По доброй воле

Осматриваю свой гардероб. Я без понятия, какие вещи брать. Какого характера поездка? Надолго? Решаю взять несколько комплектов белья и одно платье на выход, брючный костюм, на случай если это все-таки рабочая командировка. Сама надеваю джинсы и футболку, собираю волосы в высокий хвост. Макияж не наношу, просто умываюсь и беру с собой любимый крем. Этого вполне должно хватить.

Бабушка уже вовсю суетится на кухне и ждет меня на завтрак. Заметив сумку в моих руках, растерянно застывает на месте и едва не роняет полотенце на пол. Я подхватываю его и вешаю на спинку стула.

– Ася… А ты куда?

– По работе надо, бабуль, – отзываюсь как можно беспечнее, не показывая, как на самом деле волнуюсь. – Вчера вечером все решилось, я не захотела тебя в ночь тревожить. Скоро уже выходить, за мной приедет машина, чтобы отвезти в аэропорт. Через несколько дней вернусь.

Эта «командировка» для меня тоже стала полной неожиданностью, но пожилому человеку нельзя о таком говорить, как и показывать свои истинные эмоции. Сама впряглась в эту авантюру, самой теперь и расхлебывать последствия.

– Нину попрошу, она заглянет к тебе вечером. – Обнимаю бабушку за плечи и чмокаю в щеку.

– Господи, как все внезапно… Постой, в аэропорт, ты сказала? Так ты на самолете полетишь?..

Внутри все переворачивается, когда об этом думаю. В принципе… неплохое завершение отношений с Шаховым. Спонтанно и ярко начали, так же и закончим. Потому что, насколько я поняла, этот робот-трудоголик не любит истеричек. Но именно в нее я превращусь, оказавшись в салоне самолета. А может, прямо в здании аэропорта. Как пойдет.

Начинает трясти. От бабушкиного внимания тоже не ускользает моя реакция.

– Ася…

– Всё под контролем, – обрываю я бабулю и снова обнимаю. – Психолог считает, что нужно выходить из зоны комфорта, – говорю первые пришедшие на ум слова, чтобы подбодрить свою старушку, хотя мне самой сейчас необходима поддержка.

– Ты хотя бы позавтракать успеешь? Я блинчики твои любимые приготовила.

– Успею. И даже попью с тобой чаю.

Сажусь за стол и перевожу тему со своей командировки в более спокойное русло. Спрашиваю бабулю про ее сериал. Она сначала пытается опять свести беседу к поездке, но потом словно понимает, что это нервирует, и отвлекает меня пересказом последней серии.

Из дома я выхожу после звонка Дмитрия, что они на месте. Пока спускаюсь в лифте, набираю подругу. Нина отвечает сразу. Решаю придержать «благодарности» за то, что свела меня с Шаховым, до своего возвращения, а пока прошу приглядеть за бабушкой.

– В смысле приглядеть? – переспрашивает Нина. – А ты куда? Что произошло?

– Ничего, кроме того, что вчера я занималась сексом с Шаховым и он в конце вечера, после того как потрахался со мной почти во всех комнатах своей квартиры, заявил, что нашел себе постоянную любовницу. Сегодня мы куда-то летим. Куда не знаю, но очень надеюсь, что по рабочим вопросам, а не за тем, чтобы закреплять вчерашний результат наших «переговоров».

– Офигеть… Секс во всех комнатах его квартиры?.. Звучит очень впечатляюще…

– Нина! – взвиваюсь я. – Ты меня вообще слышишь? В планы не входило спать с этим человеком! Я на такое не подписывалась!

– И как? Тебе понравилось? – игнорирует Нина возмущение в моем голосе.

Шумно вздыхаю, не желая признаваться подруге, что да, понравилось. Пусть испытывает вину за то, что втянула меня в эту мутную историю.

– Нет. Нисколько! Он взял меня силой!

Повисает долгая пауза.

– Извини меня, Ась. Я правда не думала… Я…

– Всё! – перебиваю Нину. – За бабушкой пригляди. Мне больше некогда разговаривать. Вернусь, и все обсудим.

Хотя ничего обсуждать я не стану. Тем более свои отношения с этим мужчиной. Ни с бабушкой, ни с Ниной. Ни даже с психологом.

Даю себе пару минут, чтобы совладать с эмоциями перед встречей с Григорием, и иду на парковку. Прихожу в изумление, увидев два автомобиля Шахова. Ничего не понимаю. Мы поедем в аэропорт на разных машинах? Или это охрана?

Я бегло осматриваюсь по сторонам. Машин больше нет. Опасности вроде тоже никакой не обнаруживаю.

Из черного седана выходит Дмитрий. Забирает мою сумку и открывает заднюю дверь. Я сажусь в салон. Внутри пахнет парфюмом Шахова. Умопомрачительный аромат. Который напоминает о вчерашнем сексе.

Григорий задерживает на мне взгляд. Рассматривает, слегка прищурившись, чем сильно смущает. Блин, все-таки нужно было хотя бы пудры немного нанести. Жаль, что я этого не сделала.

