Средь бесконечной череды созвездий. Книга 5.3. Захпур

Глава 10.

Летная практика. «Звезда Неба»

Грузовой среднетоннажный кораблик тяжелого класса «Улигер» преодолел путь до Акашер Алун за каких-то пять часов. И если бы не сложности с навигацией в этом районе и не класс звездолета, все было бы быстрей.

Но и так все было неплохо.

К пилотированию киборга у меня нареканий не возникло. Поэтому я спокойненько провела весь полет, вольготно раскинувшись в широком кресле. Полулежала, перекинув ножки через его подлокотник и радостно ими болтая.

Естественно, сей «трон» располагался за спиной «моего» «возничего». Так, на всякий. Чтоб, если что, сразу отделить его буйну голову от туловища. Без пыли и гаму, что называется. Кроме того, так было удобнее держать всю кабину под прицелом. Особенно дверь в грузовой отсек. Где дополнением к этому киборгу водились еще и МЕХИ. А может, и еще что? Я ж не знаю. Я отсек не проверяла – времени не было.

Но ко всему роботизированному у меня отношение было так себе.

Запомнилось и состояние унижения от собственной беспомощности на яхте Гарха. И вынужденный плевок в биотеха на Захпуре.

Вроде и ничего страшного. Немного неприятностей я от них и видела.

Но возникло чувство какой-то двойственности, некой недосказанности по отношению к этому классу созданий.

Поэтому я и пристроилась сзади киборга: весело подпевая и насвистывая в такт музыке, льющейся мне в уши из шлемофона. Села так, чтобы, если что, удобно было и в определенную точку у него на шее стилет вонзить, и отменить приход непрошенных гостей в кабину с помощью вполне себе компактного, но шустрого и пробивного пистолета. Но все это, если понадобится, конечно.

Однако обошлось.

Малый вел себя безупречно. На точку мы прибыли вовремя. И звездолет начал штатный вход в атмосферу.

Что сказать? Прям не планета, а танец осенних прядей…

Плотные и перистые облака были всех оттенков осени. От белоснежных, словно ранний снег, до… нежно-розовых, желтых, алых, оранжевых, лиловых, водящих свои хороводы между темно-серыми горными пиками, напоминающими иглы проигрывателя. Хотя нет. Скорее его центральную ось, вокруг которой и кружат пластинки.

Грузовой спустился чуть ниже, нырнув в их густую перину.

И вот уже узкие шпили гор начали походить на стержни детской пирамидки. С нанизанными на нее разноцветными кольцами туч.

Здесь, между ними, прижавшись к серому пику одной из гор, словно невеста к жениху, и примостилась станция. Отражая от своей обшивки цвета окружающего ее пейзажа. То есть мимикрируя под местный ландшафт.

Кроме того, горы, моря, поверхность и атмосфера планеты, перекликаясь, эхом парировали, рассыпая на части и отдавая пасом друг другу исходящие и поступающие сигналы. В том числе как со станции, так и на станцию.

Поэтому найти ее было непросто.

Если, конечно, не знаешь, где искать.

Пилот знал.

Поэтому и вошли в атмосферу мы достаточно близко к нужной нам точке. Не совсем рядом, конечно. Мало ли, вдруг за нами «хвост», а приборы его не фиксируют? Или на планете расположились наблюдатели с точно такими же возможностями по стелсовости, что и у нашей точки прибытия?

Короче, паранойя – наше все. А береженого Господь бережет.

Как-то так.

Одним словом, борт, конечно, потрясло и чуточку поштормило в атмосферных вихрях, но через полчаса мы уже пришвартовались, мигом нырнув в открывшийся нам навстречу люк ангара «Звезды Неба».

Уже внутри, быстренько «перекинув» голограмму с кодами доступа в местную смарт-систему (а то еще пристрелят ненароком…) и оставив пилота разбираться с разгрузкой судна, я, закинув рюкзак за спину и прыгнув на доску, направилась к выходу из ангара.

Почему не ножками?

Да так, захотелось.

Не, этот причал был небольшой, всего-то три тысячи метров.

