Государыня Криворучка

© Донцова Д.А., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Глава первая

Мужчине очень трудно в одиночку воспитывать маленькую девочку, которую ему родила теща.

– Ты собираешься это сама раскладывать? – прошептала Ляля.

Я окинула взглядом шеренги коробок.

– Начну с кухни!

Лялечка прижала ладони к щекам.

– Ужас! Тебе надо отдохнуть!

– Да вроде не устала, – засмеялась я, глянула в открытое окно столовой и улыбнулась.

Хорошо, что Макс уговорил меня на переезд. Сейчас вижу не улицу, забитую машинами, а зеленые деревья и какие-то цветы. Конечно, время поездки на работу увеличится, но какой воздух сейчас втекает в комнату!

– Лампочка, ты просто герой, – прошептала тем временем Ляля. – Когда Вова привез нас сюда, первый год я находилась в глубокой депрессии.

– Почему?

– Много свободного места, повсюду подстерегают опасности. Дикие звери свободно бродят.

– Мы находимся в двадцати километрах от Москвы, в поселке. Львов, гепардов, слонов тут нет.

– Видела недавно крокодила, – всхлипнула Ляля.

Я изо всех сил постаралась не захохотать и уточнила:

– Аллигатора?

Жена Володи кивнула:

– Зеленого такого, страшного, аж жуть.

Несколько лет назад Костин, мой лучший друг, развелся со своей третьей супругой. Удивительно, но Володе не везет в личной жизни. Первая его супруга Ната оказалась ну очень странной. Вторая жена замучила Костина ревностью.

Третья, Луиза, сначала показалась мне идеальной, но все равно союз распался. Причина крушения семьи банальна. Володя целыми днями пропадает на работе, его вторая половина тоже постоянно работает. Она человек с железным характером, бесконечно самостоятельная дама. Повесить картину? Легко! Взяла дрель, и готово. Позвать на помощь супруга женщине и в голову в этом случае не придет. Подходила ли она к Вовке, протягивая руку, сложив ладошку ковшиком, ноя: «Милый, дай денежек на маникюрчик! А еще губную помаду охота!»? Да ни разу Луиза так себя не вела – она прекрасно зарабатывает. Первое время супружеская пара жила счастливо, но потом муж и жена медленно начали отдаляться друг от друга и в конце концов превратились в параллельные вселенные. Мы с Максом наивно считали, что в личной жизни у Костина все наконец-то стало нормально. Нас с Луизой нельзя назвать подругами, мы просто хорошие знакомые, которые встречаются пару раз в год. Поэтому никакой информации от жены приятеля я не получала. Костин же никогда не рассказывал о семейных конфликтах, на мой вопрос «как дома дела?» всегда следовал ответ: «Прекрасно». Конечно, я знала, что Луиза постоянно находится в командировках, но не удивлялась этому.

И вдруг поздно вечером Костин без звонка приехал к нам. Когда я, зевая, открыла дверь, Володя смутился:

– Прости, на время не посмотрел.

– Быстро рассказывай, в чем дело? – потребовал Макс, который, в отличие от меня, вмиг сообразил, что у друга случилась неприятность.

– Да, понимаете, ботва такая, – забубнил Костин. – Перед вами жених!

– Та-а-ак, – протянул Вульф, – пошли, тяпнем коньячку.

Я, все еще не понимая, что происходит, удивилась:

– Жених? Вовка, ты же семейный человек.

– Нет, – ответил вместо Костина Макс, – ты видишь холостяка, которому срочно надо выпить, поесть и поспать.

Утром Володя коротко объяснил:

– Наш союз давно развалился, жили по инерции. Потом у Луизки случился роман с американцем. Мы поговорили и приняли решение о разводе. Никакого скандала не было, спокойно разбежались.

Несколько лет потом Костин жил один. Иногда рядом с ним появлялись девушки, но дольше двух-трех месяцев никто не продержался. Мало кому понравится кавалер, который с утра до вечера занят, работает семь дней в неделю. А если вдруг у мужчины выпадает выходной и вы отправляетесь, например, в театр, то минут через десять после начала спектакля Володя шепнет своей даме: «Прости, срочно вызывают» – и быстро убежит.

Я не надеялась, что Костин найдет себе пару. Но у богини Судьбы капризный характер, она поступает так, как хочет.

Как-то раз, когда мы вместе ужинали, раздался звонок в дверь, и появилась соседка Ляля Попова, вся в слезах.

