Соломон. Забытая нежность

Спустя неделю доктор разрешил Маше прогулки на улице, и мы потихоньку начали выходить из дома. Сначала по чуть-чуть, а потом и на большее время. Осенний воздух был ей сейчас только на пользу. Я пыталась освоиться в новой для нас обстановке. Не скажу, что получалось плохо, но Маше очень нравилась детская площадка во дворе, и ей не хотелось никуда идти дальше этого места. Я подстраивалась с нашими прогулками под возвращение Игоря с работы, чтобы мы все вместе могли ещё немного прогуляться и заходить домой с нагулянным аппетитом. И за неделю такого ритма мне стало несколько спокойнее на сердце, будто Игорь всегда был с нами.

Вот и сегодня мы вышли на улицу. Маша каталась на качелях и играла с девочками, я стояла рядышком и смотрела по сторонам, примечая, что деревья уже сбросили листья. Смотрела на прохожих и на нескончаемый поток машин. Люди в большом городе жилив каком-то сумасшедшем ритме, я еще пока не перестроилась на этот лад и смотрела на хмурых, торопливо бегущих людей тоскливыми глазами.

Игорь сегодня не звонил и, вероятно, мы его не дождёмся, потому как на улице гуляли давно, и пора было возвращаться домой в тепло. Не хватало, чтобы Маша разболелась по новой. Я смотрела на резвящихся девочек, как они играли, и тихо радовалась, что Маша нашла новых подруг. Пусть те играли с ней только на улице, но совсем скоро она пойдёт в садик, а это означало, что там ей вполне могло понравиться, если она с таким энтузиазмом знакомилась и пыталась поладить с детьми на площадке.

Отвернувшись, я взглянула в сторону дома и замерла, приметив машину Игоря. Он припарковал автомобиль и вышел на улицу. Я расплылась в улыбке и уже собралась окликнуть его, как заметила, что мужчину остановила какая-то женщина. Пара находилась на приличном расстоянии, и я не смогла расслышать их разговора, а только наблюдала за ними со стороны. Девушка держала Игоря за руку и смотрела на него восхищенно-влюблённым взглядом. Сердце отчего-то болезненно сжалось. Внешне я всегда сохраняла спокойствие и невозмутимый вид, а сейчас ни перед кем притворяться не нужно, и я похолодела, став свидетелем этой сцены. Игорь слабо улыбался в ответ. Ему было приятно внимание этой яркой и красивой девушки с длинными темными волосами. Они какое-то время говорили друг с другом, а потом брюнетка потянулась к его лицу и поцеловала Игоря в губы, на мой взгляд, весьма откровенным поцелуем, заявляющим права на мужчину. Меня пронзила какая-то непонятная вспышка, похожая на укол разочарования, а щеки залила обжигающая краска. И я не могла объяснить причины внезапной перемены своего настроения. Просто застыла на месте и смотрела на красивую пару со стороны. Точеная фигурка девушки и ее модный наряд внешне очень гармонично смотрелись. Игорь прервал поцелуй и что-то сказал своей спутнице, но девушка снова прильнула к нему, обняла за плечи, и поцелуй продолжился. Эта сцена с поцелуем и разговор не длились и пяти минут, но я не в состоянии была отвести от них взгляда. Понимала, что подглядывала, но ничего не могла поделать. Интересно, а Игорь рассказывал девушке о нас с Машей, или это была тайна, покрытая мраком? И почему не приводил ее домой?

В итоге парочка распрощалась, эффектная барышня вернулась в машину и автомобиль, резко сорвавшись с места, уехал, а Игорь, взъерошив волосы и тяжело вздохнув, направился к дому. Даже не взглянул в сторону детской площадки. А мне сейчас совсем не хотелось себя обнаруживать и дать ему понять, что стала свидетелем этой встречи.

И когда смотрела, как Игорь целовался с незнакомой красивой девушкой, поняла, что мужчина нравится мне больше, чем просто человек, который вызвался нам помочь. И выход из этой ситуации был один – я должна в ближайшее время поговорить с ним и сообщить, что пора разъезжаться. Он возобновит встречи со своей девушкой, а мы с Машей будем вместе налаживать свой быт. И каждый заживет своей жизнью. Отдельно друг от друга. Не то все это выльется в большие проблемы. Я не собиралась становиться камнем преткновения в отношениях Игоря и, как я сделала выводы, Светой. Ведь именно она приезжала к нему только что.

– Маша, идем домой, – позвала я сестру, сжимая и разжимая холодные руки в кулаки, чтобы немного их согреть. И не то, чтобы я замёрзла, но отчего-то сильно дрожала.

– Лиза, моя новая подруга, сказала, что в садике их заставляют есть кашу и спать. И меня тоже будут, да, Аня? – спросила Маша.

