Исповедь боевика. Откровения добровольца
- -
- 100%
- +
Внутри у меня все сжималось – страха не было, только новые ощущения, которые я тут же подметил. Нигде вы не испытаете тех чувств, что проявляются только на войне. Ваш организм будет в шоке, каждая его клетка встанет дыбом от ужаса происходящего, а потом некоторым из вас это понравится, и вы будете лелеять мечту о новой войне.
Этот пограничный пункт не работал в пропускном режиме для всех остальных – только для нас и военных. Старший нашей группы, мужчина лет пятидесяти, подойдя к пограничнику, сказал:
– Вам должны были звонить. Я Алексей.
– Да, проходите, – ответили ему.
По несколько человек мы переходили границу. Раскаты орудий стояли в ушах. По четверо, пятеро мы подходили к шлагбауму, где у нас проверяли паспорта.
Метров через двадцать досматривались и наши вещи.
– Колющие предметы есть? Оружие, боеприпасы?
– Нет, – отвечали мы.
Вышел капитан и у каждого спрашивал:
– Ты куда едешь?
– Я к девушке на Украину, к знакомой, – ответил парень из Суздаля.
– А ты куда? – спросил он израильтянина.
– Мне тоже нужно, к знакомым.
Нас предупредили в Ростове-на-Дону, чтобы мы на пограничном переходе не разговаривали. Вот мы и играли в молчанку. Хотя всем смешно: и пограничникам, и нам.
– И куда вы собрались? – спросил капитан. – Дома дети, наверное, семьи, жены, а они…
Меня это кольнуло, внутренне я был с ним согласен. Своих бросили, к чужим поехали.
За нами из Донецка приехал большой стреляный пассажирский автобус – может, с пару всего осталось стекол, все остальное было забито картоном. Несомненно, он побывал в боях. Несколько дней назад такая же группа добровольцев из России по пути в Донецк попала в засаду и была обстреляна шквальным огнем. Выжили единицы.
Пока мы шли через этот пункт по проселочной дороге, которая находилась рядом слева, метрах в двадцати двигалась военная техника без опознавательных знаков: «Уралы», УАЗы. В них сидели люди в форме.
Когда ехал из Москвы в Ростов-на-Дону, то на трассе я видел эту технику без номерных знаков, большими километровыми колоннами двигавшуюся по территории Ростовской области. Эту картину, думаю, наблюдали все летом 2014-го, кто проезжал по этой территории. Позже я часто видел такую технику, без номерных знаков, на территории Донбасса.
Но меня и еще трех осетин не пропустили из-за ограничений на выезд за границу, наложенных судебными приставами. Причем они стали действовать именно в этот день. До этого пропускали всех подряд. Начальник пограничного перехода сказал:
– Не повезло, парни, с сегодняшнего дня новое распоряжение. Пройдете с Алексеем. Он в курсе, вас проведет.
Мы ехали назад в Ростов-на-Дону: с одной стороны, с облегчением, напряженность внутри спала, но с другой – с разочарованием, что не уехали вместе со всеми. Переночевали в лагере, куда уже приехало пополнение.
С утра нас распределили: у кого были проблемы с проходом через границу – к Мозговому или к казакам. Нас, человек пятнадцать, отправили к Мозговому, командиру батальона «Призрак»12.
Осетины подошли ко мне:
– Бондо, ты все-таки к Мозговому?
– Да.
– Смотри, он, говорят, людей не бережет, под пули бросает.
– Не бойся, брат, если что – отступать.
Алексей Мозговой – один из видных лидеров вооружённых формирований Луганской Народной Республики, убит 23.05.2015 неизвестными лицами.
Село Беленькое
Мы прибыли в город Донецк Ростовской области, который граничит с территорией Украины, прождали там около часа. Проезжавшие на машинах люди с интересом высовывали головы, глядя на нас, – почти все мы были одеты в маскхалаты. Ополченцы приехали на микроавтобусе, выкрашенном в пятнисто-зеленый цвет. Старшего звали «Механик» – он занимался переправкой добровольцев через границу, а также гуманитарными грузами, что шли в адрес батальона «Призрак».