– Что случилось? – спросила я.

Девушка вытащила из-за пазухи крохотного котенка и зарыдала. Я отвела гостью в столовую, начала заваривать чай, а Володя попытался успокоить ее.

Почему мы с Вульфом спокойно отреагировали на слезы Ляли? Да потому, что она ходячее несчастье, девушка-катастрофа, мастер художественных падений и разных приключений.

С Олей мы познакомились, когда в нашей квартире с потолка хлынула вода. Я поднялась к соседям сверху и узнала, что очень пожилая женщина, которая ранее жила там, скончалась, а в апартаментах теперь устроилась ее почти тридцатилетняя внучка. Та ушла на работу, забыв хорошо закрутить кран в раковине на кухне. Вода просто капала, но сливное отверстие оказалось заткнуто пробкой. Кто и зачем это сделал?

– Не знаю, – заплакала новая соседка, когда мы задали вслух интересный вопрос, – не я.

Мы с мужем внимательно посмотрели на очаровательную блондинку с огромными голубыми глазами. Ляля выглядит лет на десять моложе своего паспортного возраста. Она, прижав ладошки к груди, повторяла:

– Простите, простите, накоплю денег, куплю вам все-все новое! Ой, кто это?

Попова села на пол, раскрыла объятия, и в ту же секунду к ней со всех лап бросились обе наши мопсихи, Фира и Муся.

– Красавицы, – затараторила Олечка, целуя собачьи морды, – умницы! Заиньки… А у меня…

Нежданная гостья опять зарыдала.

– У вас умерла собака! – опечалился Володя.

Оля начала вытирать потоки слез ладошками.

– Мне никогда не разрешали заводить животных. Вот, котика подобрала! Его чуть машина не задавила. Выкинуть на улицу кисоньку нельзя. А как воспитывать ребенка? Не знаю, не умею!

Ну и что прикажете делать? Пришлось взять шефство над Поповой, и через год Вовка женился на Ляле.

– Кабы Луизу, бывшую супружницу Костина, смешать с Лялькой, потом разделить и вылепить двух женщин, получим нормальных особей слабого пола, – как-то раз высказался Вульф. – Вована кидает из одной крайности в другую.

И это правда. Лялечка – полная противоположность своей предшественницы. Нет в Поповой желания во что бы то ни стало сделать карьеру, заработать все деньги мира. На какие средства она живет? От родителей, бабушек-дедушек, тети и дяди девушке достались четыре квартиры и три дачи. Все эти квадратные метры, кроме апартаментов в нашем доме, сдаются. А еще у Лялечки есть небольшая лавка для тех, кто любит шить. Мама, бабушки и тетя Поповой были портнихами. Олечка с младенчества знала, кем станет. Надо сказать, со швейной машинкой Попова управляется виртуозно, а ткань кроит на глазок. Расстилает материал на столе, прищуривается, берется за ножницы… Вжик, чик – и вот вам юбка, осталось только прилатать одну ее часть к другой.

Во всем остальном Лялечка – катастрофа. В магазине она непременно уронит со стеллажа стеклянную банку и зарыдает над погибшей тарой. Если Оля хочет сесть в автобус, то двери закроются, когда она решит войти в салон. Машину Лялечка водит, крепко вцепившись в руль, почти висит на баранке, задрав подбородок. Почему такая поза? Девушка пытается увидеть, где заканчивается капот. Когда на улице идет дождь, ждите Олю всю в грязи – бедолага непременно окажется возле лужи, в которую со всего размаха въедет такси. И нет числа сумкам, телефонам, солнечным очкам, кошелькам, перчаткам, которые у Поповой делись не пойми куда.

Но вот удивление! Попав в опасную ситуацию, Оля всегда вылезает из нее вся в слезах, но без единой царапинки. Забыть не могу, как мы с ней, не желая попасть в пробку, отправились за покупками на метро. Лялечка стояла на лесенке-чудесенке передо мной, дальше чернели пустые ступени, моя спутница держалась за резиновый поручень, потом отпустила его, чихнула, вздрогнула, упала и полетела вниз.

Глава вторая

Я онемела от ужаса. На моих глазах Олечка пересчитала своими боками все ступени. Люди в вестибюле зажмурились – никто не захотел увидеть труп со всеми переломанными костями.

Но когда я, находясь на грани обморока, оказалась на станции, Олечка, рыдая, ринулась ко мне с воплем:

– Прости, прости! Напугала тебя. Совсем не хотела выбить тебя из колеи.