– Да, – ответила я, изо всех сил стараясь взять себя в руки и отвлечься от мыслей и картинок недавней уличной сцены с поцелуем.

– И спать тоже? – Маше будет тяжело перестроиться на новый распорядок дня, она не привыкла спать днем, хотя с кашей проблем у нас особо не возникало.

– Нет, никто заставлять тебя не будет. Просто детишек много и, чтобы организовать порядок и ваш досуг, вы должны будете все вместе, небольшой группой, придерживаться определённого графика и распорядка дня. Тебе же нравится играть с Лизой? – я остановилась и посмотрела Маше в личико.

Она свела брови и задумалась.

– Это вроде как игры в куклы?

– Да.

У Маши их несколько штук, и всех она держала в исключительном порядке. Наводила красоту и вычесывала им волосы каждый день. Относилась к ним с особым теплом и нежностью. И не потому, что их было немного, а потому что друзей у нее особо не было.

– И ты каждый день будешь меня забирать?

– Да, конечно, – заверила я ее.

– И никто меня не отдаст в детский дом?

Я в замешательстве вытаращила на нее глаза.

– Откуда такие мысли? – изумилась я.

Мы с Игорем не говорили об этом. По крайней мере, при Маше.

– Я слышала, как дядя Игорь вчера говорил с кем-то по телефону. Что мы живём у него, чтобы меня не отдали в детский дом. И кому-то пообещал привезти нас на выходных в гости.

– Маша, ты подслушивала? – строго спросила я.

– Ты ушла в ванну, а мне не спалось, я пошла к дяде Игорю, чтобы пожелать ему спокойной ночи. Но я не подслушивала!

– Не выдумывай, ни в какой детдом тебя никто не отдаст. А подслушивать все равно нехорошо, – мне уже с трудом удавалось сдерживать волнение.

Слова Маши о разговоре Игоря с каким-то человеком и его намерения нас куда-то отвезти и кому-то показать, меня насторожили.

– Ты мне правду говоришь? – Маша смотрела на меня своими большими синими глазами.

– Вроде до этого самого момента я тебе поводов для сомнений не давала, – я обняла сестру.

Прекрасно понимала ее переживания, потому как, кроме, друг друга, у нас с ней никого больше и не было. В глубине души я радовалась, что Маша спрашивала меня обо всем, что ее беспокоило, и говорила о своих страхах. Так я хотя бы была уверена, что сестра мне по-прежнему доверяет.

Мы поднялись на лифте на десятый этаж, я открыла дверь ключом. Помогла Маше раздеться и повесила красивую курточку, что купил ей Игорь, на вешалку.

Из ванной доносился шум воды. Игорь наверняка принимал душ, он всегда первым делом шел освежиться, когда возвращался домой. Непослушными пальцами я расстегнула пуговицы на своём пальто, ощущая все ту же непонятную дрожь во всем теле и… бесконечную грусть. Но сама виновата, расставила ловушки с капканами, стены неприступные возвела и жила себе, как принцесса в высокой башне.

– Маша, руки! – окликнула я сестру, когда она побежала в гостиную к игрушкам. – Помой их на кухне, Игорь, кажется, принимает душ.

Позавчера мужчина привез ноутбук и показал мне, как работать на нем. Сказал, что от того, как быстро я тот освою, будет зависеть мое дальнейшее трудоустройство. Говорил загадками. Но за два вечера я немного подружилась с электроникой и научилась пользоваться интернетом. Игорь этим приобретением открыл мне доступ к массе новой информации. У меня теперь появился неиссякаемый интерес обучиться всему, воспользоваться этим шансом, что предоставлял мне Игорь и сделать хоть что-то полезное в своей жизни. Каждый день, проведённый в его доме, был равен неделе по насыщенности и узнанному материалу.

Пока я корпела над ноутбуком, Игорь обучал Машу игре в шахматы. Все были заняты делом, и никто по вечерам не бездельничал. Определено это все сплачивало и делало нас ближе. Я уже не представляла наши вечера иначе. Удивительно, как он успевал уделять время и Маше, и мне, и работе, и той девушке. Или вот как раз на нее теперь не хватало времени, как прежде, и потому она взбрыкнула и так стремительно уехала? Не знаю, обрадовала ли меня эта догадка, но по крайней мере, снова заставила задуматься о том, что мужчины в нашей с Машей жизни становилось уж очень много.

– Девчонки, привет! – улыбнулся Игорь своей обезоруживающей улыбкой, когда вошел к нам на кухню.

Он держал в руках полотенце и вытирал им волосы. Майка облепила его влажное тело, вырисовывая всю его мощную комплекцию и бугристые мышцы. Когда я поняла, что рассматриваю его, то смутилась ещё сильнее и отвела глаза, снова возвращаясь мыслями к тому поцелую. Но лучше бы вспомнила, что вчера изучала, куда полезнее для мозгов и душевного комфорта.

