Совет Мунэ-Сюлли

* * *

Мунэ-Сюлли, когда мы вошли к нему, пересматривал кассовые книги, полные билетов, – и читал трагический монолог.

Перед ним стояли его французский антрепренер, его русский антрепренер, его немецкий антрепренер, директор, вице-директор, инспектор, обер-инспектор, суб-инспектор, над-актер, под-актер и еще 666 старших и младших администраторов, и все просили:

– Нельзя ли накинуть на каждый билетик по гривенничку в мою пользу?

Мы, – признаемся откровенно, – сказали, будто мы – Паспарту[2] и были приняты, конечно, с восторгом.

Мунэ-Сюлли бросился к нам в объятия и долго ласкал нас, сначала с фацией Отелло, потом с фацией Гамлета.

– Вы знаете Петербург?

Мы сконфузились, покраснели, опустили глаза:

– Д-да… Н-немножко… знакомы…

– Скажите, что же мне играть? Я ставил Шекспира – пусто. Софокла – пусто. Гюго – никто не идет. Что же вас интересует?

– У нас за последнее время, cher maître, в Петербурге сильно развилось национальное самосознание…

– Да, я знаю, у вас есть свои классики: Борисов[3], Дельер[4], Щедров[5]. Счастливая сфана, которая имеет даже Сутугина[6]! Но что же мне делать, если шедевры этих классиков не переведены еще на французский язык!

– Кроме Крылова. Многие из его пьес есть на французском языке!

– Как вы думаете? Не выступить ли мне в роли медведя? «Мунэ-Сюлли выйдет на сцену медведем»!

– Это будет колоссальный сбор. Петербург это любит.

– Я знаю. Мои директора выпустили мне в «Эдипе» на сцену кошку. Они говорят, что петербургская публика любит на сцене что-нибудь четвероногое. Но так как о кошке не было упомянуто в афише, – сбора не было… Или не выехать ли мне в Отелло верхом на коне? А? «Во втором акте Отелло выедет на живой лошади и исполнит высшую школу верховой езды».

– Тоже недурно! И Шекспир может сделать сбор!

– Нет, невозможно! Отелло ведь приезжает на корабле. Знаете что? Если не собрал публики этот черный генерал, быть может, сделает сбор «Белый генерал». Я сыграю «Белого генерала». Я думаю, эту пьесу можно достать в литературно-артистическом театре! Они дадут!

– Да, если они сами не собираются ее ставить!

Г-н Мунэ-Сюлли удивительно красиво схватился за голову.

– Нет! В конце концов, я все-таки сыграю им Шекспира. Будь что будет! Я сыграю «Гамлета».

– Не будет сбора.

– Но, ведь, Шекспир!

– Да, но ведь с Шекспиром надо знать, как в Петербурге обращаться. Вы не умеете составлять афиши. «Гамлет – Шекспира. Гамлет – Мунэ-Сюлли». И все! Это годится для Парижа, для Лондона. Но не для Петербурга. Разве так составляют афиши?

– Если б вы были добры!

Я сел. Я вызвал в памяти первые страницы всех петербургских газет.

Через две минуты афиша была готова:

«Сегодня! Сегодня! Сегодня!

Театр Неметти. Экстра-гала-премьер-представление.

Рандеву всего элегантного и веселящегося Петербурга.

Пять актов в один вечер!

Мунэ-Сюлли с его монологами!

Офелия в ее романсах!

Полоний с его шутками!

Дано будет:

Гамлет

или

Вот так мамаша!

Большое историческое представление. Историческое! Сочинение В. Шекспира, в переделке В. Крылова, Дельера и Сутугина.

Историческое! Из королевского быта!

На сцене будут показываться в натуральную величину король, королева, принц, призрак, высшие придворные чины.

Пьеса имела грандиозный успех в Париже!

Пойдет на всемирной выставке![7]

В первом акте стреляют из пушек!

В сцене с актерами большой дивертисмент![8]

Состязание в монологах!

Офелия исполнит лучшие романсы г-жи Вяльцевой!

В четвертом акте будет вынесен на сцену гроб с настоящей покойницей! Похороны по первому разряду! Масса венков!

В пятом акте настоящая драка на рапирах.

(Г-н Мунэ-Сюлли брал уроки в дамском кружке фехтования).

В антракте между 3-м и 4-м актом на сцену выбежит настоящая живая кошка и будет, для удовольствия публики, драться с настоящей собакой.

В заключение спектакля между публикой будут разыграны в лотерею башмаки, которых еще не износила королева![9]

Каждый, взявший место в партере, получает бесплатно билет в лотерею, с правом выиграть башмаки.

Взявший ложу, – имеет четыре (4!) бесплатных билета!

Трагедия – фурор!»

Мунэ-Сюлли, прочитав афишу, застрелился.

Но сбор на «Гамлета» был битком.

Потребовались приставные места.

Даже Шекспир может делать сборы!

1

Впервые – «Россия», 1899, No 205.

2

…будто мы – «Паспарту»… – Вероятно, имеется в виду готовый к услугам человек, близкий к герою романа французского писателя Жюля Верна «Вокруг света в 80 дней» (1872) Жану Паспарту, «парижанину до мозга костей». Его имя происходит от французского passe partout, буквально – проходящий всюду; здесь: пролаза, ловкий человек.

3

Борисов Николай Александрович (1849—1900) – русский драматург, антрепренер.

4

Дельер (настоящая фамилия Плющик-Плющевский) Яков Алексеевич (1845—1916) – переводчик, автор ряда инсценировок и переделок для театра. Служил юрисконсультом в министерстве внутренних дел.

5

Щедров (настоящие имя и фамилия Николай Васильевич Самойлов, Самойлов-2-й, 1838—1897) – русский актер, родом из актерской семьи Самойловых. В 1869—1883 гг. играл в Александрийском театре.

6

Сутугин Сергей (настоящие фамилия и имя – Этингер Осип Григорьевич) – писатель, театральный критик, автор инсценировок и переделок для театра.

7

…на всемирной выставке! – Имеется в виду Всемирная выставка в Париже, проходившая в 1899 г.

8

В сцене с актерами большой дивертисмент! – Сцена с актерами – имеется в виду сцена из 2-го действия трагедии В. Шекспира «Гамлет». Дивертисмент – вставной номер в спектакле.

9

…башмаки, которых еще не износила королева. – Парафраз слов Гамлета.