Как думаете, трудно ли варить яйца? Если засечь время, то вам, возможно, удастся даже вариант «в мешочек». Если нет, то и крутое яичко вкусно. А вот когда за дело берется Ляля, в кастрюле образуется каша из скорлупы и бело-желтых лохмотьев. Макароны у Оли соединяются в единый пласт, чай всегда пахнет старым веником. Если я включу кофемашину, то получу хороший эспрессо, но ежели на кнопку нажмет Попова, в чашке окажется напиток, который Макс нежно называет «мочой старого поросенка». Отрезая хлеб, Лялечка сломает доску, выбирая яблоки, непременно купит гнилые внутри.

Но! Когда мне захотелось приобрести летнюю юбку от известной фирмы, подруга зашептала:

– Не надо! Ценник жуткий. Завтра получишь такую даром.

И на следующий день после обеда я обрела обновку – творение рук Ляли. Материал, крой – все как на вещи, за которую требовалось отсчитать сумму, сопоставимую с годовым бюджетом Москвы. Ляля рано утром скатала на рынок, где торгуют всяким разным для портных, нашла нужную ткань и живо смастерила красоту. Что касается шитья, тут Оле нет равных.

Во всем остальном она ходячая катастрофа, полная противоположность бывшей жены Костина, которая может коня на скаку остановить и в горящую избу войти[1].

Но Володя здорово обжегся на трудоголичке, которая сделала головокружительную карьеру. Костин категорически не хотел иметь около себя ну очень самостоятельную бабу, которая зарабатывает больше мужа и лучше его орудует дрелью. Вовку теперь швырнуло на другой конец оси.

Во время церемонии в загсе Ляля уронила кольцо, и все гости, встав на четвереньки, начали ползать по ковру, ища украшение. В кортеж, который плавно перемещался в ресторан, вклинился грузовичок. Поняв, что влез в череду машин, которые сопровождают новобрачных, водитель решил удрать, но что-то пошло не так, «Газель» упала набок, из нее вывалились ящики с клубникой. Лялечка заплакала от жалости к парню за рулем, захотела ему помочь… В ресторан мы прибыли все в клубничном соке и в компании незадачливого водителя, которому негде оказалось поесть. Поразит ли вас сообщение о том, что свадебный торт упал с подставки в тот момент, когда Лялечка воткнула в него нож? Я бы очень удивилась, кабы десерт раздали без происшествий.

Спустя некоторое время Володя купил дом в поселке, и они с женой перебрались за город. Через год Костин подбил Макса приобрести соседний участок с двухэтажным коттеджем. И вот сейчас я стою около Эвереста из коробок.

– Как ты все это разберешь? – шептала Ляля.

– Молча, – засмеялась я.

И тут в холл вошла наша домработница, а вместе с ней – няня Кисы, Роза Леопольдовна Краузе.

– Воздух восхитительный, – объявила она, – птицы поют – прямо рай! Кисуня во дворе бегает. Мопсы с ней. Участок ухоженный. Все замечательно.

– С чего начнем? – поинтересовалась я.

– Предлагаю с кухни, – решила Краузе. – Потом кровати застелим. Думаю, до вечера все разложим.

Оля всплеснула руками:

– Роза Леопольдовна, с таким количеством вещей и за год не справиться!

– За год можно трех носорогов родить, – возразила Краузе. – Который час?

– Одиннадцать утра, – живо подсказала жена Костина.

– Надо мопсов вывести, а то описаются, – решила Роза.

– Так они же на свежем воздухе носятся, – напомнила я.

Краузе уставилась на меня, потом на ее лице расцвела самая счастливая улыбка.

– Теперь живем не в Москве! Не надо бродить с мопсами по грязным улицам, они могут сами гулять!

– Вам нужен кот, – засмеялась Ляля, – приятель нашему Василию.

– Ну уж нет, – возразила Роза Леопольдовна, – хватит в семье и собак.

– Котики ласковые, милые, – заканючила Ляля. – Васеньке скучно. Если у Лампы появится кисонька, то начнут рождаться котята!

– Давайте разбирать вещи, – остановила я Попову.

– Хорошо, – согласилась та.

Потом она схватила одну из верхних коробок, подняла ее, сделала шаг в сторону, тихо взвизгнула и уронила поклажу. Послышался характерный звук, который издает посуда, упав на пол.

