Дарить России

Лобанов-Ростовский и Н.С. Арсеньев. Путешествие в Италию

Среди бесед в Калининграде и в письмах Никита Дмитриевич ответил на мои вопросы о встречах с Николаем Сергеевичем Арсеньевым, как и всегда, с громадной отзывчивостью.

22-летний Никита с Николаем Сергеевичем Арсеньевым совершили путешествие в 1957 году в Италию из Франции на поезде, останавливались в разных городах. Николай Сергеевич читал наизусть на итальянском языке (Арсеньев знал 12 языков) Данте Алигьери. Со свойственным Никите Дмитриевичу юмором рассказывал он о своих неудобствах бытового уклада в этой поездке: Лобанов-Ростовский – человек исключительной самодисциплины, твёрдого распорядка, высокой степени самоорганизации, аккуратности – увидел рядом с собой человека, совершенно свободного от подобных «условностей», особенно пренебрежительного к полосканию в ванной, куда невозможно было войти потом.

Но, конечно, Никита Дмитриевич был покорён эрудицией Николая Сергеевича, широтой кругозора и глубиной знаний: «Во время путешествия было два типа разговоров, а более правильно сказать – “монологов”: ввиду того, что у дяди Миколы феноменальная память, он мог цитировать почти полностью целые книги. Например, во время поездки из Парижа во Флоренцию он цитировал всю поэму “Божественная комедия”, а также из древнеримских авторов. Второй тип – это во время посещения руин или музеев: он знал наизусть содержание картины, несмотря на свое плохое зрение, то, что он прочел о картине, он отлично помнил, и суждения о ней, и ее описания. Поэтому мне было чрезвычайно полезно и интересно с ним съездить в Италию».

А вот рассказ, который Никита Дмитриевич назвал «Экспертиза Арсеньева». Джон Трейн[19], выдающийся обозревать газеты «Уолл-Стрит Джорнал», из тех эрудированных американских богачей, в общем, интересовался философскими взглядами Арсеньева. Как-то, когда мы были в имении Рок-Крик-Парк под Нью-Йорком, Джон Трейн спросил Арсеньева, знает ли он что-нибудь о такойто христианской ереси в Персии в XII веке. Арсеньев задумался и через 2–3 минуты ответил, что таковой ереси не существовало. Спустя несколько дней Трейн нам сказал, что он выдумал название ереси, стараясь поймать на этом «дядю Миколу».

Путешествие по Италии в 1957 году с Н.С. Арсеньевым запомнилось Лобанову-Ростовскому ещё одним эпизодом – посещением виллы Демидофф. В Оксфорде он подружился с младшей дочерью его Высочества князя Павла Югославского[20] Елизаветой Карагеоргиевич, которая приезжала на уик-энд к крёстной Никиты Лобанова-Ростовского Катрин Риддей, уже упоминаемой выше внучке графа Александра Бекендорфа, последнего посла России в Великобритании.

Елизавета пригласила Никиту на виллу Демидофф[21], которую ее отец унаследовал в 1955 году. «С гордостью и глубоким знанием предмета, – рассказывал Никита Дмитриевич, – князь Павел Югославский говорил о нескольких поколениях Демидовых в Италии, создавших виллу в Пратолино, в предместье Флоренции, о богатейших и разнообразнейших коллекциях, собранных Демидовыми в течение двух веков, показывал портреты Демидовых кисти Левицкого[22] и Боровиковского[23], масло Верещагина[24] «Тагил», город на Урале, где Демидовы начали лить русские пушки».

Запомнилась статуя Венеры из мрамора скульптора Кановы[25], бюст Наполеона Третьего, изваянный Карпо[26].

Посещал виллу Демидофф в 1823 году великий художник Карл Брюллов[27], которому Анатолий Демидов заказал знаменитую картину «Последний день Помпеи»[28].

В 1969 году сокровища виллы Демидофф были проданы Павлом Югославским на аукционе «Сотбис»[29] во Флоренции.