Я продолжал удивляться: «Куда я еду?!» Но ноги несли сами, не давая думать голове…
Мы пересекли границу по полю: прошли метров сто, чтобы машина не просела, и оказались в селе Беленькое Краснодонского района Луганской области, что в тысяче метров от российской границы.
Располагались ополченцы в местном клубе – их было человек тридцать.
Выгрузились, и первое, что увидели, – это драка между двумя ополченцами, героями обороны Славянска. Позже, через неделю, один из дравшихся украл пистолет Макарова у капитана ГРУ13 (в отставке). Группа отставников ГРУ состояла из трех человек и направлялась в Россию. Они уже не скрывали того, кем являются, однако и не афишировали. Один из них был из Москвы, другой из Нижнего Новгорода, третий – не помню откуда. Мне запомнился старший группы. Было видно, что он офицер: рост 180, крепкого телосложения, командный голос и военная выправка. Воевал еще в первую чеченскую, штурмовал Грозный. Владел оружием и ножевым боем, основами медицины – в той части, где какие ранения могут быть и какие препараты применять. Он был подготовлен на все сто – настоящий профессионал, коих на Донбассе я встречу немного.
По некоторым отрывкам разговоров за десять дней я составил картину о них, хотя говорили офицеры не всё. Они уже были три месяца в Украине. Заходили с одними ножами, две попытки были неудачны – выходили на большое скопление противника. Как сказал один: «Вы никогда бы не узнали о нас, если бы мы не потеряли связь с Россией, где нас уже сочли убитыми, и помощь не шла в наш адрес». Через месяц скитаний они вышли к ополченцам и прибились к гуманитарной колонне. Их командира расстреляли ополченцы (в самом начале в группе было четверо). Они везли его тело на похороны в Россию – точнее, тело было где-то, а они его ждали у границы, чтобы сопровождать.
– А за что убили вашего командира? – спросил я.
– Да ни за что, – ответил один из них. – Просто расстреляли и все.
Далее проявлять любопытство было неуместно.
Спустя два часа к нам пришла колонна из Алчевска14. Все такие бравые: некоторые были одеты в бронежилеты, очки противоосколочные, каски кевларовые.
Из «Лэнд Крузера» с пистолетом в руке вышел заместитель комбата Николаич.
– Почему эти два топливозаправщика не прибыли на место? – закричал он.
– Нам такого приказа не было – сказали стоять здесь, – отозвался один из водителей.
– Да я вас сейчас расстреляю прямо здесь! Танки стоят, двинуться не могут. Где второй водитель?
– Не знаю, – снова ответил растерявшийся боец.
– Арестовать обоих. Доставить в штаб батальона, – приказал Николаич.
Ко мне подошел один парень, с кем мы только что прибыли.
– У меня что-то сердце колотится, хотя я и воевал в Чечне, – сообщил он.
Другой тоже подошел и говорит:
– Да, шутки кончились.
Я тоже заволновался, до этого ведь не подозревал, что тебя здесь просто могут убить свои. Как-то быстро мы оказались в другой реальности, и я стал посматривать в сторону российской границы…
Было уже темно, и этой колонной нас должны были забрать в Алчевск, где дислоцировался батальон «Призрак». Некоторые ребята, с кем мы прибыли, были танкистами, и здесь как раз формировались экипажи танков (водители-механики, стрелки, наводчики и командиры танков).
Фугас, что прибыл со мной из Ростова, предложил:
– Оставайся, Бондо, выучим тебя на стрелка-наводчика, будешь танкистом.
У меня было тягостное настроение, и я не хотел дальше ехать, по крайней мере, сегодня, решив остаться здесь. Когда колонна ушла, мы все вместе с командиром сели за стол. Нас стали опрашивать и записывать: кто где служил, какая специальность и т. д. Я нигде не служил, но мои товарищи сказали, что я охотник и бью белку в глаз. Командир дал мне позывной «Охотник» и пообещал: «Как вернемся из Ростова, будешь у нас снайпером». Я был не против, так как именно на эту позицию и рассчитывал.