– Ой, простите, – зашептала Ляля, – ой, не хотела!

Я быстро наклонилась над упаковкой и открыла ее.

– Что погибло? – деловито осведомилась Краузе.

– Сервиз, который купили во Франции, – сообщила я и быстро добавила: – Лично мне он никогда не нравился.

– Тоже не испытывала восторга, глядя на этот набор, – живо соврала Роза Леопольдовна. – Есть предложение. Зачем нам всем толкаться в столовой? Пусть Олечка разложит подушки и одеяла.

Мне стало смешно. Постельные принадлежности разбить невозможно. Краузе решила сохранить фарфор, поэтому переключает активность Лялечки на мягкие предметы. Но наша помощница не учла, что их можно разорвать, сжечь, утопить… Я тихо хихикнула и взяла другую коробку.

В эту же секунду в комнату влетела Киса, за ней вбежали мопсихи. Пребывание на улице без ошейников и поводков привело псов в неописуемый восторг. Вполне взрослые, вальяжно шагавшие мопсы трансформировались в егозливых щенят. Фира принялась нарезать круги вокруг обеденного стола, Муся последовала за ней. И кто-то из псинок толкнул меня чуть пониже колена. Я поняла, что сейчас упаду, разжала руки, коробка шлепнулась на паркет. Дзинь, блям…

– С кем поведешься, от того и наберешься, – резюмировала Краузе. – Эх, фужеры, рюмки, прощайте! Лампа, у вас телефон пищит.

Я схватила мобильный и услышала голос Костина:

– Ты где?

– Приехали в дом, начали вместе с Лялей вещи разбирать, – отчиталась я.

– Что разбили? – деловито осведомился Вовка.

Пришлось ответить честно:

– Ляля – сервиз, а я – фужеры.

– Пусть моя жена займется одеждой, а ты лети на работу, – велел Костин.

– Поняла, скоро приеду.

– Вас вызвали на работу? – не сумела скрыть своей радости Краузе, когда я положила телефон в карман.

– Могу остаться, помочь вам.

– Нет, нет, – испугалась Роза Леопольдовна, – уж как-нибудь сама справлюсь. Может, Лялю пригласите? Ей, наверное, интересно побывать у супруга в кабинете.

Я сделала вид, что не услышала этих слов, и поспешила в холл.

Глава третья

– Я, Валентина Максимовна Гончарова, уверена, что мою дочь Полину Сергеевну убил Константин Сергеевич Стасов, – стоя на пороге кабинета, продекламировала стройная женщина.

– Здравствуйте, – ласково произнес Володя, – садитесь, пожалуйста. Чай, кофе?

Дама покраснела.

– Некогда воду гонять, поехали!

– Куда? – осторожно уточнила я.

– Не ваше дело, – огрызнулась Гончарова и снова обратилась к Володе: – Арестовать надо Стасова. Да поживее, а то удерет туда, где не достать!

Улыбка Костина стала еще шире.

– Валентина Максимовна, мы не имеем права никого задерживать.

– Это почему? – опешила тетушка.

– Мы не полицейские. Вам лучше обратиться в…

– Уже была в отделении, или как они там теперь называются, – перебила его посетительница. – Там объявили, что криминала нет. – Потом она прикрыла глаза ладонью. – Ох, все кружится…

– Валентина Максимовна, садитесь, пожалуйста, – попросила я.

Минут через десять, выпив чаю, Гончарова вытерла лицо бумажным носовым платком и, посмотрев потом на него, тихо спросила:

– Небось страшная сейчас? Ужаснее атомной войны?

– Прекрасно выглядите, – покривил душой Чернов, наш начальник отдела компьютерных технологий.

– Ой, да ладно, – отмахнулась посетительница, – думаете, денег на оплату ваших услуг нет и поэтому решила давить на жалость, изображаю, что больна? Ошибочка получилась. Все есть!

Володя налил женщине еще чаю.

– Расскажите, что случилось, а мы подумаем, чем можем помочь. Об оплате пока речь не идет, у нас просто беседа.

– Ага, – поморщилась посетительница. – Мягкий матрасик из репья, да спать колко. Побывала в агентстве Буркова. Там пообещали разобраться, взяли прорву денег и хвостом замели: «Ничего подозрительного». И за что заплатила? За пустой пшик. Вы небось такие же! Зачем только сюда приехала?

Я решила вмешаться в разговор:

– Валентина Максимовна, вас на рынке обманывали?