Молодой Никита перед поступлением в Колумбийский университет, жил некоторое время в семье Юрия, Николая и Натальи Арсеньевых в Си Клиффе, куда те из Европы перебрались в 1948 году. Арсеньевых навещали многие интересные люди. Среди них выделялся огромным, двухметровым ростом и захватывающими рассказами о днях минувших Василий Васильевич Тютчев. Он торговал русскими книгами, которые возил в чемодане, а иногда – картинами. И у него Никита Лобанов-Ростовский купил первую работу маслом за 100 долларов в рассрочку. Это картина Николая Егоровича Сверчкова[30] «Погоня за похищенной невестой».

Дары князя

В США Никита Дмитриевич познакомился с племянником философа Н.С. Арсеньева – с Иваном Ивановичем Балуевым, с которым они вдвоем и заботились о Н.С. Арсеньеве в последние его годы жизни.

Никита Дмитриевич подарил мне подлинные письма Арсеньева.

Они познавательны, читаемы, несмотря на трудно различимый почерк. Но усилия стоят того. Известный философ бедствовал материально. Его старшая сестра Наталья перебралась к сыну Сергею Балуеву в Москву, младшая Вера умерла, брат Юрий умер в 1970 году, а жил философ в Си Клифе в деревянном домике, который требовал ухода. Вот и в письме от 5.5.1971 Арсеньев благодарит Никиту Дмитриевича за 100 долларов, которые он потратил на очередную починку дома.

Письмо от 26.6.76 от Арсеньева касается распоряжений об имуществе после ухода в мир иной (умер 18 декабря 1977 года). Они обращены к Никите Дмитриевичу, племяннику профессора Арсеньева Ивану Ивановичу Балуеву[31], Михаилу Бутеневу[32] и Николаю Шидловскому (внучатому племяннику, сыну Юрия и Софьи Шидловских)[33]. «Архивы моего отца передам Ване Балуеву, – писал Николай Сергеевич, – мои архивы – Толстовскому фонду[34]. А если Россия будет освобождена от советов и коммунистов, то в Россию, в Румянцевский музей[35] в Москве или в отдельную комнату в библиотеку Московского университета, чтобы читать там, но не выдавать на руки. Книги, фотографии – передать в дар Свято-Владимирской духовной семинарии[36]. Пишу тебе как близкому и дорогому человеку. Поручаю тебя и Нину руководству нашего небесного Отца. Я тебе очень благодарен за твою любовь».

Письмо от Ивана Балуева, племянника Арсеньева, сына Натальи Сергеевны Арсеньевой (Балуевой).

От 8.11.78. Балуев рассказывает о своих поездках в Брюссель и Париж, «…с Шидловскими все в порядке, они согласились с нашими доводами – отдать книги Арсеньева в Толстовский фонд. Ведь вся Арсеньевская коллекция книг не подлежит разделу и должна в конечном итоге быть переданной в Россию».

«Рад за тебя, что твоя коллекция пользуется таким успехом. Марина и я шлем сердечный привет вам обоим с Ниной».

В письме от 6.9.1981 года И.И. Балуев с искренней радостью отвечает на письмо Никиты Дмитриевича, сообщавшего об очередной выставке его коллекции, просит прислать каталог выставки, сообщает о своем вынужденном выходе на пенсию по причине рака лимфы, о своих занятиях живописью и скульптурой, о своих трех внуках и внучке, «которые растут, как грибы».

