею заделывать дырочки. Знаете, я заметила на вашем трикотажном платье пару спущенных петель, так я исправлю незадачу, ладно?
Вчера вечером к нам с Крокодиловной, как всегда, нагруженный пакетами, заглянул Димон. Я забрала у него упаковки памперсов, банки с сухой молочной смесью, бутылки детской минералки без газа, усадила приятеля на кухне, налила ему чаю и не удержала вздоха.
– Что случилось? – мигом отреагировал он.
– Завтра придет первый клиент, а я не очень уверена в сотрудниках, – призналась я. – Никогда ведь не руководила расследованием да и слегка побаиваюсь подчиненных. Денис и Роберт помалкивают, зато Лора трещит без умолку и изо всех сил пытается стать главной в коллективе. Похоже, я не нравлюсь ни мужчинам, ни бывшей училке. И зачем только ее прикрепили к моей бригаде? Между прочим, эксперта у меня до сих пор нет, зато секретарша в наличии. Лучше бы наоборот было…
Димон отвел глаза в сторону и слишком весело воскликнул:
– Какая хорошая погода установилась! Апрель, а тепло, как в июне!
– Эй, ты что-то знаешь про Лору? – подскочила я. – Немедленно рассказывай.
– Ну, понимаешь… – замямлил Коробков, – короче… в общих словах…
– Говори! – приказала я.
Он потер шею.
– Селезнева – любимая женщина нашего директора Ивана Никифоровича.
– Так она ж пенсионерка! – ляпнула я.
– И что? – усмехнулся Димон. – Ему тоже не двадцать, он уже трижды дедушка.
– Хочешь сказать, что высокое начальство изменяет жене? – уточнила я. – Лора моложе любовника, но все равно, это странный выбор. Обычно мужики в возрасте предпочитают юных блондинок.
Коробков оглянулся на дверь и понизил голос.
– Супруга Ивана умерла десять лет назад, остались дети – сын и дочь. Парень значительно младше сестры, чем занимается, я понятия не имею. Вся инфа про начальство засекречена. Про то, что он вдовец и живет с Лорой, я узнал… Впрочем, какая тебе разница, откуда приплыли сведения. Просто имей в виду: твоя секретарша совсем не простая тетка. Иван Никифорович не может на ней жениться, потому что дочь очень негативно настроена против Лоры, считает ее виновницей смерти матери. С супругой директора какая-то темная история случилась. Вроде она поехала на дачу, а там орудовал грабитель. Он зарезал не вовремя явившуюся хозяйку и исчез, растаял, как сахар в горячем чае.
– Хочешь сказать, что наш босс не нашел убийцу? – опешила я. – Это невозможно!
– Никаких подробностей о смерти его жены не знаю, – поморщился Коробок. – Лора никогда не работала в системе. Почему сейчас шеф решил пристроить ее в твое подразделение? Думаю…
Димон вдруг умолк и отвернулся к окну. А я рассердилась:
– Из тебя сегодня сведения прямо клещами приходится вытаскивать!
Коробков сложил руки на груди.
– Тань, ты совсем не интриганка, работаешь и не особо интересуешься внутренними делами управления. Тебе не приходило в голову спросить: по какой причине именно тебя сделали руководителем новой бригады?
– Очевидно, за мой ум и прочие способности, – гордо ответила я. – А еще Антон сказал, что руководство решило впервые дать шанс встать у руля женщине. Поэтому я чувствую большую ответственность.
– Антон Котов человек Ивана Никифоровича, – покачал головой Димон, – он служит ему верой и правдой. Но и над Иваном есть шеф, Петр Степанович. Слышала о нем?
– Да. Правда, никогда не встречалась с самым наиглавнейшим нашим начальником, – призналась я.
– Кстати, он не наиглавнейший, – поправил Димон. – Структура управления проста. Ты отлично знаешь, что до недавнего времени в его состав входило восемь подразделений. Их руководители подчиняются директору, Ивану Никифоровичу, который в свою очередь тоже имеет босса – Петра Степановича. А уж тот непосредственно общается с человеком, придумавшим и основавшим эту структуру. Как зовут последнего, кто он такой, знает один Петр Степанович. Я подозреваю, что хозяин нашей системы очень богат, потому как управление он финансирует, а мы не особенно стеснены в денежных расходах. Все начальники бригад являются ставленниками либо Ивана, либо Петра, они участвуют в совещаниях, где принимаются решения по стратегическим вопросам. Тебя туда тоже позовут. Ну, а теперь представь, что Ваня с Петей расходятся во взглядах на проблему. Как тогда пройдет голосование на совете? Ничья. Четыре «за», четыре «против». Это я тебе примитивно объясняю. Замечу еще, что между Иваном и Петром Степановичем бывают словесные дуэли, бурное выяснение отношений, один не хочет уступать другому. И тому, кто содержит структуру, неизвестному нам, но реальному ее хозяину, надоел базар. Он решил найти честного, не вошедшего ни в какие коалиции и союзы бригадира, который будет заседать в Совете, думая о пользе дела, а не о личных интересах. Вообще, я предполагаю, что очень скоро в управлении среди руководства начнутся перестановки, кое-кто может лишиться своего кресла. Но пока самодержец изучает обстановку, думает, как лучше реорганизовать работу. Понимаешь?