– Конечно, – вдруг улыбнулась женщина. – Там у торгашей лозунг: «Не наврешь – не продашь». Один раз всучили гнилые огурцы! Сама выбирала, каждый ощупала. Так один парень меня отвлек, спросил: «Не хотите попробовать помидорчик?» – и протянул тарелку. Я, дурочка, кусочек взяла. Вкусно, но мне томаты не были нужны. А второй торгаш пакет подал: «Вот ваши огурчики. Приходите еще». И я забрала сумку, внутрь не заглянула. Дома высыпала нежинские на столик. Мама родная! Гнилье грязное! И к чему ваш глупый вопрос сейчас?

– Один раз попались на удочку нечестных торговцев, и теперь навсегда наука? Вы теперь никогда огурцы не едите?

– Еще чего, – хмыкнула Валентина, – усвоила урок, всегда проверяю, что в мешке, который в руки суют.

– Коли вас обвели вокруг пальца в не известном нам агентстве, то нет причин отказываться от всех детективов, можете попросить совета у нас, – резюмировала я. – Не просим оплачивать наши услуги вперед. Это как с огурцами – где-то могут дать гнилые, а где-то нет. Пришлете деньги, когда получите информацию.

Гончарова чуть приоткрыла рот, помолчала, а затем поставила одну бровь домиком.

– Сначала получу информацию, а потом раскошелюсь?

– Да, – коротко подтвердил Костин, – никогда не берем плату за несделанную работу.

– Но тогда я могу вас надуть! – совсем оживилась Гончарова.

– Да, – снова согласился Вова.

– Что делать станете? – поинтересовалась посетительница.

– До сих пор подобное случилось всего один раз, – меланхолично протянул Чернов. – Некий весьма обеспеченный человек утром сказал: «Сегодня отправлю платеж», – а в обед улетел в другую страну, и больше мы его не видели. И с деньгами мы не повстречались. Вы станете второй. Не так уж много воров за долгие годы работы агентства.

– Что у вас случилось? – осторожно спросила я.

Гончарова опустила голову и начала рассказ.

Ее родители мечтали, чтобы дочь стала актрисой. А девочка хотела стать медсестрой. Но в угоду желанию папы и мамы окончила вуз, где дают диплом лицедея, и даже сыграла несколько маленьких ролей в кино. К сожалению, ее родители погибли, и Валюша поняла, что артистка из нее не получится. Решила осуществить свою мечту, поступила в медучилище, получила диплом с одними пятерками, нанялась в больницу и пошагала вверх по карьерной лестнице.

Симпатичная, аккуратная, сообразительная девушка, не пьющая, не курящая, всегда приходящая на работу минут за пятнадцать до ее начала, не скандальная, не сплетница, не лентяйка – это бриллиант в букете сотрудников. Валю награждали грамотами, дипломами, выписывали премии, повышали оклад. Все знали, что Гончарова никогда даже рубля ни с больного, ни с родственника не возьмет и другим не разрешит поборами заниматься. Медперсонал не любил принципиальную Валечку.

Но потом она посоветовала главврачу организовать платную службу патронажа. Хотите, чтобы около вашей бабушки вертелась медсестра? Идите в кассу. И больнице хорошо, и среднему медперсоналу копеечка. Дорого для вас платить девушке, способной ловко ставить уколы? Приглашайте нянечку – ее услуги дешевле, присмотрит за недужным. Если надо, она и за доктором, и за средним медперсоналом сбегает. Вот тогда Гончарову начал обожать весь коллектив, потому что у каждого сотрудника появилась легальная возможность заработать. И к служебным обязанностям все начали относиться с особым тщанием. Сарафанное радио быстро докладывало новеньким, кто из персонала добрый, хорошо выполняет свои обязанности, а кто – просто так. Хочешь, чтобы тебя часто приглашали к больному? Старайся.

Сегодня нет проблем у Валентины на службе. Она давно самая главная медсестра всего центра, во время утренних летучек сидит на совещании вместе с заведующими отделениями. Мало кто из коллег Валентины Максимовны способен похвастаться такой карьерой.

А вот в личной жизни женщине не особо повезло. Замуж она не вышла. В двадцать лет без памяти влюбилась в красавца Сергея. Валечка надеялась на счастливую жизнь с ним до старости, но у парня оказались другие планы.

Когда Валя сообщила, что беременна, Сережа нанялся мастером на нефтяную платформу. Объяснил свое решение разумно:

– Нам нужны деньги. У моего сына должно быть только все самое лучшее. Кроватка, ванночка, соски – исключительно высший класс! Няню найму тебе в помощь!