Подарок Н.С. Арсеньева Никите Лобанову-Ростовскому и влияние на выбор жены

Французский писатель Ромен Гари[37] очень сильно повлиял на судьбу князя. Как рассказывает Никита Дмитриевич, «огромное жизненное, практическое влияние». Когда в 1960–61 годах он занимался геологоразведкой в поисках месторождений нефти в полупустыне Патагонии в Аргентине, Н.С. Арсеньев прислал ему книгу, посвященную матери Ромена Гари, тогда еще мало известно писателя, она называется «Обещание на рассвете», переведена на русский язык в 1993 году. Образ Нины Борисовской произвел на молодого Никиту особое, сильнейшее впечатление. «Она была, говорит Никита Дмитриевич, – образованным и одухотворенным человеком и одновременно владела умением выживать. Именно эта ее черта дала мне направление, как искать себе спутницу жизни. Я не искал супругу, я искал спутницу, соратницу, с которой смог бы разделять и трудности, и радости. И если бы меня расстреляли, а были бы дети, то она, подобно матери Ромена Гари, смогла бы, проявив те же качества, выжить и отстоять то, чем обладала». Чтение книги стало событием внутренней жизни молодого человека начала 60-х годов. Отчасти поэтому его супругой стала Нина.

И снова слова благодарности

Мне лестно было получить письмо от Никиты Дмитриевича после их отъезда с леди Джун. Очень приятны были слова о том, что понравилась приготовленная мною еда, особенно фаршированные сладкие перцы, которые счастливо мне вспомнились, когда я прочла о том, что князь родился в Болгарии.

Уважаемые Лидия и Владимир!

Огромное Вам спасибо за Ваш радушный и щедрый приём во время нашего с Джун пребывания в Калининграде. Вся программа, которую Вы для нас устроили, была нам обоим чрезвычайно интересна. Включая вкуснейший обед и ужин, который Вы нам приготовили.

Леди Джун

Когда Никита Дмитриевич и леди Джун приехали в Калининград, то леди Джун мне понравилась с первого взгляда, красивая и элегантная. О ней Никита Дмитриевич рассказал: «Как Вы знаете, в Англии имена у аристократии чрезвычайно сложные, потому что, скажем, лорд Иванов, не передает фамилии Иванов при жизни детям, они называются своими обычными фамилиями, а не дарственным титулом лорда, который обычно связан с географией. В случае с Джун, ее предок был министром внутренних дел, который получил титул Лорда Сиднея. Как-то он за свой счет загрузил парусный корабль овцами и отправил его в Австралию. Причалив к берегу, где ничего не было, капитан, разгрузив овец и построив хаты, назвал местность именем хозяина.

Лет 10 тому назад Джун продала на аукционе «Кристис» одно из писем капитана корабля к Лорду Сиднею, где он пишет, что пища для овец кончилась, и кормят их сухарями для матросов. Письмо выручило 23 тыс. фунтов, и купил его музей города Сиднея.

Затем он сделал подобную операцию, отправив судно в Канаду, где на берегу Новой Шотландии есть тоже город Сидней. Вот такие были времена.

А 22 июня 2022 года Никита Дмитриевич написал в письме: «Мы с Джун сегодня ходили на чествование 500-летия ее предка Уильяма Сесила, 1-го лорда Берли в Вестминстерском аббатстве.

Присутствовало более 1000 человек.

Сесил служил штатс-секретарем (Secretary of State) у Елизаветы Первой 40 лет. За это время ему удалось создать Великобританию, завербовав Шотландию, отрубив ее королеве голову. Он основал главные институты, оставив страну приблизительно в том же виде, как она есть сейчас. Аналогично с ролью Потемкина при Екатерине.

Вот как аристократы Англии проводят свое время, когда голодранцы-железнодорожники бастуют, недовольные тем, что их средняя годовая зарплата 32,000 фунтов в год, и что при инфляции в 9 % они ежемесячно беднеют. К ним присоединились доблестные служители Метрополитена. Ждем присоединения к ним работников государственного здравоохранения. Может, это поможет снести правительство. Чему воля Аллаха».

Джун по профессии графолог – по почерку может составить характеристику человека. Во Франции и Голландии по законам нельзя уволить сотрудника, это создает сложность при приеме на работу. Там не примут без графического анализа. По почерку можно определить, скажем, что человек лжец. В бухгалтеры такого не возьмут, а в дипломаты – непременно.

