Жизнь Миларепы

ГЛАВА 2. ИСПЫТАНИЯ

Спустя несколько дней я отправился просить подаяние и, обойдя всю долину, собрал двадцать одну меру ячменя. Из них четырнадцать я отдал за большой кувшин с четырьмя ручками, без единого изъяна внутри и снаружи. За одну меру я купил мяса и пива, а оставшийся ячмень ссыпал в большой мешок и, положив сверху сосуд, вернулся к ламе. Изнемогая от усталости, я уронил мешок, отчего комната задрожала. Лама, который в то время ел, от неожиданности перестал жевать.

– Малой, – сказал он, – да ты силен! Ты и нас хочешь похоронить под руинами дома с помощью своей магии? Ты неисправим! Вон со своим мешком!

И он пнул мешок ногой. Вытаскивая мешок из комнаты, я сказал сам себе просто, без всяких злых мыслей: «Лама вспыльчив! Нужно следить за собой и быть более внимательным». Вернувшись и поклонившись, я поднес ламе пустой сосуд. Он взял его и держал некоторое время с задумчивым видом. По лицу его потекли слезы, и он сказал:

– Это доброе предзнаменование. Я поднесу его великому Учителю Наропе.

И Марпа поднял его в знак подношения. Затем, взяв сосуд за ручки, он потряс его, произведя сильный звон, и отнес в алтарную комнату. Он наполнил сосуд топленым маслом от алтарных светильников. Я снова попросил ламу обучать меня.

В ответ он сказал:

– Из областей У и Цанг ко мне идет немало преданных учеников, но всякий раз жители Ядрока, Таклунга и Линга нападают на них и крадут у них провизию и подарки. Похорони эти земли под градом. Это будет благое дело для пользы учения. После этого я дам тебе наставления.

Я напустил на эти районы сильнейший град и снова попросил ламу наставлять меня. Но услышал в ответ:

– За твои две-три жалкие градины я должен дать тебе учение, которое досталось мне в Индии такой дорогой ценой? Ты хочешь моего учения? Горцы на перевале Лходрака нападают на моих учеников, которые идут из Ньяла Лоро. Они смеются мне в лицо. Ты, который называет себя великим магом, нашли проклятье на горцев. Если докажешь свою магическую силу, я дам тебе учение Наропы, чтобы ты смог достичь освобождения за одну жизнь в одном теле.

После моего проклятия горцы передрались между собой и во время драки многие погибли. Узнав про это, лама сказал мне:

– А ты действительно великий маг. – С тех пор он стал называть меня Великим Магом.

Когда я снова попросил учений об освобождении, он в ответ сказал:

– Ха! Ради твоих ли преступлений я ходил в Индию, рискуя жизнью? Ты говоришь, что хочешь бесценных учений, которые подобны живому дыханию дакинь и за которые я отдал все свое золото? Надеюсь, ты шутишь! Другой бы на моем месте убил тебя за такую дерзость. Пойди и восстанови уничтоженные тобой посевы в Ядроке и воскреси убитых горцев. После этого я буду учить тебя. И не возвращайся, если не сможешь сделать этого.

Лама сильно гневался. Я же был низвергнут в пучину отчаяния и заливался горючими слезами. Жена ламы жалела меня и старалась утешить.

На следующее утро лама сам пришел ко мне и сказал:

– Возможно, я был слишком суров с тобой вчера вечером, но не принимай близко к сердцу. Будь терпелив. Передача учения – очень медленная работа. Но мне думается, что у тебя достаточно энергии для работы, поэтому построй башню, которую я подарю своему сыну Дарме Доде (Букет Сутр). Когда ты ее закончишь, я буду наставлять тебя и обеспечивать пищей и одеждой.

– Но что случится со мной, если я за это время умру, так и не достигнув освобождения?

– Я обещаю, что за это время ты не умрешь. Мое учение нельзя выразить несколькими словами. Если ты будешь упорно медитировать в соответствии с моими наставлениями, то этим и покажешь, сможешь достичь освобождения в течение этой жизни или нет. Моей школе присуща столь сильная энергия пробуждения, какой нет нигде более.

Утешившись, я спросил:

– Каков план дома?

Родственники Марпы по отцовской линии поклялись не строить никаких укреплений. Но Марпа такой клятвы не давал. И сейчас, думая о строительстве башни, он нашел способ обойти своих родственников и одновременно позволить мне искупить грехи.

Он сказал:

– Построй вот такую башню на восточной стороне горы.

И я начал возводить круглую башню.

Когда я возвел уже половину здания, лама пришел и сказал:

– В прошлый раз я недостаточно хорошо обдумал план. Сломай эту башню и отнеси землю и камни туда, где взял.