Идти пешком, конечно, долго. Но можно было и пробежать по-быстрому. Только на фига? На доске-то легче.

Скорость я, правда, включила небольшую. Хотелось повнимательнее осмотреться по сторонам.

Что ж… Ангар как ангар.

Темно-болотного цвета стены и серый стальной пол. Интервал между звездолетами – два метра. Впрочем, их и было-то всего три штуки, включая наш.

Двери, ведущие в технологические зоны…

МЕХИ, сонно застывшие в своих нишах.

Перегрузочные мосты под потолком.

Портальные краны у стен.

Естественно, разного рода сигнализация, вшитая в швы (и не только) помещения.

Конечно же, оружейные стволы, прикрытые щитами, имитирующими стены и потолок.

Все – по типовому проекту.

Вот только мое движение вперед в полутьме ангара к переходу на основную часть станции сопровождалось включением МЕХОВ.

Ощущение было не слишком приятным.

Плавное движение вперед…

А вокруг – серая сталь пола под ногами, чем-то напоминающая осеннюю озерную гладь… Болото стен с нишами, теряющимися в полумгле. Приглушенный свет. Тишина, царящая вокруг и нарушаемая лишь едва слышным шорохом моего скафандра да шелестом моей же доски, от соприкосновения с воздухом. И оживающие глаза роботов, вспыхивающие при моем приближении желтым и провожающие внимательным взглядом.

У меня складывалось такое ощущение, что я иду сквозь строй.

Мне, конечно, не привыкать дефилировать перед ним. Но все же – на незнакомой станции это несколько напрягало. Обычно такой реакции у МЕХОВ не наблюдалось. А я побывала не в одном ангаре.

Тем не менее до следующего помещения я добралась благополучно.

А едва створки дверей съехались за моей спиной, отгораживая меня от любопытных роботов, как я вновь осталась одна.

Хотя, в общем-то, по идее, ожидала, что меня встретит хотя бы незабвенная зеленая стрелочка. Но нет. Встретили белые стены коридора, черный потолок и стальной пол под ногами.

В общем, вокруг по-прежнему было тихо и пусто.

Что ж, план станции я выучила, поэтому отправилась на капитанский мостик. Докладывать начальнику станции о своем прибытии.

И все ничего.

Только тишина несколько давила на уши. Уж чересчур плотной она здесь была. Да встроенные в стены ниши вместо дверей кают, располагающиеся вдоль всего маршрута, вызывали некоторое непонимание.

Странно.

Ведь на плане именно они и были обозначены как кубрики личного состава. Сам состав, правда, в списках не фигурировал. Но это понятно. Военная тайна все же. Не с моим уровнем допуска эти ведомости видеть.

Тем не менее…

Я прекрасно помнила, как звучали станции: «Гнездо…», «Вижу», «Заря»…

Здесь же царила какая-то стерильная тишина и полутьма. Свет зажигался лишь в квадрате моего нахождения. И тут же приглушался за моей спиной.

А ощущения на коже были такие, словно я нахожусь под прицелом. Под перекрестной наводкой, если точнее.

Не хватало только топота маленьких ножек за спиной…

В общем, мне это все не слишком нравилось, но…

Кто ж меня спрашивает?

Однако, несмотря на нюансы своего восприятия, до капитанского мостика я дотопала благополучно. Пару пролетов вниз, несколько коридоров, с десяток поворотов направо и налево…

И вот я на месте.

Где боевая рубка встречает меня все той же пустотой и тишиной.

Да уж…

Пункт управления станцией оживленным никак не выглядел.

Пустые кресла у смарт-экранов наблюдения. Приглушенный свет. И… тишина-а-аа…

«М-дя… – подумалось мне тогда. – И кому здесь прикажете докладывать?»

Пожав плечами, я совсем уже было начала решать, что мне делать? Сразу влезть в систему станции или минут несколько подождать?

Но киборг появился раньше выделенных мною трех минут на терпеливое пребывание на базе без ее разбора на винтики и шурупчики.

Система смарта опознала его как старшего.

Ну, что сказать?