Феномен России

После возвращения из Калининграда общение с Никитой Дмитриевичем продолжалось. Во время встречи с Ю.М. Лужковым в Лондоне он рассказал о поездке в Калининград, и однажды, находясь дома, потому что я сломала ногу в то время, я поднимаю трубку телефона, и это оказывается звонок от Юрия Михайловича с приглашением приехать в его имение в Озерском районе и написать о нем. Я ответила, что хожу на костылях, поэтому сейчас это невозможно. И я совсем забыла об этом звонке, когда через пару месяцев Лужков снова мне позвонил. Это было лестно для меня, и хотя я еще ходила с тросточкой, я согласилась и написала очерк «Общаясь с Лужковым», который опубликовала в своем журнале «Берега»[38]. Герой очерка несколько раз звонил со словами благодарности.

1 ноября 2013 года я выпустила первый номер литературного журнала «Берега», и с тех пор на его страницах всегда находилось место для статей и интервью Н.Д. Лобанова-Ростовского и его друзей. Уже для второго номера журнала «Берега» Никита Дмитриевич любезно согласился ответить на мои вопросы о России в мире.

Размышления Н.Д. Лобанова-Ростовского о современной России

Л. Д.: Никита Дмитриевич, в чём состоит, на Ваш взгляд, феномен России и её главная проблема?

Н. Д. Л-Р.: Феномен России – это её уникальная цивилизация, гармонично объединяющая различные народы с сохранением их религиозного и культурного уклада. Это отличает Россию от европейских государств и от многонациональных Соединённых Штатов, где этно-религиозное самоопределение заменяется базовым понятием – «американец», поэтому России не следует копировать и внедрять опыт западных стран. Если цивилизованный мир стремится к модели глобализации, где устраняются все базовые идентичности, а сейчас добрались и до взаимоотношений полов, то Россия являет собой союз культур и народов, каждый из которых является ценным и уникальным. Россия – самая богатая страна в мире по территории и природным ресурсам, третья по резервам валюты и финансово самая устойчивая страна в Европе. Она должна бы быть одной из двух сверхдержав, с большими надеждами на будущее. Но на практике это не реально. Во-первых, продукция, производимая в РФ в рамках выполнения задач, поставленных в стратегии развития страны, не достигает мировых стандартов качества. Во-вторых, процесс производства не осуществляется с должной эффективностью, да и конкурентоспособность отстаёт. Экономика России, по сравнению с другими развитыми странами, энергозатратная: энергоёмкость ВВП в РФ в 6 раз выше, чем в Японии, в 3 раза выше, чем в США, и примерно в 3,5 раза выше, чем в странах Западной Европы. Модернизация России и переход её к инновационной модели развития невозможны без масштабного партнёрства с Западом. Учитывая высокий уровень коррупции в стране, Россия на данном этапе не может конкурировать с США, Европой и странами Дальнего Востока. В России нужно готовить новые поколения специалистов. Необходимы инвестиции в человеческий ресурс, этого не происходит. Как отметил иностранный член Российской Академии наук В.Л. Квинт, в России ведётся активная разработка стратегии развития, но этим занимаются люди, не обладающие глубоким знанием предмета и не практикующие его. С этой точки зрения Россия не готова столкнуться с новыми общемировыми проблемами. Нынешний финансовый крах в мире несколько замедлит развитие инфраструктуры в России, которая является необходимым элементом в развитии экономики. Без решения проблемы инфраструктуры сельское хозяйство останется неконкурентоспособным – вне зависимости от объёма инвестируемых в него средств. Возьмём простой пример: огромное количество пищевых продуктов, которые Россия импортирует из крохотной Голландии. Дополнительная проблема – это достаточно малое количество внутренних потребителей в стране: население России в 2 раза меньше населения США и в 3,5 раза меньше населения Евросоюза, уже не говоря об Индии и Китае.

Л. Д.: Как Вы оцениваете российскую школу высшего образования и сферу нанотехнологий?