Так я и сделал. В другой раз лама, который, казалось, был пьян, повел меня на западную сторону горы и сказал:

– Вот здесь строй башню.

И я стал строить полукруглую башню. Когда я возвел вполовину требуемой высоты, лама снова пришел и сказал:

– Это все же не та форма. Разрушь все и отнеси глину и камни туда, откуда принес.

В следующий раз мы пошли на вершину горы, обращенную к северу, и лама сказал:

– Великий Маг, похоже, я был пьян в прошлый раз и дал тебе неверные указания. Построй на этом месте действительно хороший дом.

Я ответил:

– Непрестанно строить дома, чтобы затем разрушать их, тяжело для меня и накладно для тебя. Пожалуйста, хорошо все обдумай!

Лама ответил:

– Я не пьян сегодня и хорошо всё обдумал. Это дом будет называться Башня Тантрийского Йогина, и он должен быть треугольным. Поэтому построй мне дом такой формы, и мы не будем его разрушать.

И вот я уже строил дом треугольной формы. Когда работа была выполнена на треть, пришел лама и спросил:

– Великий Маг, ты для кого это строишь? Кто приказал тебе?

– Ты сам приказал мне построить этот дом для твоего сына.

– Я не помню, чтобы давал такие распоряжения. Если же ты прав, то, должно быть, я сошел с ума. Я что, совсем потерял рассудок?

– Я предвидел, что подобное может случиться, и осмелился просить тебя тщательно все обдумать, и тогда ты ответил, что уже все тщательно обдумал и что этот дом не будет разрушен.

– Прекрасно! А кто это может подтвердить? Да ты хочешь запереть нас в своем доме, имеющим вид магического треугольника, и наслать на нас проклятье! Но мы не отнимали у тебя наследство и не брали ничего из вещей твоего отца. Если ты не думаешь о магии и все еще желаешь дхармы, верни глину и камни на прежние места, иначе местные божества рассердятся. После этого, если ты еще хочешь учения, я передам его тебе. А если не сделаешь этого, можешь уходить.

Лама говорил очень рассерженно.

Я крайне опечалился, но подчинился, так как сильно стремился к дхарме. Я отнес глину и камни с треугольной башни на прежнее место. В то время из-за тяжелой работы у меня на плечах образовались язвы. Я подумал: «Если я покажу их ламе, он только поругает меня. Если я покажу их жене ламы, она подумает, что я этим хочу подчеркнуть, какую тяжелую работу для них выполняю». Поэтому я никому не говорил о своем недомогании, а только слезно просил жену ламы помочь мне получить учение. Мать пошла к ламе и сказала:

– Твои бессмысленные затеи со строительством башен приносят Великому Магу одни мучения. Смилуйся и дай ему учение.

Лама отвечал:

– Приготовь для него хороший обед и позови его.

Она приготовила обед и привела меня. Лама тогда сказал мне:

– Великий Маг, не надо лгать и говорить, что я говорил то, чего я на самом деле не говорил. Но так как ты хочешь учения, я дам его тебе.

И он дал разъяснение о Трех Драгоценностях и основных заповедях. В заключение он сказал:

– Это основа для всех. Но если ты стремишься получить тайное учение, вот как следует поступать. – И он рассказал мне историю о том, как Наропа достиг освобождения и через какие великие испытания ему пришлось пройти. – Но, боюсь, что ты так не сможешь.

Его рассказ усилил мою веру, и я не мог сдержать слез. Я поклялся сделать все, что лама ни попросит.

Спустя несколько дней лама взял меня на прогулку. Во время прогулки мы подошли к месту, на котором родственники ламы договорились ничего не строить и которое теперь ими охранялось.

Здесь лама остановился и сказал:

– Теперь ты должен построить обычную, с квадратным основанием белую башню в девять этажей, с надстройкой, образующей десятый этаж. Этот дом не будет разрушен. После окончания строительства я передам тебе тайное учение и буду обеспечивать тебя всем необходимым, пока ты будешь находиться в затворе58, практикуя медитацию.

– Нельзя ли пригласить твою жену, чтобы она засвидетельствовала эти слова?

– Что ж, можно, – сказал лама.

Лама в это время чертил план дома на земле. Я привел жену ламы и в присутствии обоих сказал:

– Я уже построил три дома, но каждый их них мне пришлось разрушить. О первом лама сказал, что недостаточно хорошо обдумал план; о втором – что был пьян, когда давал распоряжение; о третьем – что был вне себя, сумасшедшим и потерял память. Когда я напомнил ему об обстоятельствах, связанных с третьим домом, он спросил, кто может подтвердить мои слова, и осыпал меня упреками. Поэтому я позвал тебя быть свидетельницей его слов.