– Как провели день? – он сделал вид, будто не заметил моего взгляда, скрестил руки на груди и все так же улыбался.

Но если бы узнал обо всех моих мыслях, планах и намерениях, то, наверное, опечалился бы.

– Хорошо! – отозвалась Маша, а я сделала вид, что увлечена нарезкой овощей к ужину.

– Игорь, можно сегодня я буду играть чёрными фигурами? Все равно я заметила краем глаза, как Маша подбежала к Игорю и повисла на шее у мужчины.

– Думаешь, что белые фигуры виноваты в твоих проигрышах? – он подмигнул сестре и обнял ее в ответ.

Я отложила нож в сторону и повернулась в их сторону. У меня внутри, как будто что-то шевелилось, когда я видела их вдвоём. Никак не могла привыкнуть к этому. И понимала, что Маше нужно как-то втолковать, что Игорь в нашей жизни не навсегда, и плавно отгородить ее от него. Но и как это сделать, понятия не имела. Их обоих тянуло друг к другу. Откуда вдруг взялась эта связь, неужели то несчастье так их сплотило за те дни, пока я была в больнице?

– Аня, что скажешь? Ты сегодня какая-то молчаливая, – заметил Игорь мой отстраненный вид.

На мгновение наши глаза встретились, а мое сердце учащенно забилось. Иной раз мне казалось, что он прекрасно все видит, чувствует, как я реагирую на него, и словно провоцирует, кидая в меня такие вот пронзительные взгляды, чтобы я заливалась краской смущения до кончиков волос.

– Уступи Маше, чтобы она поверила, что ее проигрыши зависят не от цвета фигур, – я пожала плечами, а Игорь негромко рассмеялся и перевел горящие глаза на Машу.

– Гном, ты всего два дня пытаешься запомнить, какими фигурами ходить, а уже хочешь, чтобы я тебе сдался? Так не пойдёт. Будем учиться побеждать по-честному.

– Я так точно тебя никогда не обыграю, – Маша смешно сморщила носик, но продолжала обнимать Игоря.

– Ну и хорошо. Будем до самой старости учиться, – он погладил ее по спине и опустил на пол, а я поторопилась отвернуться, чтобы не рассматривать мужчину.

Украдкой всегда задерживала на нем взгляд, когда была уверена, что он не видит. Сегодня же поговорю с Игорем о том, что нам с Машей нужно жить отдельно. У меня была припасена пара весомых аргументов на этот счет. Иначе я утону в этих противоречивых чувствах и в какой-нибудь момент просто выдам себя, а после сгорю от стыда и страха. Я интуитивно чувствовала, что если останусь, то… только хуже будет.

– Разбаловали меня. Пахнет, как всегда, у вас божественно, что там сегодня наколдовали? Аня тебе снова помогала, да гном?

Я прислушивалась к их разговору, бодро шинкуя острым ножом свежие овощи.

Не смогла сдержать улыбки, когда Игорь говорил с Машей подобным тоном, будто это она была хозяйкой этого дома, а мы ее слугами. Как же им легко и хорошо было вместе. Да и сестра за эти дни сильно переменилась и из забитого, испуганного ребенка превратилась в озорную, раскрепощенную девочку. Даже заниматься лучше начала и кушать хорошо. Совсем это было на нее не похоже. Я все понимала, что ничего плохого Игорь не делает и старается как лучше, но… Сердце было не на месте, и как долго во мне смогут уживаться сразу несколько человек с прямо противоположными суждениями и чувствами? У меня не было и сотой доли выдержки и силы, какими обладал Игорь.

Закончив с резкой овощей и хлеба, я ретировалась в ванную комнату, вымыла руки и немного задержалась у раковины, облокотившись на нее руками, смотрела на свое отражение в зеркале, что висело на стене. Я явственно ощущала эти перемены, видела в своём взгляде, чувствовала в груди это лёгкое и пока ещё почти неосязаемое чувство влюбленности к человеку, который был значительно старше меня… лет на двенадцать, не меньше. И я на его фоне – неискушенный ребёнок. Который никогда не станет такой же успешной и роскошной, яркой и красивой, элегантной, как та девушка. Всё, что я сейчас могла сделать – это принять помощь Игоря и постараться обучиться работе на ноутбуке, привыкнуть к городу, затем выйти на работу, чтобы занять какое-то место в этой жизни. И только после этого думать о чем-то другом и, в том числе, о мужчинах. Точнее об одном мужчине. Но эта встреча Игоря с той красавицей и поцелуй этот проклятый, словно динамитом, подорвали все мои чувства. Смотрела на себя в отражении и понимала, что сегодняшний день – это отправная точка, точка невозврата, и я не знаю, как, но постараюсь не выдать своего вспыхнувшего интереса и симпатии к мужчине. Потому что все это было уж слишком… неправильным, обременительным и очень тяжелым чувством.