Н. Д. Л-Р.: Россия занимает третье место в мире по числу людей, обладающих научными званиями. Потенциально это даёт ей возможность быть исполнителем крупных заказов на научно-технические проекты со стороны США и Евросоюза. Для сравнения, Индия, после 20 лет активной подготовки научных кадров, ныне является лидером в области заключения технологического аутсорсинга (outsourcing) на выполнение работ с зарубежными фирмами. Но для успеха этой деятельности важна не только научно-техническая база, но и образование, экономика, юридическая система и государственная политика. А в последние годы российские достижения на рынке наукоёмкой продукции представляют собой удручающую картину: около 0,3 % – по сравнению с 39 % в США, 30 % в Японии и 16 % в Германии (данные основаны на количестве патентов). Только один российский университет входит в список 200 лучших университетов мира – МГУ, которому присвоено, согласно международным рейтингам, 116 место в 2012 году. Образование стремительно теряет высокий уровень советской школы. Например, в области нанотехнологий в 2012 году 51 % международных патентов был зарегистрирован в США и только 1 % в России. Состояние плачевное.

Л. Д.: Какое реформирование, на Ваш взгляд, надо провести, чтобы выправить это состояние?

Н. Д. Л-Р.: Говоря сегодня о России, наверное, можно было бы использовать слова знаменитого американского Госсекретаря Дина Атчесона, сказанные им в начале 60-х годов прошлого века о Соединённом Королевстве: «Британия потеряла империю и, к сожалению, не смогла найти для себя новой роли». Всем было понятно, что, утратив источники дешёвого сырья и рынки сбыта, Англия обречена на длительное прозябание. Но сейчас экономика Британских островов по объёму занимает шестое место в мире и находится на втором месте после США по инвестициям в глобальную экономику. Здесь явно можно провести параллель с современной Россией и необходимостью проведения реформ. Надеюсь, что отставание России можно преодолеть. Если правительство осознает необходимость развития новейших технологий, внедрит новые специальности и на порядок увеличит инвестиции в образование и науку, то через 6–7 лет появятся те кадры и те технологии, которые позволят качественно изменить российскую экономику. Лёд уже тронулся. В гражданской сфере опубликованные цифры свидетельствуют о триллионных (в рублях) программах таких компаний, как «Газпром», «РЖД», «Роснефть», «Росатом», ФСК ЕЭС, «Русгидро», «Транснефть».

Л. Д.: Что Вы думаете о Евразийском Союзе?

Н. Д. Л-Р.: Я думаю, что Европа выживет с помощью России, потому что у России нет другого выхода, кроме как сближение с Европой. Экономическая мощь Китая сильно возрастёт, и чтобы противодействовать этому, Россия повернётся к Европе. Чтобы не оказаться через несколько десятилетий под полным влиянием Китая, России необходимо развивать связи с 500 миллионами европейцев. Это, в свою очередь, станет «светлым будущим» для Европы. Для создания Евразийского Союза у России накопился богатый исторический опыт подобного мирного сосуществования, собирания евразийских земель, которые включили бы в себя различные этнокультурные общности – от малых государств, входивших в состав Российской империи, до отдельных народностей, при этом сохраняя их индивидуальность. Было бы логично восстановить некогда экономически цельное пространство, но уже на других принципах, нежели в СССР.

Л. Д.: Какую роль могли бы сыграть в будущем России соотечественники, любящие Россию так же, как Вы?

Н. Д. Л-Р.: Предлагаю назначить в Общественную палату по Президентской квоте трёх соотечественников – представителей Америки, Европы и Востока. Они оказывали бы влияние при обсуждении вопроса о национальной идее, которая помогла бы развитию России в будущем.

Л. Д.: Спасибо за интервью.

Болгария

Бабушка Никиты Дмитриевича – Вера Дмитриевна Лобанова-Ростовская (урожденная Калиновская), живя в Болгарии, написала объемную книгу «Воспоминания матери», которая была издана сначала в Болгарии в 1936–1937 годах в Софии на болгарском языке. На русском языке эта книга впервые увидела свет, и я горжусь причастностью к этому событию, опубликована в литературно-художественном журнале «Берега» с предисловием и комментариями профессора МГУ Е.С. Федоровой[39].