Роились ведь в моей головушке определенные догадки…

Теперь же, когда на экране смарта появился список имущества станции, я поняла, что из гуманоидов здесь только я. Нет даже негуманоидных неорганов или биотехов. Чисто все киборги. Притом нового поколения.

«Какая прелесть, – пришло мне в голову. – Какая прелесть эта ваша заливная рыба»*.

Фраза была взята сознанием из старинного кинофильма и слегка переделана им же.

Тем временем застывший напротив меня киборг все же открыл рот.

И его зубастая пасть хрипло изрекла с металлическим скрежетом искусственных голосовых:

– Приветствую тебя на борту, человек.

Я наклонила голову в знак принятия сказанного.

Не, а че, прикажете мотать башкой в разные стороны, типа в гробу я видела твое приветствие да и тебя тоже?

Как говорится: «Будь вежлива. И какая только тварь к тебе не потянется…»

Тем временем, равнодушно сверкая на меня неоном глаз (ну я же не ожидала увидеть в них неземную радость при моем явлении в сию обитель киборгов, правда?), робот-капитан сипло продолжил свою приветственную речь:

– Подходящая для вас каюта находится в секторе 4А. Корабли для выполнения поставленных перед вами задач вместе с оборудованием для их реализации в секторе 16Ф. Схема работ перекинута вам в личную систему. Столовая располагается в секторе 3Ю. Для вас будет подобрано соответствующие меню. Продукты завезены. Будут ли у вас ко мне вопросы, человеческая девушка?

– Нет вопросов, – искренне сообщила я киборгу.

Может, Красноголовому я бы их и задала, конечно. Да и то вряд ли. А уж кукле капитана… точно нет.

– Добро пожаловать на борт, мэм, – отозвался тем временем роботовидный, разворачиваясь ко мне задом и вновь исчезая в стенной нише.

Где он в основном и пребывал, как я поняла.

«Что шш, главное, чтоб жизнь задом не повернулась. А робот – та хрен с ним», – решила я, направляясь в 4А и думая о том, что Красноголовый все-таки умеет меня удивлять.

«Ну да ничего. Главное, чтобы местные мое меню не перепутали с хавчиком неорганов. Подавлюсь ведь». – С этими оптимистичными мыслями я и отправилась разбирать вещи.

_____________________________________________

Фильм «Ирония судьбы, или С легким паром», реж. Э. Рязанов, 1976 г.

Глава 11. Летная практика. Мелкие детали…

В принципе, я успела сделать почти все, что хотела.

Ключевое слово «почти».

Тем не менее я спокойно дошла до выделенной мне киборгами каюты. Осмотрелась в ней.

Помещение оказалась небольшим. Купейного типа. Собственно, кроме капсулы- кровати в нем имелся еще и крошечный банный комплекс.

Ну и все. Хорошего понемногу.

Прихожей, например, не наблюдалось.

Все вещи сразу же запаковывались в отделения кровати. Там же находился откидной столик с малюсеньким буфетом. Все было выдвижным. И все за ненадобностью убиралось внутрь капсулы.

В хозяйственном же отделении поместилась узенькая душевая кабина, рядом с которой притулился унитаз и крошечная раковина с одной стороны. А с другой – пристроилась небольшая прачечная станция.

По моим прикидкам, комната плюс банно-прачечное вкрапление в нее имели площадь шесть метров. То есть это был типичный «гошивон». Миник. Правда, с высокими потолками.

Вообще, я решила, что сие помещение отгородили от основных площадей станции специально для меня. И для меня же где-то «в закромах Родины», местные отрыли кровать.

Киборгам-то она без надобности. Как и душ, впрочем. Да и к постирушкам, по моим наблюдениям, они не были склонны.

Зато я – с удовольствием…

В принципе, мне хватило времени на душ и разбор вещей.

Десяти минут вполне достаточно, чтобы, приведя себя в порядок, прямо в скафандре завалиться на кровать.

Правила требовали сорокаминутного отдыха для военнослужащего, вновь прибывшего на базу. Типа адаптация.

Что ж, режим нарушать я не стала и с удовольствием вытянула ноги, прикрыв глаза и расслабляясь.

Конечно, жаль, что в скафандре… Ну да ладно.