Конечно, Валя отпустила мужчину на заработки. И больше его никогда не видела. Через год Сергей прислал ей письмо, оно состояло из одной фразы: «Не жди меня, не вернусь». Гончарова проплакала неделю, потом решила больше никогда ни с кем не связываться. Так и живет одинокой.

Родила девочку, не мальчика. Назвала малышку Полиной. Дочка росла красавицей. Голубоглазая, кудрявая блондинка с улыбкой до ушей.

Как-то раз директриса детского сада изумила Гончарову сообщением:

– К нам приходили с Мосфильма, искали девочку для съемок в новом фильме режиссера Константина Стасова. Знаете такого?

– Нет, – честно ответила Валя.

Заведующая расплылась в улыбке.

– Его отец Сергей Константинович – гениальный постановщик. Все работы старшего Стасова – шедевры. Вы определенно видели их, ну, например, «Любовь на фоне неба»!

Гончарова молча слушала речь тетки, потом перебила ее:

– Папа у режиссера известный. Но сам-то он что сделал?

– Пока еще учится, вот-вот диплом получит, – надулась директриса. – Не глупите, отведите Полю на съемки. Она хорошенькая, вдруг подойдет на какую-нибудь роль, станет актрисой!

Валентина строила в отношении ребенка другие планы, хотела, чтобы дочка стала гинекологом или стоматологом – у них самые лучшие заработки. Что бы ни случилось в мире, а зубы у людей всегда болеть будут, и у многих женщин непременно на нижнем этаже болячка найдется. Но слова директрисы и сотрудников детского сада, которые подпевали начальнице, оказали свое влияние. Валентине польстил хор, который на разные голоса выводил песню «ваша дочка – красавица». Поэтому мать повезла ребенка на киностудию.

Малышек на кастинг привели очень много. Валентина увидела очередь и обомлела. Она-то одела ребенка, как обычно, а тут все разряженные дальше некуда, личики накрашены, волосы уложены. Поля на фоне остальных смотрелась бедно. Наивная Валя думала, что ее дочка окажется единственной претенденткой на роль. И вон что на самом деле – плотная толпа детей и женщин. Валентина поняла, что шансов дождаться, когда ребенка позовут на просмотр, нет, и повела девочку к выходу.

В дверях они столкнулись с пожилым мужчиной, тот присел на корточки.

– Девочка, как тебя зовут?

– Полина Гончарова, – звонко ответил ребенок. – Мне шесть лет, скоро пойду в первый класс. Пришла сюда, чтобы стать актрисой.

– А я дядя Сережа, – представился незнакомец. – Если хочешь сниматься в кино, то почему уходишь?

– Мама сказала, что меня не отберут. Там все в красивых платьях, с прическами. Но я умею петь, танцевать, колесом ходить!

– Это как? – искренне удивился собеседник.

– Сейчас покажу, – сказала Полина и ловко сделала прямо в коридоре гимнастическое упражнение.

– Вы мама сего очаровательного создания? – осведомился мужчина у Валентины.

Та кивнула:

– Простите нас. Поля очень общительная, никого не смущается.

– Пошли, – скомандовал Сергей.

– Куда? – насторожилась Валя.

И тут подбежала девушка и сразу затараторила:

– Сергей Константинович! А мы испугались, почему вас долго нет – вдруг что-то случилось? Там полно детей.

– Поблагодарите всех за приезд и отпускайте домой, – велел старший Стасов. – Я нашел героиню, она Косте очень понравится!

Вот так Полина получила свою первую роль.

Глава четвертая

Фамилия «Гончарова» обычная, а Стасов хотел, чтобы малышка выделялась из толпы, поэтому просто отрубил окончание. И началась карьера Полины Гонч.

Несмотря на шепот злоязыких сплетников, которые говорили, что сын Сергея Константиновича ничего путного не снимет, вопреки поговорке «природа отдыхает на детях гениев», Костя стал успешным режиссером. Каждый его фильм собирал большую зрительскую аудиторию. И во всех проектах непременно участвовала Полина. Девочку нежно любили и отец, и сын Стасовы. Режиссеры понимали, что ребенок талантлив, не боится камер, ведет себя естественно. Если в сценарии не было роли для Полины, Сергей и Константин просили ее написать. И не было автора, который отказал бы Стасовым.