После того как распределились по экипажам, мы решили перекусить. Хотя еду нам предложили сразу по приезду, но что-то кусок в горло не лез. Достали, кто что мог, из своих сумок, поели, и я вышел на улицу. Ночь, тишина, летучие мыши, и только свет пробивается из открытой двери. Мне было спокойно. «Твою мать…» – подумал я.
Где-то в первом часу ночи Фугас позвал меня:
– Колонна, Бондо! Смотри, наши пошли!
Метрах в ста от нас по дороге двигалась колонна техники: «Грады»15, БТРы16, груженые танковые транспортеры перемещались со стороны российской границы в направлении Краснодона17.
– Вот они долгожданные, – сказал один из ополченцев.
Эту картину предстоит наблюдать каждую ночь, вплоть до нашего августовского наступления.
Расположились мы в здании клуба, прямо на полу. Бросили матрацы и так, в одежде, спали. За исключением вновь прибывших, остальные (а это были почти все местные с Донбасса) уже побывали в боях. Все они были примерно одного возраста – от сорока до шестидесяти пяти лет. Лица их были грубые, не всегда приятные, не те, которые мы привыкли видеть в мирной жизни.
На следующий день приехали ополченцы под предводительством Бати. Насколько я понял, он еще неделю назад был заместителем комбата Мозгового. Взрослый мужчина, лет пятидесяти пяти. Прибыли они на новых, дорогих джипах, отнятых у гражданских лиц на дело «борьбы с фашизмом». Выйдя из машины, Батя спросил: «Кто ко мне пойдет? Я создаю новый батальон. Переходите к нам – тут танков не будет, Мозговому технику не дадут. Все списки в Россию подаю я».
Мы, вновь прибывшие, конечно, хлопали глазами и ничего не понимали. Хотя кое-кто пошел к нему – человек пять-шесть из тех, что были до нас.
Оружия у ополченцев здесь не было: всех разоружили еще в Алчевске, так как они должны были отправиться на один из танковых полигонов в Ростовской области и пройти обкатку экипажей, потренироваться и получить технику, с которой нужно было явиться в зону боевых действий.
Ополченец с позывным «Рост» побывал уже там и рассказывал, как происходит обучение: «От недели до трех, с пяти утра и до позднего вечера, на танковом полигоне. Потом зачет. Полностью одевают, обувают и вооружают, даже новые в масле автоматы выдают». Я был не против прокатиться до Ростова-на-Дону и покататься на танках, на войну я не спешил.
Договорились, что Механику будем звонить сразу, если приедут еще раз Батя и товарищи.
Долго их ждать не пришлось. Уже на следующий день Батя объявляет построение и говорит:
– Да вы понимаете, что вы, как стадо баранов, решиться не можете? Есть вообще приказ всех из «Призрака» расстреливать, потому что, в какой город не зайдут, – везде люди стонут от мародерства.
И тут приезжает Механик с подкреплением. Мы оказались между двух вооруженных групп. Обстановка стала напряженной. Один из пьяных ополченцев спустил автомат с предохранителя, что не могло остаться незамеченным.
– Тише дружок. Не делай глупостей, – сказали ему, его разоружая.
– Я помню, как только собрался уходить от Мозгового к Бате, меня при нем же, в его кабинете ножом резали, – закричал один из тех, что приехал с Батей, и показал следы от пыток. – А сколько Мозговой расстрелял предпринимателей, которые не хотели с ним сотрудничать?!
– Я забираю россиян, – подойдя ко мне, сказал один из шустрых молодых вояк, что уже был с нами и решил перейти на сторону Бати.
– Собирайся, пойдем к Бате, там и житуха лучше, не то что в этом сарае.
– Я приехал к Мозговому, к нему и пойду, – ответил я.
Россияне, что были со мной, остались при таком же мнении, а остальные, человек десять, перешли к Бате. Они приезжали еще несколько раз и, поняв, что больше с ними никто не пойдет, пропали.