Это был Закон пребывания на планетах подобного типа. Оружие и скафандр держатся наготове. Поскольку опыт (хорошо, что не мой) говорит, что одной станции и капсулы может оказаться недостаточно для того, чтобы выжить на некоторых планетах.

В общем, я уже размечталась о том, как отправлюсь сначала в столовую, а затем в ангар – подбирать себе звездолетик «по вкусу», когда станция, резко вздрогнув, словно от испуга, по прямой скоростным лифтом рванула резко вниз (судя по показаниям приборов, прямиком в морскую бездну…).

Привязные ремни, опоясав, чуть сдавили мне грудную клетку. Стекло капсулы захлопнулось, отгораживая организм от трудностей мира.

А внутри него (организмы) все ухнуло, проваливаясь вместе с базой куда-то… в ебеня, судя по всему.

И хорошо, что защита не дала силе тяжести размазать меня по стенкам скафандра. А то гравитация прям звала кишки и мозги наружу. Но те (молодцы какие!) воздержались от прогулки за пределы тельца.

Тем не менее дежавю у меня возникло.

Вспомнились ощущения от привязных ремней на «Светящемся дожде» гатилайнена.

Ну, а пока я занималась самоанализом, станция благополучно достигла морского дна, камнем замерев на нем.

Видимо, мы от кого-то спрятались, предпочтя не огрызаться огнем, а смыться.

Вопрос: от кого драпаем?

К тому же это была явно вынужденная мера, поскольку среда, теперь простирающаяся за стенами базы, была еще менее дружелюбной, чем атмосфера планеты.

Но что поделать?

Да ничего.

Ремни отщелкнулись, и я направилась в столовую. Как известно: война – войной, а есть охота.

Коридор встретил меня стенами, ставшими прозрачными. Пустотой. И еще более тусклым освещением, чем оно было по прибытии.

Ну, тут ничего в мою сторону не было.

Киборгам свет не нужен. Уверена, что и атмосферную установку они запустили конкретно к моему прилету. Так-то оно им без надобности.

А за бортом кипела и бурлила вода.

Создавая то множество отдельных, маленьких, ярко-синих водоворотов, которые своими зеленоватыми пузырьками, будто чистящими щеточками, оглаживали корпус базы, то соединяя эти маленькие хороводы в одну большую спираль, опоясывающую станцию, словно упаковочная лента подарок.

Прозрачность вод этого моря соединялась с молочной мутью его же течений. Чьи многочисленные струи своим видом напоминали мне то ли гигантские водоросли, колышущиеся в водовороте стремнин, то ли вьющиеся на ветру локоны какой-нибудь русалки-великанши.

Сама же станция зависла у самого дна, плавно спустившись вниз по склону горы к ее подножью. Изредка проглядывающему сквозь белесую муть «волос великана».

«То же гнездо шершней. Вид снизу», – мысленно фыркнула я, все же продолжив двигаться к столовой.

На склизкий розоватый песок мы, конечно, не легли. Слишком уж он был топким. Потом было бы тяжело из него выбираться. Не, база, естественно, могла. Но, судя по всему, такое глубокое погружение нам пока было без надобности.

Я шла, занимая себя этими рассуждениями.

Поскольку бродить одной по пустым коридорам было слегка непривычно. Обычно станции были более наполнены.

Пол, стены приглушали все звуки. И, как когда-то в подземелье, на Кате, мозги пришлось удерживать от их придумывания.

Тем не менее пустоту звучания все же нарушило что-то еще, кроме моих шагов.

Я оглянулась, не сбавляя темпа.

Меня догонял робот-тележка.

Поравнявшись со мной, «кентавр» вежливо уточнил металлическо-гнусавым голосом:

– Не желает ли мэм доехать до пищеблока с удобствами?

Я окинула взглядом поданный экипаж.

Тележка ехала с открытыми бортами и была пустой.

Что ж – загрузимся.

– Леди. Можешь звать меня Леди. А, поехали, – с этими словами я запрыгнула на нее, усаживаясь поудобней.

И уселась – свесив ножки.