Я поежилась.
– Намекаешь, что я и есть тот самый «честный и не вошедший»?
– Ага, – кивнул Димон. – Поэтому Ваня с Петей живенько заслали в твою бригаду шпионов. Иван Никифорович оформил на ставку секретаря Лору, которой он доверяет больше, чем себе. А вот кого внедрил Петя, я понятия не имею. Только вряд ли это Денис или Роберт.
– Почему? – тут же поинтересовалась я.
– Ну как тебе объяснить… – задумался Коробок. – Например, Жданов недавно перешел из полиции, служил на земле в обычном отделении, его отобрал человек, подыскивающий новые кадры для управления. Дениса тщательно изучали, в его деле прослеживаются результаты стандартной проверки. Он пока не оброс знакомыми в системе, то есть наивный неофит.
– Лиза тоже новичок, – сказала я, – ее родственники были связаны с КГБ. Кочергина – женский вариант Жданова. И мне трудно представить, что она стучит кому-то на меня – Лизавета не похожа на шпионку.
Димон хмыкнул.
– Отличное замечание для опытного сотрудника. Позволь напомнить: профессионального засланного казачка трудно вычислить.
– Пожалуйста, не читай мне лекцию, – отмахнулась я.
– А ты не пори чушь, – немедленно отбил подачу Димон. – В данный момент Иван Никифорович и Петр Степанович изучают ставленницу того, кто владеет структурой. Спорить с императором оба не смеют и боятся за свои места – а ну как их турнут?
– Из системы не уходят, – напомнила я. – Даже тот, кто по возрасту или состоянию здоровья отошел от дел, может быть в любую минуту призван на работу.
Коробков прищурился.
– Оно, конечно, так. Но что лучше, сидеть в отдельном кабинете, заниматься интересными делами, или выдавать в архиве пыльные папки? В управлении полно нудной работы. Поставят тебя топтуном у двери или наружным наблюдателем, будешь носиться хвостом за объектом и докладывать о том, кто, куда и с кем пошел, и получать выговоры от оперсотрудников за нерасторопность. Или вот еще «ответственное» занятие: отсматривать записи видеокамер. Очень увлекательно. Сейчас Иван Никифорович приказывает кому-то сидеть у компьютера и пялиться в монитор. А вдруг ему самому велят ловлей мышей заниматься? Не забывай про мужской менталитет. Для мужика упасть с верхней ступени служебной лестницы на нижнюю намного болезненнее, чем для женщины. Вот Ваня с Петей и хотят понять, почему именно Татьяна Сергеева выбилась в бригадиры, какие у нее планы, метит она на высокую руководящую должность или нет. Если им придет в голову, что Танюша представляет для них опасность, собираясь их потеснить, тогда они начнут войну с конкуренткой. Но перед тем, как открыть боевые действия, Ваня и Петя, люди осторожные, профессионалы сыска, решили тщательно изучить обстановку. Иван Никифорович сглупил. Он считает, что про него и Лору никому не известно, поэтому она стала твоим секретарем, и мы теперь в курсе – тетка его человек. А вот Петр Степанович оказался хитрее. Лично я пока не могу сообразить, кто его стукачок. Короче, будь очень осторожна. И еще. Думаю, завтра тебе подсунут какое-нибудь особенно заковыристое дело. Оба босса категорически возражали против твоего назначения, каждый хотел пропихнуть в бригадиры нового подразделения своего человека. Так что они постараются, чтобы ты облажалась, завалила расследование. Тогда Ваня с Петей дуэтом скажут: «Ну что с бабы взять? Она исполнительный сотрудник, но, увы, не лидер». В общем, послушай совет друга. Веди себя, как обычно, не показывай вида, что знаешь, кто такая Лора, не пытайся с ней подружиться. Держи на расстоянии Дениса, Лизу и Роберта. Танюшка, ты сейчас, как та болонка, что случайно затесалась в драку питбуля и ротвейлера, сражающихся за сочный кусок мяса.