Спустя неделю забежал один из добровольцев. Мы прозвали его НОНА (это название самоходной артиллерийской установки, на которой он служил в Чечне).
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
СОБР (Специальный отдел быстрого реагирования) – федеральные и региональные специальные подразделения МВД России, штатно входившие (до 2003 года) в состав управлений по борьбе с организованной преступностью МВД России.
2
ПКМ – 7,62-мм пулемет Калашникова, модифицированный, разработанный Михаилом Тимофеевичем Калашниковым в качестве единого пулемета для Вооруженных Сил СССР.
3
РПГ-7 – советский/российский многоразовый ручной противотанковый гранатомет для стрельбы кумулятивными боеприпасами. Предназначен для борьбы с танками, самоходными артиллерийскими установками и другой бронетехникой противника, может быть использован для уничтожения живой силы противника в укрытиях, а также для борьбы с низколетящими воздушными целями.
4
ВСС – бесшумная снайперская винтовка для подразделений специального назначения.
5
Славянск – город областного значения в Донецкой области Украины.
6
Игорь Иванович Стрелков (настоящее имя Игорь Всеволодович Гиркин) – российский военнослужащий, публицист и писатель; военный деятель непризнанной Донецкой Народной Республики (ДНР).
7
Служба безопасности Украины – правоохранительный орган специального назначения, обеспечивающий государственную безопасность Украины.
8
«Русское национальное единство» (РНЕ, по имени лидера, также «Баркашовцы», «Гвардия Баркашова») – российская ультранационалистическая организация, основанная 16 октября 1990 года группой бывших активистов НПФ «Память» во главе с Александром Баркашовым. Идеология характеризуется рядом политологов как фашистская и нацистская.
9
Добровольческое движение «Интербригады» – движение, организованное незарегистрированной российской национал-большевистской политической партией «Другая Россия» для участия в вооруженном конфликте на востоке Украины на стороне повстанцев.
10
Донецкая Народная Республика – непризнанное государственное образование на юго-востоке Европы, провозглашенное в пределах Донецкой области Украины. Согласно Конституции Украины территория, на которую претендует ДНР, входит в состав Украины. Большая часть заявленной территории ДНР контролируется украинскими властями; примерно треть заявленной территории ДНР, неподконтрольная украинским властям, согласно постановлению Верховной Рады Украины, «до момента выведения всех незаконных вооруженных формирований, российских оккупационных войск и их войсковой техники» считается временно оккупированной территорией.
11
АГС-17 «Пламя» – 30-мм автоматический гранатомет станковый. Предназначен для поражения живой силы и огневых средств противника, расположенных вне укрытий, в открытых окопах (траншеях) и за естественными складками местности (в лощинах, оврагах, на обратных скатах высот).
12
Батальон «Призрак», Народное ополчение Луганщины – вооруженное формирование. Принимало активное участие в вооруженном конфликте на востоке Украины, в частности, в боях в районе Дебальцева. Лидером отряда бессменно был Алексей Мозговой.
13
ГРУ (Главное разведывательное управление) – спецслужба, орган внешней разведки Министерства обороны Российской Федерации, центральный орган управления военной разведкой в Вооруженных Силах Российской Федерации.
14
Алчевск – город областного значения в Луганской области Украины, де факто, с 2014 года – город республиканского значения в составе Луганской Народной Республики.
15
9К51 «Град» – советская реактивная система залпового огня калибра 122 мм. Предназначена для поражения открытой и укрытой живой силы, не бронированной техники и бронетранспортеров в районе сосредоточения, артиллерийских и минометных батарей, командных пунктов и других целей, решения других задач в различных условиях боевой обстановки.
16
БТР – бронетранспортер – броневая боевая машина, транспортер, предназначенная для доставки личного состава (стрелков) мотострелковых (пехотных, мотопехотных, десантных и так далее) подразделений, материальных средств к месту выполнения поставленной боевой задачи и эвакуации раненых и пораженных с места боя.
17
Краснодон – город областного подчинения в Луганской области Украины. С 7 апреля 2014 года находится под контролем Луганской Народной Республики.