Вообще, у меня возникла мысль обозвать себя Миледи, коли уж пошло эхо с Гатилайи. Но я решила, что с моей стороны это будет нескромно. Не доросла еще.

– Ну, Лэди так Лэди, – гнусавя, согласился со мной «кентавр».

После чего мы тронулись с места.

И лично у меня возникло стойкое ощущение, что надо мной поехидничали. Что фраза прозвучала с определенной долей издевки, пусть и не переданной тоном. Он-то как раз звучал ровно. Все было произнесено в одной тональности.

Тем не менее…

Виду я, конечно, не подала, но заметочку «на полях» себе сделала.

Однако только я начала получать удовольствие от этого движения, сидя за спиной робота и весело насвистывая, как весь кайф сломал начальник училища, нарушивший мерный бег «кентавра» своим воплем, раздавшимся из неожиданно ожившего смарта:

– Ты где?! Почему я должен за тобой гоняться по всей галактике?!

Так и хотелось сказать:

– А ты не гоняйся. И вообще, по какой по всей? Я как бы ту-та…

Но я воздержалась, скромно задрав бровки вверх. И кротко сообщила ассану, пару раз взмахнув ресничками:

– Не могу знать, сэр. Нахожусь на «Звезде Неба», сэр. Согласно командировочному предписанию, сэр.

– Находится она, – свирепо произнес Красноголовый, испепеляя меня взглядом угольно-черных глаз.

А затем мрачно потребовал:

– Доложить, что произошло на Аомори?

Вздохнув, я ответила:

– Ссора там произошла, сэр. Ссора Лорда Внутреннего… и Звездочетов.

И, не дожидаясь наводящих вопросов, кратко поведала о случившемся. А закончив рассказ, вопросительно посмотрела на ассана.

– После твоего отбытия оттуда на борт, который должен был доставить тебя на Гею, напали. Затем нападению подверглись спасатели, с которыми ты стартовала. После чего атаковали грузовое судно, доставившее тебя к пересадочному узлу. Следующим нападению подвергся космодором на Гее. Потом вновь пострадал челнок, на котором ты убыла на базу. И наконец – попытка атаковать «Звезду Неба». Все живы. Корабли подлежат восстановлению. Но… – хмуро глядя на меня из-под сведенных на переносице бровей, холодно сообщил полковник.

– А склисс-то жив? – пользуясь паузой, чуть испуганно поинтересовалась я у Красноголового.

– Жив, жив, – хохотнул Волкодавий батя, неожиданно вмешиваясь в наш разговор.

Гэхэдж же лишь сердито сверкнул на меня глазами, коротко рыкнув:

– Все. Отбой.

И отключился, гад такой.

А я осталась. И не могу сказать, что услышанное мне понравилось.

***

В небольшом помещении столовой, у дверей которой мой возничий меня ссадил, на единственной ножке у белоснежно-перламутровой стены одиноко стоял небольшой круглый стол с единственным же стулом рядом.

А в противоположном углу виднелась металлическая стойка раздаточной. С подставкой для подносов рядом и с расставленными на ней блюдами в одноразовых тарелках и стаканах.

Что шш…

Металлическая раковина с краном при входе и одноразовые полотенца, висящие рядом, намекали на возможность помыть и вытереть руки. Что я и сделала.

После чего, взяв поднос, насобирала на этом «шведском столе» себе ужин.

И в гордом одиночестве изволила его откушать, усевшись за единственный стол и на единственный стул.

Было ясно, что кухню распечатали исключительно для меня. Да и продуктовые наборы тоже.

Что могу сказать?

Было вкусно. И немного неудобно как-то.

Белые стены, белый стол, белый стул, нежно-голубой потолок, темно-зеленый пол, голубоватый свет, льющийся отовсюду.

Мне вновь стало слегка неуютно.

Тем не менее, ставя поднос с грязной посудой в окно утилизатора, я искренне сказала в никуда:

– Спасибо. Было вкусно.

Ответа не последовало, но… Мне подумалось, что меня услышали.

А я отправилась дальше.

Мой путь лежал в ангар. Пора было подобрать себе кораблик и начинать работать.