Ладони становятся влажными, и почему-то вспоминается, как Шахов сжимал мои скулы во время нашего секса в гостиной, заставляя смотреть ему в глаза. Такие образы и картинки навевает взгляд Григория? Кажется, он опять собирается оставить на мне метку.

– Как самочувствие? – интересуется Шахов без сарказма.

Кажется, я даже улавливаю нотки мягкости в его голосе.

– Всё нормально.

– Без косметики ты похожа на подростка, – констатирует Григорий.

– Это намек, чтобы я красилась и выглядела старше? Или наоборот?

Неужели он и впрямь извращенец?

Уголок губ Шахова дергается вверх.

– Если бы вчера ты заявилась ко мне домой в таком виде, я бы выставил тебя за дверь и отправил к родителям, сказав, что не занимаюсь совращением несовершеннолетних.

Боже… Да он пытается шутить, мне не показалось? Поражает, что Григорий вообще на это способен. Неожиданно.

– В таком случае ты можешь отпустить меня сегодня. Забудем, что было вчера.

– Нет, – отрезает он, чему я нисколько не удивлена.

Дмитрий возвращается в салон, и машина трогается с места. Вторая остается рядом с домом.

– Почему сегодня две машины?

– Захар со вчерашнего дня здесь. Ты, наверное, не обратила внимание, когда Дмитрий тебя привез.

– Зачем? – недоумеваю.

Шахов внимательно смотрит на меня.

– Ты попросила о помощи. Продала половину акций и стала не только моим партнером, но и любовницей, – перечисляет он. – Теперь я в некоторой степени несу ответственность перед своим партнером за его безопасность и психологическое состояние. Монастырский не оставит твой смелый шаг без ответа.

Поджимаю губы, не зная, как реагировать. Вроде бы и поблагодарить нужно, но не хочу. Однако перебарываю себя. Ко мне на самом деле относятся хорошо, не обижают. Секс был неожиданным, но по обоюдному согласию. Ну почти. Не считая того, что все произошло так, будто мне не оставили выбора.

– Спасибо, – тихо благодарю.

Шахов отворачивается к окну и трет лицо рукой. Сегодня и он выглядит как-то иначе. Не таким закрытым. Будто забыл надеть маску суровой невозмутимости.

– Это рабочая поездка? Как надолго?

– И то и другое. Проведу пару рабочих встреч, а потом дня два или три погуляем по городу.

Он поворачивается:

– Или вовсе не будем выходить из номера. Время покажет.

– Для человека, который говорил, что уже не мальчик, спорное заявление, – набравшись смелости, произношу я.

– Если я дам себе команду «Отдых», то ты его точно не получишь, – медленно, растягивая слова, говорит Григорий, не сводя с меня пристального взгляда.

Щеки опять заливает краской. Нет, я все-таки позвоню своему психологу. Спрошу, не получится ли так, что сейчас отпущу себя, погружусь в эти эмоции, забив на моральный аспект, а потом накроет еще большей апатией и депрессией? Я ведь тогда точно из нее не выберусь.

– Ты, наверное, в курсе, как погиб мой муж? Должна предупредить, что после его смерти и пережитого в связи с этим ужаса я боюсь летать. Иногда бывают панические атаки. Я пытаюсь быть сильной и делать вид, будто все хорошо, но мы оба взрослые люди и прекрасно понимаем, что происходит. Я не одобряю такой формат отношений. В общем, у меня может случиться истерика. Есть возможность добраться до твоего места наземным транспортом? – говорю все как есть.

– Нет. Придется лететь. На машине до Арабских Эмиратов мы не доберемся. Была там когда-нибудь? – уточняет Григорий.

Отрицательно качаю головой.

– Вот и замечательно. Меньше ассоциативных цепочек – равно комфортное времяпровождение в обществе друг друга.

Понимаю, что Шахов имеет в виду мои вчерашние слова, что представляю мужа, занимаясь сексом с другим.

Повисает пауза. Но ненадолго. Шахов распоряжается остановить машину у аптеки и называет Дмитрию лекарство, которое необходимо купить. Оно мне незнакомо.

Водитель возвращается с пакетом через несколько минут. Григорий открывает его, достает ампулу и шприц. Сосредотачивает на мне взгляд.

– Обработай салфеткой руку, – требует.

– Что это? – Я смотрю на шприц в его руках.

– Бензодиазепиновый транквилизатор. Дозировка небольшая, вреда не нанесет. Когда вернемся, покажешься хорошему психологу. Он поможет решить проблему. Мне однажды неплохо помог.

– Тоже были проблемы с перелетами?

– Почти.

– А разве такие лекарства отпускают без рецепта?

– Отпускают.

Я беру салфетку и растираю кожу. Закрываю глаза, чувствуя, как Шахов делает инъекцию. Пульс долбит в ушах.

Знаю этого человека от силы неделю, но позволяю грубый секс и введение себе неизвестных препаратов. Похоже, я и впрямь сошла с ума и мне требуется помощь вовсе не психолога, а психиатра.