В ответ жена ламы сказала:

– Я рада быть свидетельницей, но лама такой своенравный, что не обратит на мои свидетельства никакого внимания. Кроме того, лама строит без всякой причины и разрушает без всякой причины. К тому же эта земля не принадлежит нам лично, она принадлежит всем родственникам. А это может положить начало вражды. Но что бы я ни говорила, он не станет слушать.

Обратившись к своей жене, лама сказал:

– Тебя просили быть свидетельницей. Что касается меня, то я буду действовать в соответствии с своим обещанием. Великий Маг, если ты не веришь мне и не собираешься строить, уходи.

Итак, я заложил квадратный фундамент. Когда я клал стену, ученики моего гуру: Нгоктон из Шунга, Цуртон из Дола и Метон из Цангронга – ради забавы прикатили ко мне огромный камень и сделали его краеугольным. Когда я довел строительство до второго этажа по обе стороны двери, лама пришел и стал внимательно осматривать работу. Осмотрев все здание, он указал пальцем на большой валун, который принесли его ученики, и спросил:

– Великий Маг, где ты взял этот камень?

Я ответил:

– Твои три лучших ученика принесли его сюда ради забавы.

– Нельзя использовать для строительства их камни. Потрудись вытащить его и вернуть на место, где он был.

– Но ты сказал, что эта башня не будет разрушаться.

– Так и есть. Но не годится использовать как слуг моих учеников, которые находятся на более высоких ступенях. Не надо все разрушать, только вытащи этот камень и отнеси его на прежнее место.

Так, мне пришлось разобрать здание сверху донизу и вернуть камень на место.

– Вот теперь, – сказал лама, – принеси камень обратно и сделай его краеугольным.

Я вернул камень на место, ради чего мне пришлось приложить усилие, равное силе троих. Поскольку этот камень мне пришлось относить и возвращать самому, я назвал его Исполинским Камнем.

Пока я был занят закладкой фундамента на вершине горы, родственники ламы собрались на совет и сказали:

– Марпа строит башню на Горе Торжественной Клятвы. Мы должны защитить наши земли.

Некоторые сказали на это:

– Марпа совсем выжил из ума. Он заполучил дюжего новичка из Лато, который строит башни без всякого плана на каждом близлежащем холме и пригорке. Когда башня наполовину построена, он разрушает ее и относит камни обратно. Он, наверное, и эту башню разрушит. А если нет, мы помешаем ему строить дальше. Поживем —увидим.

Но я продолжал строить и не думал разрушать. Когда уже был построен седьмой этаж, у меня на спине появилась еще одна рана. Родственники Марпы сказали друг другу:

– Похоже, он не собирается сносить это здание. Здания, построенные раньше, были снесены, но это, наверное, было лишь прикрытием, обманным маневром. Давайте сами снесем его.

И они приготовились осуществить задуманное. Но лама создал иллюзорных солдат в доспехах и разместил их везде: снаружи и внутри здания. Враги подумали: «Откуда у Марпы такое войско?» Испугавшись, они не осмелились начать войну с Марпой. Вместо этого каждый тайно поклонился и выразил свое почтение Марпе, и все они стали его благотворителя и учениками.

В то время прибыл Метон из Цангронга, чтобы получить посвящение йидама Чакрасамвары59.

Жена ламы тогда сказала мне:

– Тебе нужно постараться сейчас получить учение.

Про себя же я подумал: «Сейчас я смогу получить посвящение, ведь я построил такое здание своими руками, и никто мне не помогал. Никто не принес мне ни одного камня хотя бы с козлиную голову, ни одной корзины земли, ни одного кувшина воды, ни одного куска глины».

Поприветствовав ламу, я занял место среди прочих учеников. Лама позвал меня:

– Великий Маг, какие подарки ты приготовил?

Я отвечал:

– Я выражаю тебе почтение постройкой дома для твоего сына. Ты обещал, что дашь мне посвящение и наставления. Поэтому я и пришел.

Лама возмутился:

– Ты построил всего лишь башенку, которая не толще моей руки. Вряд ли это заслуживает учений, которые я нес из Индии, претерпевая огромные трудности. Если ты можешь заплатить за учение, тогда другое дело. Если же нет, не смей оставаться среди посвящаемых.

Сбил меня с ног, он за волосы выволок меня из комнаты. Мне хотелось умереть на месте. Я прорыдал всю ночь. Жена ламы подошла ко мне со словами утешения:

– Лама всегда говорит, что принес учение из Индии ради блага всех существ. Он готов учить каждого, даже собаку, если она окажется перед ним. Он раскрывает благо учения всем. Почему он отказывает именно тебе, я не знаю. В любом случае, не разочаровывайся в нем.

Подбодрив меня, она ушла. На следующее утро лама сам пришел ко мне.