Никита Дмитриевич родился в Болгарии 6 января 1935 года. Эту страну его дед Иван Николаевич Лобанов-Ростовский выбрал для жизни после отъезда из России из-за революции 1917 года, потому что считал: в Софии, в соборе Александра Невского, самый лучший, самый красивый по своему звучанию православный хор, куда входили певцы Софийской оперы. Никита Дмитриевич говорит, что для деда существовало только две вещи: музыка и Православие. И ему удалось вывезти из России его скрипку Страдивари, которую из-за нехватки средств пришлось продать, а вот футляр от нее остался.

Никита Дмитриевич, рассказывая о своем отношении к Александру Сергеевичу Пушкину, отталкивался от мнения деда о великом поэте и его взаимоотношениях с Николаем Первым. Эти беседы происходили в Софии, и дед, для которого Пушкин был свят, говорил, что это были взаимоотношения отца и блудного, но одаренного и непредсказуемого сына. Они симпатизировали друг другу. Но неизбывный парадокс, что великий человек понимал свое величие и в то же время чувствовал себя униженным житейскими обстоятельствами, приведшими поэта к званию камер-юнкера при Дворе, то есть к социальным тискам.

И вот еще, что рассказал Никита Дмитриевич о своем дедушке:

«Мое желание – умереть в бедности. Поэтому занимаюсь благотворительностью. Сейчас участвую в покупке экспонатов для музея в монастыре Святых Кирика и Иулитты[40] в пригороде Асеновграда в Болгарии. Там когда-то была богословская школа, которую спонсировал мой дедушка князь Иван Николаевич Лобанов-Ростовский. Документы и вещи, связанные с этой школой, сохранились у потомков архиепископа Дамиана, и я выкупил их в качестве подарка будущему монастырскому музею.

С историей Болгарии связан также мой предок – дипломат Алексей Борисович Лобанов-Ростовский[41]. Побежденный в русско-турецкой войне султан Абдул-Хамид Второй[42] просил русского императора Александра Второго вернуть в качестве посла князя Алексея Борисовича Лобанова-Ростовского.

Именно он заключил с султаном Константинопольским мирный договор между Россией и Турцией, 140-летие подписания которого исполнилось 9 февраля 2019 года. Алексей Борисович включает в Константинопольский договор три существенных пункта из Сан-Стефанского договора, дающих основание положить начало независимому болгарскому государству и создать Тырновскую конституцию. В результате этого Договора и образовались четыре государства: Румыния, Черногория, Сербия и Болгария!

140-летие освобождения Болгарии от османского порабощения мы торжественно отмечали. По обеим сторонам западного входа храма-памятника святого Александра Невского установлены две плиты из каррарского мрамора. Текст на русском и болгарском языках гласит: «…сей величественный соборный храм сооружен и украшен по патриотическому решению Первого Народного собрания в Тырнове 13 апреля 1879 года на добровольные пожертвования всего болгарского народа для увековечения его братской любви и глубокой признательности великому русскому народу за освобождение Болгарии в 1878 году.

Первый камень в фундамент памятника был заложен на этом месте 19 февраля 1882 года. Сооружение храма началось в 1904 году и закончилось в 1912 году. Освящение храма состоялось 12–24 сентября 1924 года. Вечная слава павшим за освобождение Болгарии русским воинам!»

«Воспоминания матери»

Затем вышло два тома отдельного издания с названием «О российской трагедии XX века» в издательстве «Минувшее» в Москве в 2018 году. На блистательной презентации в Москве в Танеевском зале[43] с участием великолепных актеров, заслуживших подлинно народную славу, Евгения и Галины Киндиновых[44], Никита Дмитриевич сожалел, что не опубликовал эти трагические записки своей бабушки раньше, ведь они написаны без политической злобы верующим православным человеком, принадлежавшим к одному из самых знатных родов России, оказавшемуся в изгнании, изложены великолепным русским языком и очень важны для подрастающего поколения. Книга раскрывает неизвестные подробности взаимоотношений Григория Распутина[45] с аристократией, прекрасные страницы посвящены святому преподобному Серафиму Саровскому[46].