– Великий Маг, лучше прекратить строить эту башню и начать возводить алтарный зал с двенадцатью колоннами в виде пристройки к главному зданию. После я передам тебе тайное учение.

Еще раз я заложил фундамент здания и принялся возводить стену. Во время строительства жена ламы приносила мне хорошо приправленную еду и так много пива, что я, бывало, пьянел. Она была очень добра и утешала меня.

Когда пристройка была близка к завершению, прибыл Цуртон Вангнге из Дола, чтобы получить посвящение Гухьясамаджи60.

Тогда жена ламы сказала мне:

– Сын мой, на этот раз тебе уж удастся получить посвящение.

Она дала мне бочонок масла, отрез ткани и небольшой медный сосуд, чтобы преподнести ламе.

Сделав подношение, я сел среди учеников. Лама спросил меня:

– Великий Маг, какие подарки ты приготовил, что дало тебе сесть среди посвящаемых?

– Бочонок масла, отрез ткани и медный сосуд.

– Эти вещи были подарены мне другими учениками. Не надо дарить мне мое же добро! Если у тебя есть что-то лично твое, то принеси. Если нет, не смей оставаться здесь.

Лама вскочил и вытолкал меня взашей. Мне хотелось провалиться сквозь землю.

«Наказание ли это за те убийства, что я совершил с помощью колдовства, и за то, что я уничтожил столько посевов градом? Или лама знает что-то такое, что не дает мне практиковать дхарму61? Или из-за недостатка сострадания он не хочет обучать меня? Что бы ни было, без дхармы человек лишь накапливает омрачения. Может, мне покончить с собой?»

В этот момент супруга ламы принесла мне кусок освященного пирога. Она старалась утешить меня, но я потерял вкус к пище и прорыдал всю ночь.

На следующее утро лама пришел ко мне со словами:

– Ты должен закончить оба здания: пристройку и башню. После этого я дам тебе посвящения и наставления.

Возобновив работу, я закончил башню и приступил к алтарному залу, но к тому времени у меня появилась еще одна рана на спине. Кровь и гной сочились из трех ран, и скоро вся моя спина превратилась в одну сплошную рану. Я показал ее жене ламы и стал умолять помочь мне и попросить ламу раскрыть мне учение, напомнив об обещаниях, которые он дал при закладке фундамента башни. Мать осмотрела мои раны, и глаза ее наполнились слезами.

– Я поговорю с ламой, – сказала она.

Придя к ламе, она сказала:

– Лама Ринпоче, работа, которую выполняет Великий Маг, покрыла его руки и ноги ссадинами и синяками. На спине у него три огромные раны, из которых сочится кровь и гной. Я слышала раньше о лошадях и ослах с такими ранами и даже видела несколько таких животных, но никогда прежде не слышала, что у людей могут быть такие раны, и уж тем более не видела таких. Будет очень стыдно, если кто-нибудь прознает об этом. Но еще хуже будет, если они узнают, что это из-за такого великого ламы, как ты. Ты обладаешь огромным состраданием, дай мальчику инструкции. Ты обещал, что после завершения строительства ты передашь ему наставления.

Лама отвечал:

– Да, я обещал. Я обещал, что передам ему учение, когда десятиэтажное здание будет закончено. Но где эти десять этажей?

– Он построил больше, чем десять этажей. Он сделал пристройку.

– Много слов, мало дела. Я дам ему наставления, когда он закончит десятый этаж. А правда, что у него на спине раны?

– У него не просто раны, вся его спина – сплошная рана. Однако у тебя такая власть, что ты можешь поступать, как тебе хочется.

Сказав это с большой печалью, она поспешила ко мне.

– Пойдем со мной, – сказала она.

По дороге я думал: «Начнут ли меня обучать?»

Но лама сказал:

– Великий Маг, покажи спину.

Я показал. Осмотрев ее очень внимательно, лама сказал:

– Мой Учитель Наропа прошел через двадцать четыре испытания62: двенадцать больших и двенадцать малых – каждое из которых превосходит твои. Я сам, нисколько не жалея своего имущества и своей жизни, пожертвовал их Учителю Наропе. Поэтому если ты действительно ищешь учения, не выставляй напоказ свое усердие и трудись над постройкой башни.

Я подумал, что он прав.

Затем лама сложил мою одежду так, что получилось нечто вроде подушки, которой можно закрыть раны, и сказал:

– Поскольку ты работаешь на манер лошадей и ослов, положи эту подушку на раны и продолжай носить глину и камни.

Я ответил:

– Как может эта подушка вылечить меня?

– Она не даст грязь попадать в рану и не будет ее ухудшать.

Получив от гуру такое указание, я продолжал носить землю в руках, а не на спине. Когда я месил глину, лама увидел меня и подумал: «Это невероятно – он слушается меня во всем». И он втайне плакал.